Глава 34.

Дверь палаты распахивается. Мы с Игнатом видим его дочь и еще одного юного молодого человека, который, должно быть, его сын Денис.

— Папа! — Мила забегает с другой стороны койки и, присев на ее край, хватает отца за руку. Слезы ручьем у нее. Они настоящие. Очень переживает девочка. — Как ты?

Парень стоит чуть в стороне и смотрит грустно, сдерживая эмоции.

— Все нормально, жить буду, — сообщает Игнат своим детям, сжимая руку дочери. — Мать не объявлялась?

— Нет. Она куда-то пропала. До нее не дозвониться. Пап, пожалуйста, скажи, что она не хотела тебя убивать… Она…

— Я не знаю, что в голове вашей матери, — отвечает Игнат. — Она и сама, наверное, не понимает.

— Ее надо найти, — говорит Денис, сложив руки на груди.

— Этим занимаются, Денис, — отвечает сыну Игнат и смотрит на меня. — Ты не знаком с Дарьей. Даша, это Денис — мой сын. Я должен был давно вас представить, но…

Парень неожиданно подходит ко мне и протягивает руку, которую я неуверенно пожимаю. Мила наблюдает за этим, но когда замечает мой взгляд на себе, сразу отворачивается.

— Полиция думает, что мама может со мной связаться, — произносит Мила. — Но она правда мне не звонила. Я не стала бы ей помогать.

— Я тебе верю, — отвечает Игнат. — Просто успокойтесь. Ее обязательно найдут.

— И что, потом ее посадят в тюрьму?

— Я не знаю, Мила. Думаю, ее буду проверять. Возможно, она больна.

— То есть она сошла с ума?

— Не знаю… — прикрывает глаза Игнат. Тяжело ему. — У вас дома все хорошо?

— Как может быть хорошо, когда мать пыталась убить отца? — бросает Денис. — Но вообще — да, мы справляемся. Мы уже не дети.

Да дети они, дети… Которые оказались брошены и матерью тоже.

То, что я сейчас предложу… надеюсь, я об этом не пожелаю. Но так будет правильно.

— Игнат, пусть они поеду жить к нам. Если, конечно, они не против. Оставаться там, одним… это нехорошо. В доме под охраной они будут в безопасности.

— Считаешь, что мама вернется и нас попытается застрелить? — спрашивает меня Мила, но не со злостью.

— Нет, конечно. Но мало ли… Вдруг она все-таки попытается уговорить вас ей помочь, придет и вы не сможете ей отказать.

Игнат смотрит на меня пристально, словно не веря, что мне пришло такое в голову.

Но он их отец. И имеют право на его защиту.

— Что скажете? — интересуется Игнат у детей. — Поживете у нас, пока ваша мать не найдется. А там дальше…

— А там дальше мы все равно будем под твоей единоличной опекой, — делает вывод Денис. Умный он парень. — Маму либо в тюрьму отправят, либо на лечение в психушку…

— Он прав, — поддерживаю я. — Но не будем пока об этом думать. Дождемся, когда ваша мать отыщется.

Юля

— Юль, ты серьезно? Ты не шутишь?

Я только сейчас, рано утром, призналась Андрею, что натворила.

Вчера, произведя случайный выстрел, я так испугалась, что когда сбежала, то меня вырвало за ближайшим углом.

Я не убийца.

И я не знаю, что со мной было бы, если бы я убила его…

Это была невероятная вспышка гнева. Долгая, и которая пропала, стоило мне только ранить его.

И я прибежала к нему. К тому, ребенка которого убила.

Я не хотела снова это проживать. Когда я была беременна от Игната, то испытала всю палитру чувств. Нет, Игнат был добр со мной и, вроде как, все его устраивало, но я всегда чувствовала его… нелюбовь. И меня это убивало. Да, с Андреем все могло быть иначе. Но я просто не хочу. Ничего больше не хочу.

Я не знаю, куда мне деваться. Мне пришлось бросить своих детей. Понимаю, что лучше будет, если я пойду и сдамся, но пока я не готова.

— Да, я это сделала. Но я его не убила. Он точно жив.

— Ты поэтому пришла ко мне? — злится Андрей. — Не для того, чтобы прояснить, что между нами, а чтобы укрыться?!

Я понимаю его злость. Я всегда его использовала. Но это уже слишком…

— Я скоро уйду, — произношу тихо. — Я намерена сдаться, Андрей. Ты будешь ни при чем. Пожалуйста, прости меня…

Андрей обхватывает голову руками и начинает ходить из стороны в сторону, пока я все растрепанная и почти не спавшая эту ночь, сижу на его диване.

— Я с ним поговорю, — вдруг останавливается.

— Что?

— С Игнатом. Я сам узнаю в какой он больнице. У меня есть связи. Я быстро узнаю. Приду туда и поговорю с ним.

— О чем?

— Если он захочет, то он сможет сделать так, чтобы тебе ничего не было.

— Андрей, нет… — качаю головой и морщась. — Ты не должен этого делать. Я не заслуживаю того, чтобы ты это для меня делал… — накрываю лицо ладонями и рыдаю.

Андрей внезапно оказывается рядом, встает на одно колено передо мной, отрывает руки от моего лица и заглядывает в глаза.

— Я сам буду решать, понятно? И мне все равно, что ты сделала аборт.

— Ч-то?.. — хлопаю мокрыми ресницами. — Как ты…

— Я это понял. Иначе, что ты имела в виду, сказав, что не заслуживаешь, чтобы я что-то для тебя делал, — после тяжелого вздоха поднимается с колена и идет куда-то из гостиной. Я поднимаюсь на ватных ногах и следую за ним.

— Ты куда?

— Скоро вернусь.

— Игнат меня ненавидит, — говорю я эмоционально. — Он никогда… никогда мне этого не простит. Я правда хотела его убить. Он это знает. Я ему такое на говорила... Особенно про его жену.

— Хотела убить? Больше не хочешь?

— Нет…

Вчера я выплеснула свою злость, энергию, которая накопилась за много лет, и тут же наступил катарсис.

— Ты говоришь мне правду?

— Да, Андрей. Я… я не хочу. Я хочу быть рядом со своими детьми.

— Будешь.