Глава 21

Вейлин бросает на меня взгляд, а я таращусь на него огромными глазами.

— Юльчик, — спокойно говорит он, — ты сейчас договоришься до совета клана.

Брови, кажется, покидают моё лицо.

Клана? Какого ещё клана?

— Какой к чёрту совет, — фыркает девушка. — Ты свалил, значит, дела семьи тебя не касаются.

— Простите, — подаю голос я. — Не стоит ссориться из-за меня. Давайте, вы меня просто отпустите, и я поеду домой.

— Нет, — синхронно рыкают на меня эти двое.

— Вейлин, это не шутки. Она же просто человек. Как ты можешь?

— Может, не будем это при Аннике обсуждать? — улыбается Волк. — И ты же знаешь, я давно не в стае, делаю что хочу, — на его губах появляется самый настоящий оскал.

— А хочешь ты, судя по всему, её, — бурчит девушка. — Нашёл с кем связываться.

Она сестра Вейлина, что ли? Как-то ругаются они слишком уж откровенно для чужих людей.

— Прости, малыш, — Волк пожимает плечами. — Ты же знаешь, что я против договорных браков. Ты очень красивая, но мне нужно не это.

Ой, поправочка, похоже, Юлия была невестой Вейлина, вернее, хотела, но не стала.

— Ещё скажи, что ты в предначертания веришь или, ещё хуже, в истинность.

— Юль, давай каждый останется при своём мнении. Сейчас мне важно понять, что с Анникой.

— Боже, — врач закатывает глаза и демонстративно взмахивает руками, пока я пытаюсь понять, о чём говорят эти двое. — Она? Ты серьёзно? Ты мог выбрать любую из клана.

— Как ты правильно заметила, я больше не в клане, — вижу, что Вейлин меняется в лице, а в его взгляде проскальзывает недовольство.

От него будто холод исходит. Невооружённым взглядом видно, что он не хочет продолжать разговор.

Но пока я понимаю лишь то, что Вейлин ушёл из семьи. Они явно что-то не поделили. И, кажется, это напрямую связано с его словами о том, что я должна ему сына родить.

Неужели ему так срочно наследник понадобился?

Может, он умирает, и поэтому он с семьёй в ссоре? Ну, вроде как продолжить род надо, а он сопротивляется делать это с тем, кого ему родители выбрали.

— Бабушка слишком много сказок тебе в детстве читала, — бурчит Юлия. — Ты своими выходками доведёшь отца до больницы. У него слабое сердце.

— Простите, — снова встреваю в разговор я. — Если весь сыр-бор из-за меня, то я с удовольствием прямо сейчас заберу свои вещи и исчезну из вашей жизни.

— Отличная идея, — говорит Юлия, не скрывая своего отвращения.

Волк же просто смотрит на меня, заставляя съёжиться. Он ничего не говорит, а у меня такое чувство, что я слышу в своей голове его голос, который требует заткнуться и беспрекословно подчиняться.

— Юль, — вздыхает Вейлин. — Давай ты засунешь свои детские обиды поглубже и включишь врача. Ты же давала клятву и всё такое. Что бы ты сказала, если бы Анника пришла к тебе сама? Ты умная женщина и способна разделить личное и профессиональное.

— Я бы сказала, что у неё не больше полугода.

— Что?! — подскакиваю с постели. — Да что вы такое говорите? Вы даже не знаете меня, не видели мою карточку, — кажется, повергаю в шок обоих своим рвением, но остановиться не могу. — Не взяли ни одного анализа, а уже выводы делаете! Как же я устала от этого!

Оглядываюсь по сторонам, но свою верхнюю одежду не вижу.

— Где мой пуховик? Я ухожу отсюда! — строго, насколько могу, смотрю в глаза Юлии.

— Анника, — начинает Волк.

— Нет! — выставляю палец вперёд. — Я всю свою жизнь борюсь за здоровье, за каждый удар сердца. И я не позволю кому-то, кто ничего обо мне не знает, вот так просто говорить, что мне осталось полгода.

— Да успокойся ты, а то хуже будет, — качает головой врач и тянет ко мне руку.

По всему телу пробегают мурашки. Из головы пропадают все мысли. Меня будто трясёт, а потом происходит это: наши пальцы с Юлией соприкасаются.

Удар.

Девушка слегка отшатывается от меня, не то что Катя. Совсем немного, но в её глазах явно виден страх:

— Кто ты такая?

Её голос звучит совсем не так, как у Вейлина, когда он спрашивал. Ему явно было интересно, а вот у Юлии другая реакция. Она меня боится, как и большинство, кто сталкивался с тем, что со мной происходит.

— Я же говорил, — не скрывая улыбки, говорит Вейлин. — Она особенная. И я должен разобраться в том, что с ней происходит.

Юлия выпрямляет спину и одёргивает свой халат. Встряхивает головой и делает шаг ко мне. Я же выставляю руку вперёд, не позволяя к себе прикасаться:

— Твой отец оторвёт мне голову, — вздыхает Юлия, бросая взгляд на Вейлина.

— А мы ему не скажем.

— Кажется, ты не очень внимательно слушал бабулю. В её теле происходит борьба. Но мы с тобой не в силах понять, кто и с чем борется. Тебе придётся вернуться в клан и, — Юлия смотрит на меня, — взять её с собой.

— Никуда я не поеду, — отступаю и врезаюсь в грудь Вейлина. — Что это вообще за клан? Вы бандиты какие-то? — слышу, как голос подрагивает от страха.

Но Волк посмеивается и обнимает меня. Почему-то становится легче.

— Юлия Олеговна, перестань пугать человека, — говорит он. — Она ничего не знает о своей семье.

— Как такое возможно?

— Детский дом, — бурчу я и стараюсь выпутаться из стального захвата Волка. — Слышали о таком? Туда ненужных детей сдают.

Стискиваю зубы от обиды и, наконец, разрываю объятия Вейлина.

— Ты серьёзно? — Юлия изгибает одну бровь. — С такими способностями тебя не могли отдать. Я должна взять анализы, — воодушевляется девушка.

— Что значит, меня не могли отдать? — удивляюсь я.

— Юль, ещё слово и голову тебе оторву я, а не мой отец, — шепчет Волк.

— Нет-нет-нет, — возмущаюсь. — Я хочу всё знать. Что здесь происходит? О каких кланах идёт речь? Что за способности? И что значит, меня не могли отдать?

Кажется, я слишком много вопросов задала за один раз, потому что Вейлин и Юлия переглядываются, но оба молчат.

Но я этого просто так не оставлю и добьюсь ответов на свои вопросы.