Глава 5

* * *

Вика

Утро выдалось сложным.

С трудом разлепила глаза, оторвала голову от подушки и нашарила рукой чёртов телефон, который оказался под диваном.

Кто-то решил, что он бессмертный и начал звонить мне на телефон в шесть утра.

Хорошо хоть на беззвучном режиме стоял, но вибрация, скажу я вам, раздражала не меньше.

Даже моя Маруся спит чётко до семи тридцати утра.

Высветился номер, который майор лично забил в мой телефон.

«Игорь Исаев». Вот что светилось на экране.

И что ему нужно в такую рань?

Ну да, мы вчера мило посидели, поели, попили. Я выпила целых два бокала белого вина, о чём теперь дико сожалею. Голова как часовая бомба. Внутри что-то тикает и вот-вот взорвётся.

Длинно выдохнула и приняла вызов.

Я честно постаралась изобразить милый, приятный и бодрый голос, но получился скрип старой двери.

– Алло…

– Вика, доброе утро. Я разбудил, да? – прозвучал радостный голос майора.

Я поморщилась, потёрла лоб и произнесла:

– Да нет что ты! Я уже вставала…

Тут же умолкла и обеспокоено поинтересовалась:

– А ты? Что-то произошло?

– Нет-нет, всё в порядке, – проговорил он мягко и словно заранее извинялся. – Я насчёт теста.

– А-а-а… Ага, – протянула я, а сама не понимала, зачем мне с самого утра напоминать об этом? Или майор думает, что я тупая?

Оказалось всё совсем не так.

– Я договорился. К восьми нас ждут. Сделают всё быстро, через четыре дня будет результат. Обычно две недели, но нам ускоренно, – пояснил Игорь. – Заеду за тобой и Машей в течение часа.

Я впала в лёгкий ступор.

Это мне нужно за час успеть сделать то, что я обычно делаю за три. Покормить Марусю, поесть самой, помыться, привести себя в порядок, собрать дочку, сумку.

Вот чёрт!

– Э-э-э… Хорошо… Жду…

Он отключился, и я сразу как ошпаренная подорвалась с места. Запуталась в одеяле и грохнулась на пол. Произвела столько шума, что соседи снизу застучали по батарее.

Проснулась моя малышка и затребовала к себе особого внимания.

– Да-да, моя сладкая, знаю, что для тебя это тоже слишком раннее пробуждение, – ворчала я.

Переполненная грудь болела. Молоко потекло, намочив и испачкав мне сорочку.

Сменила малышке памперс и приступила к кормлению.

Но съела малышка немного. Это из-за ранней пробудки.

Пока дочка вяло играла в манеже, врубила чайник и забурилась в ванную.

Из зеркала на меня глянуло чудовище.

Из-за того, что не выспалась, глаза были красными и припухшими. Губы точно вареники. Ну, хоть «надувать» не надо, они у меня от природы такие.

Лицо было помятым.

Волосы торчали в разные стороны.

Голова трещала, грудь болела. Нужно срочно сцеживать молоко.

Быстро почистила зубы, затем забралась под душ и в темпе вальса вымыла голову, сама вся помылась.

На всякий случай побрила ноги и всё остальное. С появлением малышки про эпиляцию пришлось забыть. И времени нет, и лишних денег.

Отжала волосы и завернула их в полотенце. Надела свой древний, растянутый, но ужасно удобный и тёплый халат и выскочила из ванной.

Проверила дочку. Маруся просто взяла да вырубилась прямо в манеже в обнимку с игрушками.

Покачала головой и вздохнула. Ребёнок не доспал своё. И когда проснётся снова, будет раздражённой и устроит мне «весёлый» день.

Вот не мог майор договорится на попозже?

Выпила таблетку от головы. Налила себе чашку чая, хотя очень хотелось кофе, и улыбнулась, глядя на чистую кухню. Исаев вчера сам всё убрал, посуду перемыл. Красота.

Тронула лепестки белых роз. Бутоны уже начали раскрываться.

Потом потёрла глаза и зевнула, едва не вывихнув себе челюсть.

Надо бы съесть хоть что-то, но аппетита нет. Слишком рано для моего желудка.

Плюхнулась в кресло с молокоотсосом и пока агрегат делал своё дело, я сделала глоток чая.

И чуть не облилась им, когда в двери неожиданно позвонили.

– Чёрт… Так и заикой стать можно… – проворчала я.

Маруся вздрогнула и захныкала.

Всё, теперь точно весь день коту под хвост.

Запахнула на себе халат, агрегат сунула в карман и вместе с молокоотсосом на груди, пошла смотреть, кого там принесло.

Для Игоря было рановато, ещё двадцать минут у меня есть…

– Вот засада… – пискнула, когда в глазок увидела Исаева.

Он выглядел как с обложки журнала. Весь такой модный, стильный, чистый, будто только из салона красоты.

А я сейчас выгляжу как атомная война!

Мысленно покостерила Игоря и всё-таки открыла двери.

– Я ещё не готова… – пробормотала раздражённо.

Мужчина виновато улыбнулся и вошёл, открыл рот, чтобы что-то сказать и вытаращился на меня… Точнее, на мою грудь… Чёртов халат распахнулся.

– Я… э-э-э… Короче проходи… – пробормотала и убежала утешать Марусю. Может, дальше сцеживать не придётся. Сейчас она снова поест.

И правда, дочка сразу успокоилась.

В комнату вошёл майор и застыл памятником самому себе, глядя, как я кормлю нашу дочь.

Я гулко сглотнула и прошептала:

– Тебе придётся нас подождать.

– Эм. Да, конечно… Я принёс сэндвичи… Ещё горячие…

Потёр затылок и добавил:

– Наверное, я на кухне подожду, да?

– Ага.

Я полностью сосредоточилась на своей крошке, на её пухлых щёчках, маленьком носике, зелёных глазках. Она вся такая сладкая, вкусная, как сахарная горячая булочка.

Доверчиво пыхтела, прижималась ко мне, ведь мама для неё это её личный островок безопасности.

Я нашёптывала ей милые потешки и не сразу поняла, что Исаев никуда не ушёл. Он как зачарованный смотрел, слушал…

Ощутила, что лицо моё порозовело, но прогонять мужчину не стала.

* * *

Вика

Нам всё-таки удалось собраться и выехать в клинику.

Маруся, сытая, довольная, радовалась жизни и что-то своё детское лепетала. Она была одета в свой лучший комбинезончик, пухлая мордашка светилась любопытством. Она с интересом поглядывала в сторону майора, который, кстати, озаботился тем, что приобрёл детское кресло в машину.

В самом Исаеве чувствовалась умиротворённая сила, а ещё мужчина излучал радость, оттого что мы вместе куда-то едем.

Хотя он мою малышку и видит-то второй раз в жизни. А вот я чувствовала себя странно. Напряжённо. Внутренне ожидала подвоха в любой момент.

Я тоже косилась на Исаева и размышляла, неужели он всерьёз будет заботиться о Машеньке? Себя я в расчёт не брала, понятно, что майор вряд ли затеет со мной отношения.

Знаете, почему так думаю?

Просто… Одно дело, когда мы встретились, переспали и разбежались. Как попутчики. Никаких обязательств, никаких общих интересов. Нам было легко, хорошо в тот момент…

Сейчас всё по-другому. У меня ребёнок. Да, малышка от него. Но я уже не та Вика, которую он встретил в том ресторане. Я со всей Марусей, со своей сладкой лапочкой-дочкой навечно связана. А Исаев…

Он получает новые впечатления. Ему кажется, что его жизнь обрела смысл и заиграла новыми красками. Но он ошибается. Не всегда будет легко, весело, интересно.

Маруся у меня с характером. Иной раз и концерт может устроить, что мне хочется взять и выйти в окно. А когда болеет, хочется кричать, забрать её боль.

Я каждую минуту неосознанно защищаю свою сладкую булочку, понимаю, что когда вырастет, я не смогу защитить её от всей жестокости мира, уберечь от любых опасностей того будущего, что её ждёт.

Сердце матери всегда будет радеть, болеть за своё дитя, всегда будет любить.

А Игорь Исаев, он ведь просто сейчас включился в игру «Семья».

Пытается за одну минуту стать хорошим отцом? Ладно, допустим он и правда клёвый мужик со всеми вытекающими, но… Как он себе в принципе представляет наше будущее?

Он перевезёт нас к себе и войдёт в роль любящего мужа и отца?

Или сам переедет ко мне?

Ой, нет. Второй вариант меня категорически не устраивает.

Если я доверюсь ему, как он проявит себя в какой-нибудь неординарной или сложной ситуации?

Сможет ли он один на один побыть с ребёнком?

От этой мысли мне сразу стало дурно.

Оставить малышку с мужчиной, который понятия не имеет, как обходиться с младенцами? Да вы что? Я же накручу себе мозги на бигуди и сойду с ума.

Я не знаю, какой Игорь Исаев как человек.

Тот факт, что он мент, для меня уже огромный и жирный минус. Я давно распрощалась с иллюзиями, что полицейские все как один порядочные. После того, что они сделали с моим папой, я приобрела стойкую неприязнь к данному виду профессии.

Но даже если представить, что майор всё же хороший мент, то это качество всё равно не делает его отличным папочкой.

Нас ведь на самом деле ничего не связывает, кроме моей крошки. Мы совершенно чужие люди. И я по факту как дура повелась на его харизму, обаяние и даже вот тест на отцовство взяла, да поехала с ним делать.

У меня внутри всё похолодело.

Вот ни фига я доверчивая.

А если он всё это разыграл, чтобы усыпить мою бдительность? Сейчас узнает, что Маруся его на все сто процентов, и маска принца на белом коне слетит с него как кожа после пилинга.

Не просто так он вчера обмолвился, что придёт ко мне с инспектором по делам несовершеннолетних… Ой, ма-а-ать! Вот я дура! А Люська скотина!

У меня ладошки вспотели, сердце забилось так часто и так громко, что мне показалось, будто его стук слышит и майор. Вон, едет и зыркает на меня в зеркало заднего вида. Строит мне глазки. Лыбится как придурок.

Не-е-ет, меня не проведёшь. Вика не совсем дура. Я надеюсь.

– Ты что-то лоб хмуришь, будто о чём-то сильно думаешь? Всё в порядке? – поинтересовался он вполне невинно. От его голоса я вздрогнула.

Думаю? Да у меня уже в голове возникли сто тысяч и пятьсот версий развития событий, и все они были далеки от прекрасной семейной идиллии.

– Слушай, хочу спросить, а что дальше? – решила я сразу расставить все точки над i.

Предупреждён, значит, вооружён.

– Ты о том, как мы будем жить дальше? Ты. Я. Маша. Ты об этом?

Вау! Гений сыска! Феноменальная работа мозга! Шерлок Холмс и Эркюль Пуаро просто обрыдались! Игорь Исаев сразу понял, о чём я говорю.

Но мне пришлось попридержать свой яд и не облить им Исаева с ног до головы, хотя захотелось.

– Да. Я об этом, – произнесла максимально спокойно и без ехидства. Сцепила пальцы и пристально уставилась на тёмный затылок майора Исаева.

– Ты живёшь на пособие и подработку, верно? – проговорил он осторожно.

Люся, я вырву тебе все твои блондинистые патлы, и продам их!

– Да-а-а… – протянула тоже осторожно и поспешила добавить: – Ты не думай, что я нищая и всё такое. Мой фриланс даёт мне достаточно средств. Нам с Машей хватает на всё.

Что ему Люська наболтала? Что я нищая?

Майор кивнул.

– Это всё прекрасно, Вик. Просто теперь тебе в принципе не нужно будет работать. Я всё устрою.

Я вскинула на него обескураженный взгляд, хотела сказать ему, что пусть катится, откуда прикатил, но осеклась. Исаев был совершенно серьёзен.

– Э-э-э… – протянула я очень глубокомысленно. Облизнула губы и произнесла: – Игорь, но я…

Он не дал договорить. Тихо рассмеялся и очень мягким, успокаивающим голосом сказал:

– Вика, никаких «но». С этого дня вся твоя жизнь изменится.

Вот это меня и пугает.

Я нервно сглотнула.

– Погоди немного… Давай не будем спешить, хорошо? – пробормотала озадаченная и обескураженная напором и деловитостью Исаева.

Прямо Юлий Цезарь. Veni, vidi, vici. Пришёл, увидел, победил.

– Нет, Вика. Не в этом случае. Моя женщина не станет тратить свои ресурсы на нелюбимую работу. Занимайся дочерью. А когда пройдёт срок декрета, займёшься той работой, которая действительно тебе будет нравиться.

Что-то сильно сомневаюсь, что такой мужчина как майор допустит, чтобы я работала. Судя по всему, он самый настоящий тиран!

– Исаев! – воскликнула я и Маруся на мой вопль икнула и захныкала. Ну вот, свою малышку напугала. Погладила её и вернулась к разговору: – Игорь, на дворе двадцать первый век. Женщины работают, даже когда у них один, два, а то и три ребёнка. И беременные работают. И с мужьями работают и без мужей. Некоторые делают небольшой перерыв, а потом…

– С тобой будет по-другому, – заявил он. – Ты не лошадь тяжеловоз, Вика. Я понимаю, когда женщина одна, у неё нет того, кто защитит, добытчика нет, а на шее дети, нужно работать, тянуть всё на себе и ей приходится самой становиться мужчиной. Становиться сильной. Но теперь у тебя и Маши есть я. Можешь расслабиться и вспомнить, что ты женщина. Нежная, мягкая. Та, кто обеспечивает уют в доме, холит и лелеет мужчину после трудового дня.

Сначала я собиралась с ним поспорить, но потом с удивлением поняла, что мне не хочется этого делать. Вдруг осознала, что мне даже нравится, когда кто-то берёт на себя ответственность за твою жизнь и жизнь твоей дочери. И что именно мужчина принимает решения.

Обалдеть.

Я даже расслабилась.

– Ты не споришь? – удивился майор.

Я не удержалась и захихикала и спросила его:

– А что? Надо поспорить? Я могу.

– Не стоит, – улыбнулся он.

В зеркале заднего вида поймала его взгляд и невольно залюбовалась. Потом опустила голову и всё же решила уточнить остальное:

– Значит, ты не станешь отбирать у меня ребёнка? Так ведь, Игорь?

Он выгнул бровь и покачал головой.

– Вика, я вчера тебе уже об этом сказал. Я слово мужчины и офицера дал. Нет, я не стану отбирать у тебя Машу.

Да, знаю, вчера он это говорил, но что-то мне всё кажется таким зыбким, нереальным, будто я всё придумала. Да и мужчины пошли легкомысленные. Слово дали, слово взяли.

– Твои слова, что ты будешь заботиться обо мне, о Маше…

Я нервно погладила свои коленки и закончила мысль:

– Будто собираешь жить с нами, как… Будто мы будем… Будто станем…

– Семьёй? – пришёл он мне на помощь.

Я выдохнула, кивнула и сказала:

– Да. Просто… Игорь, ты вчера явился, ворвался в нашу жизнь как ураган. Перепугал меня до чёртиков, а сегодня ты говоришь, что я работать не буду, ты берёшь за меня и дочь ответственность, а что если…

– Если окажусь уродом и решу, что семья не для меня? Ты это хотела казать? – произнёс он холодно и резко.

– Ну-у-у, в общем, да.

– Нет, Вика. Я воспитан по-другому. Если я что-то решил, если взял на себя обязательства, то уже не отступлю. Я не бросаю дела на полпути. Никогда.

– Надо же… – хмыкнула я.

– Что не так? – вздохнул майор.

– Ну, просто в полиции чаще всего дела бросают на полпути или сливают на кого-то удобного, чтобы скорее завершить дело и повысить статистические показатели. Ты как-то выбиваешься из системы.

– Вика, что-то ты совсем плохо думаешь о полиции. Не все козлы, поверь мне. Просто поверь.

– Знаешь, а я поняла недавно, что лучше верить только себе. Никому больше, – произнесла задумчиво, вспомнив Люсю. (3303c)

Сжала и потёрла виски. Опять голова начала ныть.

Закрыла глаза и мысленно простонала. Кажется, у меня мигрень.

– Ты права. Верить никому нельзя. Мне можно. Запомни это, – уверенно заявил майор. А потом мягко произнёс: – Мы приехали.