Глава 13

- Эта дорога ведёт не к офису.

Я предпочла бы лишний раз вообще не разговаривать с Марком, но когда поняла, куда мы едем, промолчать просто не могла.

- Знаю, - откликнулся он совершенно спокойно.

Я сжала руки в кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони, причиняя боль. Хотя этими самыми ногтями я бы предпочла расцарапать его рожу.

- Я же просила отвезти меня в офис, - процедила сквозь зубы. – Или ты внезапно оглох в тот момент?

Я уловила, как его спина напряглась от моего тона. Ничего, привыкай, мерзавец. Если я и кажусь тебе чудовищем, то это чудовище ты создал сам.

Господи, и о чем я думаю вообще? Ему не нужно привыкать. Ему нужно исчезнуть из моей жизни к чёртовой матери.

- Аврора, пожалуйста, - наконец раздался его голос. – Я же знаю, что ты из офиса все равно поедешь за сыном. Какой смысл совершать лишние телодвижения, терять время зря, если я могу отвезти тебя сразу туда, куда нужно?

Он, возможно, и был прав. С прагматической точки зрения. Но с эмоциональной я поняла лишь одно – этому человеку вообще плевать, что я говорю.

Непробиваемый гад.

Я не стала ничего отвечать. Просто отвернулась, дожидаясь, когда мы уже доедем.

Когда Марк притормозил неподалёку от ворот садика, я спешно выскочила из машины. Но он успел догнать.

Его пальцы цепями обвились вокруг моего локтя, останавливая. Я с силой выдернула руку…

- На каком тебе ещё языке сказать, чтобы ты меня не трогал? Мне противно!

Он покачал головой.

- Лжешь. Ладно мне, но себе-то самой зачем?

Я скрестила руки на груди. Попыталась разложить в голове мысли, чтобы сформулировать их как можно понятнее для этого нежелающего ничего понимать мерзавца.

- Марк, ты мне надоел. Я не хочу тебя видеть, не хочу с тобой говорить. Ты вынудил меня с тобой работать, но на этом все. Не смей лезть к моему сыну, не смей соваться мою жизнь! Ты мне никто!

Никто. Короткое, но страшное слово. И я видела, что оно, словно острый кинжал, вспороло его показную невозмутимость.

Он заговорил – тихо, но твёрдо.

- Аврора, я уверен, что сын – мой. Я прошу тебя… умоляю – не заставляй меня применять грязные методы, чтобы в этом убедиться. Я не хочу этого делать.

- Так и не делай! Ты несколько лет прекрасно жил без сына, без меня, ты до вчерашнего дня вообще не видел этого ребенка и не знал о его существовании! Так что тебе мешает свалить туда, откуда ты вылез и оставить нас в покое?!

- Тебе точно нужен ответ?

- Не нужен! Мне нужно, чтобы ты исчез и не портил нам жизнь!

Эти слова были ему явно не слишком приятны, но он стерпел. Упрямо проговорил…

- Я не жил «прекрасно», как ты выразилась. И я о тебе никогда не забывал. Ни единого дня и ни единой минуты не проходило, чтобы я не думал - где ты, как ты… с кем.

Он был прав – этого гребаного признания я слышать не хотела.

- Я тебя искал, - добавил он. – И теперь, когда нашёл… Я хочу только двух, очень простых вещей – чтобы ты меня выслушала… и чтобы дала шанс узнать сына.

Эмоции внутри меня смешались в отравляющий коктейль. Злость, боль, горечь, разочарование – все это рвало на меня части.

Но голос прозвучал удивительно спокойно и ровно, когда я ответила:

- А ты не считаешь, что твоё поведение, твоё полное неуважение к моим желаниям и просьбам – чертовски плохой способ наладить отношения? Ты хочешь шанс? Ха! Это слишком большая роскошь для урода, который меня предал. И сына тоже – предал. И неважно, что ты тогда о нем и не знал, это ничего не меняет вообще. Если бы не твой поступок – у нас была бы семья, все было бы иначе. Но не случилось. Свой шанс ты просрал уже давным-давно, другого уже не будет. Сейчас ты попросту лишний. Ненужный. Чужой. Усвой это наконец и сгинь!

Договорив, я отвернулась, намереваясь зайти в ворота садика, но Тема снова вылетел мне навстречу раньше.

- Мама!

Он всегда меня ждал. Единственный родной человек, который меня любил и во мне нуждался. И я никому его не отдам.

Тем более – тому, кто даже смотреть на него не заслуживал!

Обняв меня, сын повернулся и заметил Марка. Нахмурился…

- А почему вы тут… с мамой?

Хороший вопрос. Я и не думала, что придётся объяснять сыну, какого черта этот человек меня подвозил.

Марк наклонился к нему, вгляделся в детское личико с такой нежностью, какая заставляла ненавидеть его ещё сильнее и ещё сильнее сожалеть, что жизнь повернулась так…

Так, что самое правильное стало самым несбыточным.

- А мне нельзя? – спросил Марк мягко.

Тема оглянулся на меня.

- Мама сказала, ты её обидел.

- Это правда, - признал Марк. – Я обидел её очень сильно. И никогда и ни о чем так сильно в жизни не жалел. И ничего страшнее не испытывал, чем боль от того, что так с ней поступил.

Эти слова – слишком взрослые и откровенные для того, чтобы говорить их ребёнку, очевидно, предназначались на самом деле мне.

- Значит, надо попросить прощения, - с типично детским простодушием и прямолинейностью заключил Тема.

- Это я и пытаюсь сделать, - проговорил Марк. – Но это очень трудно.

Мне стало казаться, что ещё немного – и дело дойдёт до манипуляции моим сыном. Этого я допустить не могла.

- Нам нужно идти, - проговорила твёрдо. – Попрощайся с воспитательницей, солнышко, и поедем.

- Дядя Марк нас отвезёт? – поинтересовался Тема.

- Нет!

- Да.

Мы ответили хором. И, конечно, совершенно разные вещи.

Тема недоуменно переводил взгляд с меня на Марка и обратно.

- У дяди ещё куча дел, - начала было я.

- Я совершенно свободен, - нагло вмешался Марк.

Господи, как не убить этого козла прямо здесь и прямо сейчас?!

- По четвергам мы с мамой после садика ездим в парк, когда светло и тепло. Катаемся на колесе и кушаем мороженое, - доверительно сообщил Тема Марку к моему ужасу. – Хочешь с нами?

Я едва не заплакала от ощущения беспомощности и безнадёжности, что накрыло меня с головой после этих слов сына.

Чувство, что от меня больше ничего не зависит, что я не могу остановить уже запущенный, безжалостный механизм судьбы, сдавило горло.

Господи, за что ты так меня не любишь, в чем я так провинилась?..

Почему моя жизнь опять разлетается на осколки?! Почему этот человек одним своим движением умудрился растоптать все, что я строила годами?!

Ненавижу.

Как же я его ненавижу.

Или просто очень хочу в это верить.