Глава 50 Командуй, Ви...
Я слишком уязвим сейчас, чтобы противостоять.
Демьян
Мне так херово, что впору удавиться.
Хочется напиться, бухать буквально не переставая, но, само собой я этого не делаю.
Брат все еще без сознания, и я окажусь безвольным слабаком, если позволю эмоциям взять над собой вверх.
Первым делом я убеждаюсь, что ему предоставлены самые лучшие условия, снова разговариваю с врачом, потом долго сижу у его постели.
Провода, капельницы.
Кучу каких-то доводов себе привожу в пользу того, что это, типа, норма, после операции стандартно.
Я ненавижу все, что связано с больницами. Я жду, что Гордей придет в себя с минуты на минуту, и мы сможем съебаться отсюда в самое ближайшее время. Я дико злюсь, на однообразное «пока не можем сказать ничего определенного».
Мир в руинах, на обломках которого танцует Заноза со своим подтверждением, что она любила Макса.
Маячит перед глазами, а у меня, блядь, не хватает сил ее оттолкнуть и послать, к херам, подальше. Как бы ни ненавидел, но ее присутствие придает мне сил.
Да что там, только из-за нее и держусь. Она такая... С твердым волевым характером. Одним только своим видом транслирует, что все будет хорошо и словно передает часть своей уверенности мне. Врачам, со всей их медицинской мутью, я не особо доверяю, но ей отчего-то верю. Хер знает, почему.
Ведь, по хорошему, она здорово меня прокатила, и не заслуживает.
На всякий случай я все же нанял людей, немного покопать в том направлении, что она задала, хотя по мне, все, что наплела, похоже на полнейшую муть. Но... Лучше поздно, чем никогда. Парни вначале даже не знали, с чего начинать, решили. прикалываюсь над ними. Воссоздать тот ее день по шагам? Полететь в Европу, и отыскать Макса, чтобы вытрясти из него всю информацию?
Да, блядь, найти его и выбить из него все про это, якобы, похищение. Еще каких-то девок приплела.
- Не знаю, - сорвался я на них. - Делайте, блядь, что хотите, но чтобы достоверная информация лежала у меня на столе.
Я по-прежнему думаю, что рассказ Занозы - это полнейший бред, что косвенно подтверждает тест на отцовство. И все же…
Ладно, пусть ищут зацепки, а дальше будет видно.
…
У Гордея в больнице мы проводим чуть больше полутора часов. Сидим рядом с его кроватью, пьем кофе в коридоре.
Почти не разговариваем, но я болезненно реагирую на все попытки Ви от меня отойти.
Она будто чувствует, и держится рядом все время.
Потом приезжает мать и сменяет нас. Говорит, что отец приезжал рано утром. Специально, чтобы не пересечься с ней.
С тех пор, как она вышла замуж за другого, он не выносит ее присутствия рядом с собой.
Заноза…разглядывает ее с любопытством и совершенно не тушуется перед ней. Впрочем, обе слишком обеспокоены, чтобы обращать друг на друга много внимания.
По дороге домой она расспрашивает меня о материи.
Где живет, чем занимается.
- А не все ли тебе равно? – осаживаю ее я и она тут же замолкает.
Отворачивается, а я говорю себе, что похер, насрать. Я не обязан изливать перед ней душу. Она никогда меня даже не любила.
Закидываю ее в особняк, и сразу же еду к отцу.
Во второй записи мне кое-что не нравится, и я решаю поделиться своими наблюдениями с ним.
Хочу, чтобы его люди копнули глубже.
Пока еду, внимательно слежу за дорогой, но ничего странного, к примеру, слежки, как ни стараюсь, не замечаю.
…
- Ты уверен? – спрашивает у меня отец, и на его лбу залегает еще одна морщина.
- Да, блядь, сам внимательно посмотри. Он не просто так рухнул под колеса той тачки.
Мимо, очень близко от него, проезжала черная беха с заляпанными грязью номерами.
- Думаешь, она его задела? – хмурится отец.
- А ты что думаешь? До этого, он, конечно, с трудом, но все же шел. Или предлагаешь на дедка все повесить?
- Ну, на него это само-собой, только надо прикинуть, как лучше провернуть.
- Я сам с ним разберусь, - говорю я, немного резче, чем хотел.
Отец поворачивает голову и смотрит на меня внимательнее.
- Сам разберусь, - подтверждаю, сбавляя на тон, но, чтобы дошло. - Для тебя это слишком мелко.
- Ладно, сам так сам, - кивает он и ныряет носом в отчет. – Наезд произошел на Холмагорова. В двух минутах от здания Загса. Дальше стоит детский сад и пустыри с двух сторон. Не знаешь, что Гордею могло там понадобиться?
- Да какая разница, - говорю я, и хмурюсь, - мимо проходил.
- Он не бывает в том районе, но поехал туда сразу же после аварии. Оооочень интересно.
- Да ниче интересного, просто с машиной не хотел разбираться, - выпаливаю я и снова призываю себя к спокойствию.
- И все же…, - задумчиво тянет отец.
- Это я его попросил, - задвигаю я.
- Да?
- Ну. Хотел, чтобы он выяснил все про регистрацию брака.
- Демьян, - усмехается отец, и, конечно, мне не верит.
Но я продолжаю раскручивать эту тупую бредовую версию.
- Жениться собираюсь, - говорю я, и сам же на себя набрасываюсь.
Что я несу?
- Не хотел афишировать. Вот и попросил его...разузнать, что там и к чему.
Тупое объяснение, но отец настолько ошарашен моих заявлением, что забывает про все несостыковки.
- Жениться? Ты?
- Ну. А что такого?
- Нууу, знаешь ли...
- То есть, теперь это дело, конечно, отложится, - типа успокаиваю его, а заодно и себя. - Пока брат не поправится.
- И на ком, позволь тебя спросить ты собрался жениться? Уж не на той ли не в меру любопытной девчонке, что была с тобой в больнице?
- Может и на ней, - выдавливаю я и хмурюсь еще сильнее.
Черт, вот угораздило.
- А что, вы давно вместе?
- Да какая разница, если теперь не до этого.
Я вскакиваю и принимаюсь расхаживать по кабинету.
Блядь, что за идиотизм? Из-за брата, видать, совсем тронулся башкой. Да еще на Занозе. Бред. Она же меня засмеет. Всю душу вывернет, стоит только заикнуться. И откажет, конечно же. Откажет, сука, блядь. Да похуй.
Пока раскручиваю, отцу кто-то звонит.
- Не мельтеши, Демьян, сядь уже, наконец, - нервно просит отец.
Я плюхаюсь обратно в кресло, он принимает вызов.
- Да, Леонид Петрович, - произносит отец и я, услышав имя лечащего врача Гордея, сразу напрягаюсь.
- Что? Пришел в себя? Сейчас будем.
Не сговариваясь, мы с отцом вскакиваем с мест и на скорости несемся в больницу.
…
Домой я возвращаюсь вымотанным, но довольным.
- Гордей пришел в себя, - задвигаю Занозе, едва только переступаю порог. - Ненадолго, и пока никого не узнал, но врач говорит, состояние теперь вне опасности.
- О, как я рада.
Она подрывается ко мне и виснет на шее, но тут же словно одергивает себя.
Отворачивается, но сразу же кидает на меня новый взгляд.
- Я очень рада, Демьян. Действительно, очень рада.
- Ага,только не сильно расслабляйся. Я с тебя спрошу еще. За сестру. Он, блядь, никого не узнавал, но зато несколько раз произнес ебучее, Бельчонок.
- Демьян, она...
- Молчи и не беси, - перебиваю и Заноза сразу затыкается.
- Ммм...Поужинаешь? - быстро переводит тему. - Валентина Сергеевна приготовила очень вкусный ужин. А сейчас она гуляет с Игорьком во дворе.
- Да, только сначала в душ.
…
Когда я спускаюсь, Заноза встречает меня с малышом на руках.
- Только что покормила, - говорит она, - теперь ношу столбиком. А Валентину Сергеевну я отпустила домой. Ей завтра в поликлинику с утра, а отсюда слишком далеко добираться.
- Окей, - киваю я и прямым ходом двигаю к плите.
- Ты сама есть будешь? - интересуюсь у нее.
- Я не голодная, - говорит Ви, но я не собираюсь есть в одиночестве.
- Давай.
- Я не хочу.
- Мне одному скучно. Хочу, чтобы ты сервировала стол и потом поела со мной. А я…подержу малыша.
Что угодно, лишь бы не думать ни о чем. Вот вообще. Не хочу заранее радоваться насчет брата, чтобы не спугнуть удачу. И просто тащусь от того, что дома ждет она.
Ви медлит, в задумчивости закусывает губу.
- Ну, - говорю я и подхожу к ним. – Давай же, не съем я его.
- Ладно.
Передает мне, наконец, младенца, напомнив, как надо держать, и мы с ним пялимся друг на друга, словно видим впервые в жизни. Он-то меня уж точно, я читал, что они привыкают постепенно, и не ко внешности, а к голосу, запаху.
А вот я…уже видел, конечно. Но сейчас смотрю, разглядываю внимательнее, чем обычно. Отыскиваю черты, похожие на бесячую рожу Макса, но получается найти сходство только с нашими с братом фотками. Даже глаза голубые, точь-в-точь, как у меня. Или все младенцы в этом возрасте похожи друг на друга?
Что за хуета с этим тестом?
Или мне уже мерещится? Очень хочется, чтобы моим был, вот мозг и выдает желаемое за действительное.
- У тебя есть твои детские фотки? – спрашиваю у Ви, а у самого губы расплываются в улыбке, потому что малыш вдруг широко улыбается мне и даже смеется.
Это, блядь, то еще испытание.
- Зачем тебе?
- Не знаю. Просто хочу посмотреть.
- Есть, где-то дома, - отвечает Ви и продолжает сервировать стол.
- А те, на которых ты беременная?
- Фотки есть, но очень мало.
- Скинешь?
- Хорошо.
- Он так реагирует на звуки, смотри, как вертит головой. Любопытный. Походу, пошел в тебя.
- Игорьку уже больше трех. В этом возрасте дети четко улавливают звуки. Еще он очень любит наблюдать за погремушками.
Ви подходит и сует мне в руки яркую звенящую хрень. Малыш тут же оживляется и пытается ее ухватить. Прикасается своими ручонками к моим и у меня внутри что-то замыкает.
- Почему он меня не боится? - спрашиваю я.
- Не знаю. Так бывает. Может, видит в тебе своего папу.
- Ладно, на сегодня мне достаточно, - бормочу я и Ви тут же забирает малыша.
- Ужин на столе, - говорит она и собирается уйти с кухни.
- Останьтесь, - прошу я.
Ви не спорит и усаживается с сыном на диван.
Похоже, она и правда сочувствует мне в ситуации с братом. Такая покладистая. Мне же она нужна, точно воздух.
…
А вечером Игорек опять не спит. Хнычет и сам не знает, что ему нужно.
Мне хочется предложить Ви поехать кататься, но то и дело в голове всплывают те доли секунд на пленке, после которых Гордей летит под колеса. Интуиция подсказывает, что, пока эта тема не проработана, ночью лучше оставаться дома. А я привык доверять своей интуиции.
- Я помогу тебе его уложить, - задвигаю я, - окей?
- Может быть, ты поможешь мне его искупать?
- Давай, - соглашаюсь я.
Мы идем, и я наполняю ванну, выверяя температуру четко до градуса.
...
- Дем, махнем в клуб?
Один из приятелей звонит в самый неподходящий момент. Ви напрягается, что не может меня не радовать.
- Нет, не могу сегодня, - отвечаю я резко, потому что звонок выдернул меня из процесса.
- А че? Так сильно занят?
- Ага, сильно. Все, давай, пока.
Сбрасываю вызов и сую телефон в карман.
- Езжай, если хочешь, - говорит Ви. - Мы сами справимся.
- Не хочу, - отвечаю я, перехватывая ее взгляд.
Она замирает как-то странно, пожимает плечами.
- Ладно. Тогда...
- Тогда говори, что там делать дальше. Вперед, командуй.