Глава 51 Слишком изменчивый

Нежный, внимательный, и такой жестокий...

Виола, настоящее

Я с ним только до того момента, пока Гордей не поправится, напоминаю я себе, наблюдая за тем, с какими вниманием и старанием Демьян занимается плаванием с Игорьком.

Так сосредоточен. Кажется, ничего в жизни его сейчас не интересует больше, чем вот такая возня с малышом.

Приятелей послал, не задумываясь, не поехал ни в какой клуб.

- Я ведь правильно все делаю? – спрашивает у меня Демьян, осторожно ведя Игорька по воде, поддерживая под головку, а затем перехватывая под подбородок и поворачивая таким образом, чтобы сынок мог плыть теперь на животике.

Я ему показала, и он тут же, со свойственной ему легкостью к обучению, подхватил.

- Да, все правильно, - говорю я.

Я ведь и сама только-только научилась, у нас в деревне не было огромной ванны с джакузи, только маленькая пластиковая детская ванночка, которая заполнялась с помощью ведра. Но я сужу по реакции Игорька. Он улыбается, активно бьет ручками и с удовольствием сучит ножками по воде.

- Смотри, как ему нравится, - довольно говорит Демьян.

- Да, - киваю я.

В его больших ладонях Игорек чувствует себя так комфортно.

Его рубашка закатана до локтей, как я люблю, и я стараюсь не сильно пялиться на его сильные загорелые руки. Которые, если захотят, могут дарить такое наслаждение, о котором сложно забыть.

Волна желания накатывает неожиданно, но я стараюсь пресечь любое движение мыслей в этом направлении. Не стоит забывать, каким засранцем он бывает большую часть времени, и как отвратительно вел себя всего каких-то пару дней назад. Как жестил и заставлял унижаться перед ним.

Уверена, он вернется к этому, как только осознает, что слишком прогибается под нас. Сейчас из-за стресса с братом и последующего облегчения от новости, что тот пришел в себя, он не замечает.

Чуть более расслаблен, чем все последнее время, и почти что весел. Полностью ушел в малыша и занимается с ним так самозабвенно. Словно в мире нет ничего интереснее и волнительней этого процесса.

Он…изучает, с интересом наблюдает.

Улыбаются друг другу и оба смеются, когда на Демьяна попадают брызги.

Думаю, так он отвлекается от мыслей о брате и о том, почему он никак не может нас отпустить.

Иногда, я не знаю, чего он от нас добивается. Часто и сама не осознаю, чего хочу от него я.

Понимаю лишь, что одних моих признаний в любви, ему будет недостаточно. Тема измены все равно так или иначе будет все время стоять между нами и не даст нормально строить отношения.

Мне кажется, я обязана снова поднять вопрос теста, потому что в этой ситуации есть что-то неправильное, но я не до конца уверена, что хочу…

Маленькая месть за то, что ставил на колени и заставлял отсасывать ему? Что брал, практически силой, шлепая и называя меня развратной шлюхой?

Конечно, я все равно ему скажу. Сообщу, что одна их сотрудниц клиники перепутала все на свете. Как только представится возможность.

Сейчас мне совершенно не хочется прерывать гармонию их общения.

Вдоволь накупавшись, Игорек попадает в мягкое махровое полотенце, и я несу его в комнату. Кладу на пеленальный столик, и пока он пытается ухватить меня ручонками, начинаю подстригать ноготки.

Демьян ушел к себе переодеваться. Я не знаю, ждать ли его еще, или он завалится спать до утра, решив, что на сегодня для него перебор.

- Тише, солнышко, полежи еще минутку спокойно, - ласково уговариваю я сына, но он никак не желает угомониться. Упрямый до невозможности.

Все же я кое-как справляюсь, и начинаю его одевать.

Слышу за спиной движение и по позвоночнику разбегаются мурашки. Демьян возвращается.

Проходит в комнату и устраивается на диване в углу.

Я продолжаю свое общение с ребенком, а он наблюдает за нами. Ничего не говорит, просто в задумчивости смотрит, подперев подбородок кулаком.

Я беру Игорька на руки и иду с ним в, уже ставшее любимым, кресло. Сажусь в позу для кормления, поджав под себя одну ногу, снова кошусь на Демьяна, который все также неотрывно за нами наблюдает. А потом вздыхаю, прямо под его взглядом вытаскиваю грудь и даю ее разевающему рот Игорьку.

После купания сын всегда голодный и кушает с особым усердием. Я расслабляюсь, откинувшись назад, и жду, пока он насытится.

Сегодняшний день оказался длинным, и меня размаривает. Разговаривать не хочется, хотя Демьян к этому и не стремится. Наблюдает, думает о чем-то своем.

Сегодня он вообще излишне молчалив. Кажется, будто в его голове решаются какие-то сверхважные вопросы. Что понятно. Он разбирается с навалившимися проблемами.

Странно только, что занимается этим не в своем кабинете, а крутится все время возле нас.

- Похоже, активное плавание в твоей компании усыпляет его не хуже, чем поездки на машине, - замечаю я тихо, когда сынок начинает клевать носом.

- Уснул? – также тихо спрашивает Демьян.

- Ага.

Поднимаюсь очень осторожно, чтобы не разбудить, и несу сына к кроватке.

- А ты, тоже хочешь спать?

Я укладываю. Демьян поднимается с дивана, и тоже подходит к кроватке.

- Я бы выпила чая, всегда так делаю после кормления, а потом да, легла бы спать.

- Составлю тебе компанию.

…

Мы заходим в кухню, но не включаем верхний свет, остаемся в приятном полумраке.

Демьян ставит чайник, я лезу в холодильник за молоком и печеньем. Достаю и вместе с этим добром подхожу к столу.

- Я сам сделаю тебе чай, отдыхай, - говорит Демьян, и я устраиваюсь на стуле.

- Иногда ты можешь быть очень милым, - отвечаю я, когда Демьян ставит передо мной горячий напиток.

Даже сам лично добавляет молока, интересуясь, какой точно должна быть пропорция.

- Только иногда?

Он усаживается напротив, кладет локти на стол и снова подпирает голову кулаком.

- По крайней мере, сегодня ты почти идеален, - признаюсь я и отвожу взгляд.

Когда очень привлекательный внешне мужчина еще и заботлив, это та еще гремучая смесь.

Хочу добавить, что Игорьку очень понравилось купаться в его компании, но быстро прикусываю язык. Помню, что на него нельзя вываливать сразу слишком много, иначе он сочтет это за давление на него.

И что он тогда сделает? Снова поставит на колени и заставит ему отсасывать, показывая, что я по-прежнему в ранге шлюхи.

Чтобы не брякнуть лишнего, начинаю усиленно пить, втягивая в себя глоток за глотком. А потом тянусь за печеньем и начинаю его поедать.

- Печенье, да еще на ночь? – поднимает брови Демьян. - Может, я сделаю тебе салат?

- Хочу печенье, - говорю я, - а что такое? Боишься, что я растолстею и стану тебе противна?

- Да мне как-то похрен, ешь печенье. В случае с тобой пара лишних кило точно не испугает.

- Ладно, сделай салат.

Демьян поднимается с места и отходит к холодильнику.

- Завтра с утра поеду к брату, - говорит он, пока занимается овощами.

Я с удовольствием наблюдаю за его плавными движениями. Хищник на отдыхе, вот так это выглядит со стороны.

Опасно, но так завораживающе.

- Надеюсь, завтра он окончательно придет в себя, - говорю я.

- Врач сказал, ему значительно лучше.

- Отлично.

- Кстати, вторая авария, когда он упал... Мы почти уверены, та машина его задела. Но номеров не удалось разглядеть. Сейчас люди отца опрашивают тех, кто проезжал в тот момент мимо. Возможно у кого-то в машине висел регистратор. Есть курица, порезать в салат?

- Давай, - соглашаюсь я. - И…что это значит?

- Пока не знаю.

Демьян сбрызгивает салат маслом и приближается с тарелкой ко мне. Ставит передо мной, вилку кладет на салфетку.

- Спасибо, - говорю я.

Он кивает, и снова располагается напротив.

- Что это значит? – повторяю вопрос.

А пока жду ответ, начиню неторопливо есть.

- Хер знает. Как один из вариантов, кто-то за ним следил и воспользовался моментом. Если так…он, этот кто-то, должен позвонить и выдвинуть свои условия. Ну, типа, не согласитесь, и будет хуже. Пока никто не звонил.

- Не думаю, что Гордей мог ввязаться во что-то опасное или противозаконное. А вот ты…

- Как хорошо ты меня знаешь, Ви, - усмехается Демьян.

Веселья в его голосе, конечно же, нет.

Я пожимаю плечами.

- Будем реалистами, Демьян. Уверена, для многих ты бесячая заноза в заднице.

- Прямо, как ты.

Я оставляю его замечание без ответа.

- Подумай, кого ты в последнее время посылал, или кому отказывал. В общем, кому перешел дорогу, - говорю я вместо этого.

- Да таких воз и тележка.

- Ну, вот…А если хорошенько подумать? Кто реально мог решиться?

- Да не знаю, - морщится Демьян.

Такое направление разговора ему явно не по душе. Ведь тогда во второй аварии косвенно будет виноват он сам. Эта мысль для него невыносима.

- Кроме того, - решаю его отвлечь, - тебе на почту пришел неверный тест ДНК. Не знаю, случайно или нет. Возможно, ты под чьим-то пристальным наблюдением, Демьян.

- Заноза…, - предупреждающе рычит Демьян, а глаза его сверкают дьявольским огнем.

Как я и опасалась, настроение его меняется прямо на глазах. Из почти расслабленного становится темным, опасным и угрожающим.

Но и я начинаю закипать.

- Что, Заноза? Тест ошибочный. Когда-то я должна была тебе об этом сказать? Или предлагаешь молчать, пока Игорьку не исполнится восемнадцать? Но я не требую от тебя ничего. Просто сообщаю, так что расслабься.

- Я тебе не верю.

- Да мне пофиг, веришь или нет.

Вскакиваю с места и кидаюсь к выходу. Но тут же возвращаюсь.

- Спасибо за салат, - говорю я.

Хватаю тарелку, и спешу к раковине. Быстро мою, каждую секунду ожидая от него какой-нибудь подлости, а когда ничего не происходит, просто покидаю кухню.

Ругаю себя за слабость.

Он проявил немного внимания, и я тут же начинаю раскисать. Повезло еще, что не начал снова самоутверждаться за счет секса.

Он же такая сво…

Не стоит думать, что между нами произошли изменения к лучшему.

…

Демьян уезжает рано утром, мы с Игорьком остаемся предоставлены сами себе.

Не скучаем. В особняке Демьяна есть чем заняться.

Вообще, я начала ловить себя на том, что как-то слишком быстро привыкаю к былой роскоши.

Огромные светлые комнаты, с удобной функциональной мебелью, в противовес малюсенькой и довольно темной комнатушке дома. Гостиная с камином. Ванна, как небольшой бассейн. Кухня, это вообще отдельная мечта любой женщины.

Свой участок в лесистой местности, машина с водителем, роль которого выполняет охранник. Сколько угодно налички и приличная сумма на карте.

Я прямо сейчас могу зайти на сайт любого магазина и заказать все, что душа пожелает. Самые лучшие памперсы. Косметику, одежду, а, главное, какую угодно еду и самую чистую питьевую воду.

Конец тотальной экономии буквально на всем.

Странно даже, что я до сих пор всем этим не воспользовалась.

А еще...

Самая добрейшая в мире няня, которая должна вернуться к обеду и принять на себя все заботы о малыше.

Опять же оплачиваемая им...

И никто не пилит каждый день, как сильно я опозорила семью, и какая дура, что в свое время не сделала аборт.

Не жизнь, а просто какая-то сказка. Рай на земле, который обеспечивает самый несносный человек на свете.

До дрожи привлекательный внешне. Все в нем идеально. Дерзкий взгляд, спортивная фигура под одеждой, большие ладони с красивыми пальцами. Походка, что не оторвать глаз, голос.

Стоит лишь ему оказаться рядом, как между ног делается влажно и жарко. Хочется секса с ним, и... он готов удовлетворить эту потребность практически в любой момент.

Черт. Остановись, Ви, ненормальная озабоченная мамаша трехмесячного малыша. Не стыдно?

Стоило только начать высыпаться, а Демьяну не приставать ко мне несколько дней, как мысли о сексе с ним сами лезут в голову.

...

Валентина Сергеевна сменяет меня, и я прошу Михаила отвезти меня в больницу к Гордею.

Пока еду, списываюсь с Ариной.

Мы несколько раз общались с ней после ее отлета. Я узнавала, как она долетела, как устроилась. Я не говорила ей ничего про аварию.

Я уверена, она бросит все и прилетит, но…если их отец узнает…или Демьян ее увидит…

Это все равно, что махать красной тряпкой перед разъяренными быками.

Однако, я сообщу ей, если Гордей захочет. Если это поможет ему поправиться быстрее.

Он уже полностью пришел в себя, хоть у него и обнаружились некоторые проблемы со зрением. Последствия сильного удара головой. Пока неизвестно, восстановится, или нет.

…

В какой-то момент Демьян выходит покурить, и мы с Гордеем остаемся один на один.

- Ты ужасно выглядишь, если честно, - говорю я ему.

- Надо думать.

Он силится улыбнуться, но у него плохо получается.

- Надеюсь, проваляешься здесь недолго. Твой брат просто рвет и мечет. Знаешь, он ненавидит больницы. Больше пяти минут в этих стенах, и у него начинаются приступы паники. Но ради тебя он справляется с этим. Он очень переживает за тебя. Пока ты не очнулся, ни ел, ни спал.

- Уверен, ты смогла его утешить.

- Разве что чуть-чуть. Отвлекался на ругань со мной. Но долго мы так не протянем. Так что…ты просто обязан быстро пойти на поправку.

Гордей снова усмехается.

- Слушай, - осторожно начинаю я после паузы. - Арина…она…

Я хочу сообщить, что она не уезжала никуда с Володькой и у нее ничего не было с ним. Что я забрала ее, она улетела в Турцию, и сейчас активно ведется бракоразводный процесс. Что не знает ничего про аварию, но стоит ей сообщить…

- Ни слова про нее, - цедит Гордей, и видно, каждое слово дается ему с огромным трудом.

Лицо его бледнеет, делается, каменным. - Ни слова, поняла? Знать ее больше не хочу...

Его красивые руки с длинными пальцами, лежащие вдоль туловища сверху одеяла, начинают мелко подрагивать.

- Гордей, - ахаю я...

- Ни слова...не хочу..., - произносит, словно в полубреду.

Какой-то аппарат, к которому от Гордея тянется трубка, начинает надсадно пищать, в палату тут же влетает Демьян, а следом за ним и медсестра.

- Так, спокойно, - восклицает она и тут же кидается к Гордею со шприцом. Демьян бежит за врачом.

Начинается настоящая суматоха, в центре которой стою я, расстроенная и жутко подавленная.

И это продолжается, пока Демьян не хватает меня за плечи и не утаскивает из палаты. Не толкает меня в стену и не нависает надо мной.

- Что ты ему сказала? – цедит зло, а когда я не отвечаю, начинает трясти меня за плечи.

- Что, блядь, сказала?

Я закрываю глаза и молчу.

- Что-нибудь про свою тупую сестру задвинула? Ну? Отвечай!

- Демьян…

- Чтобы я не слышал больше про нее. И чтобы он не слышал. Только попробуй снова. А приедет если, если только эта шалава сунется, пойдет по рукам, я организую, уж поверь. Поняла?

- Слава богу, все обошлось, он вне опасности. Но волновать его категорически нельзя. - раздается голос медсестры. – Пожалуйста, отпустите девушку, иначе я буду вынуждена позвать охрану.

Демьян отпускает и начинает мерить шагами коридор. Я прихожу в себя от его вспышки ярости и новой порции волнения за его брата, причиной которого на этот раз стала я. Уже и сама поняла, что сглупила, но что ж теперь.

- Извини, - бросаю я через проход, ощущая, как дрожит и срывается мой голос. - Думала, может, ему наоборот, станет легче. Все же любимая девушка…

Он так смотрит, что слова застревают в горле.

- Свали, к херам, пока я тебя не убил, - бросает мне, и я пулей вылетаю из больницы.

...

Михаил везет нас домой, а я сижу на заднем и еле сдерживаю слезы. Потому что Демьян…он снова прежний. Грубый, неуравновешенный, агрессивный.

Показал, каким он может быть, и снова закрылся от меня.

...

Когда он возвращается, то не предлагает помощь, как вчера, и, уж конечно, не появляется в кухне, чтобы что-нибудь мне приготовить.

- Она такая же шлюха, как и ты, - бросает, проходя мимо, и пулей взлетает на свой этаж.

Хорошо, что не принуждает к сексу. В таком настроении это было бы максимально пошло, унизительно и грубо…Я бы, наверное, с трудом это вынесла.

Но он просто проходит мимо, едва взглянув.

Надеюсь, завтра он уедет с самого раннего утра. Не хочу его видеть.

...

Когда наутро Валентина Сергеевна заходит в нашу с Игорьком комнату и сообщает, что Демьян ждет меня в кабинете, ноги подкашиваются, а из легких разом выбивает весь воздух...