- 26 -

Янина

Как только в доме появился ребенок, время полетело с бешеной скоростью. Я хоть и мечтала стать мамой, как оказалось, была совсем неподготовленной к этой важной миссии. Столько тонкостей и нюансов вылезало в процессе привыкания друг к другу!

Но оно того, однозначно, стоило. 

Поначалу была пара моментов, когда я всерьез сомневалась - а не зря ли поддалась эмоциональному порыву? Может, не стоило? Может, я переоценила себя? Вдруг я не смогу дать ребенку настоящую материнскую любовь?

Но стоило взять Мишутку на руки, увидеть его неосознанную улыбку во сне, и все… Сомнения растворялись мгновенно.

Ведь как можно не любить эту кроху?

Формальную сторону вопроса Витя уладил довольно быстро. Впрочем, я в нем и не сомневалась. Когда он чего-то хотел, то получал это. 

Свои попытки забеременеть я оставила. И к своему удивлению заметила спустя какое-то время, что стала ощущать себя более счастливой и нормальной, что ли.

Я даже не подозревала, насколько сильно, оказывается, была измотана постоянным ожиданием своего персонального чуда.

Правда, чудо это я получила совсем иначе.

Жалела ли я, что он нам неродной? Думала ли об этом?

Глупо врать, что нет. Конечно, такие мысли посещали меня. Но чем дальше, тем меньше их становилось. Они словно затирались счастливыми моментами, в которых мы с мужем стали родителями - совместные прогулки, купания, кормления. У меня получилось наладить лактацию, хотя поначалу Витя весьма скептически к этому отнесся, но когда пару раз он заставал меня, кормящей сына, его взгляд… О, он загорался таким желанием, что я и без слов поняла - любимый признал, что был неправ.

Я ощущала себя мамой. По-настоящему. Без условностей и приставок “приемная”. И это окрыляло меня. День за днем, шаг за шагом я привязалась к малышу так, будто сама его выносила и родила. 

Первая улыбка, первые шаги - все это мы прошли вместе. И нельзя словами описать, как много это значило для меня. Ведь муж не остался в стороне, нет. Он тоже стал полноценным родителем.

Приезжая домой, он всегда брал сынишку на руки, проводил с ним время и не чурался помогать мне с ним. 

Кто бы подумал, что наглый, самоуверенный тип, которого я увидела впервые в ресторане, станет настолько трепетным отцом.

С именем я не могла определиться очень долго. И в итоге именно Витя подсказал верное направление.

- Ты так и не выбрала? - спросил он спустя несколько дней после того, как впервые принес ребенка.

- Нет, - виновато ответила я. - Мне кажется, что все как-то не то. - Муж в ответ только усмехнулся и покачал головой. - В общем, пока он просто мой медвежонок, - вздохнула я и поправила одеяльце малышу.

- Медвежонок?

- Ну да. Он прям вылитый. В детстве я смотрела мультфильм, и там как раз был такой несмышленый персонаж, который вечно попадал в смешные ситуации.

- Миша… - задумчиво протянул Витя. - Мне нравится.

- Миша?

- Ну, медвежонок же, - усмехнулся он.

Я задумчиво посмотрела на сопящего сына и вдруг поняла, что это оно. Как сама не догадалась?

- Ты прав. Будет Мишей.

Так мы определились с именем. Документы оформили быстро - опять же не без возможностей мужа. И мы стали, наконец, полноценной семьей. Такой, как я мечтала все это время.

Дни складывались в недели, месяцы. С маленьким ребенком время пролетало незаметно. Витя неоднократно предлагал мне взять няню, видя, как я порой выматывалась с сыном. Особенно когда у него полезли зубы. Но я каждый раз отказывалась, боясь что-то упустить, отойти в сторону и попросту не успеть. 

В какой-то момент муж не выдержал и недвусмысленно намекнул, что ему стало меня не хватать. Сначала я сильно психанула, мы даже поругались. Однако после…

После я крепко задумалась над его словами и поняла, что и правда слишком сильно ушла в материнство. А ведь я хотела гармоничную, счастливую семью. Вот о чем я мечтала. И теперь, когда у нас появился малыш, выстраивать и сохранять баланс стало сложнее. Но вместе с тем интереснее.

Поэтому пришлось пересмотреть некоторые аспекты жизни. Это, конечно, потребовало определенных усилий, но итог того стоил!

Моя мечта сбылась. И казалось, ничто уже не сможет помешать - мы с мужем были вместе и любили друг друга, любили нашего ребенка и жили счастливо.

Да только беда пришла, откуда не ждали…

Все началось с очередного приема у врача, когда ему не понравились анализы Миши. Назначив дополнительные обследования, наш педиатр заверил, что это просто перестраховка, и попросил не волноваться.

Вот только оказалось, что все было не так радужно. 

В тот день, когда прозвучало страшное слово “онкология”, я проплакала полдня. Мой идеальный мир пошатнулась и начал разваливаться на части…

- Ласточка, нельзя сдаваться, - твердо произнес тогда муж. - Ты же сама слышала, что сказал врач - мы вовремя узнали. У Миши отличные шансы. Ему нужна сильная, здоровая мама, чтобы поддержать и помочь. 

Умом я понимала, что он прав. Но внутри все сжималось, стоило только подумать, что я потеряю нашего мальчика. 

Витя нашел лучшую клинику, лучших врачей. Иван Семенович - врач с большим стажем, который взялся вести Мишу, производил впечатление опытного человека и вселил в меня надежду на первом же приеме. Он очень ловко сумел достучаться до меня, и страх, сковывавший меня все это время, стал отступать.

А дальше началось лечение, анализы, визиты в клинику… Миша стал капризным, не таким веселым и жизнерадостным. И это угнетало меня. Оказывается, видеть, как страдает твой ребенок - ужасно. Я и раньше это понимала, но прочувствовала только сейчас в полной мере.

Незадолго до первого дня рождения Мишутки Иван Семенович пригласил нас с мужем на встречу и, рассказав о ходе лечения, упомянул, что, вполне вероятно, будет иметь смысл прибегнуть к донорству костного мозга. 

- Прежде всего, конечно, стоит проверить родственников, - сказал он тогда. - Хотя это не гарантия, и можно будет обратиться в банк костного мозга, но это определенные формальности и очереди. Это надо понимать.

- Мы проверимся, - твердо произнес тогда муж. А поймав мой растерянный взгляд, просто сжал покрепче мою ладонь и снова посмотрел на Красовского.

- Правильное решение. Нужно использовать все варианты.

Домой мы возвращались молча, каждый погруженный в свои мысли. И уже в спальне я все же не выдержала.

- Вить, ты же понимаешь, что шанс, что кто-то из нас подойдет…

- Понимаю. Но это не повод отказываться от анализов.

- Конечно, нет! Я не об этом, - смутилась я. - Может, не терять время и сразу подать запрос в банк? Что, если мы упустим эти дни?

Он молча обнял меня, прижал так крепко, что я буквально ощутила нас одним целым.

- Конечно, подадим, Ян. Наш мальчик поправится. Обязательно поправится, слышишь?

Я всхлипнула, боясь поверить, что стоит только расслабиться, как произойдет новый удар.

- Но раз Иван Семенович заговорил про донорство, значит, другое лечение не помогает? Он, выходит, не верит в результат?

- Милая, он просто перестраховывается. Сама же понимаешь - пока сдадим анализы, пока найдем подходящего донора… Все это драгоценные дни. Лучше быть готовым.

- Ты так думаешь?

- Уверен! И ты должна верить, Ласточка. 

И я старалась. Мы оба старались. 

Каждый день я ездила к сыну в больницу, поддерживала его, развлекала. И каждый раз, видя его бледное, осунувшееся лицо, мое сердце обливалось кровью. Но сдаваться и плакать я не имела права. Потому что нужна была Мишутке. 

Дни шли, а я с замиранием сердце ждала результаты очередных анализов и ответа по поводу подходящего донора. Я надеялась, что эта “страховка” нам не понадобится, что все обойдется, но вместе с тем каждый день ждала, что вот-вот позвонят и скажут - нашли, подобрали.

Вот только вместо этого дождалась совсем другого…

Однажды в палате сына меня встретил незнакомый мужчина вместо ставшего уже привычным Красовского.

- Добрый день, - растерялась я. 

- Здравствуйте. Янина Сергеевна?

- Да, это я, - мельком бросила взгляд на Мишу, который крепко спал в кроватке. - А вы?

- Я новый лечащий врач вашего сына - Евгений Николаевич.

- А где Красовский? - опешила я.

- Увы, к сожалению, Иван Семенович попал в аварию.

- Боже, что с ним? Он жив?

- Да-да, не волнуйтесь. Просто какое-то время он не сможет работать, так что… - мужчина развел руками.

- Понимаю, - с сожалением произнесла я. А сама мысленно выругалась - как же все не вовремя! Эгоистично, некрасиво, но в этот момент я подумала только о своем ребенке.

- Вы не волнуйтесь, мы с Иваном Семеновичем будем координировать дальнейшее лечение, - успокоил меня Евгений Николаевич, верно истолковав мое замешательство. - Понимаю, с ним у вас уже сложились определенные отношения и доверие…

- Нет, это вы простите меня, - повинилась я. - Просто все это очень…

- Не стоит. Я понимаю. Дети - самое ценное в нашей жизни. Не оправдывайтесь.

Я виновато улыбнулась в ответ. Стало очень неловко за свою реакцию.

- Еще раз извините.

- Проехали, - миролюбиво подвел итог наш новый врач. - Пришли анализы по совместимости, но вы, наверное, и сами догадываетесь о результате.

- В каком смысле?

- В том, что вероятность совместимости вашего мужа, как биологического отца, гораздо выше. По понятным причинам. И сегодня мы получили документальное подтверждение этому - костный мозг Виктора Дмитриевича подойдет, если в этом возникнет необходимость. Правда, совместимость чуть больше пятидесяти процентов. Поэтому я бы не стал отзывать запрос из банка, просто на всякий…

Но я уже не слушала дальше. В голове звенели те самые слова…

- Что значит, мой муж - биологический отец? 

Врач замер, непонимающе глядя на меня.

- Так Иван Семёнович меня предупредил об этом, когда вводил в курс дела и передавал вашего Мишу… - растерянно произнес он. - Сказал, поэтому Виктор Дмитриевич, вероятнее всего, и подойдёт в качестве донора…

С каждым новым словом во мне что-то умирало. Получается, я не ослышалась? Мой муж и правда был отцом нашего усыновленного Мишеньки?

- Погодите, Янина Сергеевна, - занервничал мужчина, видя мое состояние. - Возможно, Красовский что-то напутал. Все-таки он еще не оправился после аварии. Или я не так его понял. Давайте, я сначала всё уточню, а затем будем делать выводы… А то ведь накрутите себя, а окажется, что это просто недоразумение…

Наш новый лечащий врач все сильнее волновался. Оно и понятно - мой муж влиятельный человек. И если он его сейчас, по сути, сдал, то Виктор катком проедет не только по самому Евгению Николаевичу. Нет, Витя - человек жёсткий. Заденет всех, кто дорог мужчине.

- Вы только не говорите пока мужу ничего, да? - кажется, он не в первый раз уже это спрашивал, судя по напряженному взгляду, в глубине которого плескался настоящий страх. 

Перед глазами встали образы прошлого - как мы с Витей долго пытались завести ребенка, как я отчаялась и потеряла веру в себя, как впервые услышала в нашем доме крик ребенка и как поддалась порыву, а муж вроде бы и не настаивал, но все время смотрел как-то по-особенному. Но тогда мне подумалось, что это он так переживал за мое душевное состояние, а оказалось…

Оказалось, что я не знала самого главного...

Что мужчина, который однажды повстречался мне на пути, который спас от кошмара и надругательства, который завоевывал и добивался меня так долго, на самом деле просто… предал.

В груди все сдавило, там будто разрасталась огромная черная дыра, уничтожая все на своем пути. 

Я же была самой счастливой женщиной. А теперь оказалось, что у мужа есть ребенок на стороне.

Ребенок от другой женщины.

Ребенок, которого я усыновила и полюбила всем сердцем…

Малыш, которого я называла сыночком, и за жизнь которого молилась каждый вечер. 

И который был прямым доказательством измены мужа…

- Янина Сергеевна! - я перевела невидящий взгляд на врача. - Наверняка это какая-то ошибка.

- Все в порядке, - едва слышно произнесла я. - Не волнуйтесь. Мне просто нехорошо. Голова с утра болит.

- Уверены? - нервно спросил мужчина.

- Да-да. Что еще, кроме этих анализов? Вроде вчера брали кровь у Миши? - я попыталась перевести тему разговора, потому что просто не могла сейчас продолжать думать об этом. Позже. Обязательно. Но позже.

- Брали, - живо ответил Евгений Николаевич. - Пока ждем. Прошлые показатели были весьма неплохими. Так что пока все назначения оставляем прежними. С Иваном Семеновичем все согласовано.

- Хорошо. 

- Что ж, я тогда зайду чуть позже.

- Да, спасибо…

Как только мы с Мишей остались одни, я практически упала в кресло и беззвучно заплакала. Наверное, так больно мне не было, даже когда мать не поверила, что ее хахаль пытался меня изнасиловать. В голове не укладывалось, как такое возможно - Витя настоящий отец нашего Миши!

И невольно сразу возникал вопрос - кто мать? С кем он изменял? И как часто? Случайно ли получился Миша? Или… Или, может, все-таки муж действительно захотел наследника, а я… Я оказалась дефектной, и он решил эту проблему по-своему?

Зная Виктора, не удивилась бы. Он умел быть жестким и добиваться поставленной цели.

Вот только мне всегда казалось, что в отношении меня он руководствовался несколько иными принципами. Наивная дура. Разве можно было надеяться, что взрослый мужчина со сложившимся характером изменится ради меня?

А я же верила. Любила. Боготворила даже в чем-то его. А оказалось…

В кроватке заворочался, просыпаясь, Мишутка. Я подошла и стала пристально вглядываться в черты лица сына. Теперь и сходство с Витей стало понятным. И даже более очевидным. А я-то, дура, все удивлялась. Даже умилялась в чем-то. Ведь сбылась моя мечта - маленькая копия любимого мужчины.

Так и было. Вот только родила его не я. Выносила не я. Зачал он его не со мной…

В груди пульсировала тупая боль - будто нож воткнули и провернули несколько раз для верности.

Смотрела на ребенка, а у самой внутри было пусто. Казалось, все чувства атрофировались. Зачем? Зачем я узнала эту правду?! Как теперь жить с этим? Как продолжать заботиться о мальчике?

Миша окончательно проснулся и внимательно посмотрел на меня, а затем улыбнулся. Так, как умел только он один. И эта улыбка отозвалась гулкой болью в груди, напоминая о предательстве его отца.

Мне до ужаса хотелось сбежать, как можно дальше. Не видеть никого. Но разве я имела на это право? Могла ли оставить ребенка, который не был виноват в том, при каких обстоятельствах появился на свет? Могла ли бросить его без помощи и поддержки здесь, в больничных стенах, где мой храбрый малыш ежедневно боролся за жизнь и здоровье?

Нет. Конечно же, нет. Поэтому я натянуто улыбнулась, заставив себя отключить лишние мысли, и протянула руки к Мише, отчего тот заулыбался еще сильнее.

День обещал быть очень длинным…