Глава 10

Глаза Макса на мгновение расширились, и он громко втянул носом воздух, пристально глядя на меня. Всего на мгновение в глубине его глаз отразилась душевная борьба, которую он, как и я, проиграл.

Он обхватил ладонью мою щеку и нежно погладил ее большим пальцем. Я прикрыла глаза, делая шаг ближе, закинула руки ему на плечи, приподнялась на носочках и потерлась носом о шею, вдыхая его запах.

Макс тихо выругался сквозь зубы, собрал мои волосы в кулак и притянул к своему лицу, одновременно впиваясь в губы голодным поцелуем. Ворвался языком в рот, поглощая меня без остатка, сплетаясь с моим в диком первобытном танце. Его ладонь по-хозяйски заскользила по спине, обводя позвонки.

От каждого касания я вздрагивала. Все тело превратилось в комок оголенных нервов: дотронься — и ударит крохотным разрядом тока.

— Думаю, нам нужно сменить обстановку, — хрипло прошептал мне в губы Макс и, не дожидаясь ответа, подхватил на руки.

Я пискнула от неожиданности, но он нес меня так, словно я ничего не весила.

Взгляд его говорил много больше слов. В нем было предвкушение чего-то необузданного, дикого, многообещающего.

Макс положил меня на кровать и опустился сверху. Оперся на локти, изучая мое лицо, словно все еще не веря в то, что происходящее реально.

— Я… — пробормотала тихо. — Ты … подскажешь, что мне нужно делать?

— Расслабиться, — прошептал Макс. — Я все сделаю сам.

Проще было сказать, чем сделать. Живот свело судорогой, а руки дрожали.

Макс склонился надо мной и прошелся губами по шее, одновременно ладонью обхватывая грудь. Провел большим пальцем по твердой вершине соска, прикусывая зубами мочку уха.

Я дернулась и застонала. Вцепилась пальцами в его плечи, содрогаясь всем телом.

Он развел мои ноги в стороны, устраиваясь между бедер, одним ловким движением снял с себя футболку и откинул в сторону. Посмотрел затуманенным взглядом и почти невесомо погладил чувствительный участок кожи на животе.

— Ты идеально смотришься в моей спальне, — прошептал, наклоняясь, — и в моей жизни, — добавил перед тем, как возобновить поцелуй.

В ушах зазвенело, когда он провел языком по моей нижней губе, втянул ее и проделал те же манипуляции с верхней.

Я не заметила, в какой момент Макс успел задрать мою футболку. Приподнялась, помогая снять ее. И машинально попыталась прикрыться руками, оставшись в одном нижнем белье. Но он перехватил меня за запястья, прижал их к подушкам и провел губами по коже от ключицы к груди. А потом захватил зубами сосок сквозь тонкую ткань лифчика.

Все мое тело прострелила горячая волна удовольствия, а глаза сами собой закатились. Макс подался бедрами вперед, задевая какую-то очень чувствительную точку. Я закусила губу и попыталась вдохнуть, пока он прокладывал дорожку поцелуев по животу, спускаясь все ниже.

Просунув руки мне под спину, ловко расстегнул бюстгальтер, приподнялся, снимая его, и отбросил в сторону. Обхватил ладонью грудь, перекатывая сосок между пальцами, а второй втянул в рот, поигрывая языком с вершиной.

Опустил руку, касаясь клитора сквозь ткань джинсов, и легонько надавил, вызывая очередной стон. Одной рукой расстегнул пуговицу, следом — молнию. Снова приподнялся, стягивая с меня джинсы вместе с бельем.

Я попыталась сдвинуть ноги, прикрыться, спрятаться. Дыхание перехватило, а голова закружилась.

— Тихо, тихо… — зашептал Макс. — Открою тебе секрет. Я тоже боюсь.

— Ты? — удивилась я. — Чего?

— У меня это тоже в первый раз. С тобой. А вдруг тебе не понравится, и ты решишь меня бросить?

И не дав ответить, закрыл рот поцелуем, накрывая ладонью клитор и уверенно водя пальцами по влажным складкам. Прикусил шею, одновременно усиливая давление между ног… И мое тело прострелила горячая волна, которая родилась внизу живота. Я забилась в судорогах, тщетно пытаясь вдохнуть. Обхватила Макса за шею и широко распахнула глаза.

— Вот так, — прошептал он, гулко сглатывая. — А еще я очень хочу увидеть твою татуировку, — попросил, лаская взглядом.

Тело обмякло и плохо подчинялось командам мозга. Я с трудом перевернулась на живот, показывая крохотную птицу феникс, набитую на лопатке. Макс нежно обвел ее, склонился и приник губами к шее. Целуя каждый позвонок, опустился ниже. Смял руками ягодицы и тихо зарычал.

Низ живота снова требовательно заныл, и я заерзала под Максом. А когда он начал покрывать поцелуями поясницу, впилась зубами в подушку, гася стоны.

Услышала за спиной звук расстегиваемой ширинки, шелест ткани и зажмурилась. Сердце заколотилось в горле, а мышцы во всем теле напряглись.

— Посмотри на меня, — потребовал Макс.

Я вздрогнула, снова повернулась на спину и испуганно посмотрела на полностью обнаженного мужчину в полной боевой готовности. Нервно облизала губы, не в силах оторвать взгляда от его мужского достоинства.

— Больно только в первый раз, — предупредил меня Макс, нависая сверху.

Казалось, он целую вечность ласкает, гладит, прикусывает каждый сантиметр моего тела… Я потеряла счет времени, утонув в собственных ощущениях. И когда Макс одним движением заполнил меня до упора, широко раскрыла рот, падая с небес на землю. Было больно, некомфортно. Мышцы сжались. Я вскрикнула и попыталась его оттолкнуть.

— Ш-ш-ш, сейчас все пройдет, — зашептал он на ухо, ощутимо прикусывая нежную кожу шеи, и замер, давая мне время привыкнуть к новым ощущениям.

И когда я смогла нормально вдохнуть, очень медленно начал двигаться, сжав между пальцами сосок.

Постепенно боль уменьшалась, смешиваясь с невероятными ощущениями от каждого нового толчка. Я вцепилась пальцами в короткий ежик волос, притягивая его ближе, и Макс тут же алчно набросился на мой рот. Прикусывая, втягивая в себя, всасывая язык, постепенно ускоряя ритм.

Вдруг внутри словно произошел локальный взрыв, и меня выгнуло дугой в сладких судорогах. Кажется, я кричала, но шум крови в ушах заглушил все звуки.​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Почувствовала только, как Макс напрягся и вышел из меня, а на мой живот полилось что-то теплое.

Он обессиленно лег рядом. Притянул меня к себе, заставив положить голову ему на плечо, и прикрыл глаза, стараясь отдышаться. Обняв его за талию, я уткнулась носом во влажную от пота кожу. На его шее хаотично пульсировала жилка, а сердце билось как сумасшедшее.

— Как ты? — поинтересовался он.

Не ответила. Просто потерлась носом о его грудь, скрывая счастливую улыбку.

Несколько минут мы приходили в себя, а потом Макс легко поднялся и ушел в ванную комнату. Послышался шум воды. А спустя пару минут он вернулся, сел на край кровати, нахально рассматривая меня с ног до головы, и тихо произнес:

— Тебе нужно принять теплую ванну.

Я согласно кивнула. Между ног саднило, и с каждой минутой жжение усиливалось. Неловко поднялась и попыталась встать на ослабевшие ноги, но колени подогнулись. Тогда Макс снова подхватил меня на руки, легко донес до ванной. Не отпуская, перешагнул край ванны и вместе со мной опустился в теплую, пахнущую ванильной пеной воду.

Я расслабилась, лежа у него на груди, пока Макс медленно зачерпывал воду в ладонь, поливая разгоряченное тело. Вода успокаивала, и неприятные ощущения почти прошли, а в груди засиял яркий огонек счастья. Преступного, украденного, но такого настоящего.

— Теперь ты должна поспать. А завтра продолжим, — мурлыкнул мне на ухо Макс.

Его голос вибрировал, а член снова был в полной боевой готовности. Я чувствовала, как он упирался мне в спину.

Макс помог мне встать, обтер мягким полотенцем и повел обратно в спальню.

— А ведь мы всего лишь хотели пообедать, — хмыкнула я, наблюдая, как он меняет простынь на кровати.

— Ты голодна?

— Нет. Я очень устала.

Он сноровисто поменял белье, стянул с меня полотенце и, не позволяя одеться, уложил на кровать. Выключив свет, лег рядом, обнял. Зарылся пальцами в волосы, массируя шею и затылок. И я сама не заметила, как уснула.

А проснулась, словно от толчка. Резко вскочила, в первые секунды не понимая, где нахожусь.

— Леся, ты у меня, все в порядке.

Приложила руку к груди, из которой сердце готово было выпрыгнуть, и задержала дыхание.

— Я воды принесу, — поднялся Макс.

Вышел из комнаты и вернулся с полным стаканом. Сев на край кровати, я жадно глотала воду, пока Макс надевал боксеры.

Он включил ночник, опустился передо мной на корточки и произнес, заглянув в глаза:

— Нам нужно серьезно поговорить…