Глава 23
Говорят, что за черной полосой обязательно следует белая, и что если где-то убывает, то в другом месте обязательно прибудет. Не то чтобы Влада не верила в это, просто не придавала этому особого значения. Да и не было в ее жизни раньше как таковых полос — протекала она плавно, без всплесков и падений. И уж точно она не ожидала, что начнет меняться к лучшему ее жизнь как-то слишком уж стремительно.
Она как раз делилась с родителями новостями, помогая маме накрывать стол к обеду. Рассказывала о предложении Катерины Карловны сыграть на отчетном концерте, о том, как ей нравится работать в музыкальном училище, когда зазвонил ее сотовый, и номер высветился заграничный.
— Кто бы это мог быть? — удивленно проговорила Влада.
— Чтобы узнать, нужно ответить, — с улыбкой смотрел на нее отец.
На всякий случай Влада вышла в другую комнату. Не то чтобы она ждала чего-то неприятного от звонка, но и что думать, не знала.
— Здравствуйте, Влада! — раздался на том проводе мужской голос, в котором по характерному акценту Влада узнала Карла Штольца. — Как поживает моя муза? — немало смутил ее немец.
— Все хорошо! У вас как дела? — вежливо ответила Влада.
— Лучше не бывает! — кажется, так у вас принято говорить, — послышалась в голосе Карла улыбка. — И звоню я вам по важному делу…
А дальше он ей сказал такое, во что и поверить-то сразу не получилось.
Карл Штольц предложил ей принять участие в концертном туре по Германии, Франции и Бельгии в качестве сольной исполнительницы. Первый концерт должен был состояться в Берлинской филармонии, ровно через месяц. Там же планировался и заключительный гала-концерт классической музыки, который был назначен на конец сентября. Ну а весь тур должен был продлиться, получается, без малого три месяца.
— Влада? — вырвал ее из изумленной задумчивости голос Карла. — Вы еще здесь?.. — следом он что-то проговорил на немецком, но Влада не поняла ни слова.
— Я здесь, Карл, — поспешила заверить собеседника.
— Я думал, что связь прервалась… Что же вы молчите? Могу я рассчитывать на ваше согласие?
— Даже не знаю, что и сказать, — пробормотала Влада.
— Скажите же «да»! — снова улыбнулся на том проводе Карл.
— Это всё… так неожиданно.
— Обычно все приятное в жизни именно так и происходит. А моя новость, надеюсь, именно таковой и является.
Очень некстати Владе подумалось, что Карл отлично говорит по-русски, лучше многих, кто родился и вырос в одной с ней стране.
— У вас есть заграничный паспорт, Влада? — услышала она новый вопрос.
— Нет. Я никогда не была за границей, — окончательно растерялась Влада.
А вот и препятствие — она не сможет так быстро подготовить все документы…
— Это не проблема! — прервал ход ее мыслей уверенный голос немца. — Я вышлю вам контакты человека из нашего консульства, который поможет вам быстро все оформить по своим каналам. Через две недели у вас уже будет паспорт, и визу вам тоже откроют к отъезду. Ну а я передам устроителям тура, чтобы готовили приглашение и билеты. Влада?..
— Да-да, я вас слышу. И… спасибо вам большое!
— Почему-то мне кажется, что вы не рады?
— Нет, уверяю вас, я очень рада! Просто пока еще и сама не поняла этого…
Они поговорили с Карлом еще минут пять. Контакты человека из консульства он обещал выслать ей смс-кой. И на прощание сказал:
— Буду очень ждать встречи с вами, Влада! Лично.
Заходила в гостиную, где папа продолжал смотреть телевизор, а мама — накрывать на стол, Влада понимая, что вот только что ее жизнь снова изменилась. И на этот раз в лучшую сторону. А тут ничего не поменялось, тогда как внутри нее все перевернулось с ног на голову.
— Мам, пап, — позвала Влада. — У меня, кажется, есть для вас хорошая новость…
Как же обрадовались родители! Папа даже прослезился, чего Влада никак от него не ожидала. И обед прошел в радостной веселой атмосфере, а родители весь его строили планы на будущее, как вернется Влада из тура известной чуть ли на весь мир пианисткой. Сама она так не считала и все еще не понимала до конца, что же именно с ней произошло.
Время близилось к вечеру, который Влада решила провести дома. Нужно было обо всем крепко подумать, как и выстроить планы на будущее. Пока она только поняла, что завтра после занятий с Павликом встретится с человеком, с которым несколько минут назад созвонилась и договорилась о встрече. Оказалось, что Карл уже предупредил его о ее звонке, и вопросов ей не задавали никаких.
— Доча, мы с папой пойдем немного прогуляемся, подышим воздухом, — заглянула к ней мама. — Ты дома будешь?
— Да, мам, никуда идти не хочется. А вы идите, погуляйте. Погода сегодня замечательная!
Как только родители ушли, почти сразу же позвонили в дверь. Ключи они, что ли, забыли? И зачем вернулись-то? — размышляла Влада на пути в коридор. И в первый момент, когда увидела за дверью Бурова, решила, что с ней случились галлюцинации на почве сильной недавней радости.
— Привет! — хрипло проговорил он.
И вообще, именно его немного помятый вид убедил Владу, что он ей не примерещился.
— А ты… что тут делаешь? — спросила Влада первое, что пришло в голову.
Сбивал с толку вид Бурова. Рубашка на половину расстегнула и местами вылезла из брюк, щетина, как будто он не брился дня два-три. Лицо осунулось… Но даже не все это делало его странным и непривычно неопрятным, а выражение глаз. Измученное — именно это определение пришло в голову первым.
— Я козел, — сказал Буров.
— И это еще мягко сказано, — кивнула Влада.
— Я не хотел тебе говорить все те гадости.
— Но сказал, — дрогнули губы Влады в улыбке.
Она не могла на него больше злиться. Не могла и все тут. Она слишком по нему скучала все это время и постоянно вспоминала. И сейчас она была очень счастлива, а в таком состоянии злиться на кого-то просто невозможно. Счастье — это состояние, которым хочется поделиться со всеми.
— Ты простишь меня? — как нашкодивший мальчишка исподлобья смотрел на нее Буров. Как же сейчас они были похожи с Павликом.
— А ты просишь у меня прощения? — лукаво поинтересовалась Влада.
Он так на нее посмотрел, с такой мольбой во взгляде! Что может быть проще, чем сказать кому-то «прости»? Если ты, действительно, виноват? Видно, Буров исчерпал весь свой запас слов и на это уже не осталось его сил. Но Влада уже его простила, и слова его ей были не нужны.
— Входи, — распахнула она шире дверь.
— А твои родители? — с опаской покосился он вглубь коридора.
— Их нет дома, — широко улыбнулась Влада.
А дальше произошло то, о чем она, оказывается, грезила все эти дни. Буров прижал ее к стене и поцеловал долгим и мучительно прекрасным поцелуем.
— Если бы не сделал этого прямо сейчас, копыта отбросил бы, точно, — прокомментировал он после в своей грубоватой манере. Но кажется, и к ней Влада уже успела привыкнуть. И она была частью того Бурова, в которого ее угораздило влюбиться вопреки всему.
Позже, когда Влада вышла проводить его, а перед этим познакомила с родителями и пообещала, что обязательно дождется его завтра после занятий с Павликом, а не сбежит раньше, она подумала, что понятия не имеет, как преподнести Бурову новость о планируемой поездке за границу почти на три месяца.
***
— Внимание! — похлопала в ладоши Катерина Карловна. — Не буду сильно напрягать ваши голосовые связки перед концертом, прогоним проблемный произведения — пропоем начало и конец!
В классе собрались все ее студенты, участвующие в отчетном концерте. Катерина Карловна просила приехать их на несколько часов раньше, чтобы распеться и порепетировать немного. Юноши уже были при полном параде — в костюмах и галстуках, а вот вид девушек вызывал у Влады улыбку. Все они были ярко накрашены, специально для концерта, но при этом одеты кто в чем. Одна девушка пришла и вовсе в спортивном костюме, принеся с собой вечернее платье для выступления. И сегодня комната, что отводилась под раздевалку, была увешана вечерними нарядами.
Влада немного волновалась, ведь в таком концерте ей предстоит участвовать впервые. И роль она сегодня будет выполнять двойную — концертмейстера и участника-исполнителя. Вопреки традиции, на сегодня она решила отказаться от длинного платья, которых у нее в арсенале было несколько, специально для таких вот концертов. Вместо этого отдала предпочтение строгому темно-синему платью, так называемому коктейльному варианту, в котором ей точно будет удобно. Ведь играть сегодня предстояло очень много, и она не имела права делать это плохо.
Катерина Карловна выгнала всех из класса и велела заходить по одному на распевку и прогон спорных моментов произведений.
Репетиция проходила слаженно, несмотря на всеобщее волнение перед концертом. И можно было ожидать, что так же слаженно она перетечет в сам концерт, если бы не одно происшествие, которое чуть не поставило под угрозу все мероприятие.
— Катерина Карловна, а вы не видели сборник романсов Мусоргского? — в который раз тщетно прошерстила Влада ноты в специальном шкафу.
— Еще вчера он был там, — отозвалась преподаватель, выпроваживая из класса последнюю ученицу.
До концерта оставался час, когда можно было перекусить и промочить горло. Влада же еще хотела проиграть романс, который не очень хорошо знала по памяти. И ноты эти всегда хранились в классе, а сейчас вот куда-то исчезли.
— Боже мой! Что же нам делать? — запричитала Катерина Карловна. — Этот сборник единственный на всё училище.
Она паниковала все сильнее, и даже ей выдержка начинала изменять. Нервозность это передавалась и Владе. Да и все уже порядком устали.
— Кажется, я знаю, что делать! — осенило Владу. — Можно взять ноты у вокалистки в филармонии. Уверена, она мне не откажет.
— Но времени осталось совсем мало, — заломила Катерина Карловна руки в приступе паники.
— Ничего, я успею съездить на такси туда и обратно, — заверила ее Влада.
Правда, для этого ей придется отказаться от перекуса. Ну да не беда — после концерта они с Кириллом договорились сходить и отметить это событие в ресторане. Кстати, они с Павликом тоже должны были вот-вот подъехать. Влада смеялась и пророчила Бурову непрекращающуюся зевоту на концерте, но на своем присутствии он настаивал. Да и Павлик очень хотел пойти на этот концерт. «Ради вас с Пашкой я постараюсь не уснуть и не храпеть слишком громко», — торжественно пообещал Кирилл.
Еще на сегодняшний вечер у Влады был запланирован важный разговор с Буровым. Она так и не решилась пока рассказать ему про гастроли. И усугубляло все то, что их перенесли на более раннюю дату. Загранпаспорт Владе уже сделали, как и открыли шенгенскую визу. Вчера ей прислали билет на самолет до Берлина вместе с приглашением на гастроли. Вылететь она должна была уже через три дня, а Буров об этом еще не знал. И каждый раз, собираясь рассказать ему, Влада трусливо откладывала разговор на потом. Но сегодня она решила больше не откладывать, хоть и примерно не могла предугадать реакцию Кирилла.
Филармония встретила знакомым запахом, напитанным духом творчества в чистом виде. Щемящее чувство не заставило себя ждать, но Влада отогнала его. Ведь она счастлива, и жизнь ее только и делает, что меняется к лучшему, так не пора ли воспринимать работу в филармонии, как часть прошлого?
Времени было в обрез, и Влада сразу же отправилась к Оксане Шадовой — ведущей вокалистке. И на ее счастье та оказалась у себя в кабинете.
— Какой приятный сюрприз! — обрадовалась женщина ее приходу. — Вот уж не ожидала тебя увидеть в наших стенах снова. Какими судьбами?..
— Я по делу, Оксан… — и Влада изложила суть просьбы.
Нужные ноты сразу же нашлись, и ей даже разрешили не торопиться возвращать их.
— Мне они не к спеху, — заверила ее Шадова. — Может, по кофейку?
Вот что бы Влада сделала с удовольствием, так это выпила бы кофе в приятной компании, но на это уже практически не осталось времени. Да и ее внизу ждало такси, о чем она и сообщила с сожалением.
— Очень жаль, очень жаль… — расстроилась вокалистка. — И мы все по тебе скучаем, даже Игнатий Викторович.
— Вот уж вряд ли, — улыбнулась Влада. На директора филармонии она уже не злилась, рассудив, что все делается к лучшему так или иначе.
— Не скажи, Влада. Не суди, да не будешь судим, как говорится. Все мы порой попадаем под влияние обстоятельств. И люди нас окружают самые разные. Некоторые не гнушаются ничем на пути достижения цели… Ну а наш директор человек мягкий — такого запугать очень просто.
Влада уже собиралась распрощаться и нестись обратно в училище, как вынуждена была затормозить буквально на пороге.
— Ты сейчас о ком говоришь? Об Игнатке? — невольно уподобилась она Вере.
— О нем, о ком же еще, — вздохнула Оксана. — Не так давно он мне посетовал, что не должен был так поступать с тобой, что в твоем лице филармония понесла серьезную потерю, но его запугали…
— Да кто его запугал?! — округлила глаза Влада. — Ты вообще о чем?..
— Слушай, ты только меня не выдавай, — приблизилась к ней вокалистка и понизила голос до шепота. — Сама понимаешь, о таком не распространяются, а мне Игнатий Викторович доверил эту тайну по старой дружбе…
Покидала филармонию Влада на ватных ногах и чувствуя себя больной. Больших трудов ей стоило взять себя в руки перед концертом.
Когда она первый раз вышла на сцену и села за рояль, то бросила взгляд в зал. Буров с Павликом сидели в третьем ряду и радостно так улыбались. На глаза навернулись слезы, и снова пришлось бороться с собой, сосредоточиться на том, что было в данный момент главным. Она не имела права подводить людей. На нее сегодня рассчитывали многие. И отчасти успех исполнителя вокальной партии зависит от мастерства аккомпаниатора. Все это Влада понимала и испытание выдержала с честью.
Свои сольные партии она сыграла на автомате, но шквал аплодисментов поведал ей, что сделала она это неплохо. И все время концерта она старалась на смотреть на Павлика и его отца.
— Я не могу выразить вам, Влада, всю степень своей благодарности! За ваш талант и терпение, за ваше чуткое отношение к моим студентам… — восторгалась после концерта Катерина Карловна, но слушала ее Влада в пол-уха.
Сейчас первоочередной задачей была как можно быстрее собрать вещи и бежать. Сначала домой — во временное убежище, а потом и из этой жизни. Подальше от Бурова и его подлости. Один раз она его уже простила, не зная, до какой степени он конченный эгоист. Но того, что он считает себя вершителем чужих судеб, она ему простить не сможет.
Немного жаль было Павлика, ведь занятия с ним она вынуждена будет прекратить. Но любовь к музыке у нее получилось привить мальчику, а дальше все будет зависеть от его упорства. Захочет продолжить учебу — настоит на том, чтобы отец нашел ему нового преподавателя. Ну а не захочет, так и в ней он больше нуждаться не будет.