Глава 41

Лера

Спустя три часа

Выхожу из подъезда и сажусь в белую иномарку Егора.

– Ну что, едем на долгожданную встречу? – обеспокоенно спрашиваю я и пристегиваю ремень.

Егор подозрительно смотрит на меня.

– Ты точно в порядке?

– Угу. Просто волнуюсь немного.

«А еще я пытаюсь отойти от поездки в логово цыган, где меня чуть не съела собака», – добавляю про себя.

– Ты поговорил с мамой? Рассказал ей о том, кто я такая?

– Попытался, но сразу понял, что это бесполезно. Я начал издалека: про реинкарнацию, про жизнь после смерти и все такое. Даже привел ей пару примеров из интернета. Она слушала меня до тех пор, пока я не сказал, что ты не просто моя подруга, а девушка, к которой приходит во снах Нина.

– И как она отреагировала?

– Ответила, что ты все придумала, – усмехается Егор. – Все время перебивала и твердила, что ты запудрила мне голову.

– Ты тоже не сразу поверил мне.

Вспоминаю, как Егор сжимал мое горло, и понимаю, что я должна быть готова к очень сложному разговору с мамой.

– Ее можно понять. Ведь все, что касается Нины, для нее как ножом по сердцу.

Я разворачиваюсь полубоком и пристально смотрю на Егора.

– Может, зря все это? А вдруг я сделаю только хуже? Маму недавно прооперировали и…

– Лер, – перебивает Егор, – она всю жизнь винит себя в смерти Нины. Думает, что, если бы не задержалась в туалете, разбираясь с Максимом и Таней, то смогла бы предотвратить эту аварию. Смогла бы догнать Нину и не позволить ей сесть за руль.

Егор останавливается на светофоре и поворачивается ко мне.

– Я поверил тебе, и она тоже поверит. Тебе удалось заглушить во мне боль, которую я нес в себе с двенадцатилетнего возраста. Ты не заменила мне Нину, но смогла сделать все, чтобы у меня перестало сжиматься сердце, когда думаю о ней.

Егор трогается на зеленый и откидывается на спинку кресла.

– Сейчас я по-другому смотрю на жизнь после смерти, понимаешь? И это благодаря тебе. Это ты открыла мне глаза на вещи, о которых я практически не задумывался раньше. Теперь я понимаю, что душа моей сестры не растворилась в воздухе. Она не исчезла, а проживает следующую жизнь. За ней будет еще одна жизнь, еще и еще, и так до бесконечности. Наверное. Я точно не знаю. Но… то, что души возвращаются в этот мир и находятся среди нас, это факт. В этом я теперь уверен на миллион процентов.

Егор втягивает носом воздух и шумно выдыхает.

– Мать много лет оплакивает Нину. Она считает, что ее душа мучается на том свете из-за того, что она так внезапно умерла. Мы должны доказать ей, что это не так, должны успокоить ее. У тебя получилось сделать это со мной, получится и с ней.

– Я сделаю все возможное, – обещаю я, касаясь ладонью его плеча.

Жаль, что на этот раз у меня не будет поддержки Нины…

Я до последнего пыталась вернуть ее, но у меня ничего не вышло.

Мальчишка не обманул меня, дал верный адрес. Вот только моя поездка к Ляле оказалась напрасной.

Вспоминаю, как подошла к зеленому забору деревянного дома, приоткрыла железную калитку, вошла во двор и, увидев здоровенную овчарку, застыла на месте.

Она выскочила из будки и с громким лаем бросилась в мою сторону. Мне повезло, что она была на цепи, иначе точно не оставила бы от меня живого места.

Я в панике смотрела на нее и старалась не делать лишних движений. Затем из дома вышла молодая цыганка.

– Ты что здесь забыла? – прищурилась она. – Уходи отсюда. Это частная собственность.

– Я ищу Лялю, – вымолвила я, с ужасом наблюдая за девушкой, которая подошла к собаке.

– Нет здесь никакой Ляли. Если через секунду не уйдешь добровольно, то спущу на тебя пса.

Я сжала руки в кулаки и сердито уставилась на нее.

– Я знаю, что она здесь, и мне нужно срочно поговорить с ней. Ваша Ляля сделала то, о чем ее не просили. Я не уйду отсюда, пока она не выйдет ко мне.

Девушка ужалила меня взглядом и взялась за ошейник.

– Я тебя предупреждала.

– Сонька! – послышался из дома женский голос, затем что-то выкрикнули на цыганском.

Девушка закатила большие карие глаза, убрала руку с ошейника и пошла в дом.

– Ляля! – выкрикнула я. – Выйдите ко мне и уберите ваше чертово заклинание, или как это называется. Я понимаю, что вы хотели помочь, но сделали только хуже.

Я достала из сумки телефон и, глядя на окна дома, потрясла им.

– Я готова перевести деньги, только верните мне связь с душой девушки, которую вы посчитали нечистью.

Несколько минут я стояла во дворе, не понимая, что делать дальше.

«Это точно дом цыганки, которая мне нужна? Может, люди, которые живут здесь, вообще не понимают, что я от них требую».

Увидев на пороге молодую цыганку, я напряглась и попятилась к забору.

«Сейчас она точно натравит на меня овчарку».

– Ляля сказала, чтобы ты уходила, – недовольно буркнула она.

Я перевела взгляд на окно, увидела ту самую ведьму из автобуса и взволнованно задышала.

– Пожалуйста, верните ее. Я знаю, что вы это можете. Я…

Молодая цыганка снова подошла к собаке и взялась за ошейник.

– Беги! – глядя на меня, процедила сквозь зубы.

Я выскочила за забор и понеслась со всех ног в сторону гаражей. Метров через двести остановилась, чтобы отдышаться, оглянулась по сторонам и дальше пошла уже медленным шагом.

Шла к площади и не находила себе места от злости.

«Я же нашла ее! Нашла прямо перед встречей с мамой. Ей что, сложно вернуть все на свои места? Эту Лялю никто не просил избавлять меня от Нины. Она без моего разрешения сделала это, а теперь еще и собаку на меня спустить вздумала?»

Я кипятилась всю дорогу до дома.

Егору не стала рассказывать о своих сегодняшних приключениях. Знаю, что он придет в ярость и точно запрет меня в четырех стенах или приставит ко мне охрану.

– Приехали, – произносит Егор, заезжая во двор многоэтажного дома.

От волнения у меня начинают потеть ладони, в горле пересыхает.

Выхожу из машины и следом за Егором иду к подъезду.

Через считанные секунды я увижу женщину, которая была моей мамой в прошлой жизни.

От этой мысли у меня мурашки бегут по телу. Примерно то же самое я испытывала перед встречей с Егором, но тогда еще и страх присутствовал: я боялась, что здоровый тридцатидвухлетний парень прихлопнет меня за то, что я посмела упомянуть имя его погибшей сестры.

А сейчас Егор – это моя главная поддержка. Слава богу, он будет рядом, ведь мама тоже пока что настроена скептически.

У меня есть воспоминания, которые дала мне Нина, и я обязательно использую их. Я сделаю все возможное, чтобы мама поверила в то, что душа Нины до сих пор рядом. Постараюсь донести до нее, что Нина оберегает ее и желает, чтобы она прожила долгую и счастливую жизнь.

Мы поднимаемся на третий этаж, Егор вставляет ключ в замочную скважину, открывает дверь и берет меня за руку.

– Не переживай, я рядом, – шепчет он и проводит меня в квартиру.

Стою в прихожей, затаив дыхание.

«Дыши, Лера, дыши…» – успокаиваю себя и прикладываю руку к груди, из которой сейчас выпрыгнет сердце.

Из комнаты выходит женщина и, подозрительно глядя на меня, чешет руку.

– Мам, это Лера, – осторожно произносит Егор.

Нужно поздороваться с ней. Нужно как-то начать диалог, но я не могу вымолвить ни слова.

Смотрю, как она до крови расчесывает руку, и мотаю головой.

– Ну сколько тебе говорить, чтобы ты не чесала ее, когда волнуешься.

Мое дыхание учащается, глаза наполняются слезами, а внутри все дрожит от желания поскорее обнять ее.

– Мам, – шепчу я, инстинктивно иду к ней и осознаю, что в этот момент с ней разговаривает Нина. – Мамочка…

Смотрю в ее покрасневшие глаза, беру за руку и сжимаю теплую ладонь.

– Ослепительно выглядишь. Даже спустя двадцать лет, – едва слышно произношу я и медленно веду взглядом по ее лицу.

Такому родному, такому знакомому.

Еще минуту назад я жутко боялась этой встречи. Сомневалась, что справлюсь. Думала, что не найду подходящих слов, или, если что-то пойдет не так, то я доведу маму до сердечного приступа.

А теперь я ничего не боюсь.

Нина вернулась.

Она снова со мной, и от этой мысли меня захлестывают невероятные эмоции.

Каким-то чудом мне удалось привести ее к матери, и теперь она сделает все, чтобы она поверила в мои слова.

Поверила в то, что ее душа живет в моем теле.