Глава 46

Спустя два дня

Егор

– Егорка, а мы точно не опоздаем на поезд? – идя к машине, спрашивает мама. – Нам ведь еще в фонд нужно заехать.

Я захлопываю багажник с ее сумками, гордо поднимаю голову и кладу ладонь на мою белоснежную, спортивную малышку.

– Фильм «Такси» смотрела?

– С-смотрела…

– Так вот, тачка этого таксиста – черепаха по сравнению с моей крошкой, – подмигиваю я, прыгаю за руль и оборачиваюсь назад. – Главное, пристегнись.

Трогаюсь с места и набираю в навигаторе адрес благотворительного фонда, который помог матери собрать деньги на операцию.

– Думаешь, конфет и вина будет достаточно? – спрашивает она. – Они мне жизнь спасли, а я им в благодарность ерунду какую-то.

– А где статуэтка-оберег, которую ты купила в Германии? Ты ж вроде им хотела подарить.

– Так вместе с конфетами и вином в пакете лежит. Только все равно думаю, что этого маловато будет.

– Мам, для них главная благодарность не вино и конфеты, а то, что ты войдешь к ним в офис живой и здоровой.

– И то верно.

Мама облегченно вздыхает.

– Неужто сегодня вечером дома буду? Даже не верится. Коты, наверное, не признают меня, – смеется она. – Иван там праздничный ужин готовит в честь моего возвращения. Соскучился, говорит, сил нет. Розы, наверное, укрыл плохо, – бормочет себе под нос. – Надеюсь, ботву собрал и в компостную яму унес. Чеснок-то вроде посадил. Да, точно посадил. И гряды перекопал.

Я, не веря своим ушам, удивленно смотрю на нее в зеркало заднего вида.

– Ну надо же, тебя в кои-то веки стал интересовать огород?

– Второе дыхание у меня открылось, Егорка. Так жить захотелось, ты даже не представляешь. Что самое главное для матери? А чтобы дети ее были счастливы, верно? Вот я теперь знаю, что душа Ниночки спокойна, что она не мучается на том свете, и так рада, так счастлива, что…

Мама поджимает губы и переводит мокрый взгляд на окно.

– После знакомства с Лерой с моего сердца спали железные оковы, честное слово. В Лере есть частичка моей Ниночки, а значит, и она мне теперь как дочь.

Она касается моего плеча и сквозь слезы улыбается.

– И за тебя я теперь спокойна, сынок. Наконец-то собираешься завязать со своим мордобоем и задумываешься о семье. Вика у тебя просто золото. Такая девчонка хорошая! Приехала вчера с пирогом вишневым, с цветочками. Ой, а сколько она знает всего, какая начитанная.

Мама грозит пальцем и сердито произносит:

– Смотри, не обижай ее. Им с Лерой и так в жизни пришлось несладко. Пора этим девчонкам выдохнуть и создать счастливые семьи. Ты и Вику береги, и за Лерочкой присматривай.

– За нашей Лерой теперь есть кому присмотреть. Кстати, они с Максом тоже приедут на вокзал, чтобы проводить тебя. Жаль, Вику начальник не отпустил, у нее на работе завал. Зато через две недели пойдет в отпуск. Мы думаем махнуть к вам в деревню дней так на десять, что скажешь?

– Мы с Иваном только рады будем. И в баньке напаритесь, и на свежем воздухе нагуляетесь, и от города отдохнете. А можно и на рыбалку съездить, правда? Только представь, какая красота сейчас на озере. М-м… уже не терпится взять теплые пледы, термос с чаем, и сесть в лодочку.

Я не узнаю собственную мать. Она словно ожила. Лицо сияет, глаза искрятся. Давно я не видел ее такой жизнерадостной и с кучей планов на будущее. Видимо, жизнь расставила все по своим местам и каждому дала то, что он заслужил.

И без помощи Нины тут явно не обошлось.

Почему-то мне кажется, что сестренка на том свете долго и упорно собирала большой и очень сложный пазл, чтобы сделать нас счастливыми.

Сначала Нина показала Лере прошлую жизнь. Затем познакомила ее со мной. Потом я благодаря Лере встретил свою будущую жену Вику. Дальше Нина каким-то чудом привела ко мне домой Таню, и пока Таня умоляла нас с матерью простить ее, Максим в этот момент висел на волосок от смерти.

Он запросто мог бы погибнуть в тот день, но…

За несколько недель до авиакатастрофы Нина привела Леру в фирму, в которой не только Максим работал, но еще и некая девушка Варвара, которая лежала вместе с Лерой в больнице.

Казалось бы, просто совпадение, но я уверен, что это не так. Эта девушка Варвара – еще одна деталь пазла. Бесспорно.

Потому что в тот момент, когда до вылета самолета оставались считанные минуты, Нина поставила эту деталь пазла, Макс оказался рядом с Варварой, которая рассказала ему про Леру, и это спасло им жизнь.

«В этой истории нет случайностей», – сказала вчера Лера.

Вспоминаю ее слова.

«И теперь каждый получил то, что заслужил: у тебя есть Вика, у мамы – спокойствие за Нину, у меня есть Максим, у Максима – я. Мы счастливы. Мы вместе. А то, что будет с Таней, это уже не нам решать. Мне почему-то кажется, что она сама себя наказала».

Максим с Лерой уехали от меня вчера примерно в обед. А до этого у всех нас была бессонная и очень тяжелая ночь.

Макс еще не успел отойти от стихотворения, которое прочитала ему Лера, как на него обрушилась информация от меня. Я рассказал ему о том, каким образом познакомился с Лерой и как сам отходил от шока после стихотворения, которое она точно так же зачитала мне в машине.

Мы все вместе поехали ко мне. Макс всю дорогу плохо соображал и не понимал, что происходит, а когда вошел в мою квартиру, к нему тут же кинулась мама.

И не с обвинениями на этот раз, а с извинениями.

Мы сидели за кухонным столом и разговаривали до утра – перебирали все, что произошло с нами двадцать лет назад и сейчас.

– …И после встречи с этой цыганкой я перестала слышать Нину и успела наворотить глупостей, – виновато произнесла Лера и взяла Макса за руку. – Прости за то, что было на корпоративе. В тот момент я была уверена, что Нина хотела от меня именно этого.

В шесть утра мы с матерью ушли в комнату, а Лера с Максом остались на кухне. Я уснул под их тихие разговоры, а потом обнаружил их на кухонном диване, спавших в обнимку.

Сейчас они в доме у Макса.

Черт, я пока не могу сообразить, как они будут жить дальше.

Втроем…

Макс будет жить с Лерой, но при этом представлять, что это Нина в другом обличье? Или как все это будет происходить?

Лера любит Макса, это очевидно. Стоит только вспомнить, как ее бомбило по дороге в аэропорт, и как она плакала, боясь его потерять.

А он кого теперь любит? Кого он видит рядом с собой, Леру Савельеву или Нину Балашову?

Это важный момент.

Потому что, если Макс будет видеть перед собой Нину, и если Нина продолжит общаться с ним через Леру, то… сама Лера исчезнет как личность.

Она будет всего лишь телом. Телом, которое Нина использует для того, чтобы снова быть с Максом.

Нина безусловно дорога мне, я люблю ее, но… Лера тоже стала очень близка мне, и я не хочу, чтобы она страдала в этих отношениях.

Никто не знает, что ждет ее дальше.

Если Нина вернулась на этот свет в ее теле для того, чтобы воссоединиться со своим мужем, то в этом нет ничего хорошего.

Я сегодня же поговорю с Лерой на эту тему. И если будет нужно, то сам лично отвезу ее к той цыганке.

– Егор, вот вроде их здание. – Мама поправляет очки и смотрит в окно. – Ага, там написано: «Благотворительный фонд».

Через пару минут мы входим в здание, поднимаемся на второй этаж и идем по указателям в самый конец коридора.

Мама, войдя в кабинет, минут пять рассказывает двум девушкам о том, как прошла ее поездка в Германию. Она от всей души благодарит их, затем обнимает и протягивает пакет.

– А это скромная благодарность за вашу помощь.

– Спасибо, – улыбается высокая блондинка. – Обязательно передадим Максиму Эдуардовичу.

Я недоуменно смотрю на мать, она – на меня.

– Кому передадите? – спрашиваем одновременно.

– Владельцу фонда, – шире улыбается девушка. – Его зовут Максим Эдуардович Смирнов.

* * *

Всю дорогу до вокзала мама восхищается Максимом.

– …А вот если бы мы не заехали поблагодарить, то вообще не узнали бы о том, что это его фонд оплатил мне операцию. Получается, что и пять лет назад, когда мне нужна была диагностика, тоже его фонд перевел всю необходимую сумму.

Она замолкает на несколько секунд и, хлюпая носом, достает из сумки бумажную салфетку.

– Значит, он и есть тот самый добрый волшебник, который помогал мне. Я его проклинала, а он в это время мне жизнь спасал… Ну как так-то, а?..

Я, конечно, очень признателен Максу за то, что он сделал для моей матери и обязательно поблагодарю его, но… его поступок еще раз говорит о том, что он все эти годы думал о Нине и ее родственниках.

Если верить видениям Леры, то Макс часто ездил на могилу Нины, приносил ее любимые белые розы и сидел там часами, разговаривая с ее памятником.

Он не отпустил ее даже спустя двадцать лет. Так сильно любил, винил себя в ее смерти, а сейчас ему предоставляется возможность снова быть с ней.

Я хорошо отношусь к Максу, люблю сестру, но… в этой ситуации буду спасать Леру.

Я не позволю ей стать связующим звеном между ними. Не позволю ей жертвовать собой.

Мы выходим из машины, берем сумки, идем к поезду и видим Леру с Максимом. Они стоят у вагона, в который должна сесть мать.

– Егор! – кричит издалека Лера, бежит нам навстречу, быстро обнимает маму и кидается ко мне на шею. – У меня такие новости для тебя, закачаешься!

– Мне тоже нужно поговорить с тобой, – серьезно смотрю в ее довольное лицо и поворачиваю голову к маме. – Ты вроде хотела поблагодарить Максима. Иди к нему. Мы скоро догоним.

Лера медленно убирает руки с моей шеи, с ее лица спадает улыбка.

– Егор, что случилось? На тебе лица нет.