Глава 19

Сюрпризы этого дня не заканчиваются. И когда мы вместе с Еленой Валентиновной спускаемся вниз в гостиную, застаем там Прокофьеву. Девушка сидит возле стола, делая какие-то пометки карандашом на лежащих перед ней документах и тут же параллельно что-то просматривает в смартфоне, ведя по экрану тонким пальчиком с безупречным нюдовым маникюром.

Весь внешний вид красавицы буквально кричит о том, что она как минимум только что покинула салон красоты, а как максимум посетила всевозможные спа-процедуры и наведалась в Дом мод к личному модельеру. Темно-синий брючный костюм с белоснежной окантовкой по лацканам пиджака и лампасам брюк прекрасно подчеркивает все изгибы стройной фигурки и невероятно длинные ноги, как и белые лодочки на двенадцатисантиметровой шпильке. Волосы, убранные в якобы небрежный узел, на самом деле лежат идеально. Гладкие и блестящие, они не открывают тонкую длинную шею и сияющее свежестью ангельское лицо с неброским, но явно профессиональным макияжем.

Красотка.

Не могу этого не признать, тем более, когда взгляд сам собой опускается на собственный «домашний» костюм и балетки. От этого в груди вдруг поселяется неприятный вакуум и начинает давить на сердце.

Неуютно.

Но по многолетней привычке, въевшейся глубоко под кожу, мысленно встряхиваюсь и остаюсь внешне невозмутимой. Нервов на всех не напасешься, если по каждому поводу бить тревогу, да и… мой муж все это видел уже тысячи раз и, если бы хотел, меня тут не было.

Поэтому… сами с усами, Сонька! Нечего рефлексировать и унывать.

Заметив нас, Прокофьева моментально отключает гаджет, собирает документы в папку и, натянув на лицо улыбку, в которую почти хочется верить, поднимается из кресла. Почти, потому что показательная теплота, транслируемая губами, глаз девушки совсем не затрагивает.

— Добрый день, Елена Валентиновна, — пауза, — София Викторовна. Алекс Маркович посчитал необходимым мое здесь присутствие, чтобы на время отсутствия его жены я присматривала и ухаживала за девочкой.

— Добрый день, Инга, — свекровь здоровается в ответ, останавливаясь в паре шагов от девушки.

Я же просто киваю и хмурюсь, не совсем понимая, куда должна отлучиться из дома, учитывая, что совершенно этого не планировала. Раздумываю, стоит ли уточнить у Прокофьевой, что конкретно она имела ввиду, но вибрирующий в кармане сотовый отвлекает.

Алекс, читаю на экране телефона и тут же принимаю вызов.

— Привет, Сонь, — низкий бархатистый голос с первых нот заставляет сердце затрепетать и разогнаться до сотни ударов в минуту, а щеки покраснеть.

Не могу реагировать на этого мужчину по-другому. Непроизвольно задерживаю на пару мгновений дыхание и прикусываю нижнюю губу.

Дурында.

Нужно срочно приводить себя в чувство, потому что обе женщины прерывают обмен любезностями и заинтересованно поворачиваются в мою сторону.

— Привет, — выдыхаю чуть хрипло.

Голос, вот зараза, вдруг куда-то пропадает, а муж словно чувствует, добавляет вкрадчивых ноток:

— Я все еще скучаю.

Сглатываю, мысленно ворча на хулигана, который ставит меня в совершенно неудобное положение при посторонних.

— Кхм, — делаю вид, что откашливаюсь.

— Ты не одна, — а теперь Алекс улыбается, озвучивая верный вывод.

— Так и есть.

— Как у вас с Надей дела? Устала? — риторический по сути вопрос, но даже на расстоянии я ощущаю, что мой ответ собеседника действительно интересует, и он переживает за нас обеих.

— Все хорошо, — улыбаюсь и отворачиваюсь к окну, чтобы не так явно демонстрировать свои чувства, что так и рвутся наружу.

Волнение и забота мужа приятны до мурашек по коже.

— Мне твоя мама помогала с самого утра. Сейчас наша кнопка спит, а мы решили сделать паузу и пообедать.

— Я рад. Очень. Кстати, звоню по делу. Там Инга должна была приехать, чтобы отпустить тебя на время.

— Да, она здесь. Но для чего мне уезжать?

— Нужно кое-что купить.

— А без меня никак? — всё же идея оставлять Надежду на постороннего человека мне не нравится, как не крути.

Жуткая собственница в моей душе не хочет подпускать чужаков слишком близко.

— Никак, — Алекс непреклонен, хоть и мягок. — Так как то, что мы будем приобретать, должно быть удобным и для тебя.

— Ты о чем?

— О детской коляске, конечно. Уверен, на свежем воздухе дочь будет спать еще слаще.

— А… да… — так и хочется хлопнуть себя по лбу за несообразительность и в очередной раз восхититься Гроссо, потому что даже занимаясь бизнесом, он постоянно думает о нашем удобстве, — коляска нам очень нужна.

И всё же…

Страх оставить девочку и желание поехать в магазин заставляют метаться в поиске верного решения.

Не знаю, как поступить.

— Сонечка, я и Анна поможем Инге присмотреть за нашей девочкой, не волнуйся, — Елена Валентиновна оказывается рядом и кивает, глядя мне в глаза, словно понимает те сомнения, что рвут душу. — А вы с Алексом выберете лучшее для нашей принцессы. И немного развеетесь. Обещаю отвечать на телефон по первому гудку, чтобы ты не переживала.

— Х-хорошо, — бросаюсь в омут с головой.

Надо просто успокоиться и свыкнуться с тем, что мне в любом случае иногда придется оставлять Надюшку на посторонних. Работа или выход куда-то с Алексом. Да много вариантов. Тот же садик через пару лет. Всего не учесть.

Да и я обещала мужу, что дам шанс Прокофьевой показать себя в деле, пусть и не понимаю, что за радость личному помощнику возиться с ребенком, но слово надо держать.

* * *

Никогда не гуляла по детским магазинам, всё время откладывая это мероприятие на потом. Да и сегодня считала покупку коляски обычным делом, равным походу за хлебом, и оттого сильно удивилась, попав в совершенно новый для меня мир.

Невообразимый и безумно интересный. Словно фэнтезийный, где суровая действительность отступает, оставаясь за раздвижными дверьми, а ты растворяешься среди разных милых игрушек, прикольных мелочей, крохотной, приятной на ощупь одежды и обуви, ярких предметов, облегчающих жизнь очумевшим от счастья родителям, и просто диву даешься.

Прийти — посмотреть — быстро выбрать и купить.

Именно такую цель я ставила, когда думала о предложении Алекса посетить совместно торговый комплекс.

Да что там, плевое дело.

Крутилось в голове, пока водитель, которого прислал за мной Гроссо, аккуратно скользил на большом черном внедорожнике в плотном потоке машин, направляясь в сторону центра к «МегаЛенду», где должен был уже ждать муж.

По факту действительность превзошла ожидания, оказавшись совершенно не такой.

От разнообразия вариантов, расцветок, размеров и сопутствующих «полезностей» в разных моделях «транспорта для малышей» просто разбегались глаза, да и управлять получалось не всеми так легко, как думалось изначально. Пришлось испытывать каждую коляску, которая нам с Алексом приглянулась, на прочность и удобство. И я в очередной раз порадовалась, что одела удобную обувь.

К важному мероприятию, как поездка в торговый центр, я подошла ответственно и уделила внимание внешнему виду. Заплела свободную французскую косу, нанесла прозрачный блеск на губы и немного туши на ресницы, желая подчеркнуть глаза. Достала из гардероба кружевное бело-розовое платье в стиле бохо, на ноги надела любимые туфельки на шнуровке с высокой танкеткой, а на левую руку непременный обожаемый аксессуар — двенадцать колец-браслетов.

— Алекс оценит, — подмигнула свекровь, увидев конечный результат, когда я вышла из гардеробной, чтобы поцеловать Надюшку перед уходом.

Слова Елена Валентиновны не только порадовали, но и смутили, как и ее заговорщический тон, потому всю дорогу до магазина я ехала, приложив ладони к щекам и умоляя их остыть и не пылать заревом.

К моменту встречи с мужем цвет лица восстановился, однако ненадолго. Его тихое: «Ты прекрасна» и легкий поцелуй смутили еще больше.

Но тут мы вошли в огромный гипер «Любимый кроха». И всё. Потерялись.

В итоге, потратив на посещение детского магазина не менее часа, а то и полутора, остановили выбор на нежно-зеленом с ярко-желтой отделкой трехколесном трансформере. А удачную покупку Алекс предложил отметить, выпив по чашечке капучино в кафе, расположенном на этом же этаже.

Не отказалась. Всё же эмоций было слишком много, и хотелось передохнуть.

И вот мы уже минут пятнадцать сидим друг напротив друга в удобных ротанговых креслах и наслаждаемся божественным вкусом напитков, чарующим ароматом обжаренных зерен, легкой прохладой, создаваемой невидимыми кондиционерами и расположенным неподалеку небольшим фонтаном, и легкой беседой.

Удивляясь самой себе, я с удовольствием рассказываю мужу о том, как прошла первая половина дня у нас с Надюшкой и Еленой Валентиновной, и таю, как мороженое на солнце, под его немного прищуренным темным взглядом, скользящим по мне, словно пуховая кисточка.

В уголках резко очерченных губ Гроссо таится легкая улыбка, а теплая сухая ладонь, накрывающая мою кисть, поглаживает ее почти невесомо, заставляя неугомонных мотыльков в груди чаще трепетать крылышками и создавать щекотку.

— Я рад, что вы подружились.

В голосе Алекса слышится только теплота и никаких сомнений. Будто он изначально был уверен в том, что мы найдем общий язык с его мамой.

Киваю, радуясь в душе, что сделала мужу приятное. И уже собираюсь предложить поехать домой, потому что времени прошло достаточно много, как я рассталась с малышкой, но он меня опережает.

— Через неделю, в следующую пятницу, в Марс-отеле состоится прием по случаю открытия нового звена гостиничного комплекса, над которым я с партнером работал с прошлого года. Поэтому сейчас мы с тобой заскочим еще в одно место, а потом уже прямиком направимся к дочери.

— Мне нужно будет идти с тобой на это мероприятие? — делаю вывод, когда вместо того, чтобы спуститься вниз, Алекс предлагает подняться на эскалаторе на третий этаж.

— Да, Сонь, я хочу, чтобы ты пошла туда со мной, — соглашается мужчина и уверенно заводит меня в один из тех бутиков с дорогой брендовой одеждой, которые я всегда обходила стороной.

Неимоверно бешенные цены надежно отбивали у меня желание даже мельком глядеть в сторону предлагаемого ими ассортимента. И даже огромные скидки, о которых кричали наклеенные повсюду баннеры, ситуацию не меняли.

А теперь вот приходится.

— Но… — открываю рот, чтобы озвучить тысячу и одну причину для отказа.

— Я помню твою нелюбовь к шумным сборищам, поэтому обещаю быть всегда рядом, не переживай, — Гроссо невесомо скользит ладонью по моему предплечью вниз, а потом переплетает пальцы наших рук, словно ставит печать на своё слово.

— Фух, ладно, — киваю с уверенностью, которой совершенно не ощущаю, и позволяю консультантам, вышедшим нам навстречу с широкими улыбками, предложить подходящие, по их мнению, модели вечерних платьев.

Чего уж точно не ожидаю, так это того, что Алекс, удобно устроившись на кремовом кожаном диване, будет тоже участвовать в показе, внимательно оценивая товар, а не уткнется носом в свой телефон, чтобы продолжить работу, которая никогда у него не заканчивается.

И всё же подходящее платье я выбираю сама.

Темно-синее, длинное, с широкой пышной юбкой и аккуратным лифом на широких лямках. Фишкой этого шедевра оказывается практически голая спина, прикрытая лишь тонким темно-синим кружевом. Чтобы дополнить образ расторопная девушка с бейджиком «Ангелина», уточнив мой размер обуви, на несколько минут исчезает в бутике напротив и приносит оттуда не только очень удобные лодочки на устойчивом каблучке и с открытыми мысками, но и идеально подобранный к ним клатч.

— Берем, — коротко выдает Гроссо, протягивая банковскую карту одной из улыбающихся продавщиц, когда я медленно поворачиваюсь к нему спиной, позволяя рассмотреть то, за что он сейчас отваливает кругленькую сумму.

И если для всех присутствующих он остается расслабленным и спокойным, то по чуть острее проступившим скулам, легкому прищуру глаз, в которых будто искры вспыхивают, и быстрому движению кадыка я понимаю, что мое преображение не оставило его равнодушным.

— Теперь точно тебя одну не оставлю ни на минуту, — отвечает Алекс в машине, когда я все же решаю проверить своё мнение.

А в следующую минуту целует. Жадно и настойчиво. И мне становиться абсолютно безразличны все мысли, что еще минуту назад крутились в голове.

* * *

Домой возвращаемся в начале шестого. И пока я, переодевшись, с умилением занимаюсь с Наденькой, Алекс удаляется в свой кабинет, прихватывая по пути помощницу.

Ну, кто бы сомневался, что этот мужчина изменит самому себе и выберет отдых вместо работы.

Точно, не я.

Хотя, прежде он уделяет внимание малышке. Спокойно берет ее на руки и что-то тихонько рассказывая, подходит ближе к окну. Солнечные лучи, игриво заглядывающие в этот момент в комнату, создают невероятный световой эффект. Словно вокруг отца и ребенка формируется защитный искристый кокон, надежно ограждающий их двоих от всех невзгод и суеты окружающего мира, чтобы они могли, не отвлекаясь на постороннее, спокойно общаться.

Я же просто зависаю на широкую открытую улыбку, которую мужчина беззаботно демонстрирует маленькой принцессе. И даже доченька это оценивает, внимательно смотрит на него своими темно-серыми глазенками, время от времени приоткрывая ротик, будто старается поддержать важный разговор, и даже ручками неосознанно махать перестает, касаясь колючего подбородка.

Решая не мешать самым близким людям общаться, отворачиваюсь, чтобы переложить распашонки и пеленки, которые помощница Анны нагладила и принесла в детскую, и замечаю Ингу, стоящую в дверях и буквально пожирающую моего мужа широко распахнутыми сверкающими глазами.

Девушка ничего не замечает вокруг, настолько ее поглощает неожиданно представшее зрелище. Кажется, что она боится лишний раз моргнуть и стоит, напряженно вытянувшись и прижав к груди ладони.

Делаю шаг навстречу, желая переключить столь пристальное и не совсем уместное внимание. И это получается. Помощница мужа цепляет краем глаза движение, резко поворачивает голову, смаргивает, возвращаясь в реальность, ловит мой открытый вопросительный взгляд и, к совести, немного тушуется.

Постояв еще пару секунд, она кивает, будто принимает в этот момент какое-то важное для себя решение, и, развернувшись, покидает детскую через вторую дверь, минуя нашу с Алексом спальню.

Странная.

Характеризую увиденное, но с остальными выводами в ее отношении решаю не торопиться, потому что, узнав правду о сложном прошлом девушки и о причинах тесного общения с ней моего мужа, понимаю ситуацию значительно лучше. Да и данное самой себе обещание: стараться больше доверять Гроссо, не хочется сбрасывать со счетов. Привыкла держать слово.

Но главное, что делает меня спокойнее, это расположенность Прокофьевой к Наде. Настоящая, а не наигранная.

До того, как войти в детскую и обозначить свое присутствие, что мы с Алексом вернулись домой, я несколько минут наблюдала за помощницей мужа в чуть приоткрытую дверь. И пусть краткий момент — еще не истинный показатель отношения, но я не заметила, что девушка ухаживала за малышкой через силу. Разговаривала она ласково, улыбалась, играла погремушками и покачивала колыбель, хотя кроме них двоих никого в комнате больше не было.

Елена Валентиновна как раз перед нашим приходом спустилась вниз, чтобы принять назначенные по времени лекарства, а Анна вплотную занялась ужином.

Перекладываю Надюшку на нашу с Алексом постель, целую в лобик и, пока она активно гулит, сучит ножками и машет ручками, крепко держа погремушки, быстренько переодеваюсь в бриджи и футболку. Захватываю из ванной молочко для снятия макияжа, смываю косметику, чтобы глаза отдохнули, поправляю чуть растрепавшуюся косу и заваливаюсь на кровать, поглаживая кроху по животику. В очередной раз умиляюсь, как девочка похожа на Лизу и Макса.

Боль от потери сестренки никуда не девается, но она притупляется рядом с девочкой и с каждым днем всё больше походит на легкую грусть.

Решаю не раскисать, а вовсю пользоваться прекрасной погодой. Тем более идея убить двух зайцев одним выстрелом, а именно проверить «личный транспорт» Наденьки в деле и неспешно прогуляться в безумно привлекательном внутреннем дворике, очень прельщает.

Проверив памперс, надеваю крошке легкий розовый комбинезон с божьей коровкой на груди, подхватываю ее на руки и воплощаю идею в жизнь.

* * *

— У меня есть к тебе заманчивое предложение, — хитро щурит глаза Алекс, когда я, укачав в кроватке Надюшку, в начале десятого захожу в спальню.

И пусть после весьма насыщенного дня безумно хочется некрасиво плюхнуться на мягкую постель и раскинуть ноги и руки в позе морской звезды, останавливаюсь и, вздернув бровь, всем видом транслирую, что готова внимать.

— Я знаю отличный способ расслабиться, — ухмыляется муж, откинувшись в кресле и вытянув ноги.

В свободных спортивных штанах и белой футболке, красиво обрисовывающей прокаченный пресс и мускулистые руки, он выглядит настолько по-домашнему близким и одновременно искушающим, что я непроизвольно сглатываю и отворачиваюсь, чтобы скрыть ненормальное поведение.

— Ага-ага, проходили только вчера, — показательно фырчу, мгновенно краснея.

Вечерний массаж и всё, что за ним последовало после, еще слишком свежо в памяти и откликается теплым солнышком внизу живота.

— Твой вариант мне безумно нравится, — Алекс на раз считывает мою реакцию, заставляя краснеть еще больше.

Я же зависаю, споткнувшись на мысли: интересно, когда-нибудь я смогу реагировать на него хоть чуточку менее эмоционально? А не как школьница на первого мальчика, что решил пригласить ее на прогулку и взял за руку.

— Но вообще-то я хотел предложить нам искупаться, — отвлекает муж.

— Э-э-э, — взгляд скользит в сторону ванной, а всё более неугомонное воображение моментально рисует жаркие сцены того, что может устроить в душевой кабине этот искуситель.

И вся усталость вдруг начинает куда-то отползать и развеиваться как дым под влиянием жарких картинок перед глазами.

А ведь есть еще и очень вместительная ванна, проскакивает другая шальная мысль, сбивая дыхание.

Черт, Соня, угомони свои гормоны!

Фыркаю на себя и старательно игнорирую раздухарившихся в груди мотыльков. Вот же нимфоманка стала.

— В бассейне, — между тем добавляет мужчина и, прежде чем я успеваю ответить, направляет мое внимание в сторону комода, на котором только сейчас замечаю черный бумажный пакет с известным логотипом. — Там купальник. Примерь. Купил, пока ждал тебя в «Меге».

Открываю рот, желая задать несколько наводящих вопросов и поблагодарить, но резко передумываю. Малышка может проснуться довольно скоро, поэтому терять время очень не хочется. А вот бассейн — это круто, идея поплавать выглядит безумно привлекательной.

— Я быстро, — дарю мужчине легкую улыбку и, подхватив пакет за ручки, скрываюсь в гардеробной.

Сказать, что вода шикарна — это ничего не сказать. Прозрачная, идеально прохладная и очень ласковая.

Пока я, не торопясь, скидываю халат, аккуратно поправляю завязки на плавках белоснежного раздельного купальника и проверяю пальчиками ноги температуру в купальной чаше, Алекс красиво ныряет, проплыв в глубине не менее трех метров и энергично пересекает бассейн сначала в одну, а потом в другую сторону. В этот момент он напоминает хищника, целеустремленного, спокойного, вкрадчивого. Под упругой смуглой кожей то и дело перекатываются мышцы, пока сильные руки уверенно разрезаю голубую гладь, а дыхание совершенно не сбивается. Я же с трудом заставляю себя перестать пожирать его глазами.

Больше не думая, нахожу лесенку и направляюсь к ней. Как бы сильно не любила купаться, но нырять «с берега» никогда не пробовала, всегда заходила аккуратно. Риск — это не мое. Потому скидываю шлепанцы, поворачиваюсь спиной, и неторопливо нащупывая ногами прорезиненные ступеньки, спускаюсь вниз.

Одна, вторая, третья…

Не найдя следующей ступени, замираю и тут же оказываюсь в крепких объятиях мужа, который легко меня сцапывает, а затем плавно опускает в воду, давая возможность привыкнуть.

— Готова? — спрашивает через минуту, считываю все реакции по лицу, и, поймав мой очумелый от удовольствия взгляд, отпускает, — тогда догоняй.

Раздумываю лишь пару секунд, наблюдая, как Гроссо поплыл прочь, рассекая воду сильными размеренными ударами, и устремляюсь за ним. Желание догнать и показать собственные умения как пузырьки шампанского пробегает в груди, и я вкладываю всю силу и страсть, чтобы не отставать.

— Впечатляющее зрелище, — раздается совсем рядом, когда через какое-то время мы возвращаемся в исходную точку практически одновременно.

Я же стараюсь восстановить сильно сбитое дыхание и не скрываю восторга. Обожаю воду и плавание. Это непередаваемые ощущения.

Спустя секунду Алекс оказывает так близко, что я чувствую жар его тела, но он лишь убирает непослушный локон, что выбился у меня из хвоста и прилип к щеке, а затем, подплыв к бортику, ловко подтягивается на руках и занимает один из шезлонгов.

— Ты со мной или еще поплаваешь? — кивает он на столик, где кто-то заботливый уже приготовил для нас небольшой перекус.

— Поплаваю, — выдаю без раздумий и вновь устремляюсь к противоположному краю купальной чаши.

Только уже не спешу, а наслаждаюсь каждым гребком и тем, как вода бережно ласкает тело, нежно оглаживает его и постепенно снимает усталость, наполняя каждую клеточку энергией и оптимизмом.

В какой-то момент переворачиваюсь на спину и прикрываю в довольстве глаза. Господи, еще неделю назад я и представить себе не могла, что когда-нибудь окажусь в сказке. Тем более после всего, что навалилось на меня в последние месяцы. Но умение отпускать ситуацию и в этот раз помогает. Я просто откидываю все лишние мысли и кайфую.

Живу здесь и сейчас.

— О, чай, отлично, — наплававшись от души, потому что Алекс не ограничивает время, и завернувшись в мягкое широкое полотенце, присаживаюсь за столик и обхватываю обеими ладонями теплые покатые бока белоснежной фарфоровой чашки.

Горьковатый ароматный свежезаваренного черного чая с бергамотом будоражит рецепторы, и я с удовольствием вдыхаю его поглубже. Божественный запах.

— И твои любимые мини-пирожные, — Гроссо пододвигает в мою сторону ажурную тарелку с выпечкой.

И это запомнил.

Не стараясь скрыть улыбку, впитываю как губка такую непривычную заботу. Без раздумий подхватываю вилку и отламываю приличный кусь. Вот еще мелочиться, когда обожаемые сладости так открыто на меня смотрят.

Искрящиеся хитринкой глаза напротив совершенно не смущают. Ну ладно, смущают, но, кажется, и я, и Алекс уже привыкли к легкому румянцу на моих щеках.

Расправляюсь с первым маленьким кулинарным шедевром и поворачиваю большое блюдо по кругу, решая, что для полного релакса можно слопать и одну песочную корзиночку со взбитыми сливками и вишней, как внимание привлекает то, что определенно выбивается из общей картины.

— Ну и чего ты так испугалась? — задает вопрос муж, когда я перевожу на него беспомощный взгляд. — Я знаю, что должен был подарить его тебе раньше, но не хотел брать что-то обычное впопыхах там, у вас. Надеюсь, тебе нравится?

Вновь возвращаю внимание на стол, где вместо одной из корзиночек с кремом место занимает раскрытая красная бархатная коробочка с кольцом. Тонкий гладкий ободок белого золота или платины, совершенно в этом не разбираюсь, украшен двумя изящными завитками в виде бесконечности, а по центру в нее утоплены три небольших прозрачных камушка. Как только на них падает свет, они начинают сверкать и играть, преломляя лучи.

— Очень красивое, — сглатываю совершенно пересохшим горлом, не решаясь протянуть руку и коснуться.

И муж словно понимает, уверенно вытаскивает кольцо и безмолвным жестом предлагает надеть.

И в этот момент у меня складывается четкое ощущение, что Алекс таким действием в очередной раз спрашивает о том, какими я хочу видеть наши отношения: настоящими или фиктивными.

Нужна ли мне пауза для раздумий?

Нет.

Я определилась в своих чувствах еще раньше, потому без сомнений протягиваю вперед правую руку. И ничего, что она чуть подрагивает, я всегда была трусихой.