Глава 32

Шон

Утром я оставил своих женщин в доме и отправился в участок. Эти двое вполне могли взорвать мою берлогу, а потом сказать, что так и было. Обзвонил десяток номеров, что нашёл на сайте аренды дешевого жилья. Ничего! То цена заоблачная, то район пострашнее Гарлема. Торп запретил мне патрулирование, нагрузив бумажной работой. Помимо этого, он решил, что я его личная секретарша, и постоянно требовал кофе, салфетки и всякую ерунду. Он намеренно издевался, пытаясь вывести меня из себя. Ничего, я потерплю.

Вечером купил два букета цветов и, вдыхая холодный ноябрьский воздух, отправился домой. Сейчас я отлично понимал свою невесту. Этот дом стал чужим, отвратительным и мёртвым. У порога остановился и прислушался.

В доме играла какая-то странная мелодия. Под такие обычно медитируют. Слышны были глухие удары и странное пение. Словно в доме собралось племя коренных американцев. Тихонько провернув ключ в замке, я вошел в гостиную и, выпучив, глаза замер. На полу сидели мама, Молли и Хьюго. Все трое были раскрашены красной краской и выглядели забавно. Как я и предполагал, в гостиной шаманило местное племя, которому я не мог придумать название. Кроме фей и единорогов в голову больше ничего не лезло.

Молли била волосатой палкой в какой-то бубен. Все три индейца сидели, закрыв глаза, и странно мычали. Обычно так ведут себя при инсульте. По всей комнате были расставлены ароматические палочки. Воняло жутко. Я взглянул туда, где по идее должен был быть костёр. Там лежали три резиновые утки, те самые, что плавали в джакузи в бунгало Молли на Мальдивах. Я улыбнулся, вспомнив тот день. Хоть я и вёл себя как чмо, но именно тогда Молли стала моей.

Хьюго был в юбке, что рассмешило меня еще сильнее. Индейцы встали и начали ходить кругами вокруг уточек, не переставая мычать. Согнув руки, они ритмично двигались в такт странной музыке. Затем мама встала, сложила ладони и поклонилась.

– Духи Южного Ветра, призываю вас! Очистите сие жилище от грязной ауры Хизер!

Моли ударила в бубен и заговорила:

– Духи Голубого Неба, явите нам свой лик! Позвольте пройти тропой восходящего Солнца и изгнать злого духа, что витает в этом Храме Любви!

Затем поднялся Хьюго. Забавно прыгая, парень раскинул руки и, замычав, заговорил:

– Милые Духи Океанской Глубины! Дайте нам своё благословение и снизойдите к молящимся! Подайте знак! Покажите истинный путь заблудившимся странникам! Дайте свою божественную силу рыцарям лесных фей и служителям Радуги.

Я давился смехом и снимал происходящее на камеру. И вдруг глаза Хьюго распахнулись. Он сделал страшное лицо и издал звук, напоминающий крик чайки.

Поставив цветы в вазу, я включил свет и, сложив руки на груди, посмотрел на представителей древней цивилизации.

– Эй, туземцы! Вы что, демонов призывали?

Мама указала на меня пальцем и крикнула:

– Аура Хизер струится рядом с ним! Окропите несчастного Святой водой!

После чего все трое схватили с пола уток и стали их давить. Из уток брызгала вода прямо мне в лицо. Я забежал в спальню. Молли неслась за мной с бубном и дико хохотала. Мама и Хьюго упали на пол, сотрясаясь в беззвучном смехе. Прости, Господи! Не будет мне покоя!

После того, как все трое смыли боевой окрас племени "Джуманджи" и надели нормальную одежду, мы вошли на кухню.

Стол ломился от салатов, картофельного пюре и разных закусок. Выглядело всё очень аппетитно. В животе предательски заурчало. Я схватил со стола жареную куриную ножку и с наслаждением откусил кусочек.

– Вкусно! В ресторанах стали нормально готовить?

– С чего ты взял? Всё, что стоит на этом столе, приготовила твоя невеста, Шон. Не девчонка, а находка.

Я взглянул на Молли. Она смущенно улыбнулась и отвела взгляд. Видимо, ей нечасто приходилось слышать похвалу в свой адрес. На ней был простенький серый свитер и чёрные спортивные штаны. Волосы собраны в хвост. Сейчас она выглядела еще моложе. Даже синяки не могли испортить прекрасное лицо. Я слопал половину того, что было на столе. Мне реально повезло. Моя будущая жена была красивой, непорочной, к тому же потрясающе готовила. Однажды я уже ел её стряпню. Когда она только пришла в мой дом.

Казалось, что с того момента прошло слишком много времени. На самом же деле Молли была одним огромным приключением. За то время, что мы провели вместе, я пережил много всего. Было смешно, весело и даже пришлось поплакать. Прямо сейчас я чувствовал, что этот дом действительно отравлен чёрной аурой Хизер.

Мама осталась с нами, клятвенно заверив, что уберётся восвояси после Дня Благодарения. Мне до сих пор не дали ответа из департамента Лос-Анджелеса. Торп не спешил отправлять мои характеристики, и это выводило из себя.

Утром я снова отправился в участок. Капитан вызвал меня к себе и, недовольно скривив свиное рыло, сообщил, что я свободен. Сдав своё табельное и подписав бумаги о переводе, я торопился домой, предвкушая вкуснейший ужин. Сегодня тот самый День Благодарения. По традиции его празднуют в кругу семьи, но я давно был один. Хизер никогда не была для меня частью той самой семьи. Сейчас я понял, что в глубине души я всегда мечтал стать мужем и однажды отцом.

В кармане зазвонил телефон. Я взглянул на экран и улыбнулся. Звонила Молли. Приняв звонок, я услышал ее испуганный дрожащий голос.

– Шон. Скорее иди домой. В нашем коридоре лежит труп.

– Никуда не звони и запри дверь! Я скоро буду!

Сев за руль внедорожника, я помчался домой. Здорово отметили праздник.

* * *

Молли

Лора вышла в супермаркет с огромным списком продуктов, который я сама для неё составила. Я была на кухне и готовила начинку для потрясающей индейки, что мы купили утром за городом на фермерском рынке.

И вдруг услышала, как провернулась ручка входной двери. Кто-то тихо вошёл в коридор шаркающей походкой. Схватив злополучную кочергу, я выглянула из кухни. В коридоре было темно, но там стоял какой-то мужик бомжеватого вида.

От синерылого маргинала разило одеколоном и помойкой, и скорее всего, первое он пил. Схватив кочергу, я подкралась к этому мохнатому чудовищу и ударила его по спине. Он издал какой-то булькающий звук и рухнул на пол. Судя по тому, как от него воняло, умер он давненько. Успел разложиться, выползти из могилы и забраться в наш дом.

На пороге появилась довольная Лора с тремя пакетами провианта, который теперь она будет носить мне в тюрьму в качестве продуктовой передачки.

– Святые колокольчики! Что делает здесь это тело?

– Судя по запаху – разлагается.

Лора схватила кочергу из моих рук и подошла к мертвецу.

– Ты уверена, что он покинул этот мир?

– Не совсем. Но эту возможность я не исключаю.

– А как он сюда попал?

– Ногами!

– Пробовала потыкать в него чем-то?

– Оставлю это удовольствие вам!

Лора ткнула в зловонное нечто кочергой. Оно вздохнуло и вдруг резко подпрыгнуло. Алкаш бегал по дому и истошно вопил. Я пригляделась и узнала в нём своего отца. Вот и изменился старый козёл! Мало того, что пьёт, так еще и бомжует, по всей вероятности.

– Папа?

– Молли? Хорошо же ты отца встречаешь!

– Ты как узнал, где я живу?

– У меня повсюду связи.

Лора хихикнула.

– Чего тебе, папа? Денег не дам!

– Мне бы поесть.

Стало жалко этого бичеватого человека, который по несчастливой случайности был моим отцом. Я готова была провалиться сквозь землю от стыда. Что подумает мама Шона? Невестка, дочь бездомного алконавта.

Но Лора улыбнулась и потащила моего папашу на кухню. Тот сел и по-хозяйски оторвал себе жирный кусок индейки. Лора открывала банку с томатным соусом, и делала она это огромным кухонным ножом. Банка выскользнула из её рук, заляпав красивую кофту алыми пятнами. Соус стекал по лезвию ножа. И прямо в этот момент в дом вошёл Шон. Увидев Лору в красных пятнах, с огромным тесаком в руке, он схватился за дверной косяк и побледнел.

– А где труп?

– На кухне, – спокойно ответила Лора и улыбнулась.

Сейчас она напоминала серийного убийцу.

Шон стал бледно-зелёным.

– Вы его что, расчленили?

Дом содрогнулся от нашего смеха. Я схватилась за живот, указывая рукой на кухню.

– Труп оказался не совсем трупом, хотя пахнет именно так. Он на кухне жрёт нашу индейку.

Второй мой праздник был испорчен. И если кто-нибудь посмеет испортить мне свадьбу, которую решили сыграть в канун Рождества, я удавлю его своими руками.

Выпроводив отца, я устало опустилась на диван. Шон вышел из спальни одетый и, лукаво взглянув мне в глаза, почти пропел:

– Ликуй, малышка. Я получил распределение. Собирайте вещи, мы уезжаем домой.

Домой! Теперь я знала наверняка – это мой последний переезд. Я еду домой!

Лора отменила свой билет и решила поехать с нами. Собрав немногочисленные вещи, я вышла за порог и, кутаясь в тонкий голубой пуховик, посмотрела на грозовые тучи. В руках я держала того самого большого единорога. Первый подарок Шона. В кармане лежал второй, поменьше. Стало грустно, ведь я разбила шар.

– Прощай, Нью-Йорк! Я еду домой. И я не одна. Со мной мама и Шон.