Глава 33

Молли

Оставляя позади огни ночного мегаполиса, похожего на огромный муравейник, мы снова выехали на уже знакомую пустую трассу. Сегодня мы не торопились. Я сидела на пассажирском сидении, сжимая большую плюшевую лошадь в руках, и смотрела на дорогу. Пейзаж за окном захватывал дух. Всё изменилось. Я изменилась. Я видела поля, редкие фонари и звёзды в небе. За рулём сидел мой любимый мужчина, а сзади посапывала Лора. Я ехала туда, где меня ждёт новая жизнь и будущее.

Под тихий звук мотора я закрыла глаза и уснула. Что мне только не снилось. Скачу я на белом единороге, волосы развиваются. Фиолетовые крылья коня развернулись, и мы взлетели. В тот же момент кто-то потрепал моё плечо. Распахнув глаза, я размахнулась и ударила Шона в глаз.

– Не тронь моего коня!

Шон схватился рукой за лицо.

– Первое: я не прикасался к твоей игрушке. И второе: теперь мы оба красивые. Откуда в этих тонких ручонках столько силы?

Под левым глазом моего жениха начал проявляться внушительных размеров фингал.

– Прости. Мне просто снился сон.

– Всё хорошо, Молли. Мама уже в закусочной. Как насчёт бургеров?

Неохотно войдя в помещение, я убедилась, что наглой официантки нигде нет. За прилавком стоял парень в забавной кепке в виде коровы.

– Мне обычный гамбургер с салатными листьями, помидорами и такую кепочку, как у вас.

Взяв в руки головной убор, я протянула его Шону.

– Ты меня любишь?

– Очень.

– И всё для меня сделаешь, верно?

– Конечно!

– Надевай кепку.

Лора прикрыла глаза и прыснула от смеха. Шон улыбнулся и напялил на голову жуткий головной убор.

В этот раз до мотеля мы добрались еще до наступления темноты. На пороге сидел Джонни. Увидев нас, парень улыбнулся и, раскинув руки, пошёл навстречу. Обняв меня, он взглянул на моё лицо и виновато опустил глаза. Шон злился.

– Ты же понимаешь, приятель, что нам снова нужно кое-что перетереть?

– Шеф. Я не хотел впутывать девчонку. Но упускать возможность было бы глупо.

– Ты видел её лицо? Это цена, Джонни. Та цена, которую моя невеста заплатила за моё спокойствие. Я улыбаюсь, делаю вид, что счастлив и спокоен, но это не так. Каждый раз, когда я смотрю на её лицо, мои внутренности скручиваются в узелок. Мне стыдно, Джон. Я должен был защитить её, понимаешь? Чувствую себя бабой.

Джонни опустил глаза.

– Это не так, Пейтон. Слышал, ты переводишься. Значит, прощаемся? Странно. Больше не увидимся.

– Ты отработал свой долг, приятель. Живи своей жизнью, борозди трассы на байке и наслаждайся свободой.

Я подкралась сзади.

– Жаль прерывать эту милую беседу. Шон, Лора перетащила в номер всё спиртное из кухни. Пойдём? Джонни, ты приглашён. Празднуем арест Чеда, помолвку и переезд. Я пришлю тебе приглашение на свадьбу. Хотелось бы видеть тебя среди моих друзей.

* * *

Шон

Мы двинули в сторону мотеля. В номере уже был накрыт небольшой стол. Напрягало лишь то, что моя мама решила спать с нами. Заметив смятение на моём лице, она улыбнулась.

– Прости, дорогой, но свободных номеров не оказалось. Еще одна ночь воздержания, и мы доберемся до дома. Потерпи.

Спустя час мама, изрядно набравшись, начала приставать к перепуганному байкеру.

– Запиши мой номерок, сладенький. Так и манит меня твой мощный торс и байк. Он такой длинный, мощный, быстрый и блестящий. Забраться бы на него и ехать, подпрыгивая. Люблю быть сверху.

Я смотрел на неё, прищурив глаза.

– Мы точно сейчас говорим о мотоцикле? Звучит двусмысленно.

Джонни покраснел и потупил взгляд.

До самого утра мы не сомкнули глаз и на рассвете покинули мотель. Сев за руль, я завёл мотор и отправился в путь. Мама сидела на пассажирском сидении. Она спала и храпела. Молли уснула на заднем сидении, крепко сжимая в руках единорога. Пейзаж за окном менялся, погода тоже.

В Нью-Йорке должен был выпасть снег, в то время как в Калифорнии всегда было тепло. Не меньше шестнадцати градусов. Спать не хотелось совсем. Я вёз домой самый ценный груз – двух любимых женщин. Взглянув на маму, улыбнулся. Всё-таки повезло мне с ней. Сильная, красивая и независимая.

Поправив зеркало, я заглянул в него. Солнечный зайчик плясал по белым волосам и перепрыгивал на прекрасное лицо моей будущей жены. В свои двадцать лет эта девушка успела увидеть многое. Боль, страх, разочарование и потери. И несмотря на это, она не сломалась. Она уже была такой, как Лора Пейтон. Эта девочка, что не знала любви, сейчас была самой любимой. Я вспомнил нашу первую встречу. Уже тогда, я хотел её безумно.

Кто бы мог подумать, что спустя несколько месяцев та, что обчистила меня в гостиничном номере, станет для меня дороже всех на свете.

Воспоминания сменились мыслями о доме, который мне так и не удалось снять. Дом матери был огромным и места хватит всем. Но я хотел независимости. Хотел наконец-то иметь свой собственный дом, где меня будет ждать любимая жена. Из кухни всегда будет пахнуть чем-то вкусным. Я буду возвращаться с работы. Она откроет дверь и бросится на шею. Я знал, больше я никогда не оставлю и не обижу её. В мире столько интересного.

И вдруг я понял. Я не хочу заслонять её от мира. Я хочу показать его ей. Она мечтала увидеть Лондон. И я отвезу её туда сразу после свадьбы. Пусть это станет моим подарком.

Солнце стало красным. Вдоль дороги струилась туманная дымка. Вдали показались огни Лос-Анджелеса. Я улыбнулся и прибавил скорость. Домой!

* * *

Припарковав машину у дома матери, я разбудил спящих красавиц.

– Дамы, мы на месте. Устал невероятно. Хочу принять душ и завалиться в тёплую постель.

– Я рассчитывала на романтическую ночь, – лукаво улыбнулась Молли.

Девушка подмигнула мне и вышла из машины. И тут заговорила мама.

– Может, вы переночуете в своём доме? В одной из спален есть кровать. Ремонт я не стала делать. Уверена, у Молли есть свои планы на счёт дома.

Я не понимал, о чем оно говорит.

– Шон, я отлично знаю о твоём скверном характере и желании добиваться всего самостоятельно. Но лучшего подарка на свадьбу единственного сына не придумаешь. Берите ваши сумки. Молли, помнишь дорогу? А теперь прошу меня простить, но мне действительно необходимо отдохнуть от вашего общества. Утром я должна быть в издательстве. И ещё, Молли. Твои рисунки стали иллюстрациями к детской книге. Очень скоро она выйдет в печать. Подарок номер два?

Молли закричала и обняла мою мать. Сейчас она была действительно счастлива. Аферистка по прозвищу Беда стала рисовать детские рисунки. Жизнь действительно странная дамочка.

Я снова завёл внедорожник. Молли указала дорогу, и через несколько минут мы оказались у небольшого, но очень милого дома с огромным двором и садом. У дверей стояли два уродливых садовых гнома. Я взглянул на них с отвращением.

– Эти двое должны исчезнуть.

– Не смей! Гномы остаются! Пейтон, они мне нравятся.

– Без проблем. Возможно, однажды они понравятся и мне.

Мы вошли в темное помещение. Я включил свет и улыбнулся. Домик оказался уютным, а главное, он был нашим. До спальни мы не добрались. Стащив с себя свитер, я посмотрел на Молли и поиграл бровями. Девушка улыбнулась, стараясь как можно быстрее избавиться от одежды.

Уложив её на ковер, я провёл рукой по плоскому животу и опустил руки на самое чувственное место. Сначала ввёл в неё один палец, затем второй. Молли застонала, и эти стоны эхом разносились по пустому дому. Опустив голову, я играл языком с набухшим клитором, не переставая рисовать замысловатые узоры пальцами внутри очень горячей плоти.

– Шон, сделай это.

– Любой каприз.

Закинув длинные ноги себе на поясницу, я ворвался туда, куда давно хотел. Молли отвечала с какой-то дикой и животной страстью.

Этот раз был особенным. Сильнее, ярче, громче.