Глава 32: Ловушка на старом маяке — Пробуждение зверя

Старый маяк на окраине города выглядел как гнилой, почерневший зуб, торчащий из челюсти скалистого берега. Ветер здесь был иным — он не просто дул, он выл, словно тысячи измученных душ, пропитывая одежду солью, запахом водорослей и застарелой гнили. Соня стояла у подножия этой каменной башни, чувствуя, как свинцовое небо давит на плечи, пытаясь раздавить её волю.

Внутри маяка царил полумрак, пахнущий сыростью и старым порохом. Каждый шаг Сони по винтовой лестнице отдавался гулким, зловещим эхом в пустом пространстве. Когда она достигла верхнего яруса, из темноты раздался тихий, вкрадчивый смех Виктора — звук, от которого кровь застывала в жилах.— Вы всегда были слишком самоуверенны, госпожа Волкова. Но сегодня этот маяк станет вашим склепом, — его лицо, искаженное торжеством, выступило в круг тусклого света.

Из теней, словно призраки, вынырнули двое наемников. В их руках хищно блеснули лезвия ножей. Соня отступила к самому краю парапета, чувствуя спиной бездну и ледяные брызги волн. Её сердце колотилось где-то в горле, мешая дышать, но взгляд оставался твердым, как алмаз. И в тот миг, когда наемник приготовился к броску, тяжелая железная дверь внизу с оглушительным грохотом вылетела с петель, ударившись о каменную стену.

— КТО СКАЗАЛ, ЧТО ОНА ОДНА?! — этот хриплый, вибрирующий от первобытной ярости голос Соня узнала бы даже в аду.

Ваня. Он стоял в проеме, окутанный клубами пыли, похожий на восставшего из мертвых титана. Больничная рубашка была расстегнута, обнажая мощную грудь, на которой стремительно расплывались кровавые пятна сквозь свежие бинты. Он едва держался на ногах от слабости, но его дух был непоколебим. Ваня двигался с пугающей, звериной грацией. Первый удар его кулака обрушился на челюсть противника с сухим, влажным хрустом ломающейся кости.

Не давая второму опомниться, Ваня вцепился ему в горло. Его пальцы сомкнулись на чужой шее, как стальные тиски, перекрывая кислород.— Ты... посмел... коснуться... её? — каждое слово вырывалось из его груди вместе с глухим рыком.

Ваня притянул Соню к себе, буквально вжимая её в свою грудь, закрывая собой от всего мира. Его дыхание было прерывистым и обжигающим, а сердце билось так неистово, что Соня чувствовала этот ритм каждой клеткой своего тела. Виктор, увидев этот призрак из своих кошмаров, побледнел и, потеряв остатки самообладания, бросился к открытому окну, где внизу его ждал катер. Ваня сделал шаг вслед за ним, но резкая боль заставила его пошатнуться. Соня мгновенно подхватила его, чувствуя, как её ладонь становится мокрой и теплой от его свежей крови.

— Ваня, ты сумасшедший! Зачем?! — вскрикнула она, глотая слезы.Он лишь прижался своим горячим лбом к её лбу, тяжело дыша:— Я услышал... как закрылась дверь... я не мог оставить тебя одну в этой темноте. Никогда больше.