Глава 23. Лекарство для соседок.

На выходе из отделения Макса окликнул дежурный, передав слова Попова, что Аленкину квартиру закрывала соседка по площадке, левая квартира. Она там как раз понятой была, и у нее запасной ключ оказался. Так что попасть домой они могут, попросив соседку открыть дверь.

Пока Макс беседовал с дежурным, во входную дверь вбежало отделение омоновцев, и Аленка разглядела, что это было то же самое отделение, что вызывали к ней. Командира она тоже узнала, хотя они все были в балаклавах - еще не успели отойти от операции. Робко ему улыбнулась, и пискнула:

- Добрый вечер.

Тот тоже её узнал, и тормознулся около, кивнув своим, чтобы проходили, не задерживаясь.

-Ну еще раз привет, красавица. Твое приключение все еще не закончилось? - он снял балаклаву, и оказалось, что у него простое приятное лицо, не писаный красавец, как Макс, но вполне симпатичный парень. И молодой, моложе Макса, как показалось Аленке. Она внимательно его разглядывала, пока продолжала с ним болтать:

- Почти закончилось приключение. Макс...эмм...Максим Васильевич меня из задержания освободил, сейчас домой отвезет.

- Макс? - переспросил омоновец, и оглянувшись в том направлении, куда Аленка махнула рукой, узрел того, про кого она говорила. - А, Клыков. А что, твое дело отдали в отдел по особым делам? Всё так плохо?

Аленка неопределенно пожала плечами:

- Да не то, чтобы плохо. Просто странностей много они нашли с Поповым в этом деле. Вы же сами там были, своими глазами видели.

Лицо омоновца стало вдруг хитрое-хитрое:

- Да, там странностей много. А ты в этом деле - самая большая странность. Я бы и сам не прочь понять, что там на самом деле произошло, но Клыков свои тайны стережет не хуже Кощея, так что вряд ли я что узнаю. А было бы интересно. Может, в гости зайти как-нибудь, расскажешь, что там было на самом деле? Адресок-то твой я запомнил. - и подмигнул.

Аленка от растерянности только глаза распахнула пошире, не найдясь мгновенно с достойным ответом. А что на такое нахальство ответить?

- Ко мне подойдешь, Медведев, я тебе сам расскажу. - оба собеседника аж подпрыгнули от злого рыка незаметно подошедшего Макса. - А будешь дальше к моей невесте приставать - то и покажу... пару приемчиков. Никакая спецназовская выучка не спасет.

- К невесте? Вот это номер. - Омоновец дурашливо выпучил глаза. - Понял, Макс, не серчай. Признаю свою вину, меру, степень, глубину! Счастливо вам тогда. А за рассказом, Макс, я к тебе все-таки подойду. А то от любопытства умру. - и, махнув им рукой, побежал по лестнице на второй этаж.

Аленка, помнившая про медвежонка, которого видела на Медведеве (или в Медведеве? - она до сих пор не могла понять, КАК она видит эти глюки), спросила тихонько Макса:

- А Медведев тоже оборотень?

Мужчина удивленно посмотрел на неё:

- Вроде нет. По крайней мере, не проявлялся. А ты что-то почувствовала про него? Ведь как-то ты поняла про меня и Дамира.

Они уже вышли из помещения на улицу, и Аленка зябко поежилась - в тонком платьице было холодно. Макс спохватился, снова снял куртку с себя и закутал в нее девушку.

- А еще я думала, что оборотни - Софья и начальник милиции, которого мы в ресторане видели. Угадала? - не ответив на его вопрос, Аленка продолжала свои расспросы.

- Да, ты правильно угадала. Софья в это полнолуние обрела вторую ипостась. И начальник - тоже из наших. - Он усмехнулся, и тут же посерьезнел: - Только запомни, пожалуйста: мы называем себя "двуипостасными". А оборотни - это не то, чтобы неприличное слово, но достаточно неприятное для нас. Как "жид" для еврея или "негр" для чернокожего. - Макс внимательно посмотрел на девушку, пытаясь понять её реакцию на свои слова. Потому что, сколько ни убеждай себя, что, раз ты подозреваешь что-то неприятное или необычное, то ты готов встретиться с ними лицом к лицу, но: "подозревать" и "точно знать" - "две большие разницы", как говорят в Одессе.

И впрямь - Аленка на мгновение замерла, и развернулась к нему:

- Так значит, вы на самом деле существуете, и это не просто сказки? И у вас есть вторая ипостась? Звериная? А у тебя какой зверь? А у Софьи? - девушка заволновалась и стала забрасывать его вопросами. Но большого страха Макс не учуял, скорее, даже облегчение какое-то просквозило в её реакции, а слова выдавали не отвращение или неприятие, а исследовательский интерес.

- Ален, подожди. Это долгий разговор. - Мужчина попытался утихомирить разговорившуюся девушку - Давай приедем домой, поспим, а дальше я тебе всё расскажу.

Они уже дошли до автомобильной стоянки и подошли к зеленому автомобилю Макса.

Макс открыл пассажирскую дверь, помог Аленке сесть, подобрав заботливо подол широкой юбки. Аленка задумалась: несколько часов назад он так же подсаживал её в машину. А столько всего прошло, что она чувствует себя на несколько лет старше.

- А куда домой? - решила уточнить она у севшего за руль мужчины.

Макс тихонько поморщился: "Сейчас начнет препираться", и, включив дурачка, безапелляционным тоном заявил:

- Ко мне, конечно. Теперь можно сказать, что к нам. Ты же моя невеста, так что куда еще?

Аленка посмотрела на него устало, как учительниц смотрит на ученика, которому объяснила 100500 раз, а он не понял, и пояснила свой взгляд словами:

- Мне надо хотя бы переодеться и телефон взять. Бабушка там наверное, с ума сходит, что с Глафирой, наверняка, звонила тоже не менее 10 раз. Не надо её до инфаркта доводить, она у меня единственная из родных осталась.

Макса как будто кипятком ошпарили, так его жгучей волной стыда омыло. Пока он тут пыжится, и крутого альфа-самца пытается изобразить, его малышка помнит о своих родных, и пытается проявить заботу. А он, эгоист, пытается утащить в свою нору, и ни с кем не делиться. Даже про одежду для нее забыл, хотя чего бы проще - обратить внимание на её внешний вид и подумать о комфорте? Идиот самовлюбленный. Изругав мысленно самого себя последними словами, Макс спросил у Аленки адрес, откуда её забрали, и повез к дому.

На пятый этаж они поднялись вместе - Макс сказал, что ему так будет спокойнее. А девушка, представив, что на балконе затаился тот самый маньяк с колом, тоже не рискнула идти в квартиру одна.

Позвонили соседке слева, и та открыла дверь практически мгновенно - странно для бабульки в 12 часов ночи, Макс специально на часы посмотрел, перед тем, как звонит и беспокоить соседей в неурочное время. Аленка опознала ту вредную бабку, которая комментировала слова следователя и навела его на идею забрать девушку в отделение, и вспомнила, какие слова она сказала её напоследок, когда та разозлила своим страхом перед бабушкой Еленой, а не заботой о ней. Сейчас-то Аленка знала, что Попов действовал, исходя из других побуждений, но осадочек по отношению к бабке остался.

Бабуська, завидев Аленку, вдруг заплакала, и запричитала:

- Пришла, родимая, освободилась! А я уж и не чаяла дождаться!

Аленке даже неудобно стало - она тут на эту бабку сердится, а та вишь, до слез о ней переживает. Но в квартиру к ней заходить не стала, только ключ попросила.

И тут бабуська выдала:

- Не дам ключ, пока проклятье свое не снимешь! Это что такое стало - я теперь вместо того, чтобы с товарками происшествие обсудить, только и могу, что молитвы бормотать! Никакой же жизни! А ну вертай всё назад как было! - уже орала бабка. И тут же ойкнула, и забормотала: - Отче наш, иже еси на небеси. Да святиться имя Твое...

И снова заплакала:

- Вишь, чё деется! Хочу поругаться - из меня сразу молитва лезет. Хотела про тебя подружкам рассказать - молитва на языке, и всё тут. Никакой жизни. Вся измучилась за вечер.

И снова заорала:

- Снимай, говорю, зара.... Да приидет Царствие Твое, Да пребудет воля Твоя... - и замолчала, закрыв рот обеими ладошками. И после этого только смотрел на Аленку полными ужаса глазами.

Аленка стояла побледневшая, совершенно обалдевшая от происходящего.

А Макс достал полицейские корочки и произнес строгим голосом:

- Так, гражданочка, не выдавая ключ от квартиры, в которой произошло преступление, вы оказываете противодействие процессу расследования. За это я могу вас задержать. Ключ отдадите, или в отделение поедем, задержание оформлять?

Бабка с ненавистью посмотрела на молодых людей, и кинула им ключ. Макс сумел его совершенно невероятным движением поймать в воздухе, Аленке даже померещилось, что призрачный ягуар там лапой махнул, чтобы ключ не улетел в лестничный пролет. Но она списала это на очередной глюк от усталости.

Макс открыл дверь, и они вошли в квартиру под прожигающим соседским взглядом.