Глава 18. Как получить Песца на собственной свадьбе

Первым делом, отправила Игоря найти и привести в курилку Аленку с Максом. Во-вторых, отправила Велену с охранниками обратно домой. Та пыталась кричать, что без дочери никуда не поедет, а охранники пытались доказывать, что они должны охранять оба объекта, но подошедший Макс пообещал им вызвать для охраны Милены еще пару двуипостасных.

Вместе с Максом подошел и Дамир, узнать, что случилось, и пояснил, что их пары сбежали в туалет "попудрить носик".

Увидев лежащую без сознания Милену, он рванулся к ней, но был перехвачен Глафирой, которая строго рявкнула:

- Не лезь к пациентке! - и, поддерживая под локоток, стала его выводить в коридор, где уже находилась Велена с охранниками. И Игорь заметил быстрые движения, которыми Глафира словно что-то снимала с Дамира, и закидывала на Велену.

После чего, шипящую от злости, и ругающуюся матом, как сантехник, Велену вывели из ресторана через черный выход, через который в свое время убежала Аленка от Макса, чтобы не тревожить остальных гостей.

Игорь проследил за их отбытием, и четко отрапортовал об этом Елене-старшей, приняв её руководство в данной ситуации.

Пока Игорь отслеживал отбытие Велены, в комнате прибавилось действующих лиц: подтянулись и обе невесты. Их пышные платья заняли практически полкомнаты, поэтому казалось, что народу в комнате полно, а свободного места совсем мало.

Остальные, видимо, это тоже поняли, поэтому Дамира, Софью и самого Игоря очень тактично выставили за дверь. Посмотрев на их вытянувшиеся от огорчения лица, Елена "подсластила пилюлю", поручив Игорю охрану этой комнаты от посторонних, и велев больше никого не впускать, а Дамиру с Софьей отвлекать всех гостей от отсутствия второй пары, перетянув всё внимание на себя.

Когда Дамир заикнулся про Макса, Елена-старшая посмотрела печально-строго и сказала:

- Если я не ошибаюсь, то Аленке придется в лабиринт нырять. И Макс нужен для подзарядки, иначе сил не хватит. Так что идите, и сделайте всё, чтобы остальные там веселились без помех нам.

Софья с Дамиром, враз посерьезневшие, синхронно кивнули, и уже без всяких препирательств пошли в зал, взявшись за руки.

В курилке остались только Милена, три веды, и Макс.

Елена-старшая спросила у Аленки, которая в это время сканировала пациентку:

- Ну, что видишь? Кто будет-то? Или я ошиблась, и у нее не вторая ипостась пробуждается, а какое-нибудь банальное воспаление легких?

Аленка согласно кивнула:

- Да, проявляется облик, но еще очень слабый, словно размытый. И зверь очень маленький, совсем еще щенок.

Все остальные оживились, и Глафира повторила вопрос:

- Так кто будет-то?

Аленка повглядывалась расфокусированным зрением, и с сомнением ответила:

- Лиса, только как будто белая.

- Лиса? - пораженно воскликнул Макс. - такого у нас не рождалось не знаю сколько. Ни разу не слышал. Тем более, белая. И тут-то выпендрилась.

Бабушка Елена, напряженно что-то вспоминавшая, воскликнула:

- Белая полярная лисица - песец!

Макс, демонстративно закатив глаза, пробормотал:

- Причем, полный...

Ведуньи, оценив шутку, хихикнули, и снова принялись совещаться, что нужно сделать, чтобы помочь Милене.

Глафира предложила дать еще порцию крови Макса, раз уж его кровь, принятая Миленой в первый раз, вызвала рождение второй ипостаси. Еще и похихикала над Максом, обозвав его Тигра папашей Песца.

Аленка озадачилась:

— Это что, снова ей Макса кусать придется?

Бабушка Елена задумчиво ответила:

- Зачем же кусать? Мы как при лечении фурункулеза, кровь из вены возьмем, и в ягодичную мышцу введем. Только там кровь берется у пациента и вводится ему же. А мы брать будем у Максима, а вводить Милене.

Аленка всё еще сомневалась:

- А отторжения не будет?

Бабушка сосредоточила свой взгляд на внучке:

- Так у нее уже отторжение идет. Не принимает её тело вторую ипостась, видишь, как её ломает. Хотя у того же Игоря всё хорошо прошло, даже не заметил, как медвежонок его народился. Ну так и хотел оборотнем стать. А Милена, видимо, не хочет.

- Ну так, может, и не насиловать организм, оставить, как есть? - уточнила девушка.

- А поздно уже. Процесс перешел ту грань, где она могла бы остаться человеком, да затянули они с обращением к нам или даже к простым врачам. Там бы её антибиотиками пролечили, как от обычного ОРЗ, и кровь очистилась бы от тех кровяных телец, которые есть у двуипостасных, и помогают их быстрой регенерации. А теперь получилось, что эти агрессоры слишком сильно размножились, и пытаются провести регенерацию обычного человека, как оборотня. Вот и получается агрессивный процесс. Теперь только и остается. что ипостась принять, и тело перестраивать.

Глафира хмыкнула:

- Называется, "за что боролись - на то и напоролись".

А Макс возразил:

- В её случае получается "за что боролись - так тебе и надо".

И Глафира покладисто согласилась:

- Тоже подходящий вариант.

Елена выглянула за дверь, и поручила Игорю принести сумки её и Глафиры, которые висела на их стульях в зале. Тот вернулся меньше, чем через минуту, неся две большие женские сумки, которые больше были похожи на безразмерные мешки.

Обе старшие веды нырнули в них, и через какое-то время обе вытащили оттуда по одноразовому шприцу.

Макс хмыкнул:

- Чего только нет в маленькой женской сумочке.

Глафира поддержала шутку:

- Электричества там нет, а иногда очень надо, а то ничего толком не найдешь.

И опять все нервно хохотнули, снимая напряжение.

Макс снял пиджак и закатал рукав на рубашке. Елена к тому времени достала еще и салфетки, пропитанные спиртом. А Макс усмехнулся укоризненно:

- Елена Михайловна, да на кой мне салфетки? Аленушка обнимет, и у меня отрубленная рука обратно прирастет, не то, что этот комариный укус.

Бабушка строго посмотрел на него:

- Аленка, конечно, лекарство знатное, но не надо обычной сангигиеной пренебрегать.

Протерев себе руки до локтя, и смазав место укола у Макса, бабушка отработанным движением вскрыла герметичную упаковку шприца, и ловко воткнув иглу в вену, набрала немного крови в шприц.

После чего, оставив Макса обрабатывать себе место укола, передала шприц с кровью Глафире. Та сменила иглу на шприце, и ввела кровь в ягодицу девушке. Та только слабо застонала, но в сознание не пришла.

Макс на время процедуры деликатно отвернулся, за что удостоился от Аленки признательного взгляда. Как ни была сейчас плоха её бывшая соперница, но иррациональное чувство неуверенности в своей привлекательности по сравнению с красотой Милены все равно присутствовало и царапало девушку. И то, что муж не стал голодными глазами пожирать обнаженные прелести бывшей невесты, Аленку порадовало.

Бабушка Елена перешла на глубокое зрение, наблюдая за пациенткой и видя лишь одной ей понятные признаки и симптомы. В момент, когда лежащую на диванчике Милену стало потряхивать и корежить, она скомандовала Аленке:

- Спускайся в лабиринт, без этого не обойдемся. Надо найти ее зверя, и направить к выходу. Ну да ты знаешь, делала уже. А то, похоже, застрял там где-то песец этот, ни туда, ни сюда. А ты, папаша крестный, - обратилась она уже к Максу, - помоги ей там.

Тут вмешалась Глафира:

- Если здесь между Максом и Миленой связь есть, то она и там должна быть видна. Ищите её, по ней проще пройдете, как по ниточке.

Молодые синхронно кивнули. Макс уселся на диванчик и усадил Аленку к себе на колени. А та оперлась спиной на грудь мужа, и обмякнув в его объятьях, привычно соскользнула сознанием в лабиринт.