37

Катя

Попрощавшись с Андреем, нажимаю «отбой», и иду в ванную. Сегодня пятница, а значит, «День красоты», точнее вечер. Каждый вечер пятницы, пока Данька читает книжку или смотрит мультики, я посвящаю себе любимой – маски, маникюр и прочие радости помогают создавать хорошее настроение перед выходными днями.

Завтра суббота – «папин день». Дима с Данькой отправятся гулять, и я тоже не планирую оставаться дома – Андрей пригласил меня на свидание. Раз сын благословил меня на женитьбу с Андреем, то, как минимум стоит дать человеку шанс.

Налепив на лицо нечто зелено-огуречное из упаковки, разрисованной корейскими иероглифами, я совершенно по-детски корчу рожицы в зеркале. Моя прическа представляет собой то, что вполне можно охарактеризовать как «вавилоны на голове» – я нацепила бигуди и сейчас определенно похожа на одну из тех домохозяек, про которых снимают комедийные ролики. Ну знаете, тех, что с зеленым лицом и бигуди на голове пугают мужей по ночам.

По пути в кухню заглядываю к Даньке – посмотреть, чем занимается мой отпрыск. Тот, высунув язык от усердия, раскрашивает каких-то человекоподобных монстров. Подняв на меня глаза, сын восклицает:

– Мамочка! Ты из какого мультика?

С трудом сдерживая смех, объясняю сынишке, что это такие женские ухищрения, придуманные для того, чтобы выглядеть красиво и всем нравиться. Детская логика убийственна:

– Значит, чтобы быть красивой, надо сначала побыть монстром. Мне нравятся монстры. Ты немного похожа на Селию из «Корпорации Монстров», только у нее цвет лица другой.

Насколько я помню, у Селии всего один глаз и сиреневая физиономия. Однако Данька увидел мое сходство именно с этим персонажем, к чему бы это? Может, стоит стать фанатичной сторонницей ЗОЖ – физкультура, мюсли и все такое, пока еще не поздно?

Рассеянно бреду в кухню, чтобы поставить чайник, но не успеваю дойти, как в дверь звонят. Светка обещала заскочить на пятничные посиделки – что может быть лучше того, чтобы вместе с подругой налепить на себя маски, обмазать кремами и лосьонами все, до чего дотянутся ручонки и, попивая чай с плюшками, строить планы на отпуск или еще что-нибудь в этом роде. Стоящее дело, рекомендую. Кстати, чай можно заменить на что-нибудь более высокоградусное, тогда планы становятся еще более масштабными.

Не глядя, открываю дверь. Сначала вижу ноги в кожаных ботинках, затем поднимаю глаза и созерцаю до боли знакомую физиономию. Точнее две физиономии – та, что знакомая, принадлежит Диме, а другая совершенно незнакомой мне собаке. Это даже не собака, а щенок. Очень милый такой щеночек с золотистой шерсткой и глазками-вишнями.

У Димы удивленный взгляд. А ведь удивляться должна я, если по справедливости. Да и собака как-то странно смотрит. А что эти двое тут забыли, вообще?

– Дима, ты какими судьбами?!

– Да вот решил, чтобы время зря не терять, приехать вечером в пятницу. А то обидно – такой кусок времени от субботы отрывается на перелеты, поездки и прочее. Я и так Даньку редко вижу. Пустите переночевать? Матрас у тебя вполне ничего, мне понравился.

Ишь, матрас ему понравился!

– П-пустим. – Заикаясь, отвечаю я. – А что это за собака?

– Не знаю, мы еще не успели познакомиться. Представляешь, этот малыш увязался за мной на стоянке возле аэропорта. Ума не приложу, откуда он там взялся, рядом никого из собачьего роду-племени не было. Наверное, потерялся или выкинули. Я не смог его там оставить, пришлось забрать с собой.

Собачий малыш свернулся клубком на руках у Димки и продолжает заинтересованно разглядывать меня. У кого бы узнать – все собаки такие задумчивые при знакомстве?

Оттеснив меня от двери, Димка шагает в прихожую и опускает щенка на пол.

Тот, поскуливая, начинает тыкаться носом во все углы – видимо, таков собачий ритуал знакомства с временным жильём.

Выскочивший в коридор Данька, увидев собаку, застывает соляным столбом – уверена, что на несколько мгновений он лишился дара речи.

– Папа! Это твоя собака?!!! – наконец отмирает сын, горящими глазёнками рассматривая найдёныша.

Димка слегка в растерянности:

– Пока неизвестно, может быть, он не захочет жить со мной.

Я изумленно спрашиваю:

– Ты что, собираешься его везти в Москву? Но как? Разве в самолете можно?

– Всегда можно что-нибудь придумать.

Данька убегает вслед за щенком на кухню. Смотри-ка, мелкий, а понимает, куда в первую очередь бежать надо. А чем же я его кормить буду?

– Дим, а что он ест? И куда в туалет ходит?

Димка фыркает.

– Учитывая его беспризорный босяцкий опыт жизни, думаю, что ест он всё. А насчет туалета… Похоже, придется съездить за специальными пеленками для собак. Здесь рядом есть где-нибудь зоомагазин?

– Да, через три дома есть, там большая светящаяся вывеска со щенком и котенком, сразу увидишь.

Оставив сумку с вещами в прихожей, Димка отправился за приданым для найдёныша. Я же в полной прострации иду в кухню, где Данька уже с воодушевлением знакомит четвероногого друга с обстановкой.

– Данечка, надо его покормить, он голодный, скорее всего.

Услышав меня, щенок оборачивается и тут же садится на попу. Он смешно трясет головой и трет лапой глаза. Смотрит на меня и снова трет глаза. Я начинаю беспокоиться – а вдруг он чем-то болен, и его следует свозить в ветеринарную клинику? Впрочем, его в любом случае необходимо показать ветеринару, ведь неизвестно, как долго он бродил по улице и каких паразитов успел пригреть на своей груди и в других менее благородных местах.

Телефонный звонок отрывает меня от раздумий, это звонит Светик.

– Алло, подруга, привет!

– Привет, – рассеянно отвечаю я.

– Приношу глубочайшие извинения и прочая и прочая. Но у меня сегодня форс-мажор нарисовался, поэтому я не приду к вам в гости.

– У твоего форс-мажора есть имя? – смеюсь я.

– Ну… – Светка мнется. – Я тебе потом расскажу, долгая история.

– Ладно, договорились.

– Ну пока. Наводи там свою красоту сегодня без меня, а я на следующей неделе наверстаю!

Чёрт! Твою же мать! Как я могла забыть?

Теперь я поняла, почему и Дима, и щенок на меня так странно смотрели – на моей физиономии до сих пор ядовито-зеленая маска, а на голове гигантские бигудятины. Бедный щенок! А Дима… Ну его мне не жаль. Но что это за закон подлости – я могла бы встретить его завтра во всеоружии, а в результате предстала перед ним зеленолицым монстром.

Дима

Жарко-то как! Странно, с одного бока печёт, а с другого припекает. Кое-как выпутываюсь из одеяла и обнаруживаю у себя под боком с одной стороны Даньку, а с другой стороны щенка, пока еще безымянного. Отопительный сезон еще не закончился, а батареи в Катиной квартире работают на совесть, поэтому дополнительный обогрев в виде двух малышей – это явный перебор.

Увидев, что я проснулся, щенок предпринимает попытки добраться до моего лица и облизать его. Ну уж нет, еще чего не хватало! Я вяло пытаюсь отбиться, но у меня ничего не выходит. В итоге мы с Данькой, которого разбудила наша со щенком возня, оба зализанные до полуобморочного состояния, бредем в ванную. Щенок, заглянув в санузел и не найдя там ничего съестного, заковылял на кухню, смешно переваливаясь.

Неудивительно, что он сразу туда навострил лыжи – с кухни доносились запахи какой-то выпечки. Думаю, нам с Данькой надо поспешить, не то золотистый обжора без нас все вкусное слопает. Вчера он всех впечатлил своим аппетитом – помимо миски сухого корма для собак, купленного в зоомагазине, съел еще пару сарделек и полпачки печенья. Надо будет объяснить Даньке, что малышу нельзя давать сладкое, во всяком случае, в таком количестве.

Увидев вчера щенка на парковке, я хотел было малодушно скормить ему бургер и удрать, но не смог. Он так преданно смотрел на меня, уминая котлету, что я почувствовал себя последней сволочью и предателем за свои дезертирские мыслишки. Вздохнув, взял приблудыша на руки и отправился разыскивать свое такси, которое, судя по смс, ожидало меня уже в течение 15 минут. К счастью, водитель не имел ничего против нечаянного лохматого пассажира, поэтому добрались мы до Катиного дома быстро и без проблем. И только увидев Данькину реакцию на собаку, я вдруг осознал, какой козырь попал мне в руки! Козырь очень прожорливый и непоседливый, но этот дискомфорт не такая уж и большая цена за то, чтобы вернуть себе сына и любимую женщину.

Козырь на кухне хрустит собачьим кормом. Я совершенно не понимаю, как это можно есть, но собакам виднее. Попробовав вчера одну из «хрустящих нежных подушечек, которые придутся по душе Вашему питомцу», я долго плевался. Катя с Данькой тоже не удержались и попробовали собачий корм. После этого плевались уже мы трое. Щенок удивленно смотрел на нас и изо всех сил вилял хвостом – наверное, решил, что это такая игра.

Сегодня я, пожалуй, воздержусь от гастрономических экспериментов.

Пока Катя не смотрит на меня, я украдкой поглядываю на нее – думаю, что мне никогда не надоест смотреть на то, как она поворачивает голову и как ловко вытаскивает из духовки какую-то стряпню. Запах ванили и корицы в кухне становится еще более насыщенным, чем был до этого. Катюша заправляет волосы за ухо, и я вижу, как один из локонов струится по изящной шейке. Мне хочется отодвинуть этот чёртов локон и припасть губами к еле заметной жилке, что бьётся под кожей, почувствовать биение сердца той, которую я всегда любил, и буду любить вечно. Да, я однолюб, теперь я это понял. Я не верил, когда об этом рассказывал мой дед, но теперь, похоже, придется принять сей факт.

Я должен вернуть себе то, что потерял. Уверен, что это будет непросто. Зная Катерину, могу со всей ответственностью заявить, что это будет архисложно. Но у меня нет другого выхода – для меня нет, и не может быть никакой другой женщины, кроме неё. Я только сейчас понял, что имела в виду юродивая Фимка – Катя и есть моя душа, которую я потерял и которую я должен вернуть вновь. Без неё моя жизнь есть бледное подобие настоящей жизни, как будто кто-то взял картину и смыл с нее краски, оставив лишь бледные разводы, за которыми еле угадывается сюжет.

Предмет моих размышлений и коварных планов, не подозревая о мыслях, что бродят в моей голове, интересуется:

– Ну что, какие планы у вас на сегодня? Надо бы собаку ветеринару показать, раз уж ты взял ее на свое попечение. Надо же, никогда не думала, что ты можешь себе собаку завести.

Я пожимаю плечами.

– Ну это спонтанно получилось. Значит, судьба. Тогда сегодня съездим к ветеринару, наверняка щенку еще что-то понадобится.

Затем обращаюсь к Даньке:

– Кстати, как мы его назовём?

Данька с уморительно серьезным лицом отвечает:

– Ой, не знаю. Я думал-думал, думал-думал… Может быть, Хатико?

– У Хатико довольно грустная история, а наш обжорка веселый парень.

– Вообще-то да. Значит, надо еще подумать.

Данька приносит бумагу и карандаш, и мы начинаем составлять список собачьих имен. В первую очередь в этот список попадают все знаменитые собаки – Хуч, Джерри, Хатико, Рекс, даже Бим. Затем в ход идут клички собак всех наших знакомых, но и их не так уж много. Наконец, наша память и фантазия истощаются, а имя питомцу так и не найдено. Катя посмеивается, глядя на нас, и, чтобы подлить масла в огонь, подкидывает совершенно идиотские варианты:

– Плодожорка? Амфибрахий? Облизун? Жратослав? Блохомир? Прыголюб?

Я ржу аки конь, а Данька возмущается:

Мама, ты что! Это же собака! У него должно быть красивое и грозное имя!

Катя не сдается:

– Не вижу в этом подлизе ничего грозного! Разве что его способность моментально сжирать все запасы. Вот это действительно пугает.

– Он вырастет, и ты увидишь, какой это будет большой и красивый пёс!

– Ну ладно-ладно! – Катя поднимает руки в знак примирения. При ярком солнечном свете ее тонкие пальцы кажутся чуть ли не прозрачными. Кстати, как бы мне узнать, какой у нее размер кольца?

Вдруг Катя спрашивает меня:

– У тебя на вечер есть планы?

Я не верю своим ушам. Она что, хочет меня куда-то пригласить? А как же Данька? Ну этот вопрос мы, я думаю, решим. Я рассчитывал на спокойный семейный вечер, но и против свидания тоже ничего не имею. Заинтересованно спрашиваю:

– Нет никаких планов, кроме Даньки. А что?

– Вот и отлично. Тогда ты останешься с Данькой, у вас ведь дел куча – собаке имя придумывать и все такое.

Вот сейчас я не понял, что это было. Меня начинают терзать смутные сомнения.

– А ты куда?

– А у меня планы на вечер. Меня Андрей в ресторан пригласил, так что я вас сегодня оставлю одних. Ведите себя хорошо, надеюсь, жилплощадь не пострадает от присутствия трех…. мужчин!