42

Яна

— До открытия две недели. Мы, конечно, уже начали рекламную кампанию в СМИ, но ты сама видишь, этого недостаточно, — произносит мой новый шеф, зам директора по коммерции ресторана “Шафран” Клим Серов.

Он похож скорее на модного диджея, чем на замдиректора: весь в татуировках, с фигурно выбритым затылком и наушниками, болтающиеся на шее. Мы с ним рассматриваем рекламные отчеты и другие документы, связанные с подготовкой к открытию.

— Да, я вижу. Надо усилить рекламу в соцсетях, привлечь селебрити и блогеров. СМИ — это, конечно, хорошо. Но в наше время работа с блогерами дает больше выхлопа.

— Я рад, что заставил главного нанять пиарщика. Во времена высокой конкуренции без специалиста по продвижению не выплывешь.

— Точно! — киваю я. — Прямо сейчас я займусь соцсетями и напишу нескольким блогерам.

— Договорились. И еще — главный хочет увидеть долгосрочную и краткосрочную пиар-стратегию. Любит, чтобы все было разложено по полочкам.

— Они почти готовы. Я покажу ему… пара дней у меня есть на доработку? Хочу, чтобы все было в лучшем виде.

— Есть. Но не больше! Скучать тебе тут не придется. Я еще на собеседовании предупреждал…

— Я знаю. И очень рада приступить. Так соскучилась по работе!

— После открытия можно будет немного выдохнуть, — добавляет Клим. — А пока — улыбаемся и пашем!

Он выходит из моего кабинета.

Да, у меня есть личный кабинет! Хотя нет никого в подчинении. Я сама себя хозяйка и я за всех — и за маркетолога, и за рекламщика, и за копирайтера. Мультифункциональный специалист, как я сама себя назвала на собеседовании.

Клим снова заглядывает.

— Ты еще не познакомилась с шефом?

— Не успела.

— Поаккуратнее с ним.

— А что? Чувствительная натура?

— Не то слово! Ранимая звезда.

— Мне не привыкать. На моей прошлой работе был такой же.

Ох уж эти шеф-повара! Капризные примадонны, привыкшие, что весь мир крутится вокруг них… Ничего, разберемся. Будем вращать планету в направлении, нужном ресторану.

* * *

Вечером, уставшая, но довольная, я выхожу из ресторана. Который пока что не работает, поэтому вход и парковка безлюдны.

Кир только что написал, что заберет меня и мы поедем смотреть квартиры.

А я не уверена, что хочу этого!

Вчера он был напористым и очень убедительным. А я чувствовала свою вину за то, что скрыла от него сына.

Поэтому и согласилась пожить вместе.

Ночью, ворочаясь в кровати и мучаясь бессонницей, я осознала что погорячилась.

Не надо было соглашаться! Это ненормально — жить под одной крышей с бывшим, даже если он отец твоего ребенка.

— Ты на колесах? — раздается рядом голос.

Это Стас, менеджер по закупкам, я с ним познакомилась пару часов назад.

— Нет, у меня нет машины.

— Давай я тебя подвезу. Тебе куда?

— Спасибо, но…

Возле меня тормозит автомобиль Кира. Водительская дверь распахивается, и он резво выскакивает наружу, бросая недовольные взгляды на Стаса.

— Привет, — произносит он, обращаясь ко мне. — Ты готова? Едем смотреть квартиру?

Он подходит близко, собственническим жестом обнимает меня за талию… Это что вообще такое?

Метит территорию? Демонстрирует окружающим, что мы вместе? А вчера говорил, что мы будем просто соседями…

— Привет, — теперь Кир обращается к Стасу, буравя его пристальным взглядом. — Я Кирилл.

Я знаю этот взгляд. Его грызет ревность. Но я не его девушка! Я ему никто. И на ревность у него нет никаких прав.

— Я Стас, коллега Яны. А вы…

— А я Янин…

— Друг, — выпаливаю я, пока Кир не сказал лишнего.

И освобождаюсь от его руки.

Я возмущена его поведением и готова прямо сейчас его послать. Но не хочется делать это перед Стасом.

Поэтому я сажусь в машину Кира. И сразу говорю:

— Слушай, я вчера погорячилась. Это было необдуманное решение…

— Ты всегда можешь передумать, — перебивает меня Кир. — Я же тебя не заставляю. Но давай все же посмотрим квартиры. Я уже договорился с людьми. Они ждут.

— Но…

— Просто посмотрим. Это тебя ни к чему не обязывает.

И я соглашаюсь. А что мне остается?

Люди ждут…

Мы успеваем посмотреть четыре квартиры. Первая поражает воображение роскошным интерьером. Но мне она не нравится. Тут как в музее! Если бы я жила в этой квартире, я бы боялась садится на этот парчовый диван и портить готовкой эту слишком вычурную кухню.

Вторая была попроще и поуютнее. Но дом старый и двор так себе.

А вот третья… Я влюбилась в нее с первого взгляда. Светлая, просторная, с ремонтом в стиле хай-тек. Ничего лишнего, но есть все что нужно для жизни. А, главное, там была меблированная детская. С уютной кроваткой, спортивным уголком и стеной, выкрашенной специальной краской, на которой можно рисовать. Матвей был бы в восторге…

Так что четвертую квартиру мне даже не хотелось смотреть. Но мы все же поехали.

— Третья? — спрашивает Кир, когда мы остаемся одни.

— Она хорошая, но…

— Можно перевезти Матвея и Елену Викторовну хоть завтра.

— Завтра они не готовы. Надо собраться и вообще…

— Я обо всем позабочусь. Вызову клининговую службу, чтобы в квартире все было идеально. Закажу услуги компании по междугороднему переезду. Много вещей брать не нужно, все купим здесь.

Мне хочется сказать: “Нет”.

Но это так приятно — когда не нужно все делать самой! Не нужно срочно искать жилье, заниматься упаковкой вещей и переездом. Не нужно переживать, как там Матвей без меня — он может приехать в Москву уже через пару дней.

Кир говорит, что он обо всем позаботится…

А пусть заботится! Почему нет?

Я все тащила на себе три года. Теперь его очередь. Все же он отец Матвея…

Пусть перевозит вещи, снимает квартиру, покупает в нее все недостающее, вроде постельного белья, посуды и прочего.

У меня работы выше крыши! Мне сейчас некогда этим заниматься. А, главное, я страшно соскучилась по сыну и хочу увидеть его как можно скорее…

На месяц мы вполне можем заселиться в эту прекрасную квартиру. А потом, после открытия ресторана, когда станет посвободнее, я займусь поисками жилья для нас с Матвеем.

Месяц… Это много. Еще неизвестно, как все это выдержит Кир. Это сейчас он весь на энтузиазме.

А через месяц его энтузиазм поуменьшится или совсем стухнет.

Он попробует и поймет, что родительство — это не веселая игра. Дети капризничают, болеют, не слушаются. И Матвей — совсем не подарок. Кажется, у него уже начался кризис трех лет. Мой малыш всегда опережал свой возраст… И сейчас он постоянно спорит, любит говорить: “Нет” и делать все по-своему.

Кир видел его парадную сторону. Но есть и другая. Временами мой сынок может свести с ума любого!

Вот пусть Кир и попробует радости отцовства. Посмотрим, как он себя поведет, когда Матвей откажется есть кашу, не захочет укладываться спать и слушать сказку. Или устроит истерику из-за того, что ему запрещают смотреть мультики несколько часов подряд.

— Мой сын… — начинаю я.

— Наш сын, — поправляет меня Кир.

— Я привыкла говорить “мой”, - обрываю его я. — А звание отца еще надо заслужить. Того, что какой-то ушлый сперматозоид пролез через все барьеры, недостаточно…

— А он молоток, — внезапно произносит Кир.

— Кто?

— Сперматозоид. Парень был нереально крут. Представь, он прорвался через мою защиту, на него не подействовали твои таблетки…

— Которые я периодически забывала выпить.

— Все равно. Он молодец. Если бы не он…

— Нашел чем гордиться! — фыркаю я. — Сперматозоиды у него крутые…

Ох уж эти мужики и их достоинства! Вечно трясут ими… Просто смешно!

— У меня самый крутой сын, — выдыхает Кир. — И я буду крутым отцом.

Ладно.

Попробуем.

Посмотрим, что ты скажешь через месяц постоянного общения с Матвеем…