Глава 24. Трансформация реальности в личных целях
Гоша слушал супругу очень внимательно. Вика не выносила, когда он отвлекается, поэтому сразу же злилась, а когда она злилась, то находиться с ней в одном помещении было невыносимо! Она припоминала все Гошины недостатки, рассказывала о его несовершенстве, пилила его так, что ему казалось – от него стружки отлетают в разные стороны. Нет, он пробовал смыться, но становилось только хуже! Если выйти из комнаты – пойдёт следом, всё усиливая и усиливая обороты пилы, а если свалить из дома – по возвращении и вовсе жить не захочется! Гоша пробовал!
Самое интересное, что он находился в какой-то зависимости от жены – ему было неспокойно, когда её не было рядом.
Если бы он умел анализировать, посмотреть на происходящее со стороны, то понял бы, что Вика попросту манипулирует им. Сначала изливая на него потоки слащавой жалости она внушала ему, что он никому не нужен, несчастен, что его не любят, что смерть отца нанесла ему глубокую и незаживающую рану!
– Да, как ты меня понимаешь! – бормотал Гоша. Ну, конечно, он ранен, он очень ранен! И это ничего, что с отцом он не так чтоб сильно ладил, что отец им часто был недоволен и всё пытался объяснить, что мужчина – это не просто первичные половые признаки и мускулатура, а ещё и умение принять решение, брать на себя ответственность, защищать своих! Да, это не просто трудно, а очень трудно, но без этого, настоящим мужчиной Гоше не стать.
Гоша терпеть не мог отцовские попытки его чему-то научить.
– Чего он лезет? И маму настраивает?! Она бы дала денег на поездку в Питер, а он не позволил! – злился тогда Гоша. Он часто злился на отца. Тот был решительным и сильным. Таким сильным, что мог запросто сделать то, что не выходило у самого Гоши, но почему-то требовал, чтобы это делал сын.
– Гош, к любому делу надо усилие прилагать. Ты талантливый, но ленивый и легкомысленный! – ну, как, спрашивается, не злиться за такое? – Ты всегда ищешь лёгкий путь и готов отказаться от своего мнения, только чтобы было легче! – он очень старался забыть, как отец это говорил, но не очень-то получалось, всё равно нет-нет да всплывало…
Правда, навязчивая память таяла, исчезала, растворялась, кружась в потоке вкрадчивого голоска Вики. Она, как трудолюбивая прачка, вторглась в воспоминания мужа, покопалась в них, отложила в сторонку всё, что ей было не нужно, зато освежив и перелицевав примерно подходящие ей случаи, трясла ими перед Гошей до тех пор, пока он полностью не уверился в том, что всё так и было. Точно-точно!
Жена нарисовала картину Гошиной жизни, которая кардинально отличалась от реальности. В ней, в этой новой картинке, Гоша не был слабым и внушаемым, не был ленивым и легкомысленным, ненадёжным, как первый ледок, нееет, он был любимым идеальным сыном для отца.
– Это мать и сестрица его так настроили! – вкрадчиво рассказывала Вика Гоше его новую реальность. – Бедный ты мой, бедный! Ты только на меня и можешь рассчитывать! Ты мог полагаться на отца, но он умер, а перед смертью попал в зависимость от чужого мнения, вот и сделал ошибку – оставил тебя без имущества! А они даже и не подумали что-то тебе дать! Они тебя буквально обездолили! И ведь так хитро это сделали, что ты даже не осознал этого сразу! И меня не было рядом, чтобы тебя защитить! Чтобы посоветовать тебе! Чтобы решить, как надо сделать!
Как классно, когда тебе не надо самому решать, анализировать, думать. Не надо честно посмотреть на себя и признать, что да, ты не прав! Зато змейкой вползает в уши ласковый голосок и всё-всё расставляет по местам. И, вуаля – ты уже жертва обстоятельств, а не Гошка-размазня, как его дразнили особо вредные сверстники. Да, любящая надёжная, ласковая и решительная жена – это то, что ему нужно! Так он думал…
Когда Вика убедилась в том, что Гоша от неё полностью зависит, она стала направлять его против матери и сестры. Ну, в самом деле! Как это так! Она в квартире живёт, а её хозяйкой не является!
Первая атака не удалась, золовка и свекровь среагировали неожиданно быстро и резко, но у Вики был огромный козырь – сам Гоша.
– Позвони и уточни, когда они приедут в Москву, скажи, что соскучился, хочешь поговорить! – наставляла супруга Вика, и он послушно выполнил поручение.
– Мама сказала, что на следующей неделе приедут! – отчитался он перед женой, как только отключился от разговора.
– Вот и замечательно! Вот и поговорим! – кивнула Вика. Она не поленилась – сходила на консультацию к юристу, который ей объяснил, что её муж, будучи на момент смерти отца совершеннолетним, дееспособным и не являющимся иждивенцем, никак не являлся обязательным наследником.
– Если было завещание, и в нём ваш муж не упомянут, то и претендовать он ни на что не мог!
– Я само завещание не видела… – призналась Вика.
– Ну, вы же понимаете, что если всё оформили на вашу свекровь, то основания для этого явно были! – юрист вопросительно посмотрел на клиентку, ожидая новых вопросов, и дождался!
– Но ведь у Гоши есть сестра. Она как раз была несовершеннолетняя, а владелица только их мать! Значит… Значит там всё равно что-то не так! Какой-то подлог!
– Я бы не стал бросаться словами… Возможно, ваша золовка сама отказалась от доли в пользу матери! – юрист порадовался своей профессиональной выдержке, позволяющей вежливо улыбаться этой особе, которая так рвалась взорвать чужую семью изнутри. – Вы можете спросить у сестры мужа…
– Так я и сделаю! – Вика никогда не отказалась бы от доли наследства! Ни-за-что!
– Точно свекровь намутила! Надо Лизку просветить, а то она всё «ой, мамочка-мамочка»! Ничего-ничего! Подаст на мамашу в суд, глядишь, и мне чего-нибудь обломится!
Лиза и понятия не имела о том, что она, по мнению Вики, должна будет что-то такое делать. Просто отдыхала в свой законный отпуск. Общалась с семьёй и с новыми знакомыми, наслаждалась летом, гуляла с псами, которые радовались новой неожиданной компании.
– Ну, пушистая беленькая Асина мелочь – это вполне ожидаемая подружка. Крок и Дил привыкли играть с псами-невеличками. Их любимый друг в Москве – чихуа. А вот минипиг – это неожиданно! – посмеивалась Лиза, глядя на поросёнка, который упорно рвался гулять с бультерьерами. – Он, похоже, твёрдо уверен, что он – собака!
– А что? Вполне-вполне похож! – Андрей расхохотался, наблюдая, как Фунтик скачет по общественной скамейке, установленной у озера, явно приглашая Крока и Дила присоединиться к нему. – Смотри! Всё-таки зазвал!
На скамейку бультерьеры залезли вполне охотно и теперь сидели, отдыхая от беготни да наслаждаясь прохладой. Фунтик, совершенно уморительно скопировавший позу своих кумиров, явно представлял себя таким же белым большим псом. С его точки зрения на скамье сидели три белых бультерьера!
Он копировал собачьи повадки, их возню, даже собачьи команды учил, изо всех сил стараясь быть достойным представителем породы!
Бультерьеры нагулялись на славу.
– Ну и устааал я! – набегавшийся Крок вспоминал свои полётные прыжки и невольно растягивал пасть в счастливой ухмылке.
-Я ещё сильнее! – Дил ревниво покосился на братца. – Все знают, что я бегаю быстрее и прыгаю лучше.
Крок фыркнул. Нет, он бы обязательно щипнул бы вредину за ухо или за ляжку, но ему было лень, да и щенка, ой, то есть поросёнка, учить нехорошему не следовало, тот так за ними всё повторяет. Только хвост его озадачивает – не такой, как у приличной собаки!
Лариса – хозяйка Фунтика только руками разводила, видя, как Фунтик долго и внимательно рассматривает хвосты бультерьеров, а потом крутится, пытаясь найти свой собственный хвост. Это зрелище немного отвлекало её от обдумывания планов воздействия на Пилипенко.
Она хотела устроить грандиозный скандал. Такой, чтобы эта паразитка Тамара надолго запомнила!
– Только если я и добуду обратно все вещи, которые она у мужа выцыганила, то деньги-то она не вернёт! А с чего бы это ей дарить?!
Лариса сначала пообщалась с соседями, выяснив, что тактику Пилипенко не меняют – просят, уговаривают, забалтывают, много и часто не берут, но если уж пришли – фигушки отделаешься!
– И я как загипнотизированная! Взяла и отдала им ведро смородины! – рассказывала соседка справа.
– Потом вспоминала-вспоминала… И почему я Тамаре лутрасил подарила-то? – удивлялась другая, безвозмездно осчастливившая Тамару отличным нетканым материалом для укрывания грядок. – Ведь сначала послать хотела! Она прямо профи!
– Профи, значит… Ну-ну! – Лариса решила, что для профи надо и методы использовать более оригинальные, чем банальный скандал. Поэтому, при первой же встрече с Тамарой, изобразила чрезвычайно радостный вид и сообщила, что муж получил приличную премию.
– Ой, я прямо так довольна! Так довольна! Аж двадцать тысяч! – щебетала Лариса, наблюдая за собеседницей, которая выглядела так, словно у неё циферки в глазах прыгали как в калькуляторе. – Ха! Сработало! Нажми на кнопку – получишь результат! Ну, давай, давай, соображай быстрее! – мысленно понукала она Тамару. – Хотели отметить, съездить за покупками , потом покутить немного, да вот, позвонил директор и срочно вызвал! Так что я сегодня после обеда в Москву должна ехать. Так жалко! Ну, ничего, завтра утром вернусь и всё прямо по пунктам выполним!
Тамара чуть сдержала радостное восклицание – всё складывалось великолепно! Они с сыном решили, что за их трёхдневное отсутствие соседи уже подуспокоились. Вернулись на дачу и правильно сделали – вовремя приехали. Ларка свалит, а она, Томуся, вечерком придёт к премированному Артёмчику!
– Главное-то что? Успеть, пока они деньги не растратили!
Лариса, вернувшись домой, осчастливила мужа планом действий.
– Артём, чем хороши деньги, данные в долг? Тем, что их иногда даже возвращают! – решительно заявила Лариса и её супруг нервно поёжился.
Он бы просто забыл про эти деньги! Чесслово, связываться с Тамарой – себе дороже!
– А кто тебе сказал, что мы будем связываться! Она сама к тебе прибудет!
– Зачем?
– Ну, как зачем? Деньги просить!
Артёму план не нравился, но он же не враг себе с женой спорить, тем более, что проштрафился-то по полной схеме!
Вечерело… над дачными участками повеяло прохладой, откуда-то потянуло запахом шашлыков, зажглись окошки в домах.
– Не придёт! – обрадовался Артём и погрустнел, услыхав знакомый, продирающий ознобом голос.
– Хозяевааааа! Аааартёёёём!
– Чего? – хмуро выглянул он из дома.
–Не чегокай, а калитку давай открывай! – никто из соседей не узнал бы этот тон обычно приторно-слащавой Тамары.
Она деловито прошла в дом, осмотрела заваленные всяким скарбом стулья, устроилась на диване и, покосившись на нелюбезного хозяина, заявила:
– Я слыхала, что тебе денег перепало… А у меня как раз нужда в займе! Ну, что смотришь? Делиться надо! А то возьму и поделюсь с твоей супружницей кое-чем…
– Тамар, ты уже денег-то назанимала прилично! Сколько? Тысяч двадцать уже, да? А отдавать когда собираешься?
– Ну, когдааа-нибудь! – рассмеялась Тамара. – А сейчас мне ещё столько же надо!
– Пиши расписку! – Артём помотал головой. – Без расписки не дам!
– Ты озверел что ли? Совсем мужик страх потерял! Какую ещё тебе расписку?
– Что ты взяла двадцать тысяч и вернёшь их! Я ж Ларисе должен буду объяснить, куда премия делась!
– Ну, ты ж сам понимаешь, что мне до твоих проблем дела никакого нет!
– Понимаю! Только вот это первая часть премии, мне потом ещё выдадут, и я ей скажу, что это ты вернула!
– А расписка? Почём я знаю, что ты её в дело не пустишь?
– А я почём знаю, что ты не возьмёшь деньги и не расскажешь Ларисе о той… – Артём уже сто раз пожалел, что связался с Миленой! Как-то очень уж напряжно вышло, с какой стороны не глянь!
Тамара подумала… Ей категорически не хотелось что-то писать, прямо жутко! Но деньги-то вот они, прямо сейчас дадут. А потом, он же не дурак, чтобы с ней ссориться, да и про первую сумму ни слова не говорит. Да и Ларка действительно склочная, можно понять, чего он труса празднует!
– Ладно! Давай, напишу! – Тамара написала расписку в получении двадцати тысяч и обязалась их вернуть в течении недели, расписалась, поставила дату и вопросительно уставилась на хозяина дома.
– А деньги?
– Дай хоть прочитаю, чего ты там начирикала! – Артём ловко подхватил лист, прочёл, бережно его сложил и…
– Так, стой! А ну, положь обратно бумажку! Деньги давай!
– Томочка, ну, какие деньги? – Лариса шагнула из полуоткрытых дверей соседней комнаты, взяла из рук мужа расписку и убрала подальше. – Ты сама лучше скорее те верни, которые у мужа моего брала!
– Чего-чего? – Тамара растерялась, конечно, но ненадолго. – Ах, вы жуууулииикиии! А ты… ишь, ушлая такая! Ты ж даже не знаешь, что твой муженёк творит! – Тамара решила устроить Артёму, которого признала виновным в разрушении её плана, последнюю ночь Помпеи!
Лучше бы она этого не делала!
Тихий безмятежный и уютный летний вечер обернулся громким и ураганным, изобретательным в эпитетах и сочным скандалом, какого дачный посёлок не видел давненько. Наверно, с того самого момента, когда мужа этой самой Тамары застали за сбором чужих огурцов. Причём, ночью, под дождём и в плащ-палатке. Владелица огуречной грядки, заметившая в темноте под струями дождя что-то большое и странное, решила, что это лось. Почему от лося идёт какой-то свет она не поняла, но руководствуясь инстинктом нормальной замужней женщины, разбудила мужа-охотника. Тот не стал долго анализировать, как лось может светиться, а просто выскочил на крыльцо с ружьём, и тут «лось», обернувшийся на шум, выронил фонарик, огромную сумку с огурцами и завопил, что это он! Пилипенко!
Ружья у Ларисы не водилось, но она и так справилась неплохо – подтянувшиеся соседки сработали как слаженная артиллерийская поддержка, а несколько соседей, участвовавших в недавнем посещении заветного сарайчика, выступили слаженным танковым батальоном.
Но самую-самую большую точку в этой истории поставил Фунтик! Он, по младости лет, не очень понял, о чём весь этот шум, присел было подумать, потряхивая розовыми ушками, чтобы разгонять наиболее визгливые вопли противной тётки, и тут тётка, доведённая постыдным провалом до крайности, взяла и замахнулась на хозяйку Фунтика!
Генетическая память отважных диких предков взыграла в жилах Фунта и эффектно наложилась на навыки, вложенные собачьим воспитанием.
Да, кабаньих клыков у минипигов не бывает, но он и так справился совсем неплохо – зубки у поросят остренькие. А если учесть, что воздействие от этих зубок многократно усилил эффект неожиданности, то ничего удивительного нет в том, что Тамара, завывая и размахивая руками, промчалась сквозь недружественные соседские ряды и исчезла за горизонтом своего забора!