Глава 12. Наверняк

Каждая женщина время от времени принимает Очень Важные Решения. Нет, такие решения, разумеется, принимают и мужчины, но женщины делают это несколько иным способом.

Мужчины, в зависимости от темперамента, интеллекта и необходимости, рассматривают плюсы и минусы, положительные и отрицательные стороны возможных результатов или просто рубят с плеча, решительно наплевав на все доводы и размышления.

Женщины тоже обдумывают, примеряются, рассуждают, а потом… Потом ощущают, что надо сделать вот так и всё тут! И пусть с рациональной точки зрения повод для этого ощущения странный, пусть логика хромает на все лапы и вздыхает на ходу, это уже совсем не так важно, как воссиявшее в голове понимание правильности решения!

Вот, взять, например, Лену… Она со своей логикой долго и упорно уворачивалась от всех попыток её с кем-то познакомить, хотя среди кандидатов были мужчины весьма и весьма привлекательные, с какой стороны ни глянь. Регулярно Ленины знакомые представляли ей кого-то этакого… Ах, какого! Представляли, а потом сердились, откровенно недоумевая:

– Чего? Ну, чего тебе не хватает? Зарабатывает отлично! Родители богатые, выглядит классно. Чего тебе ещё надо?

«А оказывается, надо-то было, чтобы мог человек наплевать на всё, взяв в машину потерявшегося свина, усадив его на заднее сидение на личный плед, чтобы с комфортом довезти до хозяев», – внезапно осенило Лену.

Именно перевозка Фунтика и его достойнейшей, хоть и несколько запачканной в придорожных канавах личности, и стала стартовым ощущением для принятия Леной Очень Важного Решения.

– Он мне точно-точно нравится! – решила Лена. – Он мне нравится больше, чем кто-либо! Да и вообще, он просто замечательный

Именно это решение и побудило её принять приглашение Андрея в гости к его тётушке.

Анна Ивановна была очень не прочь пообщаться с девушкой, поразившей воображение её племянника. Более того, она была уверена, что их общение для Андрея – это лучшее антипаразитарное противоядие, которое на данный момент существует на белом свете.

«Нет уж, дорогие мои, хватит из него все соки тянуть! Пусть у него своя жизнь будет!» – думала она, мысленно обращаясь к родителям Андрея.

С помощью несчастного, но догадливого Артёма – хозяина Фунтика, решившего, что чем он в данный момент дальше находится от супруги, тем целее будет, ремонт в доме Андрея рванул вперёд с невиданной скоростью, которую, правда, несколько снижала необходимость не пускать в дом Зайчика.

– Заяц! Пошёл вон! – то и дело слышался грозный голос Андрея, обнаруживающего любопытную козломорду то в окне, то в приоткрытой двери, то в ящике с инструментами.

Артём при этом вздыхал и утверждал, что Фунтик – он, конечно, мини-пиг, но такой же козёл!

– Прикинь, после того как он уволок мою дрель, и я её два дня искал в крыжовнике, он покусился на святое – на перфоратор! Так что этот самый Зайчик – консерватор! На электроинструмент внимания не обращает, а только от ручного фанатеет!

– Утешил! – хмыкал Андрей, обнаруживший исчезновение опрометчиво положенного на подоконник молотка. – Упёр всё-таки! Тёёёёть, изыми у козла молоток!

– Вот, делать мне больше нечего – у козла молотки отнимать! Кстати, тебе какой именно нужен? У него тут четыре штуки складированы! – отвечала Анна Ивановна, принципиально не обращая внимания на козловую скорбь, которая страдала у варварски раскрытого тайника с особо ценной коллекцией.

– У этого козла инструментов больше, чем у среднестатического мужчины! – оценил Андрей, явившийся за молотком на выставку достижений Зайчика.

– Это только часть…– оценивающе хмыкнула Анна Ивановна. – Свеженькие трофеи. Архивная добыча, так сказать, разложена ещё где-то.

Вооружившись отбитым у оскорблённого Зайца молотком, Андрей в минимальные сроки закончил работу, приговаривая себе под нос:

– Вот самый-то лучший стимул не выпускать молоток из рук – выпустишь – его тут же упрут! Опять же… работоспособность резко увеличилась.

Именно эта резко увеличившаяся работоспособность, а также помощь Артёма и помогли ему не волноваться, приглашая в гости Лену. Нет, пригласил он её к тётушке, но так-то можно хоть махнуть небрежно за забор да упомянуть, что там твой дом, не опасаясь, что если девушка заинтересуется, то со стыда сгоришь от полуразобранной развалюхи.

Анне Ивановне Лена понравилась безусловно. Приехала девушка с Крошиком, которого тоже пригласили, причём пёс держался с непринуждённостью экскурсовода.

– Крош, да что же ты творишь! – шипела Лена своей «маленькой собачке», которая вломилась в чужой сад и принесла оттуда несколько яблок в огроменной пасти, как в кошёлке. – Стыдобище!

– И вовсе даже не стыдобище, а угощайся на здоровье! – смеялась Анна Ивановна. – Линда у Андрея тоже яблоки собирает. Андрюш, покажи Леночке свой сад! Он у меня такой молодец: купил соседний дом с прекрасным садом, всё отремонтировал, только закончил!

Лена, усевшись на низенькую скамеечку одной рукой наглаживала козу Ностру, другой – угощала Зайчика овсяным печеньем, привезённым специально в целях лёгкого подкупа и подхалимажа животных. В очереди за угощением и общением толпились гуси и остальной дружный козий коллектив, а тётка и племянник переглянулись поверх головы гостьи.

Тётка одним движением бровей выразила всецелое одобрение и понимание выбора племянника, а тот ответил горячей благодарностью за помощь в приглашении Лены в его владения.

«Какой дом приятный! – Лена, с трудом добытая Андреем из круговорота общительных и любвеобильных тёткиных животных, только шагнула в маленькую калитку на соседний участок и тут же поняла – ей тут нравится! По-настоящему и безусловно нравится!»

Линда радостно заскакала вокруг Крошика, приглашая показать свои владения и умчалась с ним куда-то за дом, а Лена оглядывалась вокруг с особым чувством – ни разу ещё она не чувствовала себя где-то настолько на своём месте – спокойно, уютно и с удивительным ощущением того, что впереди предстоит ещё так много хорошего!

– Лен, в доме пока ничего толком нет, мебель буду покупать потом, шторы там опять же всякие… – засмущался Андрей, поругав себя за поспешное приглашение.

– Это совсем-совсем неважно! – Лена осматривалась в светлом, пахнущем свежим деревом доме, понимая, что её Очень Важное Решение было верным и своевременным!

Плевать ей на отсутствие обстановки, окна без занавесок, совсем некрутую машину и не очень-то престижную должность Андрея. Главное, что рядом человек, которому можно доверять, который не станет ломать её, заставляя отказаться от чего-то важного, которому уж точно не будет всё равно, что с ней происходит… Она могла бы ещё много чего хорошего подумать, но банально не успела – в дом боевым слоником Александра Македонского ворвался страшно довольный Крошик, вильнул хвостом, ловко попал ей под колени, а потом, улыбаясь во всю обширную морду, одобрительно переглядывался с Линдой, наблюдая за результатом своих действий.

– Вооот! А надо-то было всего лишь немного подтолкнуть! О! Вроде отступают друг от друга. Теперь твоя очередь толкаться, а потом можем вместе, чтобы уж наверняка! – скомандовал он Линде.

«Наверняк» был сродни контрольному выстрелу, и Андрей даже забыл, чего он там про мебель переживал-то? Какая ещё мебель, если его не отвергли, вовсе не собираются отталкивать и, вообще, согласились замуж за него выйти? Каким чудом он осмелился про этот самый «замуж» спросить, он и сам не понял – видимо, вдохновение пришло!

Правда, почему-то ныли бок и локоть, но это были такие мелочи, что на них можно было и внимания не обращать.

– В следующий раз, когда будем «навернячить», надо так рассчитать, чтобы он так никуда не врезался! – переживала Линда за хозяина. – Аж угол загудел.

– Ну и что? Угол загудел, а он даже и не дёрнулся. Почти! Значит, нормально! Да ты не бойся, он живучий! Я по нему даже прыгал! – утешал подругу довольный Крош. – Ну, ладно, ладно, не рычи, можно и учесть, он же нам с моей Леной надолго нужен. Навсегда!

Частое появление в доме Воронова девушки с громадной собакой не осталось незамеченным у двух групп населения – у местных собачников и у любопытствующих. Последние оказались в меньшинстве и были представлены двумя соседками Анны Ивановны – известными болтушками и сплетницами, а также Соней.

С соседками всё было ясно и понятно: обе находили истинное удовольствие в наблюдении за окружающими, перетирании любой выловленной в процессе слежки детали в мельчайший порошок, раздувании мух до состояния слонов и анализа всего, что им попадалось до атомного распила на ещё более мелкие частицы, до сих пор пока не открытые бестолковыми физиками.

Знали они об окружающих всё и даже больше, чем Ангелы-хранители этих самых окружающих. Причём это их знание, как правило, ничего общего с реальностью не имело, зато было цветистее, ярче и разухабистее индийского кино!

Правда, к счастью, делились они всем этим почти всегда исключительно друг с другом, просто потому, что окружающие были слишком заняты и на пустую недобрую болтовню время тратить не любили.

Зато с Соней ситуация была интереснее. Она обратила внимание на девушку Андрея Воронова и невольно ей позавидовала.

«Небось, на меня он никогда так не смотрел! Хотя я красивее! – она даже к зеркалу сходила, чтобы в этом убедиться. – Да! Точно красивее! И моложе, и вообще!»

«Вообще» закончилось ожидаемыми слезами. Нет, вовсе не потому что Воронов ей был нужен, а просто… из-за того, что жизнь почти закончена – уже восемнадцать как-никак… а вот в личном плане пустота и холод, переходящие в вечную мерзлоту!

– Ну, что? Что со мной не так? – всхлипывала Соня. – Я ж скоро состарюсь, а никого нормального так и не встретилааааа.

Геймер, примчавшийся на звуки под кодовым названием «всё пропало, все погибли», только вздохнул. Ничего особо страшного он и не увидел, и не унюхал, а по абсолютно непоколебимой кошачьей логике это означало, что ничего такого и не было!

– Мрррр, мрр-мрр-мрррр, – услышала Соня, которая только-только приняла решение никогда больше не мечтать о личном счастье.

Но кто ж может помнить о подобных решениях, когда тебе в ухо тычется мокрый кошачий нос, прямо-таки точечно в орган слуха донося своё бесценное мнение о пустых человеческих слезах.

– Вот! Ты один меня понимаешь! – сделала Соня абсолютно неверный, но утешительный вывод. – И вообще, скоро мы уедем в город, и буду я учиться в скучном институте, потом скучно работать, а потом… потом… – Захваченная собственным невесёлым будущим, Соня слишком сильно сжала котика-подростка да ещё и нос об него вытерла. Кот возмущённо взвыл и вывернулся у неё из рук. – Геймер, куда это ты? Вот свинтус! Взял и смылся! Кыс-кыс-кыс! Иди сюда!

– Да вот ещё! Весь бок солёным закапала. Да ладно бы только это… ещё и нюхалку вытерла! Фррррф… и глупости всё время говорит! – Геймер шустро махнул через забор и смылся в рощу: там всегда интереснее! По крайне мере, за птичками можно поохотиться. Поймать пока не очень-то получалось, но главное – процесс!

Он торопливо полизал бок, счёл, что стал уже достаточно чистым и можно приступать к охоте.

Соня, сердито шипя: – Привезу в Москву, и будешь сидеть в квартире! Вообще больше в деревню не возьму! – отправилась искать своего кота – всё ей казалось, что он застрянет на дереве и будет там сидеть, боясь спуститься.

Вот именно такую девушку – растрёпанную, заплаканную, в джинсах и футболке, без макияжа, модной одежды и супермодных туфель и достойной сумочки да ещё вопящую:

– Геймер, негодяй, где ты опять застрял? Слезай немедленно! – и узрел между деревьями Дима, который просто шёл за молоком и яйцами к Анне Ивановне.

Девушка ходила между деревьев, загадочно смотрела вверх и взывала к какому-то геймеру…

«Она что, парня на дереве ищет? – Дима осмотрел ближайшую берёзу, а потом опасливо покосился на девушку. Опасливо не потому, что был трусом, а просто как-то не нравились ему психи – никогда не знаешь, что от них ожидать! – От такой, пожалуй, и на дерево залезешь! – посочувствовал он неведомому геймеру. – Вот так лучшие из нас и уходят в виртуальную реальность!

Дима благополучно купил продукты и разумно не стал задерживаться для общения с Зайчиком и козами, отлично помня первую свою встречу с Нострой. Он бы и вовсе молоко козье не покупал, но его любил отец, а Диме почему-то захотелось его порадовать.

На обратном пути, призадумавшись, он почти совсем забыл про чокнутую девицу и думал только о том, что молоко надо не забыть поставить в холодильник и яйца не оставлять на столе – там любит лежать кот.

«Сто процентов сбросит, и будет напольная яичница! Кто бы знал, что это самое хозяйство – такая сложная вещь!»

– Геймер! – ликующий клич ненормальной заставил Диму покрепче прижать к себе трёхлитровую банку с молоком и с тоской вспомнить, как он не так давно улёпётывал от тигриного рыка по темнеющему древесному тоннелю к станции. – Мне б лучше тигра! Честное слово! Кто их знает, как общаться с сумасшедшими девицами, которые трясут дерево, чтобы с него рухнул их парень?

Про дерево он подумал не просто так – видно было, как одно из деревьев отчётливо качает ветками. В абсолютно безветренную погоду это было очень заметно.

– Интересно, этот самый геймер молчит, потому что надеется, что она от него отстанет? Или у него ещё какие-то иллюзии есть, типа его не заметили? В обоих случаях, они два сапога пара!

Девичий вскрик прервал Димины размышления и заставил прислушаться.

– Иииии, – послышалось тоскливое подвывание. – Помогиииииитииии!

– Да ёлки-палки-моталки! – Дима осторожно пристроил молоко и пластиковую штуку с яйцами за кусты на противоположной стороне дороги. – Чего бы мне пройти и ничего не расслышать? Хоть наушники бы надел и музыку послушал! Вот куда меня несёт, а? Там какие-то ненормальные дурью маются, а я чего прусь?

Идти было недалеко, да и искать ничего не пришлось – с дерева безнадёжно свисали две ноги, облачённые в джинсы и в кроссовки, а под деревом сидел молоденький котик, почти котёнок, и смотрел на эти ноги с выражением величайшего презрения в сложной смеси с жалостью и снисходительным покачиванием головой.

– Ээээ, здрасте! – умнее Дима ничего придумать не смог. – Это вас спасать надо?

– Даааа! – пропищали с дерева.

– Ээээ, а от чего? – осторожно уточнил он.

– От дереваааа! Слезть не могуууу!

– А на фига тогда лезли? – законно поинтересовался было Дима, а потом поспешно прикусил язык – глупо что-то спрашивать, когда в ответ на простейший вопрос сверху кто-то включает Ниагарский водопад из слёз и тонкого жалобного поскуливания. – Так, не ревите, в смысле – не плачьте! Сейчас я вам помогу!

Для человека, который, в принципе, понимал, как надо забираться, а главное, слезать с дерева, в ситуации абсолютно ничего страшного не было. Дима подпрыгнул, ухватился за ближайшую толстую ветку, подтянулся на ней и в два счёта добрался до плачущей навзрыд девчонки. Самым сложным было, кстати, не поддаться соблазну и не тряхнуть дерево посильнее, отомстив таким образом за неизвестного собрата-геймера!

– Так, руку сюда. Нет, ветку оставьте, она дереву нужнее. Ногой опираетесь о ствол. Опираетесь, говорю, а не просто так она у вас висит. И вторую руку перемещай! Да не вцепляйся ты так! Тут не высоко, вообще-то, можно и прыгнуть.

Он, узрев вблизи зарёванную девушку, машинально перешёл на «ты»: в самом-то деле, глупо выкать, когда стягиваешь с ветки этакую мартышку! Тем более, что девчонка младше его самого.

Через несколько минут ему удалось отцепить плаксу от дерева, причём и это он счёл большим плюсом к своему воображаемому списку хороших дел, при этом ни одно дерево не пострадало!

– Ну? Цела? – c некоторым сомнением уточнил он у девчонки.

– Дддаа… – она по-детски вытирала глаза и выглядела настолько неопасной, что он решился спросить:

– А где твой парень?

– Нет у меня никакого парня! – неожиданно сердито ответила девчонка.

– Да ладно… а этот… геймер?

– Ой, Геймер! – девчонка всплеснула руками, и Дима немного отступил назад, успев подумать, что у неё точно с головой плохо – уже и забыла о собственном парне!

А девчонка завертела головой, узрела котёнка, философски вылизывающего заднюю лапу, и радостно воскликнула:

– Геймер! Кися моя! Ты нашёлся, ты сам слез с дерева!

– Да я и не терялся… – флегматично вздохнул Геймер, предчувствуя, что зря он вылизывался, ведь сейчас опять схватит и начнёт морду его шерстью вытирать! – А про дерево и вовсе смяяяушно!