Глава 30. Липа

– Совсем обнаглели! Ни черта не делаете! Всех повыгоняю нафиг, и вообще к нам едет проверка, поняли меня?! Притихший личный состав в шоке смотрел на Козлова, который с пеной у рта орал как прокаженный. Я его таким никогда еще не видела. Как с цепи сорвался. Даже, когда у нас один из молодых выпускников бабку на капот посадил, такого не было, хотя там ему грозило разное. – Не хотите работать – увольняйтесь! Там очередь за забором стоит на Ваши места! – Дело дрянь, раз про забор говорить начал, – шепнул мне Ваня. Тихо кивнула. В такие моменты хотелось заныкаться на свой опорник, куда поглубже, и не отсвечивать. Правда, мне вечером на сутки сегодня, так что по большому счету и получится, и нет. Мамочки родненькие, давно такого аттракциона неслыханной жути не было! Даже слишком. Я уже отвыкла от столь активных эмоциональных качелей. Козлов же продолжал брызгать слюной. Что удивительно, обычно Петросян пытался его в такие моменты отвлечь, а тут только подливал масла в огонь. Словно ему было глубоко наплевать на то, что происходило. Что-то тут не чисто. Не могла понять что, но на самом деле интуиция подсказывала, что надо быть осторожнее. Ибо прилететь с таким раскладом могло запросто и больно. – То есть, товарищ старший лейтенант, вы считаете, что такой материал можно направлять в прокуратуру? Чтобы им жопу вытирали? Вам же! Переделать! Я, конечно, не специалист в мужской психологии и психологии целом, но мне казалось, что кое-кому следовало расслабиться. Я бы даже сказала, что уйти в отпуск. Длительный. – Малышко! Мне показалось, или моя фамилия прозвучала как-то особенно не очень? Словно он бы меня сейчас прибил на месте, да прекрасно осведомлен, что ему за это будет. – Да? – Что по делу Приходько? Где хоть какой-то результат? Долго еще будешь сиськи мять? По рядам прошелся шепоток. Я же нахмурилась. Наверное, в обычных обстоятельствах я бы ответила на такую грубость. Ну, берега-то тоже надо знать. Это уже форменное хамство. Но что-то мне подсказывало, что дергать бешеного суслика за усы чревато последствиями. Да и я вообще собиралась перенести все новости по этому делу на потом. Но… – Дело закрыто, составлен протокол об административном правонарушении, материалы все оформлены, я сегодня готова сдать на проверку. После этих слов воцарилась неприятная звенящая тишина. Я буквально кожей ощущала, как сейчас надувается Козлина. Да и не только он. А Петросян-то чего такой смурной сегодня? Он же у нас обычно мистер Позитив с нотками пошлости. – Закрыто? Ну, поздравляю. Вот видите, уважаемые коллеги, у некоторых из вас получается что-то удовлетворительное. Учитесь, а то до седых волос в заднице просидите, – с очевидной издевкой. – Петр Анатольевич, а в чем, собственно, дело? У вас ко мне какие-то претензии? – не выдержала я. Потому что это не лезло ни в какие ворота! Что это за поведение и всякие намеки? Ваня незаметно ткнул меня в бок, напоминая, чтобы я не заводилась. – Претензии? Ну, что вы, лейтенант Малышко. Вы у нас всегда умели ПО-ОСОБОМУ подходить к делу. Так сказать, грудью на амбразуру, и все исключительно ради всеобщего блага. Какие к вам могут быть претензии? – ехидно ответил он. А Петросян в это время буркнул что-то типа: «Подстилка». Я в шоке не нашлась, что ответить. Так меня здесь еще не поносили. Коллеги тут же начали смотреть на меня косо. Все же, многие работали со мной не один год, но за умение выруливать из сложных ситуаций и способности ставить начальство на место не сильно любили. Сейчас все это напряжение словно стало триггером неприятных взглядов. Не стала комментировать. Сейчас лезть в это змеиное логово бесполезно. Поджала губы и откинулась на старом скрипучем стуле. Зато сейчас ни у кого не осталось ни единого сомнения по поводу кого такой банкет. Теперь все будут ближайшие несколько дней обсуждать, как Малышко нашла очередной повод выбесить руководство и тем самым насолить всему отделу. Спасибо, дура. Хорошее настроение от победы и волшебного утра растворилось как вода, утекающая сквозь пальцы. Гадство! Теперь еще этих проблем мне не хватало: и так никто не помогал и на зону ко мне работать не шел, хотя смело можно было перекинуть из других. Совещание закончилось. Все выходили хмурые, косились на меня, а я не могла поверить в то, что снова умудрилась вляпаться. Но только где? – Вань, это что сейчас было? Как все шишки, так мне, как что-то случилось, так сразу вот такое вот… Но друг не ответил. Он отводил глаза, но в целом буркнул что-то поддерживающее. И на том спасибо. Ему ведь тоже досталось.