Глава 59. Липа

Вот же зараза! Я бы его с радостью прибила после такого. А еще депутат! Кто ему с такими дедуктивными способностями корочку только выдавал? В бешенстве пошла в свою комнату. Маленькая, но очень уютная, она всегда давала мне необходимую передышку. Она помогала собраться с мыслями и, что уж греха таить, успокоиться. Тут магнием не отделаешься, когда у тебя такая работа. Как же я по ней скучала! Там все было понятно и просто. Никаких тебе душевных терзаний, а от жуликов и всяких там я вообще не ждала ничего подобного. На что можно было рассчитывать от полукриминальных элементов? Они придуряются, становятся на дыбы и пытаются доказать, что они не барашки, когда рогами цепляют притолоку. Ну, все ясно и понятно! А тут рядом со мной сидел настоящий умный и красивый мужчина. С бородкой и даже не козлиной. Обнимал, приятно гладил, и я даже позволяла это все с легкостью и роскошными чувствами. С таким не грех и невинности лишиться, наверное! Вон, как Приходько на него кидалась. Да и под футболкой там такое тело, что можно было позавидовать самой себе! А потом он что-то выдает, и я имею только одно желание – убивать. Причем желательно быстренько и без последствий. Для меня, разумеется. Найти еще знакомого патологоанатома и… Громко выдохнула, мечтая только о том, чтобы вернуться от дурацких грядок на опорник. Свой родной, уже ни разу не обшарпанный кабинетик с исправно работающим электричеством. Он почти закончен, а вместо меня там всякие сидят, чай из моей чашки, небось, пьют, я ж убрать не успела! Только ключа не давала от тумбочки в санузле, там бумага туалетная дорогая и освежитель вкусный очень. Все выветрится и пройдет, пока я вернусь! Это нечестно! Я еще не всем бабкам показала, как у меня там красиво. Сама не пользовалась, а чуть не выгнали. Потому что если бы этот политик, прости Господи, довел дело конца, то была бы самая большая задница! Я уже представляла самодура на должности моего начальника и передел власти. Да зачем человеку мозги вообще? Снова начала заводиться. – Доча, вот тебе чайничек с мяткой. Лимонная, твоя любимая. Как раз свежей нарезала и пару веточек душицы положила. Мать зашла в комнату после легкого тактичного стука. Вот же… Сейчас будет мозги промывать. Но неожиданно вместо разговора она просто села рядом и порывисто обняла меня. Всхлипнула. Я окончательно растерялась. От неожиданности даже забыла, что собиралась злиться и разбираться со своим депутатом. Тихо спросила: – Мам, ты чего? Она слегка отстранилась от меня, снова всхлипнула и неожиданно сказала: – Прости нас, доченька… Вот же ничего не понятно! Я в немом бессилии хлопала глазами, не в силах сделать хоть что-нибудь. В итоге не придумала ничего лучше, как обнять маму в ответ. В итоге мы так просидели минут пятнадцать. Но я была бы не я, если бы не попробовала расшифровать этот порыв. Тихо спросила ее: – Ну, ты чего? Что это на тебя нашло? – Да просто мне больно смотреть, что ты так не доверяешь людям, что закрываешься и не даешь даже малейшей возможности о тебе позаботиться. Мы, вроде, старались, но так и не смогли научить тебя этому, наша девочка! Прости нас с отцом… Застыла. Сказать, что разговоры на такие темы у нас возникали редко, это значило, ничего не сказать. Они меня смущали, тем не менее я поспешила заверить маму: – Да ты что?! Все не так! Если бы не вы… Да не мне тебе рассказывать, что со мной случилось бы! Вы это лучшее, что со мной случалось! – Не в этом дело, доченька. Просто я так хочу, чтобы ты была счастлива. Чтобы жила полноценной жизнью, где есть что-то или кто-то помимо работы. Нет, я, конечно, понимаю, что Алексей этот был не прав, но ведь ему никто не объяснил, почему так. Он просто не знал, а хотел защитить тебя! Ну, все понятно. Тем не менее тон разговора уже был задан. Я лишь недовольно пробурчала: – Подслушивали. – И подсматривали! А ты знаешь, что он депутат? Жуть какая! Отца чуть второй инфаркт не хватил. Это ж надо было вам влюбиться друг в друга таким… Разным. Вот из-за этой разности и теперь такая история. Ты ему объясняй, доченька! Он же политик, вроде, умный, а дурак-дураком! Но зато именно за таким ты всю жизнь как за каменной стеной будешь. Вон, раз голову помыла перед встречей, то, чай, неровно дышишь, видно же! Да и он… Сама знаешь. Покраснела как рак. Мама всегда такая… Мама. И хоть в глубине души хотелось разозлиться на нее из-за того, что лезла в мою жизнь, а ее слова меня тронули. Тронули в самое сердце. Смягчилась. Улыбнулась и обняла ее. Неожиданно поняла, что совершенно не злюсь. Раздражение растворилось в любви и заботе близкого человека. Даже то, что было направлено на депутата. Прошептала: – Спасибо, мамочка. – Будь счастливой. Но платье Агриппины ты бы сняла. А то мне еще его простирнуть надо до ее приезда. А то, правда, станет тебе иголками своими в вены тыкать, тренироваться…