Глава 14

Ночь для таких, как я, время активной деятельности. Проклятые осколки мы с Мором собрали еще не все, но я не забыл своего обещания и все-таки навестил деревушку, неподалеку от которой мой призрачный спутник не так давно поднял целое кладбище.

На нем, к сожалению, и сегодня наблюдалось нездоровое оживление. Часть могил снова была разрыта. Надгробные камни отодвинуты в сторону. На земле следов, правда, нашлось немного, но Мор почти сразу сообщил, что по округе бродят как минимум шесть мертвецов. И до живых они не добрались лишь по той причине, что кладбище располагалось на одном холме, ближайшая деревня – на другом, а между ними находился лес и небольшое, зато на редкость глубокое болото, где нежить по большей части и увязла.

– Что-то здесь все-таки неправильно, – обронил я, отправив Кость на охоту. – Ну, не мог один-единственный всплеск, который мы тут же погасили, вызвать такую реакцию. Если, конечно, ему кто-нибудь не помог.

Отыскав глазами относительно свежую могилу, я поднял лежащего там мертвеца, после чего прошелся по кладбищу и прислушался к себе.

– Ничего странного не замечаешь?

– А должен? – вполголоса осведомился Мор.

– Ты – всего лишь сущность. Тень, которая держится в мире живых только благодаря тому, что без души тебя не принимает мир мертвых. Как у тебя могло хватить сил воздействовать на кладбище подобно темному артефакту? Разве что, когда мы пришли, тут уже зрело нечто похожее, а твоя сила эту штуку всего лишь пробудила?

– Всплеск длился недолго, – возразила тень. – Даже если и было тут нечто этакое, оно давно должно было разрядиться. Скорее, такие вещи больше характерны для проклятия.

– Проклятие я бы ощутил. А тут – ничего. Я ни самих мертвецов не вижу, как тогда, в Дамане, ни артефакта не ощущаю, потому что не сам его создавал… Но что-то тут все-таки есть. А ну-ка, добрый молодец, иди сюда.

Полуразложившийся мертвяк послушно прихромал на мой зов и выжидательно замер.

– Копай, – велел я, указав на ближайшую потревоженную могилу.

Тот так же послушно опустился на четвереньки и принялся неловко разгребать руками землю.

Поскольку мы находились где-то на южной границе империи, то на земле еще не было снега, да и листья с деревьев пока не собирались опадать. Так что с заданием зомби справился достаточно быстро и, добравшись до полуистлевшего гроба, остановился.

– Вылезай. Встань сюда. Не двигайся, – продолжал командовать я.

Затем я спрыгнул в яму, отбросил в сторону грязные доски и, поковырявшись внутри, вскоре выудил из гроба что-то вроде детской поделки. Всего три небольших кости, связанных воедино самой обыкновенной синей ленточкой. И все бы ничего, если бы это не были фаланги человеческих пальцев и если бы от них не сочился уже знакомый мне черный дымок.

– Похоже, где-то в окрестностях завелся колдун-отступник, по которому ИСБ плачет, – проговорил я, покрутив находку так и этак. – Посмотри: тут и элементы самого настоящего проклятия, и темный артефакт присутствует. Понятно теперь, почему мы и не можем это остановить – проклятие, напитавшись твоей силой, подпитывает темный артефакт. А тот, в свою очередь, постоянно, хоть и не очень быстро, поднимает новую нежить. Интересная задумка.

Мор хмыкнул.

– Такая же живет в тебе. Проклятие плюс скверна… Выходит, это не такая уж страшная тайна.

– Мой наставник плохо в этом разбирался, – пожал я плечами. – А другого колдуна у нас пока нет, хотя давно пора обзавестись.

После чего я вытянул из костей чужое проклятие, двумя пальцами сломал уже бесполезный артефакт. А когда Кость одного за другим притащила на мой суд всех шестерых мертвяков, которые успели разбрестись по округе, заставил их сначала раскопать свои могилы. Вскрыл гробы. Но новых артефактов больше не нашел и только тогда избавил мертвецов от трудностей бренного существования.

– В округе наверняка есть и другие деревни, – заметил призрак, когда мы покинули кладбище. – Если колдун надумал разбудить мертвецов здесь, то он может это в скором времени повторить и в другом месте.

– Если ему нужно полноценное темное пятно в этом районе, то да. Он обязательно это сделает. Но мы спутали ему карты, случайно разбудив нежить раньше времени.

– И что ты предлагаешь? Будем теперь ночами гулять по округе и вскрывать все могилы подряд, пока не уничтожим эти штуки?

Я поморщился.

– Что колдуну помешает наделать новые? Самым логичным было бы найти его самого. Но вряд ли он будет торчать на виду или жить, к примеру, в той же деревне. Скорее всего, он вообще не местный. Следовательно, искать его можно долго, поэтому правильнее будет просто предупредить людей. А там пусть ИСБ сама с этим разбирается.

Мор насмешливо на меня взглянул:

– Что? Вот так прямо и пойдешь к людям? Ночью?

Я пожал плечами:

– А что такого? Я неопасен. Даже, можно сказать, благое дело делаю. Так что поводов для паники нет. Я просто приду, расскажу им про кладбище, и все.

Призрак на мои рассуждения только скептически хмыкнул, но отговаривать не стал. А я лишь час спустя сообразил, откуда в нем столько скепсиса и почему, когда я вернулся из деревни с таким постным лицом, он неожиданно рассмеялся.

– Ну, и как тебе общение со смертными? – поинтересовался он, когда вдосталь натешился.

Я только поморщился.

Плохая была идея. Признаю. Но кто ж знал, что люди не только ужасно суеверны, но еще и до заикания пугаются, если на выходе из сортира их встречает маленький мальчик с бледным лицом?

В первый раз я вообще сглупил – перехватил какого-то мужичка до того, как он успел добраться до отхожего места. Результатом этой встречи стало не просто заикание, а самый настоящий конфуз, после которого мужику, разумеется, было уже не до моих разъяснений.

Оставив его стучать зубами и отжимать мокрые штаны, я пожал плечами и пошел в соседний двор, где, дождавшись нужного момента, подловил какого-то дряхлого старика. Но у того при виде меня почему-то сердце прихватило, так что нормальной беседы, увы, тоже не вышло.

В третий раз мне на глаза попалась растрепанная и откровенно зевающая женщина, которой приспичило посреди ночи вынести помойное ведро… И только тогда до меня дошло, что ее расширенные глаза уставились не на меня, а на что-то за моей спиной. А если точнее, то на молчаливо выросшую из темноты Кость, которая возвышалась надо мной бледным призраком.

Оказывается, когда я решил не стучать в запертые ворота, а преодолеть высокий тын с помощью портала, сообразительная псина не захотела оставлять меня одного и просто перемахнула через бревна, благо это оказалось несложно. Я, сосредоточившись на основной задаче, этого не заметил. Но думаю, вы догадываетесь, что произошло дальше, а также почему я предпочел как можно скорее создать портал и под оглушительный бабий визг в него нырнуть, лишь чудом не собрав на себя содержимое вонючего ведра.

– Ничего, – посмеиваясь, сказал Мор, когда я оглянулся на бесшумно спрыгнувшую с тына Кость и с мрачным видом снял у нее с носа протухший капустный лист. – Люди вообще неблагодарные создания. Но в следующий раз проверяй, кого берешь себе в помощники, а то твоя собачка стала проявлять слишком явные зачатки самостоятельности.

Гончая, когда я на нее посмотрел, пытаясь понять, не доставит ли мне в будущем проблем излишне активное имитирующее заклинание, только доверчиво прижалась мордой к моей груди и замерла.

– Ладно, идем, – со вздохом отказался я от мысли предостеречь деревенских. – Напишу записку, прибью к воротам, и пусть сами решают, верить или нет. А я для этих людей сделал все, что мог.

* * *

– С чего ты вообще решил, что людей стоит предупредить об угрозе? – поинтересовался Мор спустя полчаса, когда мы покончили с неприятным делом и вернулись домой. – Какое тебе до них дело?

Хм. Хороший вопрос.

Признаться, мне стоило задать его себе гораздо раньше. Да и в самом деле, зачем я вообще туда сегодня пошел? Разве я им что-то должен? Меня позвали? Попросили? Пообещали заплатить? Нет, я этих людей до сегодняшнего дня даже в глаза не видел. Тот факт, что их могут съесть, пусть даже частично по нашей вине? Маловероятно. Раньше ведь меня это не заботило. Тогда с чего вся эта суета? И почему в процессе размышлений о неизвестном колдуне я с такой уверенностью посчитал, что меня это касается?

– По-моему, ты меняешься, Вилли, – спокойно заметила тень.

Я встрепенулся.

– Хочешь сказать, я уже становлюсь человеком?

– Ты можешь им стать, – уклончиво ответил Мор. – Держись только поближе к Нардису. Это поможет.

– Он-то тут при чем? – не понял я.

– Он к тебе искренне привязан.

– Само собой. Я же его магией привязал. Куда он от меня денется?

– Ты не понял, Вильгельм, – усмехнулась тень. – Я имел в виду, что с некоторых пор Нардис служит тебе не потому, что должен, или потому, что не осталось выбора. Помнишь, каким он стал, когда заболел?

Я непонимающе нахмурился:

– И что такое?

– А то, что собственная слабость его напугала. Он решил, что стал бесполезным, никчемным. И что ты захочешь от него избавиться. А ты вместо этого что сделал?

Я вопросительно уставился на призрака.

– Ты ему помог, – напомнил Мор. – Сам пошел на рынок за продуктами, хотя это составило для тебя нешуточную проблему. Нашел целителя. Взвалил на себя кучу дел, которыми раньше приходилось заниматься ему. Истратил на его лечение массу дорогостоящих эликсиров… Ты позаботился о нем, Вилли. Поступил как человек. Именно поэтому он так воодушевился, а его отношение к тебе изменилось. Я когда-то сказал, что Нардис тебе предан, помнишь? Так вот сейчас он не просто предан – он готов за тебя умереть. А для смертного это многое значит.

– Откуда ты знаешь? – озадачился я.

– Я читаю ваши души. И вижу, что рядом с ним ты тоже меняешься. Сам того не заметив, ты уже стал другим. И произошло это всего за несколько месяцев, хотя до этого ты говорил, что изменений не случалось годами.

Я медленно поднялся из кресла и сделал по комнате небольшой круг.

Информация была неожиданной. Хотя и полезной. В последние месяцы я настолько сосредоточился на самом, как мне казалось, важном, что все остальное как-то упустил из виду. Да, кое-какие мелочи я действительно начал за собой подмечать, но чтобы не увидеть таких серьезных вещей…

– Я ничего особенного не чувствую, – наконец признал я, тщательно проанализировав собственное состояние и все эмоции, которые у меня за это время появлялись. – По крайней мере, ничего нового.

– Ты и не должен этого замечать. Изменения проявляются в поступках. В том, что ты делаешь. И особенно в мотивах. То, что ты не всегда понимаешь, почему принял то или иное решение, тоже неплохо. Людям, кстати, это свойственно. Но сам факт того, что ты вообще решил о ком-то позаботиться или просто так, без всякой выгоды, предупредил кого-то об опасности, говорит о многом.

Хм. Разве?

Пожалуй, надо будет в себе покопаться и обязательно понять, что же со мной произошло. Это последствия воспоминаний, которые я вернул? Влияние Нардиса? Или самой тени? Быть может, я что-то упустил? Или, наоборот, незаметно для себя сделал?

– А вот и я! – с торжествующим видом сообщил Нардис, сбежав с лестницы и остановившись на пороге гостиной. – Время идти к Леману, так что до утра не ждите.

– Стой, – встрепенулся я, откладывая вопросы на потом. – Я пойду с тобой.

– Зачем?

– Леман хотел расширения сотрудничества. Надо показать, что мы серьезно относимся к его предложению и готовы рассмотреть вопрос о взаимодействии на постоянной основе.

Нардис недоверчиво покрутил головой:

– А мы это потянем?

– У нас есть чем его удивить, – кивнул я.

После чего вышел в коридор, переобулся, накинул на плечи плащ и, нахлобучив капюшон, знаком показал, что готов выдвигаться.

* * *

К знакомому дому на тихой улочке одного вполне приличного квартала столицы мы подкатили как нормальные люди – на наемном экипаже. С достоинством выбравшись наружу, Нардис придержал передо мной дверь. А как только бодрая лошадка процокала копытами и скрылась за углом, мы, не особенно скрываясь, направились к открытым настежь воротам, где, как и раньше, не было ни одного привратника.

Безупречная чистота во дворе, красивый дом, широкий двор, белые занавески на окнах… Кто бы мог подумать, что это место облюбовал для работы один из не самых крутых криминальных авторитетов столицы?

Внутрь Нардис решительно вошел первым, и ему здесь никто не удивился. Кто-то даже рукой махнул, приветствуя, как старого знакомого.

– Здорово, дрищ! – донесся до меня веселый голос. – Ты, как всегда, вовремя.

– И тебе не хворать, До, – совершенно спокойно отозвался Нардис, как и на улице, придержав для меня дверь. – В отличие от некоторых я свое слово не нарушаю. Пора бы уже запомнить… Но ты, как всегда, опять забыл выпить свое лекарство.

В доме раздался дружный ржач сразу на три голоса.

– Что б ты понимал? Вот мое лекарство! – с гордостью заявил невидимый До, и где-то глухо звякнула пустая бутылка.

Ржач после этого возобновился. Но стоило мне оказаться на свету, как смех моментально прекратился.

– Кто это? – совсем другим голосом спросил тот самый До, оказавшийся крупным мужчиной с изрезанным лицом и щербатом ртом.

Сидящие рядом с ним двое головорезов тоже насторожились, поскольку, как я понимаю, о появлении второго гостя их никто не предупреждал.

Я молча снял капюшон, открывая лицо, и незнакомая троица озадаченно замолчала. А вот вторая, которая сидела недалеко от двери, мгновенно оказалась на ногах.

И чего, спрашивается, так нервничать? Да, в последнее время я предпочитал приходить сюда, минуя дверь. Порталами. Но мне казалось, Леман и Нум достаточно сообразительны, чтобы загодя предупредить людей о моем возможном визите. Хотя, может, они расценили мои визиты в верхний кабинет как желание сохранить анонимность?

К слову, народу здесь сегодня было не в пример меньше, чем несколько месяцев назад. Всего шестеро… Плюс двое в подвале, трое в коридоре второго этажа и еще двое в уже знакомой мне комнате.

Что же касается этих молодцев… Вон тому, бритому, даже руку сломал, чтобы не тыкал в меня своими кинжалами. Второму крепко досталось по лицу. Ну, а третьего, который, судя по всему, тоже меня узнал, просто двинул кулаком по затылку, потому что люди с такими глазами, как у этого седого, но еще крепкого телом и жилистого мужика, обычно опаснее остальных и выводить их из строя лучше в числе самых первых.

– Добрый вечер, господа, – поприветствовал я ощетинившихся громил. – Надеюсь, вы больше не будете делать глупостей? А то мне не хотелось бы снова забывать о вежливости.

Двое из этой тройки поспешно отдернули ладони от рукоятей ножей. А седой перевел взгляд на Нардиса и спросил:

– Леман в курсе?

– Еще нет, – так же спокойно отозвался тот.

– Тогда я предупрежу.

– Конечно, – кивнул мой помощник и, давая мужчине время взбежать на второй этаж и доложить главарю о внештатной ситуации, неторопливо, как бы с ленцой, начал подниматься по лестнице.

Нас никто не остановил.

Охрана в коридоре, правда, напряглась – я их в прошлый раз тоже видел, – но когда мы почти поравнялись, из охраняемой комнаты вышел седой и, сделав успокаивающий жест громилам, почти вежливым жестом пригласил нас войти.

– Доброго вечера, господа, – на этот раз пройдя вперед, поприветствовал я сидящую внутри парочку.

– Господин Леман… эрт Ишра… – проговорил вошедший сразу за мной Нардис.

Дверь за ним тихо-тихо закрылась, однако в коридоре при этом народу меньше не стало. А спустя несколько мгновений вместо четырех человек там оказалось уже шесть, из чего я заключил, что господин Леман все-таки нервничает.

При виде меня он, правда, не стал вставать из-за стола, а лишь изобразил на лице легкое удивление.

– Вильгельм? Приветствую, хотя, признаться, не ожидал вас сегодня увидеть.

Я повел плечами.

– Нардис сообщил, что вы хотели поговорить. Мы услышали. Или вы снова ожидали встретить здесь кого-то другого?

– У вас очень правильная речь, – вскользь заметил Леман. – Живой ум. И непохоже, чтобы вам доставляло трудности общение с людьми намного более старшего возраста.

Само собой. Это два столетия назад я говорил и ощущал себя лет на двенадцать. Но после встречи с Кариуром мое развитие сдвинулось с мертвой точки. С тех пор я многое узнал, прочитал и увидел. Мое мировоззрение десятилетиями формировалось под влиянием образованного, неравнодушного и всесторонне развитого колдуна, считавшего своим долгом сделать из меня человека. Так что теперь я мальчик только внешне. В этом Леман не ошибся.

– Вы спросили, ждал ли я кого-то еще? – тем временем продолжил он, пока я делал вид, что внимательно слушаю. – Если честно: поначалу да. Ваша внешность невольно ввела меня в заблуждение, однако сейчас мне кажется, что она не имеет никакого отношения к вашей способности вести дела.

– Моя внешность как раз и рассчитана на то, чтобы вводить людей в заблуждение, – не стал отрицать я. – Но обычно к этому быстро привыкают и перестают обращать внимание на такие мелочи. К тому же у нас не принято передавать партнеров друг другу. И раз уж вам с самого начала выпало вести дела именно со мной, то было бы логично и дальше продолжить сотрудничество в том же составе.

Леман чуть прикрыл глаза, а в это время снаружи послышались торопливые шаги, и один из охранников втащил в комнату большое удобное кресло. Второе было занято колдуном, трусливым эртом Ишрой, который еще в прошлый раз произвел на меня не самое благоприятное впечатление. Больше сидячих мест в комнате не имелось, так что раз о приходе Нардиса знали заранее, то получается, что в глазах хозяина кабинета мой помощник уже дорос до личной аудиенции, но еще не заслужил права сидеть в его присутствии.

Хм. Второй интересный нюанс в моих наблюдениях. Который становился еще более значимым в свете того, в каком виде я уводил отсюда Нардиса в первый раз, и того, что с указанного момента прошло совсем немного времени.

– Вот что делает с людьми искреннее стремление быть полезными, – шепнул мне на ухо невидимый Мор. – Мальчик в моих глазах сильно вырос. Вернее, ты его к этому подтолкнул.

Я подтолкнул, угу. Но если посмотреть на ситуацию шире, то получалось, что случившиеся с нами изменения взаимосвязаны. Нардис помог мне, я, сам того не зная, помог ему… И мы оба при этом выиграли. Вместе, если верить тени, нам удалось это сделать быстрее, чем поодиночке. Так, может, именно поэтому люди собираются в стаи? И поэтому же Кариур отправил меня к ним?

– Что вы хотите предложить? – вырвал меня из задумчивости размеренный голос Лемана.

– Вообще-то предложение исходило от вас, – заметил я, но все же достал из кармана ожерелье и положил его на стол: – Взгляните.

– Необычная работа, – через несколько мгновений обронил мужчина, наметанным взглядом определив предположительную ценность вещи. – Очень старая. Неплохо сохранившаяся. Хотя изъян на камне может существенно снизить ее стоимость. Сколько вы за нее хотите?

– Меня интересуют не деньги, а услуга. Если точнее, мне нужно, чтобы кто-нибудь нашел информацию по поводу некоего набора символов. Символы не имперские. Скорее всего, магические. Язык с высокой долей вероятности мертвый, но есть шанс, что он забыт не полностью, а частично преобразовался в какой-то другой, более современный. Возьметесь?

Леман задумался.

– У вас есть образец?

Я молча взял со стола лист бумаги и в столбик начертил с десяток самых часто встречающихся символов, которые увидел в пещере и частично на камне.

На самом деле ничего сложного. В новой жизни память еще ни разу меня не подводила. Все, что я когда-либо видел, слышал, даже мельком, она хранила до мельчайших подробностей.

– Ишра, что думаешь? – обронил здоровяк, мельком взглянув на бумагу.

Тихо сидящий в кресле колдун тут же поднялся и, едва не задев меня своим балахоном, нагнулся над столом.

– Заказ непростой, – проскрипел он через несколько минут. – Специалистов такого профиля в империи немного… Вы говорите, язык мертвый?

– Скорее всего.

Мужчины быстро переглянулись.

– Хорошо, я попробую, – наконец кивнул Леман, видимо, получив от Ишры понятный только ему знак. – И если, скажем, в течение месяца у меня получится найти хоть какие-то сведения, мы вернемся к этому разговору.

Когда он протянул назад ожерелье, я отрицательно качнул головой:

– Оставьте. На камне тоже есть символы. Возможно, переводчик захочет на них взглянуть.

Лемон вопросительно вскинул одну бровь, но почти сразу передумал задавать неуместные вопросы насчет того, уверен ли я в своем решении.

Если сделал, значит, уверен. Не нужно принимать меня за дурака. Ну, а что касается остального, то время покажет. По поводу Нардиса я уже пришел к определенным выводам, теперь настала очередь Лемана. Я же не просто так к нему в гости сегодня напросился.

Видимо, решив что-то для себя, мужчина молча кивнул и убрал украшение в стол. После чего мы вежливо распрощались, и я ушел, примерно представляя, какие мысли сейчас бродили в его голове.