Глава 13

– Вы почему так долго? Знаете, сколько сейчас… Богини! Что стряслось?! – в ужасе воскликнул Нардис, когда посреди гостиной открылся портал и оттуда выбрался я – хромой, босой, покрытый кровью с головы до ног, да еще и без одного рукава у щедро изгвазданной рубахи.

Кость воскресил практически сразу, но она выглядела понурой и настолько потрепанной, что Нардис ее едва узнал.

– Неудачное перемещение, – кратко пояснил причины произошедшего влетевший последним Мор.

– Какое еще перемещение?! Куда?! Вилли, ты… Кто тебя так?!

– Не кто, а что, – буркнул я, озираясь в поисках новой одежды. Или, может, сначала лучше помыться? – Тварь какая-то налетела.

– Мы нашли странное место в горах, – взял на себя труд разъяснить ситуацию Мор, а я тем временем прошлепал в уборную, где всегда стояла бочка с чистой водой, и принялся раздеваться. – Но ночью было слишком темно, чтобы рассмотреть детали, поэтому мы дождались утра, и Вилли создал портал, чтобы подобраться поближе.

– Так это тебя… порталом? – заглянул в дверь Нардис и потянулся забрать грязную одежду.

– Руками не трогай! – прикрикнул я, и он тут же отдернул пальцы. – Только в перчатках. Потом сжечь. Не хватало еще раз тебя лечить от отравления.

Нардис неловко потупился и, ненадолго умчавшись, вернулся уже готовый для работы с моей кровью. А когда я разоблачился полностью, он шустро сгреб тряпки в мешок и выкинул его в коридор.

– Так что там с порталом?

– Не знаю, – скривился я, забираясь в бадью и отпихивая от себя голову гончей, которую имитирующее заклинание прямо-таки вынуждало испытывать вину за случившееся. – Открыть-то я его открыл, но внутрь пройти не сумел.

Нардис растерянно моргнул.

– Как это?!

– Вот так. Несколько раз попробовал. Поближе, подальше… Бесполезно. Словно стена какая-то вокруг этих дурацких гор стоит и дальше определенного места не пускает.

– Магия? – осторожно предположил парень, пока костяная псина бестолково топталась возле бочки.

– Магии мы как раз не почуяли, – задумчиво отозвался вместо меня призрак, а Кость все-таки нашла решение и легла в углу, не сводя горящего взгляда с моей чумазой физиономии. – Но что-то там точно было, раз ни в одну точку – а на рассвете вершины гор хорошо видно – мы так и не смогли добраться. Больше часа потратили. Уже собрались возвращаться…

– А потом налетела эта тварь, – кое-как оттерев с лица кровь, фыркнул я. – Откуда взялась – Саан ее знает. Здоровенная, тяжелая, с крыльями. Я тогда уже слепнуть начал. Наклонился пониже, чтобы солнце в глаза не било. За небом даже не следил. А она как рухнет сверху да как заорет…

– Оторвала ему руку сразу, – поделился подробностями Мор. – Потом уронила навзничь. Располосовала ноги. Что-то там, по-моему, даже хрустнуло. А потом навалилась и клювом стала по голове долбить, как бешеная. Он после этого полдня под снегом пролежал, сращивая кости и дожидаясь, пока солнце уйдет за скалы. И только потом мы ушли.

– Что ж ты ему не помог-то?!

– Я только мертвыми управлять могу. А днем от меня вообще мало проку.

– А Кость вам на что?!

– Ее тварь атаковала почти одновременно с Вилли. Ударила лапой так, что собачку подсекло прямо в прыжке, и она потом несколько часов выбиралась из ближайшего ущелья, на дне которого оставила половину своих костей.

Нардис перевел на меня испуганный взгляд.

– Ты что, целый день на регенерацию потратил? Да еще и ее восстановить пытался?!

Я скривился.

– Она сама восстановилась. Просто на это ушло какое-то время. Уйти, конечно, мы могли и без нее, но слепой и увечный я мог свалиться в то же ущелье, откуда она так долго выбиралась. Да и лавина следом сошла… В общем, надежнее было обождать.

– Ты ведь говорил, что звери тебя опасаются!

– Эта попалась какая-то странная. Не испугалась. Не сбежала, когда я отмахиваться стал. В скорости мне почти не уступала. Сама больше когтями рвала, клювом била не прямо, а под наклоном, чтобы крови не наглотаться. Словно чуяла… Или знала? Если бы не это, без глаз бы меня точно оставила. Честно говоря, я даже проклятие на нее выпустить не успел, настолько быстро все случилось.

– А как эта тварь вообще вас нашла?

– Да кто бы мне сказал. Птицы так высоко обычно не летают. А эта даже не кружила над нами, иначе я бы заметил. Спикировала сразу. Как на приманку. Но я ведь ни человеком, ни нежитью не пахну. Она не могла узнать. Разве что Мор ее привлек?

– Или твои порталы, – нахмурился Нардис, глядя, как я сосредоточенно оттираю кровь с рук и груди.

– Нет, – не согласился с ним призрак. – Порталы у Вилли очень узкие. Открывает он их на короткое время, а после того, как они закроются, разрыв тут же склеивается, причем намертво, так что его ни один артефакт не засечет. После его порталов даже следов не остается. Я проверял. Сегодня он, правда, не осторожничал. И пока мы пытались пробиться к тем горам, открывал их шире обычного, но я не знаю ни одного животного, которое смогло бы на таком расстоянии учуять то, что под силу не каждому колдуну.

Нардис задумался.

– Тварь, говоришь?.. Большая, сильная и быстрая? Как она выглядела?

– Как тварь, – кратко охарактеризовал я Сааново создание.

Пока я убивал эту зверюгу, она, сволочь, еще и сопротивлялась. Причем отчаянно. А раны у нее зарастали с такой скоростью, что я в какой-то момент даже засомневался, сумею ли ее завалить. Но ничего. С оторванной лапой она стала не такой прыткой. Перебитый хребет еще больше ее замедлил. А уж с оторванной головой даже самая упрямая курица долго не проживет.

– Живая? – не унимался Нардис.

– Да. Аура обычная, так что даже непонятно, с чего она такая прыткая.

– У нее были крылья, – снова взял на себя труд прояснить детали призрак. – Большие, с перьями, как у птиц. Размах… ну… гостиную где-то на две трети накроют, если развернуть во всю ширь. Голова круглая, большая, есть клюв. Глаза желтые. Шея короткая. Туловище обычное, как у животного размерами с взрослого бьерна. Лапы с когтями. Ну, и еще хвост.

– Так это, наверное, грифон… – неуверенно предположил мой компаньон. – Хотя, если честно, я думал, что их давно не существует. Но если ты прав и это действительно грифон, то вас занесло куда-то в окрестности Норейских гор. Говорят, в последний раз этих созданий видели именно там.

– Норея? – переглянулись мы с Мором.

Нардис быстро-быстро закивал:

– Да. Но лучше все же посмотреть карту.

И убежал.

– Поищите там долину! – крикнул я вслед улетевшему призраку, прежде чем начать выбираться из бочки. Кость тут же подскочила и подставила хребет, чтобы я мог на нее опереться.

– Сейчас… сейчас… – зашуршал бумагами Нардис. А когда я вытерся насухо и завернулся в полотенце, радостно воскликнул: – Да! Вот она – Лазоревая долина!

Заслышав это название, я почувствовал в душе какой-то сла-абенький отклик, как если бы давно что-то такое слышал, но не помнил, что именно.

– Что про нее известно? – осведомился я, заходя в гостиную в компании гончей.

Нардис, ползая вокруг расстеленной на полу огромной карты (для работы нам пришлось закупить самую подробную, причем не только империи, но и прилегающих государств), усиленно водил по ней пальцем, следуя за очертаниями гор, и, кажется, меня даже не слышал.

– Так что про нее известно? – повторил я, так и не дождавшись ответа.

– Ась? – поднял голову от карты Нардис.

– Мне – ничего, – пожал плечами Мор. – Но если судить по тому, что мы знаем, она должна быть довольно обширной.

– Размеры приличные, – подтвердил парень. – Пара городишек вроде Дамана там точно бы поместилась. Но тут не указаны ни города, ни села, ни реки… Просто название. А что внутри, один Саан знает.

– Сходи завтра в городской архив. Порасспрашивай местных хронистов, – велел я. – Может, они владеют какой-то информацией. И еще мне понадобится кровь. Человеческая.

Нардис даже бровью не повел.

– Много?

– Хотя бы троих. По полкружки. К полуночи.

– Сделаю, – кивнул он и поднялся с пола, деловито отряхивая ладони. – Качество крови имеет значение?

– Нет. Бери любую, мне сейчас не до жиру.

– Тогда у меня есть на примете подходящие кандидаты, – как-то зловеще улыбнулся компаньон и, быстро одевшись, вышел за дверь.

Мы проводили его одинаково озадаченными взглядами. Однако парень вернулся даже чуть раньше обозначенного срока. Не успели соседи погасить в окнах свет, как Нардис снова появился в гостиной и со стуком поставил передо мной не три, а целых пять приличных по объему пузырьков, доверху наполненных темной кровью.

Кость тут же приподнялась, настороженно ткнулась носом в склянки, но почти сразу успокоилась и отошла в сторону.

– Проблемы были?

– Никто даже не пикнул, – заверил меня компаньон, снимая перчатки и словно не замечая следующую за каждым его движением гончую. – Следов после себя не оставил. Стража не всполошилась. А если кто-то и увидит храпящих в нескольких подворотнях пятерых забулдыг, то от них так сильно разит дешевым пойлом, что будить их никто не станет. Что с пьяного взять? А утром сами проснутся и даже не вспомнят, куда ходили.

– Я думал, тебе только для эликсира нужно, – со странным выражением протянул Мор, когда я один за другим опрокинул в себя все пять емкостей и машинально облизнул губы.

– Нет. В каких-то вещах я недалеко ушел от созданий скверны, поэтому после тяжелых травм восстанавливаться проще всего именно так.

– Как это работает? – полюбопытствовал призрак.

Я усмехнулся.

– Хочешь посмотреть?

– Нет уж!.. Во второй раз на твои кишки я любоваться не собираюсь. Меня занимает, скорее, практический вопрос. Как ты вообще можешь восстанавливаться, если кровь в твоем теле совершенно не циркулирует? И почему она? Почему не простая пища?

– Простую пищу надо обрабатывать, – отмахнулся я. – А для этого нужны кишечные соки. Но ты сам видел, что у меня внутри. Тогда как кровь – это готовый раствор из всех необходимых для жизни компонентов. Обрабатывать ничего не нужно. Выпил – и все. Оно само всосалось. А то, что циркуляции нет… есть. Только не везде, а именно там и именно тогда, когда нужно. Тогда как в остальное время я храню кровь про запас. Но иногда даже этого становится недостаточно, поэтому после серьезных ран его приходится пополнять.

– Странно ты устроен… частично как живой, частично как мертвый…

Я только плечами пожал.

– Какой есть.

И, свистнув гончей, отправился в подвал, где у меня еще остались незаконченные дела.

* * *

К сожалению, с информацией по загадочной долине дело не заладилось – проболтавшись в городе почти весь день, Нардис вернулся уже в темноте и устало доложил:

– Хрониста я нашел, но нужных сведений у него нет, поэтому он отправил меня к старшим коллегам. Те поначалу отказались разговаривать, но после того, как я скормил им по два золотых, все-таки согласились пошевелиться, однако нужной информации, к сожалению, тоже не нашли. Сказали, что нужно смотреть в закрытой части архива, вот только доступа туда у них нет. Пришлось искать старшего архивариуса. На месте его не оказалось. А к нему домой меня охранник не пустил, потому что господин Урим якобы ушел отдыхать и без особого распоряжения меня к нему не допустят. Не волнуйся, – быстро добавил он, когда в гостиной повисла неловкая пауза. – Я решу проблему. Дай мне еще немного времени.

– Я не волнуюсь, – флегматично отозвался я, перелистнув страницу справочника по этикету. – Иди отдохни. Времени на решение этого вопроса у нас достаточно.

Нардис кивнул и вышел, шурша по дороге одеждой. И в последующие несколько дней дома он вообще не появлялся, весточек никаких не присылал, однако в конце недели все же явился. Живой, здоровый, измотанный донельзя, но при этом жутко довольный.

– Уф, – выдохнул он, прошлепав в гостиную прямо в грязных сапогах и плюхнувшись на диван. – Вот всем хороша столица, кроме погоды! Летом здесь жарко, осенью мокро, зимой скользко… Когда покончу со службой и состарюсь, точно на юга подамся. Куплю себе большой виноградник, вечерами буду попивать хорошее вино, круглый год ходить по улице в одной тунике и флиртовать с красотками, одетыми только в легкие сарафаны.

Я оторвался от очередной книги и посмотрел на него с легким недоумением.

Какая зима? О чем он вообще говорит?

А потом заметил, что Нардис довольно тепло одет, да еще и закутан в длинный плащ, на опушке которого еще не успели истаять последние снежинки, и с некоторым недоумением покопался в памяти.

В последнее время, как помощник верно заметил, на улице я почти не появляюсь. Порталом ушел, порталом пришел… Мотаюсь по всему миру, не обращая внимания на погоду. Когда в снега меня занесет, когда в жаркую пустыню… Но ни жары, ни холода я до сих пор не чувствую. Днем окна в нашем доме плотно завешены. Наружу я в это время нос не сую. Все больше в подвале сижу да с книгами занимаюсь. Ночью неизменно ухожу с Мором по делам. А в Дамане, оказывается, за это время вон какие перемены случились: уже осень к концу подходит, хотя приехали мы сюда ранней весной.

– Что ты узнал? – отвлек меня от размышлений Мор, бесшумно материализовавшись посреди гостиной.

Угу. На улице опять стемнело, а значит, он вошел в силу.

Нардис стянул с себя мокрый плащ.

– Сведений на самом деле немного. Старый баран Урим оказался крепким орешком, которому было неинтересно ни золото, ни серебро, ни иные блага. Он, видите ли, из идейных. Мол, не положено никого пускать к закрытым архивам, значит, никто и не пройдет без специального разрешения. В городской ратуше мне его, естественно, не дали. Так что пришлось обратиться к Нуму… Ну, ты его помнишь. Хмурый такой неразговорчивый мужик. Правая рука Лемана.

– Это тот, который в мой первый визит привел тебя из подвала?

– Да. В основном Леман ведет дела через него. И на наше счастье, у Нума оказались длинные руки и достаточно хорошие связи, так что в итоге старик Урим все-таки пустил меня куда нужно.

– Ты обращался за помощью к Леману? – ровно уточнил я, когда Нардис сделал многозначительную паузу.

– Да.

– И чем расплатился, если не секрет?

– Ну, он предлагал решить проблему по-дружески, но я все равно оставил ему один из тех камней, что ты принес, – усмехнулся мой на редкость прозорливый помощник. – Давать ему повод сделать меня… а значит, и тебя… должником я не собираюсь. Не дурак.

Я одобрительно кивнул:

– Хорошо. Так что там с нашей долиной?

Нардис мигом стер улыбку с лица.

– История мутная. И очень-очень давняя, если, конечно, верить архивным записям. Мор был прав – когда-то там, вероятно, жили люди, но потом что-то произошло… Что – никто не помнит, сведений о тех временах вообще нет. Но судя по тем обрывкам, что мне удалось нарыть, в том районе когда-то случилась крупная магическая катастрофа. То ли взрыв, то ли что-то подобное. Быть может, даже война. Как итог – государства не стало. Зато в горах рядом с ним появилось множество магических аномалий. Часть гор вообще осыпалась. Часть, наоборот, выросла заново, отгородив это место почти естественным путем. Говорят, поначалу там даже вулканы просыпались. Врут или нет, не знаю, но все источники однозначно сообщают, что места там гиблые. Одаренным, говорят, туда вообще лучше не соваться. А в довершение всего в округе с годами образовался такой рассадник нежити, что лет триста назад, когда империя еще только образовалась, император был вынужден выставить с той стороны мощные кордоны. Северное боевое крыло, кстати, создавали специально для этих целей. И поскольку там всегда неспокойно, то отбирают в те части только лучших.

– Что-то еще?

– Нет. Но я сумел узнать кое-что о грифонах, – хитро прищурился парень. – Сведения, само собой, неточные, но есть свидетельства, что эти звери действительно когда-то существовали. Считались быстрыми, выносливыми и очень опасными, потому что нередко нападали на караваны, осмелившиеся идти возле Норейских гор. При этом они не только ревностно охраняли свои границы, но еще и люто ненавидели нежить. Целыми стаями могли слетаться, если где-то поблизости открывалось темное пятно. Из-за этого люди начали надеяться, что грифоны станут для них избавлением, и одно время даже пытались их приручить. Из этого, правда, ничего не вышло, поскольку гнездовья у крылатых бестий находятся высоко в горах, то добыть живого детеныша никому так и не удалось. А взрослые звери, которых смогли сбить стрелами, быстро умирали или оказывались неуправляемыми, из-за чего их приходилось убивать… Или же умудрялись сбежать, потому что, как говорят, на них не действовала магия. В общем, характер у птичек оставлял желать лучшего, поэтому со временем их все-таки оставили в покое. Однако с тех пор, как люди расселились по всем окрестным землям и стали достаточно сильны, чтобы давать отпор нежити, видеть грифонов в тех краях практически перестали. То ли улетели куда-то, то ли и вправду остались без добычи и вымерли. А последнее упоминание о них я нашел датированное годом, считающимся официальным годом становления империи, – то есть девятьсот восемьдесят вторым шестой эпохи.

– Шестая эпоха… Надо же!.. – эхом повторил за Нардисом Мор. – А с какого события ведется ваше летоисчисление?

– Чего? – не понял тот.

– Ну, почему именно шестая эпоха? С какой даты она пошла, и почему ее начали считать именно так? Эпоха, я так понимаю, это для вас тысяча лет?

– Ну, да. Сейчас идет седьмая. А с чего все началось… Честно говоря, никогда не задумывался. От сотворения мира, может быть?

– Нет, – повернувшись к Мору, сказал я. – Ты сказал, что пять тысячелетий – это только то, что ты помнишь. Значит, времени по-любому прошло больше. К тому же мне на глаза недавно попалась одна любопытная книженция. В ней говорится, что нашему миру десять тысяч лет, не меньше, если верить исследованиям эртов Довери, Карано и Лавиоро. Они изучали какие-то древние окаменелости, собирали легенды разных народов, что-то вызнали от жрецов… В общем, они считали, что шесть тысяч лет – это летоисчисление сугубо имперское. Это мы так решили, что будем вести отсчет от какой-то даты. Однако у оборотней летоисчисление длится намного дольше. И у них же есть предания о таких древних вещах, о которых в империи уже даже не вспоминают. К примеру, о ведьмах. Самое старое из них как раз датируется десятым тысячелетием. Так что, когда Довери, Карано и Лавиоро собрали все вместе, проанализировали и отбросили совсем уж дикие слухи, то пришли к выводу, что седьмая эпоха, в которой мы сейчас живем, это не просто время, поставленное по чьей-то прихоти. А с высокой долей вероятности то самое время, когда люди в этих краях – только в этих, подчеркиваю, задолго до образования собственно империи – узнали о существовании нежити.

– Но нежить не взялась сама по себе, – протянул Нардис. – Говорят, ее появление тоже связано с какой-то магической катастрофой.

Мор возбужденно заметался по комнате.

– Это может быть точка отсчета! Вильгельм, ты понимаешь?!

– Отсчета чего? – недоуменно уставился на него парень.

А я, напротив, задумался.

– В принципе да. Какова вероятность двух крупных магических катастроф, случившихся на одной территории и примерно в одно и то же время?

– Получается, что катастрофа была всего одна?

– Вероятно, та самая, последствия которой мы с тобой видели и после окончания которой на территории будущей Даманской империи люди впервые заговорили о живых мертвецах.

Нардис поскреб затылок.

– Это всего лишь предположение…

– Это – точка отсчета, – с нажимом повторил Мор, внезапно зависнув посреди комнаты. – Вряд ли я провел в неразумном состоянии целых десять тысячелетий. Шесть-семь – более точный отрезок, если верить моим ощущениям.

Я с любопытством на него посмотрел.

А кстати, это интересная мысль. Я раньше как-то не задавался вопросом и не уделял этому должного внимания. Более того – мог вполне не заметить смену времени года и упустить из виду массу несущественных мелочей. Само собой, мне доподлинно неизвестно, сколько времени я пробыл безумцем. Зато я совершенно точно знаю, что с момента моего первого пробуждения… то есть осознания себя мыслящим существом… прошло ровно два с половиной столетия.

Что это? Внутренний счетчик? Врожденное ощущение времени? Я ведь не рисовал зарубки на стенах и не запоминал даты специально. Я просто знал, сколько лет прожил более или менее разумным. Так что если это наше общее свойство, то Мору определенно стоит поверить.

– Ладно, – со вздохом поднялся Нардис. – Вы тут думайте, что и как, а я пошел наверх. Спать. Завтра к Леману на встречу идти, так что надо быть в форме.

Я только отмахнулся, отсылая его прочь, а потом еще немного подумал и пошел искать исторические изыскания трех неодаренных, но весьма неглупых господ, идеи которых почему-то не нашли в империи широкого распространения.