глава 15

ДалгетХан отправил всех спать, но сам не смог. Даже не вошел в спальню. Проводил жену до дверей, поцеловал поцеловал в лоб и сказал:

— Лера, я ненадолго в кабинет, мне надо кое-что сделать. Приду скоро, а ты ложись.

Валерия долго смотрела ему в глаза, но все же кивнула.

Оттуда он шагнул прямо в кабинет, для главы рода нет закрытых пространств в его дворце, он может открыть любой ход, куда угодно.

В кабинете было тихо и пусто.

Мужчина опустился за свой рабочий стол, взглянул на старинную фреску, на рукоять кинжала, торчавшую из нарисованного глаза человеко-птицы. Потер лицо и замер, положив локти на стол. Потом налил себе янтарной жидкости в бокал, прижал ладонь к груди и сказал:

— Заходите.

Почти сразу вслед за этим дверь открылась, вошли сначала Захри, а за ним Саха. Далгет молча наполнил обоим бокалы, а когда братья уселись в кресла, спросил:

— Что скажете?

Захри пожал плечами.

— Не безнадежен. Я бы сказал, он не худшшший вариант.

Саха покосился на брата, потер нос и уклончиво проговорил:

— Да, мне тоже показалось, что он способен…

— Я не о нем спрашиваю! — взревел ДалгетХан. — Я ему ноги вырву, пусть только появится!

Подобный взрыв эмоций был настолько нехарактерен для главы клана Черных нагов, что Захри молча на него уставился, а Саха прокашлялся в кулак и спросил:

— Кхмммм, а о чем тогда?

Далгет подпер лоб рукой и не сразу, но выдал:

— О дочерях.

И тут же перевел взгляд на Саху:

— Вот ты, как ты пережил это все? Ну… сам понимаешь.

— Ну, — Саха запустил пятерню в свои густые светлые волосы, потом сделал неопределенный жест. — Ведьмы — они такие ведьмы. И они делают, что хотят. С этим надо смириться, понимаешь?

— А ты? — Далгет повернулся к Захри.

На мрачном замкнутом лице Черно-бронзового Нага обозначилась кривоватая улыбка, а глаза лукаво блеснули.

— Думаешшшь, нагини тихие и идеальные? — проговорил он. — Попробуй не сделать так, как они хотят.

Далгет хмыкнул, вспомнив, что Захри сказал, когда Ясмина убежала с Инаром: «Если не можешшшь пресечь беспорядки, их надо возглавить». Видимо, придется смириться с тем, что новым зятем у него будет этот дикорастущий полуракшас-полувампир.

— Ладно, — хлопнул он ладонью по столу. — Есть идеи, где их искать?

— В верхнем мире их нет, — сказал Саха и нахмурился.

Искали двое, Гаруд Амар и Ширас. Если птиц был лицом заинтересованным и мог о чем-то умалчивать, то Ширас не стал бы врать. Далгет и сам понимал, что это значит. Нет наверху, значит, надо искать в подземном мире. У него еще мелькнула такая мысль, когда Леры с руки сорвалась и ушла вторая Матри.

Получалось, они где-то рядом.

***

Примерно так оно и было.

Уж неизвестно, как именно сбился портал, но он открылся в междумирье. Узкой ничейной земле между верхним и подземным мирами.

И в этой ничейной земле сейчас наступало утро.

Маша просыпалась медленно и неохотно. Ей казалось, что кровать какая-то неудобная, и одеяло почему-то такое короткое, что совсем не прикрывало пятки. Она попыталась расправить его и натянуть. И тут поняла, что это не одеяло, а…

Мужской пиджак.

А она не в своей постели, а где-то в лесу.

Фуууу… Все вчерашнее вернулось разом. Клуб, взрыв и то, как она здесь очутилась. И то, что этому предшествовало.

Она отбросила ненавистный пиджак ненавистного ректора, немедленно подскочила и стала оглядываться по сторонам. Так и есть. Господин Зейраш Архан обнаружился совсем недалеко, метрах в десяти. Спал, привалившись к стволу дерева.

Вот и хорошо, пусть спит, подумала Маша. Ей совсем не хотелось ни видеть его, ни говорить с ним. Острожно ступая, отнесла туда его пиджак. Хотела уйти сразу, но почему-то задержалась.

Во сне мужчина хмурился. Густые черные брови, строгое лицо. Она залипла на нем взглядом. Потом опомнилась и постаралась как можно скорее убраться оттуда.

А вокруг уже было намного светлее.

Ночная хмарь почти рассеялась, стало легче идти. Скоро ей начали попадаться мелкие лужицы, а пройдя немного, Маша набрела на небольшое, заросшее осокой озерцо.

Теперь надо было выбрать укромное место, и пока никто не видит, помыться.

***

Зейраш проснулся внезапно, как будто его током ударило. И первый взгляд был туда, где под кустом спала эта девица. Под кустом никого не было, а его пиджак лежал рядом с ним на земле. Черт! Куда она делась, это же может быть опасно!

Мужчина выругался и попытался подняться. Но это было не просто, умудрился заснуть в неудобной позе. Затекло все. В конце концов, он чертыхаясь вскочил и резко подхватил с земли пиджак.

Честно? Глупое упрямство девчонки уже начинало его бесить. А еще он злился на себя, что заснул. Потому что когда он спал, до девчонки могла добраться любая нечисть.

А теперь еще надо было идти ее искать.

Но прежде, чем идти, он подобрал ее туфли, валявшиеся под кустом. Совершенно идиотские, на высоченной шпильке. Неужели ей никто не говорил, что такие туфли носят только стриптизерши?! А еще она потащилась босиком. И это тоже заставляло его злиться и нервничать. Может пораниться, кругом грязь, занесет инфекцию, ее может укусить какая-нибудь тварь.

Единственный плюс был в том, что на песке четко отпечатывались ее маленькие следы. Зейраш так и шел по следу, накручивая себя. пока не увидел ее. Увидел и замер.

Неслышно отодвинулся чуть в сторону и скрылся за листвой.

Девушка стояла по колено в воде в одних маленьких трусиках и лифчике и, фыркая и ахая, обмывалась холодной водой. Впечатление было настолько яркое, что он сначала чуть не ослеп от сияния юного тела, а потом просто не мог оторвать глаз. Пока наконец не разозлился на себя.

Идиот! Стоять и пялиться на нее как озабоченный сопляк! Зейраш вышел из своего укрытия и, уже больше не скрываясь, пошел прямо туда. Девчонка как услышала шаги, взвизгнула и помчалась на берег. Схватила свою одежду, отбежала в сторону и спряталась.

Его разозлило и обидело. Как будто он какой-то насильник. Он… всего лишь любовался.

— Успокойтесь, — проговорил Зейраш. — Мне совершенно не нужны ваши прелести.

***

Ох, как нелепая была ситуация! Ей опять хотелось плакать.

— Вы!… Могли хотя бы предупредить о своем появлении! — крикнула она.

— А вам бы следовало сообразить, что нельзя босиком залезать в воду в незнакомом месте, это может быть опасно. Вы не знаете, что там водится. — жестко парировал он и направился к ней.

А ее охватила паника. Все это время Маша судорожно пыталась втиснуться в узкие кожаные штаны. Но штаны, как назло, на мокрое тело не лезли! Успела только пискнуть:

— Не подходите! Я не одета!

— Вижу, — презрительно хмыкнул мужчина. — Я же сказал, успокойтесь. Я здесь только потому что обещал вашему отцу заботиться о вашей безопасности.

Маша опять чувствовала себя униженной. Хотелось рыдать, уши горели, но штаны каким-то чудом удалось натянуть на себя рывком. Она закрылась руками, встала вполоборота и выдавила еле слышно:

— Вам совершенно незнакомо такое понятие как чужие границы?

— Нет, — бросил мужчина.

А потом самым циничным образом отломил каблуки у ее туфель и выбросил.

— Вот. Наденьте, и чтобы босиком я вас больше не видел.

Ее туфли! Маша и так не могла отсюда дотянуться до хранилища, а он и эти единственные испортил! Она зло обула на ноги эти изуродованные обрубки и натянула курточку. Только подняла голову, да так и замерла с открытым ртом:

— Что вы де…

Он уже успел снять рубашку и теперь расстегивал джинсы. И лениво проговорил, не оборачиваясь:

— А вы что, не видите? Или вам тоже незнакомо понятие чужие границы?

Ах вот как. Она молча отвернулась в сторону и хотела уйти. И тут ей в спину раздалось жесткое:

— Никуда без меня не уходите!

Ей еще пришлось ждать, пока господин ректор плескался там и фыркал. Вылез не скоро, а когда наконец появился, у него были мокрые волосы, а туфли свои он держал в руке. Маша не удержалась, спросила язвительно:

— Что же вы босиком залезали в воду в незнакомом месте? Это ведь может быть опасно, вы же не знаете, что там водится.

— Я уже пронаблюдал. Если вас не съели, то меня не съели бы тем более, — проговорил он и прошел мимо.

В тот момент у Маши было стойкое желание запустить в него чем-нибудь тяжелым. Она даже стала озираться в поисках. И тут он бросил ей через плечо:

— Не стойте там, у меня нет времени ждать. Надо еще заняться едой.