Глава 21

Следующие несколько дней я старательно избегаю Томиана.

Не демонстративно — без резких разворотов в коридорах и нарочитого молчания. Просто… не остаюсь с ним наедине в перерывах между занятиями и не попадаюсь на глаза в столовой.

Я прихожу туда раньше остальных, а в аудиториях появляюсь практически в одно время с магистрами. Сажусь рядом с Катриной и выхожу сразу, как прозвенит звонок.

И, к собственному удивлению, мне это даже нравится.

Я остаюсь сама по себе, и в этом есть странное, почти забытое ощущение покоя. С тем количеством предметов, которые я на себя взвалила в этом году, времени на полноценное общение все равно не остается.

Катрина сидит рядом со мной на лекциях, и там, между конспектами и формулами, мы успеваем переброситься несколькими фразами. Этого вполне достаточно.

Мне вообще сейчас не до чего, учитывая клятый приворот, с которым приходится бороться.

К тому же, я записываюсь на еще один факультатив — по магическим боевым искусствам. Его ведет приглашенный магистр, дракон Родерик Хорфурд.

Имя я узнаю позже, а лицо — сразу.

Это он. Тот самый мужчина, с которым я столкнулась вечером у лестницы, ведущей в замок. Высокий, статный, с выправкой воина и льдисто-яркими глазами, которые смотрят в самую душу. Тогда, в первую встречу, он вызвал во мне странное, смутное чувство тревоги.

Я списала это на драконью магию и собственную паранойю.

После возвращения из будущего, где меня жестоко и хладнокровно убили , я с подозрением отношусь вообще ко всем. Каждый незнакомый взгляд, каждое лишнее движение — потенциальная угроза. И если честно, именно это и толкает меня на еще один факультатив, который с трудом влезает в мое расписание.

Я хочу научиться давать отпор. Хочу, чтобы в следующий раз — если он будет — я не оказалась беспомощной.

И у меня получается.

Я уже чувствую, что стала сильнее, чем была в прошлой жизни. Моя стихийная магия расшатывается, как плотина под напором — я добиваюсь от нее большего, глубже чувствую потоки, быстрее собираю заклинания. Иногда даже ловлю себя на том, что балансирую на грани допустимого.

Но я справляюсь.

И, пожалуй, впервые за долгое время искренне собой горжусь.

После основных занятий, когда большинство сокурсников расходятся — кто гулять, кто в библиотеку, — я переодеваюсь в дуэльный костюм и направляюсь в тренировочный зал.

Сегодня мое первое занятие у Хорфурда, хотя по расписанию факультатив идет уже не первую неделю. Странно, что мне вообще позволили записаться так поздно. Обычно с этим строго.

Я почти дохожу до поворота, за которым нужная мне дверь, когда рядом раздается знакомый голос.

— Лили.

Внутри все мгновенно сжимается.

Томиан идет рядом, подстраиваясь под мой шаг. Он выглядит хуже, чем обычно: бледный, напряженный, с тенями под глазами, словно не спал несколько ночей подряд. Я чувствую себя виноватой за его истощенный вид.

Я ведь избегаю его. Сознательно.

— Ты избегаешь меня, — тихо повторяет он за моим внутренним голосом.

— Это не так, — вру, даже не запнувшись. — У меня просто очень плотное расписание.

Я ловлю его внимательный взгляд, и не выдерживаю — отвожу глаза.

И вдруг его рука сжимается на моем предплечье.

Не успеваю ни отреагировать, ни возмутиться — он резко тянет меня в сторону, в нишу за доспехами. Металл глухо звякает, когда я спиной врезаюсь в стену. Он нависает надо мной, отрезая путь к выходу.

Сердце ухает куда-то вниз.

— Том, ты чего…

— Это из-за него, да? — шепчет он. Его глаза лихорадочно блестят в полумраке. — Я все помню, Лили. Помню, что ты была истинной ректора и влюбилась в него… как полная дурочка. Но сейчас… Сейчас же все иначе, правда? Ты еще не успела.

Мне становится не по себе.

— Том… — голос дрожит, и я ненавижу себя за это. — Мы же переместились в прошлое такими, как были. Я не могу «не успеть», понимаешь? Пожалуйста, не пугай меня. Дай пройти, я опаздываю на факультатив.

Делаю шаг в сторону, чтобы проскользнуть мимо него в коридор, но Том не дает.

Его руки упираются по обе стороны от меня, ладонями в стену.

— Вы же не пара, Лили. Он — дракон. Ректор. Жесткий, властный, а ты…

Он запинается, будто подбирая слова.

Я сглатываю.

— Что я, Томиан? — шепчу, не отводя взгляда. — Простая студентка?

Его лицо вдруг смягчается.

— Ты… нежная, — говорит он медленно. — Хрупкая. Ты как цветок, Лили. Красивый, живой цветок.

Его голос становится тише, он почти шепчет.

— А он тебя опять сломает. Как сломал в прошлый раз. Неужели ты не понимаешь? Ты погибла из-за него.

По телу пробегает дрожь.

— Он меня не убивал, — резко отвечаю я.

Слова вырываются сами, на автомате. Хотя еще совсем недавно я думала иначе. Сама старалась держаться от Даррена подальше.

Но после разговора с Томом… после того, как я узнала, как именно дракон отреагировал на мою смерть… стало невозможно не думать о нем. И влияние приворота мне в этом особенно « помогало» .

Черты лица Томиана словно заостряются.

— Своими руками — нет, — холодно произносит он. — Не убивал.

Пауза.

— Но тебя убили потому, что ты встала на пути опасной семьи. Когда стала его истинной и сорвала помолвку. Ты же это знаешь, Лили. Хочешь пройти этот путь снова?

— Я как раз делаю все, чтобы этого пути избежать! — выкрикиваю и отталкиваю его.

Сердце колотится, магия внутри тревожно пульсирует.

Он вдруг резко хватает меня и притягивает к себе.

— Тогда будь со мной, стань моей, Лили. И будущее изменится навсегда. Я не позволю тебе умереть. Никогда не позволю.

После этих слов Том впивается в мои губы — целует быстро, жадно, будто боится, что я исчезну, если он отпустит хоть на секунду.

Меня словно обливают холодной водой. Я вырываюсь и с силой бью его по щеке.

Звук пощечины режет тишину коридора.

— Приди в себя, Том! — почти кричу я. — Между нами ничего не будет, слышишь? Ничего! Ты мой друг. Был моим другом!

Голос срывается.

— А сейчас… ты просто все испортил.

Он снова хватает меня за руку.

— Прости! Прости, пожалуйста. Я сорвался. Этого больше не повторится. Клянусь. Позволь мне… остаться твоим другом

Его сверкающий взгляд и отчаяние в голосе пугают еще сильнее.

Голова кружится. От приворота, от злости, от этого разговора, который выбил почву из-под ног.

Я ничего не отвечаю.

Просто высвобождаю запястье и бросаюсь прочь по коридору, не оглядываясь.

К началу факультатива я уже опоздала, но пока только на несколько минут.

Я влетаю в аудиторию почти бегом, когда тренировка уже в самом разгаре.

После разговора с Томианом меня все еще трясет, и я стараюсь не обращать внимания на холодок, промчавшийся по спине.

Воздух здесь плотный, насыщенный магией до головокружения — пахнет озоном и горячим металлом. Несколько десятков силовых потоков пересекаются, сталкиваются, рвутся, и мне требуется несколько секунд, чтобы понять, как много тут людей.

Магистр Хорфурд оборачивается.

Я невольно замираю, но он лишь скользит по мне быстрым, оценивающим взглядом и делает короткий жест рукой — мол, присоединяйтесь. Его голос не прерывается ни на мгновение, будто моего опоздания вовсе не было.

— …умение защищаться всегда ценилось выше любой другой способности, — говорит он спокойно, проходя вдоль широкой арены, занимающей больше половины зала. — Нападать умеют многие. Выживают те, кто способен держать удар.

Я сглатываю и тороплюсь подняться по двум небольшим ступеням, чтобы поскорее смешаться с остальными. Стараюсь не смотреть по сторонам, но на меня и без того никто не обращает внимания.

Несколько последних фраз магистра я прослушиваю, и когда перед каждым адептом возникает манекен, до меня не сразу доходит, для чего он. Серый, безликий, с условно обозначенными точками уязвимости, он ростом со взрослого мужчину и вызывает во мне не самые приятные ассоциации.

На какое-то время я цепенею и просто смотрю в ровную поверхность «лица», ожидая что он сейчас оживет и бросится на меня.

— Пять любых заклинаний, — продолжает магистр. — Разминка должна разогреть ваше тело и активировать магию. Без фанатизма, но и без жалости. Почувствуйте потоки.

Наконец я понимаю, что от меня требуется, и приступаю к заданию.

Манекены вокруг меня уже страдают.

Заклинания вспыхивают со всех сторон — алые, синие, фиолетовые. Воздух дрожит от ударных волн, что-то скрипит, трещит, плавится. У одного адепта манекен разлетается на куски с глухим хлопком, у другого его разъедает кислотной дымкой. Вместо уничтоженного реквизита в тот же миг возникает новый.

А вот я осторожничаю.

Слишком много людей вокруг, высокий риск задеть тех, кто рядом.

Первый удар — точечный, сквозной. Второй — чуть шире. Третий я гашу почти сразу, чтобы он не отрикошетил в соседа.

К концу разминки мой манекен выглядит… скромно. Несколько аккуратных отверстий, подпаленное плечо — и все.

Магистр забирается на постамент в один легкий и совершенно неслышный прыжок, словно хищник. Неспешно проходит между остатками реквизита, критично осматривая каждый. Кому-то кивает с одобрением, над чем-то усмехается, у кого-то задерживается подольше и удивленно склоняет голову на бок.

Наконец, Хорфурд останавливается рядом и смотрит на мой манекен.

Молчит.

Потом медленно приподнимает бровь.

— Что это такое? — произносит он с ленивым интересом. — Вы же не на курсах домоводства, мисс?..

Он переводит взгляд на меня.

Я представляюсь, ощущая, как щеки предательски нагреваются.

— Лилиан Грайс.

— …мисс Грайс, — заканчивает он фразу и тут же кивает на манекен. — Вам нужно было разнести его в пух и прах, а не… погладить парочкой заклинаний.

По залу прокатываются смешки.

У меня внутри все сжимается. Я чувствую себя нелепо, будто меня выставили напоказ без одежды.

— Это мой первый день на факультативе, — стараюсь говорить ровно. — Я не знала… особенностей.

Хорфурд смотрит на меня еще секунду. Его взгляд такой холодный и пронизывающий, что я прилагаю все усилия, дабы не поежиться.

— Смотрите на остальных, — наконец говорит он. — И подстраивайтесь. Я понаблюдаю за вами несколько занятий. Если и дальше будете строить из себя неженку, нам придется расстаться.

На этом он теряет ко мне интерес, отворачивается и щелкает пальцами, привлекая внимание группы.

— А теперь — запоминайте формулу. Сегодня учимся создавать стихийный щит. У каждого он будет свой, в зависимости от направления магии.

Я медленно выдыхаю, сжимая пальцы в кулаки.

Неженка , значит.

Первое желание — развернуться и просто уйти. Горло сжимается, ладони влажные, а в груди неприятно жжет смесь стыда и злости.

Зачем я вообще сюда пришла?

Но почти сразу одергиваю себя, вспоминая причины.

Мне нужно научиться магическим боевым искусствам, а не танцам или риторике. И если магистр жесток — значит, иначе нельзя. Мягкость и нерешительность может стоить мне жизни.

Я выпрямляю спину и поднимаю подбородок, готовая внимать новые знания.

Хорфурд выходит вперед, встает лицом к адептам и четко, без лишних слов, произносит формулу. Он повторяет ее несколько раз, пока она не начинает отдаваться эхом в голове.

Затем показывает движение рук и правильное положение тела.

Не суетливо, не торопясь — каждый жест отточен до идеала, каждое движение выверено.

Я ловлю себя на том, что слежу за ним, почти не моргая.

— Повторяем, — коротко бросает он.

И мы подчиняемся.

Снова и снова.

Слова формулы, движение кистей, поворот корпуса. Ошибка — сначала. Исправление. Еще раз и еще.

Плечи начинают ныть, в мышцах появляется тягучая боль, но я продолжаю. В какой-то момент движения становятся почти автоматическими.

Потом он разрешает вливать магию.

Зал мгновенно наполняется стихиями.

У кого-то поднимается плотная стена воды, переливающаяся серебром, у кого-то вспыхивают огненные искры. Воздух дрожит от иллюзий, потоков, звуковых волн.

Я нервничаю, неуверенно собирая свою стихию. Она лишь недавно начала полноценно подчиняться мне, к тому же, была еще недостаточно развита.

И тут магистр произносит короткую команду на незнакомом языке.

Манекены оживают.

Сухой скрежет, дерганые движения — они идут в атаку.

Я напрягаюсь… и сразу понимаю, насколько сглупила, не ослабив свой реквизит на разминке.

Там, где другие легко задерживают своих потрепанных страдальцев, я вынуждена стоять против полноценного противника. Целого, устойчивого, без повреждений, которые можно было бы использовать.

Я пытаюсь поднять щит.

Стихийная магия капризничает, не желая складываться в нужную форму. Поток дергается, расслаивается, и защита выходит рваной и неполной.

Удар.

Я едва успеваю увернуться, но второй прилетает вскользь, выбивая воздух из легких.

— Черт… — выдыхаю сквозь зубы.

Еще попытка.

Щит снова не держит. Манекен задевает меня по плечу, обжигая болью.

К счастью, звенит звонок, и все замирает.

Вспышки стихий еще несколько секунд сверкают в воздухе, постепенно угасая, и зал погружается в напряженную тишину. Манекены застывают, снова становясь бездушным реквизитом.

Я тяжело дышу, чувствуя, как пульс стучит в висках.

Хорфурд оглядывает группу.

— Стихийный щит — один из самых сложных видов защиты, — говорит он спокойно. — Мы отведем ему минимум три занятия.

Он кивает, давая понять, что на сегодня все.

Адепты начинают расходиться, переговариваясь между собой, обсуждая ошибки и удачные приемы. Я следую в общем потоке, устало потирая шею.

И тут слышу:

— Мисс Грайс. Задержитесь.