Глава 10

— Жень, а Костя твой телефон спрашивал!

Галкин голос в трубке смартфона фонтанировал радостью.

— Надеюсь, ты не дала ему его?

— Как это — не дала? Тебе давно пора завести серьезные отношения, а Костя хороший парень.

Я вздохнула, сбросила вызов и продолжила разбирать сумку, параллельно пытаясь переварить события прошедшей ночи.

Отдохнуть толком так и не получилось. К базе мы с Игнатовым добрели только к утру. Виктор Эдуардович сдержанно попрощался, напомнив о необходимости держать произошедшее в тайне, вручил мне визитку со своим номером (и где он ее прятал, интересно?) и отчалил, сверкая подтянутыми ягодицами.

Мне не хотелось беспокоить девчонок, потому будить их не стала и обосновалась подремать на общей террасе, где меня и обнаружила через час Галка. И, конечно же, она решила, что я ночевала с Костей. Ох и замучалась я отбиваться от многозначительных взглядов и намеков. Костя же, как назло, до самого нашего отъезда с базы не объявлялся и это вызвало целый шквал шуток на тему моей выносливости и неутомимости. Отстали весельчаки только после угрозы обидеться и прекратить общение.

И вот, не успела переступить порог квартиры, как опять замаячил этот горе-ухажер.

Я так разозлилась на Галку за самоуправство, что с расстройства вымыла холодильник и все овощи из нижнего поддона.

Через пару часов со всеми домашними делами было покончено и я, с чувством глубокого удовлетворения от своей хозяйственности, улеглась охранять любимый диван. Бессонная ночь, нешуточные переживания и ударный труд сделали свое дело — я уснула.

Если бы мне дали вволю выспаться, то я бы явно была добрее и красивее. Но не судьба. И вот злая, растрепанная и опухшая со сна, бреду открывать дверь, за которой кто-то настойчиво жмет кнопку звонка и явно нарывается на неприятности.

— Чего надо? — рявкнула, резко распахивая дверь.

— Ой.. — Лисовец опасливо сделал шаг назад.

— Ааа… Это ты… Извини. Проходи.

Я отступила в сторону, суетливо приглаживая всклокоченные волосы. Что за привычка укладываться спать с мокрой головой?

Закрыла дверь и походкой свежевыкопанного зомби прошлепала в ванную. Из зеркала глянуло потрепанное чучело. Под глазами темные круги, кожа лица отливает нежной зеленью, да еще и живописно украшена царапинами. Прическа гармонично дополняет образ, изображая прошлогоднее воронье гнездо.

— Красотка, — констатировала я очевидный факт и открыла кран с холодной водой. Пара минут закаливающих процедур и тройная доза кондиционера для волос помогли привести себя в относительный порядок и разгрести стог на голове.

Из ванной вышла почти человеком. Еще бы кофе выпить, и вообще хорошо будет.

Лисовец обнаружился на кухне у плиты. Как по заказу, снимал турку с одуряюще пахнущим тонизирующим напитком. Идеальный мужчина. Вот все брошу и влюблюсь.

— Ммм, — довольно промычала, отпивая первый глоток кофе. — Роман, ты чудо! Мне еще никто кофе не варил.

Лисовец загадочно улыбнулся и промолчал. Так и допивали кофе в тишине, играя в гляделки.

Я, вдруг, подумала о том, что Роман работает у Игнатова. Это же значит, что он тоже оборотень? Или это ничего не значит? Как бы узнать? И принялась с любопытством разглядывать Лисовца, пытаясь определить его возможную тягу к беготне на четвереньках.

— Что? — спросил он, заметив мое пристальное внимание.

— Да так… - уклончиво ответила и скромно отвела глаза.

Ну не спрашивать же его в лоб, в самом деле. Не зря я считаю себя воспитанным и тактичным человеком.

— Ты как вообще? Сильно испугалась?

Я с подозрением уставилась на мужчину. Что он сейчас имел в виду? То, о чем я подумала, или что-то другое? Стоп, а о чем я подумала?

Лисовец с интересом наблюдал за моим смятением и чему-то улыбался.

— Жень, не мучайся. Я был с Игнатовым ночью в лесу.

Уфф! Будто гора с плеч упала.

— Так ты тоже оборотень?

— Чистокровный.

Я сначала, конечно, обрадовалась, что между нами больше не висит эта жутковатая тайна, но потом подумала и погрустнела. Что ни говори, а Лисовец — хороший парень и очень понравился мне. Умом понимала, что мы с ним из разных слоев общества, но все равно иногда позволяла себе немного помечтать о совместном будущем. А теперь выясняется, что нас не только уровень благосостояния отличает, но и наличие кое у кого пушистого хвоста.

Лисовец заметил мою грусть тоскливую и тоже посерьезнел.

— Жень, у меня дело к тебе.

Мне сразу не понравился его тон. Таким голосом и с таким выражением лица обычно сообщают о крупных неприятностях. Напряглась и скривилась, но деваться некуда. Слушаю.

— Не хочу пугать, Женя, но тебя и твою подругу разыскивает очень опасный тип. И намерения у него не мирные.

Роман серьезно посмотрел на меня и я прониклась. Не на шутку перепугалась, но Лисовец не дал перебить себя и продолжил:

— Я не дам тебя в обиду, не бойся. У меня есть план. Этот тип — оборотень и знает тебя только по запаху. Обоняние — это наше преимущество, но его можно обмануть. Есть ряд ароматов, которые очень неприятны для оборотней и скрывают натуральный запах кого-либо. Я принес тебе туалетную воду на основе таких ароматов. Сейчас покажу, как ею правильно пользоваться и оборотень, ищущий тебя пройдет мимо и не заметит.

Роман как-то странно ухмыльнулся. Я бы сказала, что злорадно, но могу и ошибаться.

Между тем, он достал простой флакон из бесцветного стекла и продемонстрировал мне.

— На самом деле, пользоваться этим просто. Каждое утро брызгаешь себе на шею с двух сторон, на внутренние сгибы локтей и коленей. После душа или купания в реке обязательно обновляешь аромат. Все. Твой запах изменен и даже неприятен для чувствительного обоняния оборотней.

Я задумчиво покрутила флакончик в руках, сняла крышку и понюхала. Ничего особо странного, какие-то травы и яркие ноты аниса.

Посмотрела на Романа и удивилась. Он прищурился и сморщился, как кот, которому под нос сунули хорошую такую дольку апельсина. Видно, и в самом деле не очень приятный запах.

Торопливо вернула крышку флакона на место и убрала сомнительный пузырек в сторону.

Лисовец прокашлялся.

— Жень, тебе есть у кого погостить неделю-другую? Будет лучше, если ты на время уедешь из города. А мы тут пока разберемся со всеми проблемами.

И так смотрит проникновенно, сопереживает лапушка. Ну как такому отказать?

— Ну… Я могу поехать на дачу к маминой подруге. Теть Зина как раз уехала и просила поливать грядки.

— Отлично! Собирай вещи, я тебя отвезу.

— Что, прямо сейчас?

— Сейчас, Женя, сейчас! Нужно торопиться. Тебя ищет очень опасный оборотень. И мне бы не хотелось, чтобы нашел.

Стоит ли говорить, что после этих слов я заметалась по квартире, сметая в сумку все подряд.

Через 10 минут мы с Романом уже выходили из подъезда. Он закинул сумку с вещами в багажник и помог мне сесть на переднее сиденье, самолично пристегнув ремнем безопасности.

— Ром, у меня продуктов маловато, нужно в магазин заехать.

— До завтра хватит?

— Хватит.

— Ну и хорошо. Напишешь список, скинешь мне, я завтра все привезу.

Дорога до дачи заняла менее часа и все это время я мучалась самыми мрачными предчувствиями. Вот не бывает у меня все гладко, да ладно. Обязательно какая-нибудь фигня приключится.

Наконец, добрались до царства шестисоточных участков, на которых соотечественники очень любят проводить время в самых неудобных позах, чтобы зимой лакомиться собственоручно выращенными и закатанными в банки огурцами.

Роман высадил меня у небольшого дачного домика, хозяйка которого навещала родственников в соседнем городе, и сразу уехал.

Я открыла калитку и прошла по каменной дорожке, густо усаженной с обоих сторон яркими, пахучими бархатцами. Села на ступеньку крыльца, осмотрела свое временное хозяйство и разревелась от жалости к себе горемычной.

Сидела, рыдая и хлюпая носом, недолго. В самом деле, какой толк ныть, когда можно заняться чем-нибудь более полезным. Сказано — сделано, и остаток дня я провела весьма плодотворно. Спокойно разложила вещи по полкам. Заодно поразилась тому, сколько лишнего прихватила на нервах. Хорошо хоть не на себе тащила весь этот скарб.

Закончив с разбором сумки, принялась за хозяйское добро. Перетряхнула и вывесила проветриваться постельные принадлежности, смахнула пыль и протерла полы. Вместо ужина напилась чаю с бутербродами и в почти благодушном настроении отправилась спать.

Ночью страхи вернулись кошмарами. Желтоглазые чудовища гоняли меня по темному и холодному лесу, а я никак не могла убежать, и раз за разом смотрела в разъяренные огненные глаза, мучительно ожидая смерти.

Сон не принес облегчения и утром я себя чувствовала больной и разбитой пожилой женщиной. Пошатываясь, добрела до летнего душа и смыла с себя липкий холодный пот. Побрызгалась противооборотневыми чудо-духами, как учил Роман, надела свежую одежду и через силу занялась делами. Пусть лучше тело трудится. Меньше времени останется на дурные мысли и пустое беспокойство.

Не спеша накачала ручной колонкой воды и занялась постирушкой. Часть вещей сполоснула сразу, а часть замочила, чтобы вечером достирать. С удивлением покрутила в руках вечернее платье, которое Машка мне дала надеть на банкет. Его-то я зачем на дачу притащила? Хотела же выкинуть. Сунула платье обратно в пакет и кинула под лавку во дворе.

Устав от трудов праведных, скинула список покупок Роману, и завалилась с книгой и пряниками на старенькую раскладушку под раскидистой яблоней.

Лисовец приехал, когда солнце уже стало клониться к закату. Продуктов привез на целую роту оголодавших солдат и плотно забил холодильник и полки на кухне. Пробыл недолго, отговорившись срочными делами. Обнял на прощание, тщательно обнюхав и удовлетворенно хмыкнув.

И уехал, пообещав заглянуть в гости через пару дней.

А я, как верная жена, стояла на дороге и смотрела вслед исчезающим вдали габаритным огням его автомобиля. Мне бы еще белый платочек в руку, чтобы махать любимому, и вообще хорошо будет.

Постояла, погрустила и открыла калитку, намереваясь зайти на дачный участок, когда услышала шум двигателя автомобиля, и возле скромного дачного домика тети Зины остановился большой черный внедорожник. Водительская дверь открылась, из машины вышел молодой человек. Я, конечно, не психолог, и в людях порой плохо разбираюсь, но тут было сразу понятно — мужчина этот очень чем-то расстроен и не на шутку разозлен. Он так недобро глянул, что я сразу поняла — ждать его у открытой калитки плохая идея. Нужно уносить ноги.

"Кошмар", — подумала я и, захлопнув калитку, ринулась к дачному домику.

— А ну стой!

Гневный окрик, больше похожий на раскат грома, лишь подстегнул и заставил прибавить ходу. За спиной раздался грохот и я, отчаянно взвизгнув, зачем-то свернула вправо и помчалась вокруг дома. Да, знаю, логика — не мой конек. Могла бы уже сидеть под защитой кирпичных стен и тыкать пальцами в экран смартфона, вызывая полицию, спасателей и пожарных заодно. А вместо этого, ношусь бестолковым зайцем по участку и теть Зинины грядки топчу.

Ну делать нечего, задним умом все крепки, а мне только и остается, что бежать, да надеяться на чудо.

Чуда не случилось. Поняла я это, когда оббежала дом по кругу и, вылетев из-за угла, врезалась в стену. На самом деле, это мне показалось, что в стену, так как тактильные ощущения были один в один. При ближайшем рассмотрении оказалось, что и не конгломерат это вовсе из бетона и кирпичей, а мужик. Я еще успела подумать, что видать мужичонка-то в трауре. Иначе, зачем бы ему одеваться во все черное? С этими печальными мыслями, отрикошетила от каменистого на ощупь гостя и приземлилась в паре метров от него на то место, на котором обычно люди сидят. На задницу, в общем, шлепнулась. Сижу и думаю, что с кармой моей что-то плохое случилось. Ничем другим я все происходящее в последнее время со мной, объяснить не могу. Переживу это приключение — обязательно в церковь схожу. Нужно что-то делать со своими грехами, так дальше продолжаться не может.

Пока я размышляла о спасении души, мужские ноги в дорогих ботинках переместились ближе. Хорошие, стати, ботинки. Кто как, а я всегда первым делом на обувь смотрю. Если с ней все в порядке, значит и человек хороший. Правда, в данном случае что-то пошло не так.

Я вздохнула, подняла с земли камешек и принялась его с интересом разглядывать. Страусиная тактика не сработала и сделать вид, что проблемы нет не получилось. Мужик присел на корточки и перед глазами оказалась его грудь, обтянутая черной стильной майкой. Грудь меня впечатлила и я решилась рассмотреть остальное. Опасливо подняла взор и взглянула страху в глаза. Глаза у страха были необыкновенные. Серо-голубые, выразительные и глубокие. Правда, сейчас они смотрели очень зло, но не зря у меня богатая фантазия и я легко представляю, какие они будут лучистые, если чувак надумает улыбнуться. Эти замечательные глаза обрамляли не менее роскошные черные брови. Прямой, почти римский нос, аккуратные губы, растрепанные темные волосы и двухнедельная щетина.

Красивый экземпляр. Породистый, как любила говорить бабуля. Но в данной ситуации это не имеет никакого значения. Какая разница кто тебя будет лупить — красавчик, или уродец?

Незваный гость хмуро разглядывал поверженную меня. Ноздрюки раздул, брови свел, прям грозный такой весь. Еще и наклонился ниже, и каааак вдохнул глубоко воздух. Принюхался, значит. Мне, конечно, стало неуютно и еще на пару процентов страшнее, а вот ему, похоже, поплохело. Шарахнулся так, как-будто струей из брандспойта в морду получил. Отпрыгнул в сторону, к лавке, и стоит, желтыми глазами светит.

Стоп. Почему желтыми? Они же серые были.

— Что за дрянь? — с отвращением спросил нахал.

— Попрошу не обзываться! Я вас не приглашала. Если что-то не нравится — выход там же, где и вход.

Нет, ну каков наглец! Приперся тут, напугал, бочку для полива огурцов перевернул, да еще и дрянью обозвал ни за что.

Я возмущенно фыркнула и тут же ойкнула, зажав рот ладошкой. Ну дура, она и в деревне дура! Смотрю на крайне раздраженного мужчину и понимаю, что не мужчина это, а оборотень. Наверняка, тот самый, о котором Ромочка предупреждал. С нехорошими намерениями. Эти самые намерения сейчас отчетливо читались на недовольной роже. Вот как размажет меня по стене дома, буду знать.

Оборотень шагнул в мою сторону, и я прикрыла глаза, мысленно составляя завещание. Быстренько распределила нехитрое имущество по родственникам и друзьям и поняла, что убивать меня не торопятся почему-то. Открыла один глаз и увидела занимательную картину — полоумный мужик вытянул пакет из-под лавки и зарылся в него носом. Бормочет что-то, причитает и урчит. Елки-палки! Ну что за невезение. Мало того, что неуравновешенный, так еще и маньяк, похоже. Вон как натирает рожу о грязное платье. Покраснел весь, бедняга, от натуги. Такого наедине с вещами оставлять нельзя. Мало ли, что он еще натирать надумает. Фу-фу-фу!

Я решила воспользоваться шансом и потихоньку отползти подальше от странного типа. Но только пошевелилась, как этот ненормальный кинулся ко мне, заставив взвизгнуть от страха.

Упал рядом со мной на колени, сунул истерзанное платье под нос и заорал:

— Где она?