Глава 4. Чёртов приём и иже с ним

Догнал. Пристроился рядом, но ни слова не сказал. Даже не посмотрел в мою сторону. Не больно-то и хотелось! Никогда бы не подумала, что Виен такой сноб, особенно по отношению к другу!

Выходит, будь я девочкой из деревни, тоже получила бы холодный приём! Может, он вообще бы побрезговал со мной целоваться!

Эта мысль отравляла до конца аллеи. А потом деревья неожиданно расступились, являя нам ажурные кованые ворота, распахнутые настежь. С летней террасы неслась музыка и женский смех. Церемонимейстер у входа громогласно объявлял прибывающих.

Кареты останавливались у других ворот, поэтому мы беспрепятственно прошли на территорию особняка.

— Его преосвященство, главный столичный инквизитор Виен Корриан со спутницей! — прокричал церемонимейстер, бросив на нас один-единственный взгляд. Однако, какая память!

Но не успела я как следует изумиться, как огромная, нарядно одетая толпа повернулась к нам.

Отвыкнув от приёмов, я, признаться, слегка струхнула.

— И… какой у нас план? — подавив неприязнь, прошептала Виену. Инквизитор задумчиво взял меня под локоть — чтобы не потерять, видимо, и ёмко ответил:

— По обстановке… Добрый день, герр Истер, герр Зорр. Рад видеть.

Одно радует, приёмы — точно не конёк Виена. С таким лицом только заключённых в тюрьме проверять! Говорить с его преосвященством мало кто отваживался, зато меня просто пожирали взглядами!

Какого упыря я поехала в белом платье?!

— Виен, какая встреча! — дорогу нам перегородила немолодая женщина в платье а-ля торт — кремовом, пышном к низу и обильно украшенном розочками. Широкополая шляпка с цветами и кружевом была под стать платью, отчего казалось что женщины очень много. Вслед за ней по пятам следовала барышня с тонким станом, тоже разодетая в розы. Наверное, дочь — у компаньонок не было столь праздничных нарядов.

— Фрау и фройляйн Мюйер. Рад видеть, — быстрый кивок и непроницаемое лицо. Кажется, мы втроём покосились на Виена с сомнением. Всё-таки приём полагал больше эмоций, нежели военная панихида, например.

— У тебя появилась невеста? — прощебетала фрау, очнувшись. Только взгляд, брошенный на меня, был далёк от дружелюбия: — Эсмин ничего мне не рассказывала. Вы недавно познакомились? Неужели такая большая любовь?

— Августа, уймись, — Эсмин появилась неожиданно, но не менее эффектно. В отличие от фрау Мюйер, она предпочла приталенное платье холодного серебристого цвета. Красиво уложенная грива русых волос делала её до обидного молодой, а вкупе с точённой фигурой, чёрными как смоль глазами и помадой алого цвета… В общем, у кардинала Валессы губа не дура, смотрю.

Матери Виен улыбнулся гораздо теплее, нежели остальным фрау.

— Мама, познакомься с…

— Вашим экспертом из Империи, — хмыкнула мэтресса, перебив, — мы уже знакомы. Августа, эту учёную фройляйн прислал нам император Данимир. Доброго дня, Олли.

— Доброго… — эхом откликнулась я. Да уж, мать у Виена молодец, ничего не скажешь. На лице у Августы отразилась недоумение, но раз "император Данимир прислал…" Без титулов и лишних объяснений, зато подчёркивая мой особый статус.

Жаль, что Виен на эту мишуру не обратил внимания, выцепив главное:

— Да? Когда же вы успели познакомиться?

Под пристальным взглядом Эсмин я почувствовала себя неуютно. Но ответить мэтресса не успела — меня едва не сбило с ног нечто воздушное, приятно пахнущее сиренью.

— Олли, как хорошо, что ты здесь! Как твои глаза? Они больше не белые! Мэтр Зольер помог?

— Лерия!!

Окрик в два голоса. Строгий принадлежал Эсмин, а второй, недовольный — среднего роста мужчине, наверное, лет двадцати пяти. Русые, с медным отливом волосы лежали в беспорядке, придавая облику хулиганистый вид, но всё портили кончики губ, опущенные к низу. Без этой надменности его можно было бы назвать симпатичным.

Неужели муж, тот самый принц Реймонд? Вместе с Августой и её дочерью мы торопливо сделали реверанс. Да, мне тоже пришлось, дабы не выделяться из толпы.

— Прошу прощения, — смущённо улыбнулась принцесса, — но я очень беспокоюсь о своей… подруге.

— Всё хорошо, Лери, — отозвалась я и, не глядя на Виена, добавила, — да, мэтр нашёл зелье. Обошлось.

Отчего-то её беспокойство стало бальзамом для моей души. Но главный инквизитор, по старой традиции, испортил момент:

— И всё же, ты не ответила, мама.

Эсмин картинно закатила глаза:

— По просьбе Маррксена, девочки прошли проверку в храме. Разумеется, под мои контролем.

— И что выявил храм? — с ехидцей спросил принц, покосившись на смущённую Лери: — А зачем вообще надо было проверять Лерию?

— Все вопросы к Маррксену, — отмахнулась Эсмин, дескать, что там мужчины нарешали — не ведаю, — а у девочек есть дар. Инквизиторский, второй степени. Лерия будет обучаться в академии, директор уже в курсе. Что делать с Олли, я пока не знаю. Полагаю, Виен может лично обучить её основам, а дальше — посмотрим.

Несмотря на шум вокруг, я словно услышала цокот сверчков и зажмурилась!

— Что?!

— Это невозможно! Олли и Лери не подданные Валессы!

— Герцогство Олейсон, — злорадно подчеркнула мэтресса, — находится с нами в давних и плотных связях. Нет ничего удивительного в том, что в предках Лери потоптались валессцы. А Олли, как выяснилось, её дальняя родственница — седьмое колено, но всё-таки одна кровь. Так что, ваше высочество, придётся вам видеть жену только по праздникам ближайшие пять лет.

— Эс-с-с-смин!!!

— Да, мой дорогой крестник? Разве вы не сами того хотели?..

Определённо, если б я вышла за Виена как княжна — получила бы потрясающую свекровь!

— Ольга… — ледяной шёпот обжёг моё бедное ушко. Ох, рано я расслабилась! — А почему я ничего не знаю про твой дар?

Не придумав ничего лучше, я невинно захлопала ресницами:

— Я же говорила тебе вчера! Помнится, ты даже согласился меня обучать!

Ответом мне было лукавое:

— Да? А разве я не другое обучение имел в виду?

Вот памятливый, зараза!

— У меня был стресс и шок, а ты подло воспользовался ситуацией. Но сейчас я готова восстановить справедливость!

Он смотрел на меня, не мигая. Сердце вновь заныло — так легко протянуть руку, зарыться пальчиками в светлые волосы, прикоснуться к губам и… Потемневший взгляд Виена вызывал сладкий пожар внизу живота. И нет, не надо вспоминать наше ночное распутство!

— Виен! — щелчок пальцев Эсмин разорвал невидимый контакт между нами. — Ты уже видел Ирвина? Он приглашён на приём с твоим дядей.

Отвлёкшись от меня, Виен изумлённо уставился на матушку.

— Ирвин на приёме с дядей?! Какого?!..

Я едва подавила желание его ущипнуть.

— Рани беременна. По такому случаю Дэниэл снял все запреты и позволил им вернуться в столицу.

Рани, как я понимаю, кузина, а Дэниэл — дядя?.. Кажется, у Виена сегодня день потрясений. Раздумывая над словами матушки, инквизитор надолго замолчал. Только сейчас я соизволила оглянуться и осознать, что мы остались втроём. Впрочем, Лерия и Реймонд вскоре нашлись под сенью цветущей вишни — принц что-то тихо втолковывал супруге. А вот Августа с дочерью исчезли из поля зрения.

Ну и слава Великому!

Перехватив мой взгляд, Эсмин отрицательно покачала головой.

— Не стоит. Рэй хороший мальчик, но в силу возраста дурак и максималист. Он должен отпустить Лери за мечтой.

Наблюдая за яростной жестикуляцией его высочества, я лишь покачала головой. Не знаю, как отпустить, но обидеть вполне способен.

— Пожалуй, ты права, — вдруг согласилась Эсмин, — пойду-ка я проконтролирую. И Олли… не нужно таких взглядов. Не то место.

Наверное, я покраснела до кончиков пальцев. В самом деле, что с тобой, Ольга?! Мы вообще-то признали Виена снобом и разочаровались!

Но погрузиться в пучину депрессии не удалось — на крыльцо вышел хозяина дома. Высокий ассириец был смуглым, подтянутым и, несмотря на возраст, до сих пор черноволосым. Но лучики морщин уже брали своё. В молодости посол, наверное, был невероятно привлекательным!

Хозяин произнёс короткую речь, поблагодарив всех гостей за подарки и внимание. Особо отметил, конечно, принца, отсалютовав Реймонду бокалом, и объявил начало танцев.

Местный цвет дворянства потянулся в открытые двери особняка, а мы с Виеном остались на улице. Участвовать мне не хотелось, да и валесские танцы я не учила.

— Могу я пригласить фройляйн? — раздалось насмешливо. Я стремительно обернулась к Виену, протянувшему мне ладонь.

— А?.. Но мы же… не в зале?..

— А зачем нам в зал?

Из дверей и окон музыка лилась полноводной рекой. Прислушавшись, я уловила знакомые ноты. Нечто вроде вальса, но в другой, непривычной обработке.

— У нас разные танцы, — попыталась оправдаться я, нерешительно принимая его руку.

— Ничего. Я знаю имперскую версию. Музыка, правда, не та, но попробуем? — он совсем по-ксавьеровски подмигнул. Я не сдержала ответную улыбку. И вправду, зачем нам полный зал?..

Отвыкнув, я едва не запуталась в ногах, но многолетние тренировки дали свои плоды. В какой-то миг я расслабилась, погружаясь в танец. Виен уверенно вёл, словно всю жизнь разучал имперский вальс. Шаг — и случайно пойманный взгляд, шаг в сторону — и тепло от его ладони, сжимающей мою. Поворот, от которого кружится голова, и его объятия. Меня поймали, как глупую птичку в сети, и подняли над землёй. И вновь мир закружился, даря забытое, почти детское ощущение лёгкости.

Музыка смолкла внезапно. Мы замерли, глядя друг на друга.

— Ах вот в чём был ваш коварный план, герр! "Не на публике можно"?..

Виен нахмурил брови, явно силясь понять, о чём я. Вспомнил. В глазах запрыгали уже знакомые упырики.

— Да-да, прекрасная фройляйн, — расфыркался он, будто обиженный, — иногда я настолько коварный, что даже сам не осознаю своего коварства!..

… Визг раздался такой, что зазвенели стёкла. Следом понеслось истеричное: "Помогите!".

Переглянувшись, мы с Виеном бросились в дом.

Виен ворвался в зал, словно ураган, на ходу формируя золотой щит. Но к счастью, защита не понадобилась. Я же замерла у дверей, наблюдая, как толпа растекается перед инквизитором, образуя этакий коридор. В центре зала бился в конвульсиях незнакомый мне мужчина средних лет. Рядом с ним на коленях стояла молодая ассирийка с круглыми от шока глазами.

— Все в сторону, — рявкнул Виен, и толпа покорно отхлынула к стенам. Мужчина на полу дёрнулся в последний раз и затих.

— Ему можно помочь, ваше преосвященство?.. — хозяин дома, словно восточный дух пустыни, появился за плечом Виена. Инквизитор не ответил, впрочем, этого уже не требовалось — характерная пена у рта говорила сама за себя.

— Отравление, — вмешался в разговор высокий улыбчивый шатен — единственный, кто решился выйти из толпы. Виен даже не глянул на говорившего — молодого мужчину, одетого с иголочки. Наверняка местный щеголь и разбиватель сердец!..

— Спасибо, а то я не догадался, — язвительно выдал инквизитор, но быстро сменил гнев на милость, — помоги мне, Ир.

Тот лишь усмехнулся и присел на колени.

— Отравление, яд замедленного действия, — потянул Виен, вытягивая в воздух непонятную алхимическую формулу.

— Похоже на стрихнин… — заметил… Ирвин, я полагаю. Ибо кого ещё Виен мог взять в ассистенты?..

— Но не он. Есть лишний компонент.

— Хм… мэтресса Корриан, вы не откажетесь нам помочь?..

Эсмин лишь вопросительно подняла бровь — мол, зачем спрашивать — и потянула к себе белый шарик с формулой.

Пока она крутила его в руках, Ирвин повернулся к ассирийцу.

— Господин посол, перекройте все выходы. Виен, как травили? Есть ли смысл искать?

Инквизитор методично обыскивал тело покойного и ответил не сразу. Не знаю, как остальные, а я чувствовала себя участницей какой-то дикой пьесы. Казалось, сейчас отравленный поднимется и улыбнётся, но… увы.

Мужчину я, к слову, узнала — тоже ассирийский дипломат, он бывал у нас в Империи и брал аудиенцию у папеньки.

— Яд попал через платок, — услышав раздражённый голос Виена, я вскинула голову, — если стрихнин, то эффект отложен на минут тридцать, не больше.

Ирвин только присвистнул. Да уж, за тридцать минут можно добраться до вокзала. Однако ж инквизиторы не учитывали специфику таких приёмов — узкий круг приглашённых позволял мгновенно вычислить сбежавших.

— Полчаса назад мой жених ругался с кем-то, но я была на улице и не видела, — неожиданно пропищала девушка-ассирийка: — Он вернулся очень раздражённый. А ещё… у него был хронический насморк. Он с этим шайтановым платком никогда не расставался!

Мужчины переглянулись друг с другом. Я поняла ход их мыслей — то есть, убийство планировалось заранее, с учётом слабостей дипломата. Значит, аффект можно исключить. Тонкий расчёт?..

— Яд усилен катализатором, Виен, так что лучше убери его в сферу, — Эсмин покосилась на платок с крайней опаской, — это степное растение, недавнее открытие учёных. Название не скажу, но произрастает оно на границе с Ассирией и Кхадаром.

А у Кхадара с Ассирией отношения крайне напряжённые. Почти война. К Данимиру обращался кхадарский посол с туманной просьбой помочь в неком будущем конфликте.

Я стремительно направилась к Виену.

Выслушав меня, инквизитор резко выпрямился и обратился к послу.

— На приёме есть гости из Кхадара?!

Очень громко. Так громко, что слова эхом разнеслись по залу. Я удивлённо нахмурила брови, пытаясь уловить логику в его действиях. Не лучше ли арестовать их тихо?..

Но как выяснилось, я не учла фактор внезапности. Видимо испугавшись, кхадарцы банальным образом попытались сбежать.

Чем и выдали себя окончательно.

— Я знаю, о чём ты думаешь.

Инквизитор посмотрел на меня со смесью недоверия и любопытства. Как будто прикидывал, стоит ли отправлять мелкого воришку в тюрьму или же оставить на свободе.

— Давай, удиви меня.

— Ты думаешь, как хорошо, обычное политическое убийство, классика! Никакой Империи и упыревых язычников!

На мои слова Виен ответил лукавой улыбкой.

— Не угадала, — вкрадчиво произнёс он, чуть наклонившись ко мне, — я думал о другом.

— О чём же?..

… Ассирийский посол долго благодарил нас за помощь. Следующим человеком в "убийственном" списке кхадарцев был он сам. Раскололи отравителей быстро — господин посол держал при себе только профессионалов. "Необходимость для таких случае, — позже пояснил он".

Ох уж эти горячие восточные мужчины… во всех смыслах.

На одного я даже засмотрелась. Главный телохранитель посла выглядел очень впечатляюще. Брутальная загорелая гора мышц с грацией заморского тигра. Бедной княжне оставалось лишь смотреть и вздыхать от пугающей мужской красоты. Это вам не местные замороженные селёдки!

Виен одарил меня таким взглядом, что к охране я больше не повернулась.

К тому моменту, как мы вышли из кабинета, я уже сомневалась, что убитая "нищенка" — именно дочь посла. Ассириец охотно разрешил поговорить с его Захирой. Мужчин-иностранцев восточные отцы традиционно не подпускали к девочкам, так что отдуваться мне предстояло одной.

— Ты не ответил! — не выдержала я после долгой паузы. Виена уже ждали в зале, на обед "в благодарность", а я собиралась к Захире. Только моя провожатая отчего-то запаздывала, да и Виен не спешил уходить.

Подмигнув, инквизитор многозначительно коснулся губами моей щеки.

— Маленькая ты ещё, чтобы мысли читать. Иди, Ольга. Скоро встретимся.

С этими словами он вернулся в кабинет. Даже не сказал, о чём мне говорить с Захирой, и как её вообще узнать!

Служанку я прождала минут десять, но увы — обещанная послом девушка не появилась. Пожав плечами, сама отправилась на женскую половину. Стражники у входа проводили меня равнодушными взглядами. Мол, не мужчина — и ладно.

Покои Захиры я нашла без всякой помощи — огромные арочные двери, украшенные цветной мозайкой, вряд ли принадлежали кому-то другому. Рядом расположились дверцы поменьше — видимо, для служанок. Я читала, что в Ассирии было принято селить личную прислугу, мамок и нянек, в непосредственной близости от важной персоны. Вообще ассирийцы очень трепетно относились к жёнам и дочерям, но… как к домашним любимцам. Несмотря на древние традиции, даже на моей родине у женщин было больше прав и свобод.

Из глубины галереи, которая вела в покои Захиры, послышались тяжёлые шаги. Надо же, какое хорошее эхо! Стоп! Это женская половина! Откуда здесь взяться мужчине?!

Я машинально юркнула в нишу между стеной и полукруглым выступающим окном. То ли страх это был, то ли любопытство — не разобрать сразу. Но увидеть телохранителя посла, ту самую гору мышц в компании опустившей голову служанки я точно не ожидала. Неужели посол испугался меня?..

— Ну и где эта девчонка?! Отвечай, почему упустила?! — распекал телохранитель служанку: — Пошла прочь, глупая корова! Я лично предупрежу госпожу.

Не переставая кивать, бедняжка повернула обратно, а мужчина толкнул дверь в покои Захиры.

Вот просто взял и зашел!

Не то, что служанка — я опешила от такой наглости!

— Интересно… — потянула девушка… э-э-э баритоном, — Ольга, выходи, я тебя вижу.

Вышла и уткнулась взглядом в знакомые льдисто-голубые глаза. Что?!

— Что ты здесь делаешь?! — прошипела вполголоса. Ну конечно, он же метаморф, но!.. Посол оказал нам высшее доверие, а этот недо-хитрец поставил всю операцию под угрозу!

Не говоря уже о том, что мужчина в белом передничке — за гранью моих фантазий!

— За тобой приглядываю, между прочим! — инквизитор был сама непоколебимость. Сбросив личину и заодно — передник, затрещавший по швам, он остался в одних брюках.

— Иди сюда, быстрее!

Подчинилась на автомате, дабы никто не увидел этот позор! Подхватив меня за руку, Виен с азартом бросился на штурм соседней с покоями двери. Пас рукой, щелчок — и дверца покорно распахнулась, обдавая нас запахом благовоний.

Фу!

Инквизитор-энтузиаст немедля залетел внутрь, увлекая меня за собой. Нам безумно повезло, что в комнате никого не было, иначе вышел бы конфуз!

— Виен! Что ты творишь?! А если б мы попались?!

Он лишь усмехнулся:

— Вряд ли. Посол говорил, что приболев, Захира отселила всех служанок — якобы чтобы не заразить.

— А на самом деле?

— А на самом деле в комнате наверняка есть "следилки". Дочь приехала к отцу из Ассирии, где жила с мужем, и ужасно захворала. Какой напрашивается вывод?

Я задумчиво наблюдала за Виеном, который буквально облапывал общую с покоями Захиры стену. Сначала мне хотелось послать его… в Империю, например, но разум взбунтовался.

— Захира изо всех сил пытается оттянуть возвращение?

Он остановился на миг и покосился в мою сторону с явным удовольствием.

— Умница! А знаешь, почему?..

Да откуда?.. Пока мы говорили, Виен всё-таки нашёл и оттянул в сторону тонкую панельку. За ней обнаружилась кирпичная ниша с двумя узкими просветами. Правда, на высоте живота — видимо, в целях конспирации.

Я не смогла обуздать искушение и упала на колени рядом с Виеном, заглядывая в щёлку.

Ой!..

Честно говоря, после явления телохранителя у меня мелькнула мысль о таком развитии событий, но чтобы внаглую, под носом у отца…

Полуголый охранник страстно нацеловывал шейку тонкой черноволосой девицы, сидящей перед туалетным столиком. А та не то, что не отгоняла — блаженно жмурилась.

— Заходила к тебе девчонка?..

— Имперка? Нет. Ну не нервничай, Рамит. Наша тайна — это никак не преступление. А про клуб им точно не узнать! Что ты остановился? — она капризно надула губы.

— Виен Корриан, Захира. Девчонка — пустышка для отвода глаз, а вот он явно расспрашивал посла с умыслом. Нам надо быть осторожнее.

Она поднялась и пальчиком провела по скуле охранника:

— Конечно, о мой хранитель. Но сегодня я не отпущу тебя без сладостей.

И небрежным, красивым жестом ассирийка сбросила халат.

У неё оказалась такая идеальная фигура, что меня невольно взяла зависть. Стройная, с нужными округлостями. Не удивительно, что суровый охранник вцепился в нежный стан, как упырь.

Ох, Ольга, в твоей голове точно опилки!

Телохранитель резко повернул Захиру спиной, вынуждая её прогнуться и упасть грудью на столик. Следом звякнула пряжка ремня и… ой! Мужчина буквально насадил дочь посла на своё естество, как на пику, ритмично двигая бёдрами. Я отпрянула от просвета, всё ещё слыша шлепки и хриплые стоны Захиры.

В низ живота словно стрелой ударила горячая волна, вызывая мой внутренний протест. Хватит! Что за майская кошка во мне проснулась?!

— Ты вся красная, — промурлыкало моё ходячее искушение. Виен аккуратно поднял меня с пола и перенёс на кровать, возвращая панель на место. Отчего-то я вспыхнула! Как он может?!