Глава 46

Горецкий Я влюбился впервые в жизни. Да так сильно, что напрочь потерял голову. Настолько, что я, тридцатилетний мужик, поверил в чудеса. Поверил в то, что это может быть навсегда. Зло усмехнувшись, я отшвырнул пустую пачку сигарет и, подставив лицо мокрому снегу, посмотрел в небо. У кого-то там, наверху, хуевое чувство юмора. Иначе зачем всё это? Зачем я встретил веснушку и втрескался в нее по уши?! Зачем, как придурок, мечтал о нашей свадьбе, о днях и ночах, в течение которых мы бы состарились вместе, о дочке, у которой были бы невероятные зеленые глаза?.. Идиот. Идиот. Идиот. Нет теперь ничего. Нет моей веснушки. Нет дочки с ее глазами. Нет ничего. Остался только я. Калека с вырванным сердцем и пустым взглядом. От холода я не чувствовал под собой ног. – Рус, братишка, стой! Стой… Стой… – Олег догнал меня на выходе из морга и, развернув, крепко обнял. Он плакал. Плакал. Я крепко стиснул зубы. Мое остывшее тело будто выкинули на растерзание голодным волкам. От меня остались только пропитанные болью клочья. – Мне надо идти, – хрипло выдохнул я, глядя широко распахнутыми глазами на лицо друга. Сглотнув, тот помотал головой. – Я не оставлю тебя одного, Рус. Ты же с собой что-нибудь сделаешь. Я медленно посмотрел в сторону морга. Там осталась моя веснушка. Вернее, ее неподвижное тело, которое я больше не смогу обнять. И я не мог это осознать. Это всё казалось не по-настоящему. – Мне надо идти, – упрямо повторил я, делая шаг назад. Олег потянулся за мной. – Нет, Рус. Глубоко вздохнув, я посмотрел другу в глаза. – Прости, брат. Олег даже не стал уворачиваться, когда я ударил его в лицо. Он просто тоскливо смотрел на меня и уже не делал попыток остановить. Еще один кинжал в пустоту, где когда-то было мое сердце. Развернувшись, я сорвался на бег. Легкие разрывало от потока воздуха. Я бежал. Бежал от себя. От сухих слов врача «Нам не удалось спасти вашу девушку. Ее сердце остановилось». От боли и отчаяния, которые в одну секунду выжгли все внутренности. Я был так близок к счастью. А теперь я в аду, которому нет конца. Я всё просрал. Рванув дверь машины на себя, я сел за руль и, нажав кнопку пуска, вдавил педаль газа до предела. Я исправлю. Я все исправлю.