Глава 23

Мы все ждали в большом зале для совещаний. Огроменный педсовет! Просто мой худший кошмар…

Все восемнадцать завучей из Судейской Коллегии, которые остались после второго испытания, всё ещё присутствовали здесь. Они же будут следить и за последним испытанием. Так сказать, полуфиналистам дозволили решить судьбу победителей.

Но сейчас все молчали. И восемнадцать судей, и трое оставшихся учителей — я, Тимоха и Дариуш, — и даже Николай Ильич с Алиной Леонидовной. А всё потому, что мы ждали, когда же явится аж цельный министр образования.

Я ухмыльнулся.

— Чего лыбишься-то? — прошептал мне Тимоха.

Прошептал — но так громко, что почти все украдкой повернулись в нашу сторону или навострили уши, чтобы послушать.

— Да вот вспомнил лицо Астахова, когда он награждал моих бесят, — улыбнулся я ещё шире.

И тут же все отвернулись, а уши едва не свернулись в трубку.

— Знаешь что, Серёга… — нахмурился Тимоха, — с инспектором по воспитательной работе ты в контрах, с министром образования ты в контрах…. Блин, с тобой очень опасно дружить! Может, у тебя и с самим императором вопросики имеются?

— Вопросики, конечно, имеются, — сдвинул я брови, отчего Тимоха нешуточно вздрогнул. — Но Алексеич нормальный мужик, поэтому не волнуйся.

— А… Алексеич? — доблестный и храбрый казак Разин Тимофей Степанович раскрыл свой рот, да так, что колосок свой уронил под стол.

И откуда у него, блин, взялся этот колосок?

— Эт-то ты так Петра Алексеевича называешь, что ли? — захлопал он глазами.

Даже Дариуш как-то обеспокоенно поджал губы.

Тут мы наконец-то дождались. Распахнулась дверь, вперёд вошёл сначала тот самый молодой человек, который вчера открывал машину своему господину. А уже затем с важным видом показался и сам Андрей Станиславович. Если вчера он специально выцеливал меня среди толпы, то теперь прошагал, будто специально не обращая на меня никакого внимания.

— Уважаемые коллеги, — начал он сходу, холодным голосом и с лёгким прищуром. — У меня для вас имеется очень важная информация. Попрошу отнестись к ней с предельной внимательностью и ответственностью, а также не распространяться вне этих стен…

Он сделал паузу, чтобы все прониклись моментом. А они прям прониклись! Затихли, кто-то даже перестал дышать. А те, у кого прежде свернулись уши, они со свистом расправились в локаторы.

— Его Императорское Величество Пётр Алексеевич Пожарский, — продолжил Астахов, — изъявил желание присутствовать на финальном испытании настоящего ежегодного турнира.

Кажется, Тимоха чуть не поперхнулся, но очень умело это скрыл. Что до остальных — в зале повисло молчание, ещё сильнее того, что они устроили на церемонии награждения. А те, кто расправил уши, теперь свернул их так, что мог свистеть через них как через трубочку.

И почему-то некоторые украдкой глянули в мою сторону.

Лена, кстати, тоже глянула. Только не украдкой, а вполне открыто и со смешливой улыбкой. Она единственная, кого не вогнало в трепет упоминание Алексеича. И чего они так напряглись? Я вот всегда ему говорил, что нужно быть ближе к народу!

А затем отовсюду начали разноситься тихие ахи и вздохи:

— Император?

— Сам император⁈

— Он будет…

— Захотел посмотреть…

— Ох, мамочки!

Я снова поймал на себе взгляд Лены, но теперь слегка нахмурился и призадумался. Алексеич, значит, решил лично посмотреть, как закончится наш с ним спор? Это уже интересно. Обычно император на таких мероприятиях не присутствует. Хоть это и ежегодный турнир, но интерес Его Величественной Задницы не самое ординарное событие.

Так вот почему Астахов появился здесь, значит. Из-за Алексеича. А я уж думал, он собирается снова плести интриги, хе-хе…

Или собирается?

Надо с ним поговорить и расставить все точки. По-мужски, так сказать.

— В связи с этими обстоятельствами, — продолжал Андрей Станиславович, когда все уже переварили информацию, — я принимаю на себя полномочия по организации и проведению финального испытания.

А вот здесь уже охренели Николай Ильич и Алина Леонидовна. Да-да, Горынин тоже удивился. Не так, как Прохорова с её воспламеняющимися глазами, конечно. Он лишь повёл бровью и слегка сжал губы. Однако этого было достаточно, чтобы отразить всю глубину возмущений директора Академии Дубенского.

— Господин министр! — не удержалась всё-таки Алина Леонидовна. — Но позвольте…

— Госпожа Прохорова, — стальным голосом прервал её Астахов. — Понимаю ваши беспокойство и негодование. Будьте уверены, и вы, и Николай Ильич займёте достойное место моих главных советников по проведению испытания. Я не собираюсь вносить кардинальные изменения. Основная программа, все главные детали остаются такими, какими вы их задумывали, но мне придётся разработать и проследить за реализацией некоторых изменений, связанных с обеспечением наиболее непредвзятого результата. И, разумеется, озаботиться повышенным уровнем безопасности мероприятия в связи с присутствием первого лица государства. Надеюсь на ваше понимание, господа.

Прохорова осеклась, ей нечего было ответить на такое заявление. Хотя на моменте с непредвзятостью она воспрянула ещё сильнее, и она хотела сказать пару ласковых министру. Мол, неужели ОНА не достаточно непредвзята⁈

Но безопасность императора… Как можно спорить с таким доводом? Вот и Алина Леонидовна не стала спорить.

Однако теперь министр Астахов наконец-то взглянул на меня. Мимолётно, но очень говоряще.

Вот засранец. Чувствую я, он всё-таки не успокоился…

━─━────༺༻────━─━

Длинное и нудное заседание закончилось лишь через два часа. Кажется, я знаю, как Астахов стал министром образования — он просто перенудил всех остальных претендентов! Причём самое главное, что сути сказанного за все эти два часа можно было бы уместить в двадцать-тридцать минут. Интересно, это все чиновники так профессионально льют воду в уши, а? Или князь просто решил поиздеваться?

Ха! Меня психологическими штучками не задавить!

Хотя ещё бы получаса я бы не выдержал и сбежал бы через окно…

Впрочем, неважно. Все уже выходили из аудитории. Тимоха выглядел особенно уставшим, ему подобные совещания давались ещё тяжелее меня.

От Судейской Коллегии откололась Лена и подошла ко мне.

— Серёжа, кажется, нам стоит поговорить, — тихо произнесла она.

— Да, конечно, любимая, — улыбнулся я и коснулся её плеча. — Но позже. Идите, я вас догоню.

Я подмигнул ей и кивнул и Тимохе с Дариушем. Хоть мы и теперь главные соперники, но всё же делать вид, что мы вместе не переиграли задумку целого турнира просто нельзя.

Они кивнули, бросили взгляды в сторону Астахова, который методично собирал документы в свой дипломат. Кажется, он тоже знал, что я это решил переговорить с ним с глазу на глаз, а потому не спешил уходить.

Последними из аудитории выходили Николай Ильич и Алина Леонидовна. Они бросили в мою сторону удивлённые взгляды, но ничего не сказали и закрыли за собой дверь.

Я же подошёл к столу министра, и он наконец-то перестал перекладывать документы. Отодвинул дипломат, сцепил пальцы рук перед собой и взглянул на меня исподлобья.

— Молодой человек, — обратился я к его охраннику, тому самому парню в чёрном костюме. — Прошу, оставьте нас наедине.

Говорил я вежливо и даже аурой не стал давить, но парень почему-то напрягся. И глянул на князя.

— Иди, Слава, — кивнул ему Астахов.

Слава слегка замешкался, но исполнил указания своего господина. Правда, ушёл недалеко, встал прямо за дверью. Прислушивался. Я взмахнул рукой и поставил заглушающий барьер, что не прошло мимо Астахова, однако он возражать не стал.

Я взял ближайший стул и уселся напротив министра.

— Господин Ставров, — абсолютно спокойным твёрдым голосом произнес Астахов. — У вас есть ко мне какой-то вопрос?

— Ага, — улыбнулся я. — Скажите, Андрей Станиславович, а вам не надоело?

— Что именно? — он слегка приподнял бровь.

— Мешать нам, — пояснил я. — Сначала вы поставили завучем Соломона, чтобы он изо всех сил тянул Академию на дно. Затем подослали Громова, потом Орлова, затем снова Соломона… Вот уж где я в вас разочаровался! Неужто думали, что у него что-нибудь получится?

Внешне Астахов на моё замечание никак не отреагировал. Но внутри Источник слегка, совсем слегка всколыхнулся. Видимо, мои слова всё-таки его задели.

— Мы одолели всех, — продолжил я. — Несмотря на все ваши преграды, наша Академия в финале ежегодного турнира. О нас знают все.

— Однако финала недостаточно, — заметил Астахов.

А я на это лишь улыбнулся.

— Для меня недостаточно — согласен. Мы это знаем. Но даже если, — в чём я сильно сомневаюсь, — мои ребята проиграют, для Академии такой громкий финал будет настоящим трамплином. Ни у вас, ни у кого другого уже не получится делать вид, что нас не существует. Так, может, хватит? Успокойтесь. Не заставляйте добавлять в список вас. Алексеич сказал, что вы умный человек.

Астахов ответил не сразу. Промолчал. Лицо замерло, словно на меня смотрело изваяние, а не живой человек. Но в глазах, во взгляде было очень много всего. Целая буря эмоций. Возможно, внутри он кричал и в собственном воображении втаптывал меня в землю. Однако вслух он произнёс спокойно и твёрдо:

— Вы даже не понимаете, во что влезли, Сергей Викторович. Поэтому я не успокоюсь и не остановлю попыток вам помешать. Вы думаете, что делаете благое дело, помогая тем, кому предписано жить тихо и не высовываться. Но это не так.

Теперь мне хотелось втоптать его в землю. Эх, и почему я такой благоразумный?

— Если бросить камень в озеро, по поверхности побежит рябь, — изрёк Андрей Станиславович. — Ваш же камень способен поднять цунами, которое накроет всю нашу Империю. Поэтому, господин Ставров, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы остановить вас. Чтобы несомненно эффектное выступление ваших учеников осталось лишь забавной случайностью, о которой некоторое время ещё будут болтать, но скоро совсем забудут. А вы вернётесь к тому делу, для которого созданы. И которое действительно умеете исполнять выше всяких похвал.

Всё.

На этом князь Андрей Станиславович Астахов, министр образования Российской Империи, закончил. Мимолётным взглядом дал понять, что наша аудиенция окончена и вернулся к документам.

— Эх… — улыбнулся я, поднимаясь со стула. — А ведь я хотел по-хорошему, Андрей Станиславович. Ладно, не прощаюсь, ваша светлость.

И я ушёл. Даже не стал подслушивать, разговаривал ли о чём-нибудь Астахов и его помощник, который тут же юркнул в кабинет, как только дверь открылась.

Что ж, договориться не получилось. Однако Астахов был честен со мной и, кажется, искренне уверен в своей правоте. Не скрою, это вызывает уважение. К тому же, он чертовски упёртый старый хрен.

Неужто он мне нравится? Хех, быть может совсем чуть-чуть.

В любом случае, это значит лишь, что мне предстоит осадить целого министра. Доказать, что он не прав.

Плёвое дело, я считаю.

━─━────༺༻────━─━

Уже знакомое плато встречало нас весёлым бойким ветром. Я стоял на краю обрыва, за спиной у меня горы да леса и неспокойное небо, которое застилали серые штормовые тучи. Кажется, уже начал крапать дождь.

Отличное время для тренировки, разве не так?

— Ну что, бесята! — обратился я к шестерым ученикам самой лучшей Магической Академии Империи (хоть об этом пока ещё не все знают). — Скоро финал. Вы сделали всё возможное, чтобы добраться до этой ступени. Вы огромные молодцы! Но остался последний рывок, самый сложный из всех. Чтобы завершить начатое.

Я сделал небольшую паузу, обвёл взглядом каждого из ребят.

Все настроены серьёзно. Никаких ухмылок, никакой легкомысленности. Даже Саня непривычно сдвинул брови и сжал губы. Он ведь капитан команды, на его плечах самый весомый груз ответственности.

— До финала три дня. Два из них покажутся вам Адом, я буду нещадно гонять вас по всей округе и готовить ко всем возможным испытаниям. Вы, возможно, будете плакать… Кто-то даже захочет рыдать навзрыд. Быть может, даже будете умолять меня остановиться, но ничего не поможет. Держитесь, скрипите зубами и помните, что третий день у вас будет днём отдыха. Без гулянок, без ночных приключений и без прочих увеселительных мероприятий. Хотя после такой тренировки вы целый день просто проваляетесь на кровати, я вас уверяю.

Сколько бы я ни грозил, решимость ребят ни капли не дрогнула. И не только внешне — Источники лишь сильнее распалялись от предвкушения.

— Сергей Викторович, — ухмыльнулся наконец-то Саня. — Давайте уже приступать к делу!

— Да! — хищно осклабился Данила. — Повеселимся, когда победим в финале!

— Уверен, — добавила Анжела, — Сергей Викторович сделает просто офигенную проставу, когда мы займём первое место. Правда же, Сергей Викторович?

И похлопала наглюще-невинными глазками в мою сторону.

— Я, кстати, знаю здесь отличный ресторан, — заметил Аристарх.

— Это тот дорогущий из топ-десять ресторанов Империи? — как бы невзначай поинтересовался Гордей.

— Ага-ага, — закивал Аристарх. — Тот самый. Говорят, там визитное блюдо — котлеты из изюбра. Стоят, как крыло самолёта, но это того стоит!

— Никогда не ел изюбра, прикольно звучит… — мечтательно проговорил Макс. — Так что готовьтесь, Сергей Викторович! Потратите деньги, как на целый самолёт!

— Ха-ха-ха-ха! — засмеялся я.

Искренне, весело. Да, это мои ученики! Порвать всех ради котлет? Точно моя школа.

— Скоро начнём, не переживайте, — улыбнулся я. — Но у меня для вас будет один небольшой сюрприз.

— Какой ещё сюрприз? — оживился Данила.

— Момент, — вытянул я указательный палец и посмотрел в небо. — Три, два, один…

— МРЯ-Я-Я-Я-А-А-А-А-В-В-В-В!!! — раздалось раскатом грома.

Над головами ребят промчалось крылатое здоровенное нечто и тут же эффектно взмыло в небо, широко расправив чёрные крылья.

— Тео-о-о!!! — радостно воскликнул Данила.

— Это наш Дракотяра-а-а! Тедди-и-и! Юху-ху-у-у!!! — заликовали ребята.

Но это было ещё не всё. Пока ребята глядели в небо, пытаясь разглядеть маленькое пятно на фоне серых туч, из-за ближайшей сопки появились люди. Один, второй, третий… Целая толпа.

Теодриру пришлось ждать целых пять минут, затаившись в траве, пока они дошли до места, между прочим!

А чего стоило убедить всех подыграть мне, ух!

В общем, первым их заметил Данила. Он обернулся и замер с раскрытым ртом, и только через несколько секунд додумался предупредить всех остальных:

— Эй, ребята! Ребята! Глядите! Гляди-и-ите-е-е!

Через всё плато к нам двигались мои ученики и не только они.

Первыми естественно второй (уже почти третий) «Д» в полном составе. Антоха впереди всех, он прям яростно шагал навстречу к своим лучшим друзьям. Ярослав, Андрей, Алиса, Стас шли за ним и вот-вот уже грозили перейти на бег. Тихомир прогулочным шагом плёлся позади и с умиротворённой улыбкой любовался видами, будто просто вышел насладиться свежим воздухом, хех.

Ребята из учебки тоже были здесь. Пламенные Братья, Василиса, Таня… Колян, Артур и Лёха не выдержали и сорвались с места, уже нагоняли 'Д"-шек, а за ними и сами мои проныры ринулись во все ноги.

Тут были даже несколько ребят из второго «А». Артём, Тимур, Филипп, Паша и, конечно, сёстры Калугины. Анфиса и Вика уже мчались к нам, оторвавшись от одноклассников.

Все весёлые, с улыбками до ушей и радостные от встречи.

А за ними — учителя. Аркаша… ну, точнее, Аркадий. А ещё Венедикт с Ингой и Настей, которая словно повзрослела за эти пару недель, что мы не виделись.

И Палыч! Этот вообще шагал довольнее всех остальных вместе взятых, хех.

Для него — того, кто положил начало нашей Академии, — финал Ежегодного турнира будет настоящим триумфом. Не только общим, но и личным, это ведь его детище. Не решись он когда-то основать наше учреждение, не было бы этого дня.

И, наверное, я бы никогда не стал бы учителем.

Лена тоже пришла помочь в подготовке к финалу. Она шла рядом с директором и с милой улыбкой наблюдала за всеми ребятами, которые уже настигли нас и едва не скинули с обрыва на радостях.

— ДА-А-А, ПАЦАНЫ-Ы-Ы! — кинулся на Данилу Антон. — МОЛОДЫ, ЗАСРАНЦЫ! ТАК ДЕРЖАТЬ!!!

— Финалисты! — радостно кричал Ярослав. — Поздравляю, ребята!

— Зададим им жару, а! — воспылал энтузиазмом Влад Воробьёв.

— Сашенька-а-а-а!!! — верещала Вика Калугина.

Все они пришли сюда, чтобы помочь, вложиться в общую победу. Ещё год назад они и мечтать не могли о таком, но теперь остался последний, самый важный шаг.

А я…

Я…

Я встретился взглядами с Леной. Долго, несколько секунд мы смотрели друг на друга.

И вдруг я понял, что пришло время. Больше нельзя откладывать.

Сегодня вечером я сделаю ещё один очень важный шаг. Важный не для Академии и даже не для ребят.

Но для меня самого.