= 23 =
Алиса понимала, что занимается самообманом, но ничего не могла с собой поделать. Надежда теплилась до самого последнего момента. Ник не изменился, он только притворялся другом, ради Сэмми.
Алиса его не винила. Она искренне полюбила малышку с кудряшками и чистым пронзительным взглядом. Ради ее счастливого смеха можно вытерпеть кого угодно. Только Алиса знала, что чем сильнее прорастаешь, тем больнее при расставании. Она не хотела, чтобы Сэмми страдала так же, как она в детстве.
И все же окончательное решение Алиса приняла после того, как Ник сорвался и накричал на нее из-за уборки и обеда. Ничего он не забыл и не простил, все осталось, как прежде. Он всегда будет ее ненавидеть.
Какая же она глупая! До последнего надеялась, что Ник попросит ее если не остаться, то хотя бы не бросать занятия.
«А как же Сэм?»
Это единственное, что его беспокоило по-настоящему, и это правильно. Алиса надеялась, что у Ника хватит времени и терпения самому растить дочь.
«Я уеду в страну рыжих лис…»
Эту сказку Алиса сочинила для Сэмми. Даже сама не поняла – как. Ей не хотелось, чтобы малышка плакала из-за того, что ее не будет рядом.
Может, перекраситься в розовую блондинку? Хорошая идея. Чупа-чупс за щеку, кукольные шмотки – и новая жизнь с новым имиджем. Без Ника и без Сэмми.
По дороге домой Алиса купила бутылку водки и апельсиновый сок. Никакого гламура – суровая правда жизни. Превращаться в алкоголичку она не собиралась, однако понимала, что сегодняшнюю ночь ей будет тяжело пережить в одиночку. Плакать в жилетку некому, так что лучше напиться и ничего не чувствовать.
«Отвертка» - так назывался коктейль, который глушила Алиса, тупо пялясь в пустоту. Как назло, вспоминался рыжий осенний лес, заливистый смех Сэмми и Ник с корзинкой в руках. «О, Лиса, я нашел гриб в твою честь». – «Какой, папа? Покажи! Покажи!» - «Смотри, Сэм, это лисичка».
«Я уеду в страну лис…» - «Когда ты вернешься, Лиса?» - «Когда сестрички-лисички меня отпустят». – «А можно мне с тобой?» - «Нет, малышка». – «Потому что у меня другие волосы?» - «Потому что ты еще маленькая…»
Может, зря она разбавляет алкоголь соком? Боль не уходит, наоборот, становится ярче и пронзительней.
Алиса опрокинула в себя чистую водку и закашлялась, когда ей обожгло горло. Легче не стало.
На телефонный звонок она ответила на автомате, не взглянув на экран.
- Привет, Алиса! – услышала она голос Лорки. – Ты про вечеринку не забыла? Завтра суббота. Куда завалимся?
Забыла, причем напрочь. Подавив желание послать Лорку куда подальше, Алиса постаралась сосредоточиться. Почему бы и нет? Не будет она сидеть дома и страдать по Нику! К черту! Даешь кабак!
- В стрипклуб, - решила Алиса. – Лорик, у меня к тебе просьба. Организуй девчонок… - Она перечислила имена. – И узнай у Рубика, куда лучше пойти. Хочу голых мужиков у шеста!
- Вау! – засмеялась Лорка. – Чего это тебя так разобрало? Кстати, как там твой пилонщик?
- Какой? – не дрогнув, спросила Алиса. – Не знаю никаких пилонщиков.
- Ну как же… Помнишь, мы в клубе…
- А-а-а! Этот! Я уж и забыла, как его зовут.
«Вруша ты, лиса Алиса».
Она залпом выпила целый бокал «отвертки» и рухнула на кровать. Так и уснула в слезах, и, к счастью, без сновидений.
Перекраситься в блондинку Алиса не смогла – духу не хватило. Привыкла она к своим рыжим волосам и не желала менять цвет ни на что другое. Однако полдня провела в салоне красоты – чистила перышки и наводила глянец.
С утра состоялся безобразный скандал с отцом. Он устал от того, что на все звонки дочь кормит его «потомами», откладывая разговор, и явился в гости без приглашения. Естественно, Алиса еще спала. Естественно, от нее несло перегаром. Естественно, на кухне отец обнаружил недопитую бутылку водки.
И, естественно, он потребовал объяснений.
- Что происходит? – кипятился он. – Ты не отвечаешь на звонки, не учишься, пьешь, шляешься неизвестно где!
Алиса была не в том настроении, чтобы слушать нотации.
- Я обещала тебе поступить, а не посещать каждое занятие! – кричала она в ответ. – И поступлю! Чтоб ты подавился своим институтом! Хочу – и пью! Я давно совершеннолетняя!
- Почему ты уехала из Москвы с этим геем?
- Почему я должна перед тобой отчитываться?
- Потому что я тебя содержу!
- Так я тебе не дочь?! Не дочь, да?! Содержанка?!
- Алиса, не передергивай! Я сделал все, чтобы ты ни в чем не нуждалась!
- А я просила? Просила?! – взвыла Алиса, окончательно теряя контроль. – Да лучше бы я нуждалась во всем, только не в родительской любви!
- Что ты несешь… - растерялся отец.
А она впервые кидала ему в лицо обвинения, выплескивала все свои детские обиды. И отец уже не возражал, просто слушал, темнея лицом.
- Правильно говорят, - выдавил он, когда Алиса замолчала. – Благими намерениями выстлана дорога в ад. Я был уверен, что даю тебе хорошее воспитание и образование.
- Мог бы хоть раз спросить, чего хочу я.
- У детей не спрашивают, - возразил отец. – Дети хотят сладости и мороженое, игрушки и развлечения.
- И чтобы мама и папа целовали их на ночь, - прошептала Алиса и заплакала, закрывая лицо руками. – А я все время вам мешала.
- Я оберегал тебя, как мог. – Отец тяжело вздохнул и сел рядом, обнимая дочь. – Я не бандит, и мой бизнес не криминальный, однако нечистых на руку конкурентов хватает везде. Когда ты родилась, я до ужаса боялся, что с тобой что-то случится… по моей вине… За границей ты была в безопасности. Ты выросла красивой, самостоятельной и образованной, дочка. Ты зря думаешь, что я мало о тебе знаю. Ты не такая, как твои сверстники, ты не прожигаешь жизнь, и, я уверен, еще многого добьешься. Алиса, но театральный… это, правда, несерьезно. Я не хочу, чтобы ты пробивалась среди бездарей, которые спят с режиссерами ради ролей. Ты достойна лучшего.
- А… педагогический? – пробормотала Алиса, размазывая по лицу слезы.
- Очередная блажь? С чего вдруг?
- Я всегда любила детей.
- И то верно… Неплохая профессия. Но там нечего делать без призвания.
- Папа…
Алиса не верила своим ушам. Так просто? Отец вовсе не против? У нее есть призвание! Есть!
- Папа, я закончу экономический, как ты хочешь. Но потом все равно буду учиться на педагога. Я пойду работать, устоюсь нянечкой в детский сад… я…
- Ну хоть что-то из того, что я говорил, ты услышала.
- Я слышала все, - возразила Алиса. – Никогда не думала обо всем… с такой точки зрения. Мне стыдно, что я сорвалась…
- Немудрено. Пила одна?
Алиса кивнула.
- Пап, прости… Я ничего этого не знала.
- Возможно, я ошибся, оберегая тебя от всего. Наши с тобой отношения далеки от идеальных…
- А мама? Почему она не жила со мной?
- Ну… откровенно говоря, об этом лучше бы спросить у нее. Но вот, что я тебе скажу, Алиса… Мама по-своему тебя любит. Она всегда сама выбирала тебе одежду и игрушки, подбирала нянь и школы, покупала книги. Да много всего, просто ты этого не замечала. Не обращала внимания, потому что была ребенком. Мама не из тех женщин, что тратят свое время на ласки и вытирание носов. Она считала, что ты и так живешь с золотой ложкой во рту, а излишняя забота сделает тебя инфантильной и зависимой. Наверное, она ошибалась. Но не стоит ее строго судить за это. Знаешь, она так гордилась, что ты сама обустроила свою квартиру…
- Не знаю, - вздохнула Алиса. – Лучше бы она хоть раз мне сама об этом сказала.
- Пожалуй, ты права. Думаю, мы поговорим с ней об этом. Ты мне лучше вот что скажи. По какому поводу пьянка?
Отец немного отстранился, взял ее за подбородок и заглянул в глаза.
- Да так… Просто захотелось.
- Просто? Уж прости, не верю. Влюбилась?
- Папа!
- Влюбилась, - припечатал отец. – В этого своего… учителя танцев.
- Папа…
- Алиса, выбрось из головы. Он гей.
- Да с чего ты взял, что он гей? – не выдержала она. – У него дочь. Кстати, которой ты угрожал! Как ты мог?
- Алиса, я всего лишь добился того, о чем ты попросила, причем за пять минут. Ты всерьез думаешь, что я могу причинить вред ребенку?
- Нет, но… Ник… он возненавидел меня за это.
- А мы не договаривались, что он тебя полюбит. Он должен был тебя учить. Учит?
- Да.
Алиса не сказала, что прервала занятия. Успеется.
- Остальное меня не касается. Кроме того, что тебе с ним ничего не светит. Этот твой… Ник… перед отъездом в Америку все знали его, как гея. Он пропадает на пять лет, возвращается с ребенком и вдруг становится нормальным. Лично я не верю в такое перерождение, и тебе не советую.
Что толку спорить? Алиса не стала рассказывать отцу о Маше.
- Хорошо, папа. Я поняла.
- А синяк откуда?
С вчерашнего дня она еще не умывалась, поэтому потускневший синяк замазан тональным кремом, который не стерся во время сна, однако смылся слезами.
- Упала. С шеста.
- Врешь, поди. – Отец провел большим пальцем по щеке. – Тебя кто-то ударил?
- Нет.
- Алиса, если узнаю, что твой учитель распускает руки, то я ему…
- Нет, папа, нет!
- Как скажешь…
Какое-то время они просто смотрели друг на друга. Алиса заметила, что у отца вокруг глаз появились морщинки. Вообще, он следил за собой – занимался на тренажерах и бегал по утрам. Но когда она сама в последний раз интересовалась его здоровьем? Повинуясь порыву, она обняла его, прижавшись щекой к груди. И еще немного поплакала.
- Придешь сегодня на ужин? – Отец похлопал ее по плечу. – Мы с мамой так и не отметили с тобой праздник.
- Сегодня не могу, пообещала девчонкам вечер.
- А-а-а… Ну, завтра?
- Да, хорошо.
- Алис, не пей больше в одиночку, пожалуйста. 1439f7c
- Не буду, - улыбнулась она.
На вечеринку Алиса явилась в новом клубном платье. Волосы идеально уложены, макияж безупречен. Кожа после спа-процедур сияет свежестью. А что в душе тьма и тоска, то кого это волнует?
После «отверточных» возлияний пить алкоголь не хотелось, и Алиса только делала вид. Веселье не заражало, тематика клуба не настраивала на игривый лад. Девчонки довольно повизгивали, пожирая глазами масляные мужские торсы, а Алиса видела перед собой только Ника.
Дурацкая была идея – идти на стриптиз! Шест напоминал ей о том, что она хотела забыть. А уж когда девчонки решили подарить ей приватный танец… Таким бревном Алиса себя никогда не ощущала. Парень старался, и свое вознаграждение получил, но она сбежала в дамскую комнату, едва закончилось его выступление.
Запершись в кабинке, Алиса задыхалась от подступающих к горлу слез. Плакать нельзя! Она старалась дышать глубоко и ровно и думать о чем-нибудь хорошем. Например, о завтрашнем обеде у родителей.
Когда она вернулась за столик, все чудесным образом переменилось. Алиса допила свой безалкогольный коктейль, а в голове словно заиграли пузырьки шампанского. Пережатую пружину отпустило, Алиса смеялась и визжала вместе со всеми. А все решили идти в ночной клуб, чтобы потанцевать. Жизнь налаживалась!
Алиса даже не поняла, в каком клубе они отжигали. Может, за ночь их было несколько? Дикая музыка, драйв, адреналин. Немного алкоголя для куража. Все смешалось – лица, люди… Кто-то что-то говорил. Она куда-то шла и что-то делала. Танцевала. Смеялась. А очнулась, когда какая-то сволочь засунула ее под ледяной душ. Прямо в одежде!
Алиса завизжала от неожиданного холода. Кто-то закрыл ей рот рукой. Она укусила ладонь, человек вскрикнул. Вода и налипшие на лицо волосы мешали ей разглядеть, кто это. Она стала вырываться, но обжигающий шлепок по попе окончательно привел ее в чувство.