Глава 16. Мягкая

Вот это выходные!

Не зря всю неделю их ждал.

ЛСП «Коктейль»

Но Алиса не вернулась ни на следующий день, ни потом. На звонки не отвечала. Сообщения игнорировала. И пропала со всех радаров. Такое за все годы их дружбы было впервые. Раньше она хоть сообщение в ответ могла отправить. Короткое. «Все норм» или «отстань», и Вике уже становилось спокойно.

Но в том, что Алиса рано или поздно вернется, Вика не сомневалась. Все ее вещи остались здесь, в том числе электронная книга и велосипед, а без них она вряд ли долго протянет.

Вика все время убеждала себя не переживать, в конце концов, она человек взрослый, при деньгах и квартире, и вряд ли будет ночевать где-то под мостом или на ж/д вокзале, но все же беспокоилась.

Даже в один из дней приехала в квартиру, где жила мать Алисы. Прошмыгнула вслед за кем-то в подъезд, а потом долго-долго барабанила в дверь и кричала: «Алиса, открой! Я знаю, что ты здесь!» Но ничего кроме того, как попасть в немилость к соседке, она не добилась.

– И чего ты разоралась? Нет там никого, – возмущенно заворчала вышедшая на лестничную клетку бабулька. – Женька еще месяц назад уехала.

– Да знаю я, – вздохнула Вика. – Я не ее ищу. Может, вы видели дочь ее? У нее волосы темные длинные, во всем черном, а сама бледная вся.

– Нет. Она как в Москву уехала, больше ее не видела. Наверное, проституткой стала, вот и не возвращается к матери, в глаза стыдно посмотреть.

– Лучше за сыном-алкашом своим следите. Надеюсь, ему тоже стыдно в глаза вам смотреть. – Вика не стала дожидаться ответа и сбежала по ступеням, ловя спиной возмущенные крики.

До того как соседка вышла на площадку, Вика видела, как в ее квартиру заходил мужчина со звенящим стеклом пакетом. Не нужно было учиться в меде, чтоб определить, как он предпочитает проводить досуг. Все написано у него на лице. Буквально. А еще и на дрожащих руках, которыми он никак не мог попасть ключом в замочную скважину.

Вике не хотелось ругаться, но раз у соседки хватило смелости обвинить в чем-то Алису, то пусть и на своего сыночку-корзиночку посмотрит. Это честно.

Потом она обошла самые приличные отели своего города (знала, что куда попало Алиса селиться не станет), но везде твердили, что не могут разглашать информацию о своих клиентах. Идти в полицию пока что не собиралась – на пропажу человека не похоже, так что и там ловить нечего.

Где искать Алису дальше, Вика не представляла. После родительской квартиры и отелей варианты закончились. Конечно, можно было бы обзвонить все морги и больницы, как любят делать жены в стареньких русских фильмах или сериалах, но Вика еще не настолько отчаялась. Оставалось только сидеть дома и ждать момента, когда подруга перебесится и вернется. Хотя бы за вещами.

В свободное от учебы и переживаний о подруге время Вика переписывалась с Игорем. Они обменялись контактами еще до того, как она уехала из перинаталки, и теперь он время от времени осторожно интересовался ее состоянием. Вика честно отвечала, что оно не очень.

Вика:

Еще и дома полный хэппи хаус.

Игорь:

Что?

Вика:

Веселуха полная.

Игорь:

Так и говори, я не понимаю эти ваши словечки.

Вика:

А я всегда знала, что вы дед))

Игорь:

Так что дома?

Вика:

Да так…

Она поняла, что слишком разоткровенничалась в моменте, и попыталась съехать с начатой темы. В конце концов, не говорить же, что она рассорилась с подружкой из-за него же. А то еще возьмет и надумает всякое. Решит еще, что он ей небезразличен. Еще чего. Нет-нет-нет. Ни капли. Он просто интересуется, как она, а ей просто приятно его внимание, и она уже не хочет придушить его стетоскопом. Или хочет, но не так сильно, как раньше.

Совершенно ничего такого.

Вика:

Ближайшее время не появлюсь в центре, не теряйте. Я уже взяла отгулы и предупредила Михалыча.

Игорь:

А что так?

Вика:

Сессия и аккред, а я как-то подзабила на подготовку. Конечно, проработать год участковым педиатром за баллы не такой уж и плохой вариант, но я не хочу.

Игорь:

Это святое. Знаешь, что на аккреде самое главное?

Вика:

И что же?

Игорь:

Опасности нет.

Вика сначала рассмеялась и, еле попадая по кнопкам, напечатала в ответ «ахахаха», а потом заметила в конце сообщения Игоря смеющийся смайлик. Даже не так – ржущий смайлик. С широкой улыбкой и двумя слезками от смеха. Из ее окружения такой использовали разве что бабуля и Лариса Николаевна. Вновь появилось ощущение, что она общается с каким-то дедом и он ее нещадно кадрит. А то ли еще будет, когда она приедет на дачу и познакомится с тем самым новым-старым соседом. Сейчас так, разминочка.

Прежде чем отправить новое сообщение, Вика немного колебалась. С одной стороны, не хотелось показать свою слабость. Но с другой – именно Игорь нашел ее рыдающей в ординаторской, так что, наверное, он догадывается, что она человек, а не робот, у нее есть чувства и она не всегда может быть сильной. Она выбрала быть честной.

Вика:

А еще я боюсь, что если я приду на работу, то все это повторится снова. Глупо, знаю, но… вдруг это череда? Я в сериале одном видела, там пять детских смертей за три дня было. Вдруг у нас так же будет? Не хочу. Я больше не выдержу. По крайней мере, не сейчас.

Ответ долго не приходил. Вика наблюдала, как три точки то появляются, то исчезают, и почему-то волновалась.

Игорь:

Во-первых, это не глупо. Каждый переживает стрессовые моменты по-своему, и тут нечего стесняться. Я бы больше удивился, если бы такая девушка, как ты, с ходу прониклась моим равнодушием и решила: да фигня. И вышла на новую смену. Во-вторых, ты ходишь с Михалычем сутки через трое, и даже если эта сериальная череда накроет наш центр, ты выйдешь уже после нее и если от кого о ней узнаешь, то только от Наташи. И последнее, чем раньше это повторится, тем будет лучше для тебя. Ты очень нежная и сопереживающая. Чем скорее ты загрубеешь, тем лучше. Жить легче, когда не принимаешь настолько близко к сердцу. Если ты так будешь переживать о каждом, кого не сможешь спасти, то поседеешь еще раньше, чем я. А я начал находить седые волосы у себя еще на первом году ординатуры. Вряд ли тебе захочется тратить кучу денег и времени на походы по салонам, чтобы все закрашивать.

Вика перечитала сообщение несколько раз, чтобы понять, как они начали за… называть вещи своими именами она по-прежнему не хотела, а закончили за походы по парикмахерским.

И еще, «такая девушка, как ты» – это какая?! На что он намекает? Что она истеричка? Или что слишком мягкая для работы врачом? Опять сомневается в ее профессиональных качествах? Желание придушить Субботина стетоскопом вспыхнуло в Вике с новой силой. Его счастье, что увидятся они не скоро.

Вика:

Игорь Альбертович, какой же вы…

Игорь:

Умный и рассудительный? Спасибо, я знаю.

Вика:

Циничный и не умеющий поддерживать!

Игорь:

Это просто потому что я далеко от тебя, и приходится ограничиваться только словами.

Она прекрасно помнила, что будет, если Игорь перейдет к действиям, хотя и старалась не вспоминать их поцелуй. Почувствовала, как кровь прилила к щекам, и совершенно по-дурацки закончила разговор.

Вика:

Ой, мне пора бежать, препод вернулся!

Игорь:

В десять вечера?

Вика:

Да. У меня завтра зачет, а автоматы, знаете ли, на дороге не валяются))

Конечно, Игорь в это не поверит, особенно после ее признания про первый раз, зато весело. Вика надеялась, что он поймет шутку и тоже посмеется.

Игорь:

Удачи на зачете. Или правильнее сказать: перед ним?

Вика не удержалась и тоже отправила в ответ «дедовский» ржущий смайлик. Кажется, еще пара дней общения с Игорем, и она сама станет бабкой и начнет получать удовольствие от посадки огурцов с кабачками. Интересно, а у Игоря есть дача? Она тут же представила его посреди теплицы в садовых галошах, одних шортах и с лейкой в руках и хихикнула. Нет, а что? И это не потому, что она хочет увидеть Субботина без футболки, а потому, что это негласный огородный дресс-код такой. Ее дед тоже ходит по даче в одних шортах. Причем в старых таких, красных и с отпечатками рук на пятой точке, потому что постоянно вытирает о них руки. Полотенца для слабаков!

Вика решила, что обязательно спросит про дачу в следующий раз, когда Игорь напишет ей, и погасила телефон.

Утром на паре быстро разобрали последнюю тему, а потом препод еще долго рассказывал про самые частые ошибки на аккредитации. В конце он без лишних вопросов поставил зачеты всем, даже тем, кто пропускал пары. Вика сидела и не узнавала в нем человека, который все дни до этого цеплялся к ней и называл не иначе как «ста-а-ароста».

– А куда нам завтра? – спросила она, когда препод вышел из кабинета и все засобирались по домам.

– Вик, – засмеялась Жанна, – никуда. Больше пар не будет. Лично я из дома не выйду и буду отсыпаться.

– Как не будет? – Вика еще не свыклась с мыслью, что это была их последняя пара за все шесть лет. Учеба в меде казалась такой бесконечной, что даже не верилось, что она подошла к концу. Конечно, дальше еще минимум два года ординатуры, но все же… последняя пара… неужели это правда?

– А вот так. Следующая станция – сессия, – продолжила смеяться одногруппница.

Выйдя из корпуса, Вика обняла по очереди Жанну с Васей и распрощалась до первого экзамена, еще не подозревая, что в следующий раз они встретятся сильно раньше обозначенной даты – уже через пару часов из-за сюрприза, который ожидает ее под дверью на лестничной клетке.

Хотя Вика и знала, что возвращение блудной подруги рано или поздно произойдет, но даже не предполагала, что оно будет выглядеть именно так.

Алису Вика нашла у себя под дверью. Во время своего побега она забыла взять ключи и теперь не могла попасть в квартиру и сидела прямо на грязном полу, прислонившись к стене и прикрыв глаза. Одежда на ней была не такой, как в день, когда она сбежала. Вместо домашних шорт с футболкой – черное атласное платье-комбинация и накинутый на плечи такого же цвета пиджак. Серебристые лодочки стоят рядом на полу. На коленях – сумочка, которую она схватила, прежде чем убежать.

На первый взгляд как будто ничего и не случилось. Как будто подруга ушла в клуб и вернулась лишь под утро пьяной в хламину.

Но лишь на первый…

На скуле синяк. Губа и бровь разбиты. На шее – следы, но не от засосов. Вика не была экспертом в подобном, но было похоже на то, что ее пытались… задушить? На пальцах не хватает нескольких ногтей – обломаны под корень. Отбивалась? От кого? Вика поморщилась, будто бы почувствовала эту боль.

– Господи… ты откуда такая?.. – Вика опустилась на корточки рядом с подругой.

– А это так важно? – Алиса приоткрыла один глаз. – Скажи, эффектное возвращение.

– Ты дурочка или да?

Вместо ответа Алиса открыла второй глаз. Вика увидела, что он залит кровью, и ахнула.

– А теперь эффектное?

– Встать сможешь, эффектная?

– Да. Смогу. Досюда же как-то доползла.

– Где была, не скажешь?

– Не скажу.

На другой ответ Вика и не рассчитывала. Что случилось, понятно и без слов. Осталось выяснить, кто это сделал с подругой. А дальше – заявление, снятие побоев, суд…

– Прости, что у тебя такая проблемная подруга, – измученно улыбнулась Алиса и встала вслед за Викой. Губа со скулой болели, но она даже не поморщилась.

Алиса сделала шаг и покачнулась, но Вика быстро подхватила ее под локоть.

– А ты прости, что у тебя такая глупая подруга. Если бы не наша ссора… – Вика думала, что за эти дни все слезы закончились, но они вновь увлажнили глаза.

– Нет, ты ни при чем, честно, – Алиса с усилием подняла руку и вытерла слезу с щеки подруги. – Я не плачу, и ты не плачь. А то ты какая-то мягкая. Не умер же никто, а ты уже рыдаешь.

Вика издала нервный смешок. Последние дни походили на одну большую проверку ее психической устойчивости, которую она никак не может пройти. Видимо, испытания будут приходить, пока она не загрубеет.

– Туфли забирать будем? – Вика вставила ключ в замочную скважину и провернула его.

– Ну их на фиг. Неудобные. Я все ноги себе стерла.

– Дурочка ты.

– Какая есть.

Вика открыла дверь и пропустила подругу внутрь.