Эпилог

Ральф

– Ральф, ты обещал. – Жена носилась за мной по дому, а я прятался от нее везде, где только можно. Потому что, когда улеглись страсти и тревоги, Сани вдруг вспомнила главное обещание, которое ей дал – навестить ее родителей. И теперь пыталась призвать меня к ответу за слова. Я, конечно, старался избежать знакомства с папой – военным в отставке и его верной супругой, но Сандра была непреклонна.

– Ральф, пожалуйста, пока беременность не написана у меня на лбу, – настаивала она. – Мои родители – люди старой закалки, им это не понравится.

Вот именно. Больше всего им не понравится зять с криминальным прошлым и туманным будущим.

– Сани, сейчас много работы, – пытался убедить жену. – Скаю нужна помощь.

– Эб без тебя столько лет справлялся, справится и еще пару недель. А потом Алексу вступительные экзамены сдавать, мы точно никуда не поедем.

– Хорошо. – Я сдался на милость победителя. – Собирай вещи, завтра выезжаем.

– Ура, – воскликнула жена и кинулась в мои объятия. – Пойду, найду Алекса, скажу, пусть собирается.

Впрочем, Ал в кои-то веки с нами ехать отказался – предпочел остаться с бабушкой, которая продолжала обучать его основам магии. К Беате присоединялся Эб – рассказывал сыну об управлении стихиями. А тренировки с Сани я запрещал. Нечего беременной женщине пульсарами швыряться. Моя магия тоже постепенно восстанавливалась, но она стала другой. Целительская еще полностью не восстановилась, зато я начал улавливать эмоции окружающих. Иногда от этого становилось жутко, но чаще было на руку. Особенно, когда Эб собирался заключать какую-нибудь сделку. Его исследования продвигались, и скоро он готовился представить миру проект, работу над которым чуть не сорвал Лейвер. Дэн Скайден окончательно перебрался к своей очаровательной соседке, но неизменно бывал то у меня, то у сына, помогая Элис с детьми. Беата же собиралась остаться в Иргене до конца лета, а потом вернуться домой. И никакие уговоры тут не действовали.

А мы с Сани три дня тряслись в мобиле до одного из скалистых прибрежных городков, в котором жили ее родители. Зато вместо Алекса с нами увязался Роберт, выбивший у руководства театра отпуск. Всю дорогу брат Сани развлекал нас байками и анекдотами. Как ни странно, мы с ним сдружились. Иногда даже после работы общались в каком-нибудь баре за бокалом коньяка.

Дом Рейнеров оказался самым обычным – одноэтажным, с большими светлыми окнами, высоким забором и звонкой собачонкой на привязи. Отсюда было видно море и слышно, как оно с шумом бьется о скалы. Вечное и неизменное. Я остановил мобиль у двора. Сани тут же вылетела из дверцы и помчалась к воротам. У меня каждый раз сердце уходило в пятки, когда она так носилась, не глядя под ноги. Но я молчал – пусть носится. По крайне мере, разбитые коленки в случае чего я смогу залечить.

– Идем, дружище, – окликнул меня Роберт. – Не беспокойся, они не кусаются. Тем более, я их тайком предупредил.

Вот за это спасибо – Сани была решительно настроена сделать родителям сюрприз. И сейчас стучала в двери в полной уверенности, что нас не ждут. Но стоило на пороге появиться величественной даме в светло-бежевом строгом платье на высоченных каблуках, я сразу понял – ждали, еще как.

– Мамочка. – Крепко обняла ее Сандра.

– Сани? – Госпожа Рейнер попыталась сделать удивленный вид, но получилось плохо. Хорошо, что Сани на нее не смотрела.

– Да, мы решили к тебе приехать с мужем.

– С мужем?

И мать Сани будто разделила меня взглядом на части, чтобы посмотреть, что досталось ее дочери.

– Добрый день, – кивнул я.

– Привет, ма, – Роб махнул рукой. – Где наш старик?

– Роберт. – Мама Сани ехидно прищурилась – и я сразу понял, в кого Роб такой. – Каким ветром тебя занесло в родной дом? Раз в три года.

– Гастроли, спектакли. – Он развел руками. – Так что принимай сына.

Пока госпожа Рейнер обнимала непутевое чадо, я подошел к Сани, и она взяла меня под руку.

– Мама, знакомься, это Ральф, – сказала с улыбкой, а я понял, что не зря откладывал этот «сладостный» миг.

– Очень приятно. Ольвия Рейнер.

Я поцеловал даме руку, закрепляя знакомство. Роб был похож на нее. А Сани, готов был поставить миллион, на папу. Нас пригласили в дом – внутри было чисто и уютно. Ничего вычурного или кричащего. А к нам навстречу уже шагал хозяин дома – высокий мужчина с сединой в черных волосах и хитрым прищуром.

– Папочка. – Он заключил в объятия дочь. – А я не одна. Это Ральф, мой муж.

– Эндрю Рейнер. – Тесть протянул мне руку.

– Ральф Колден.

Говорят, рукопожатие говорит о крепости характера. Так вот, характер у отца Сани был точно крепким. Об этом свидетельствовала едва не отдавленная ладонь.

– Я накрою на стол, – тут же засуетилась Ольвия. Сани поспешила за ней на кухню, а мы втроем остались в гостиной.

– Признаюсь, свадьба нашей дочери нас несколько… ошеломила, – заговорил Эндрю. – И удивила. Почему так скоропалительно?

– Мы с Сандрой уже почти два года вместе, – ответил я. – Решили тихо заключить брак, без лишней помпы.

– Но родителям можно было сказать. Вот ваши родители знают, что вы женились, молодой человек?

– Бабушка знает. А моих родителей, увы, нет в живых.

Регину я вычеркнул из памяти. Как не было у меня матери, так и нет.

– Прошу прощения. – Кажется, Эндрю слегка смутился.

– Ничего, это случилось очень давно.

Я не собирался продолжать эту тему. Эндрю тоже, потому что в следующий момент он спросил:

– А чем вы зарабатываете на жизнь?

Спасибо за хорошую версию, Скай.

– Я являюсь одним из собственников исследовательской лаборатории «Скай».

– Это которая занимается мобилями? – оживился тесть.

– И не только ими. Сейчас вверенный мне филиал работает над тем, чтобы встроить в кристаллы связи функцию передачи изображения. И, я думаю, скоро мы этого достигнем.

Усилиями Эберта и его ассистентов. Ну и слегка моими.

– Занятно. – Эндрю подкрутил ус, как это часто делал Дэн Скайден. Вот с кем бы они поладили.

– А вот и мы. – В дверях появились Сани и Ольвия. Обе с огромными подносами, уставленными едой. И что, мы все это съедим? Зато оживился Роберт. И когда я попробовал стряпню Ольвии, понял, почему. Мать Сани готовила не хуже дочери. Тарелки пустели быстро, хозяйка довольно улыбалась. Роберт и тут взял беседу на себя, поэтому я успокоился и наслаждался хорошим вечером. Сани тоже цвела и сияла. Конечно, это был ее дом. Мысленно пообещал себе, что, если выберемся отсюда живыми, будем посещать ее родителей хотя бы раз в году. Не будь их, не было бы у меня любимой жены.

– А когда же вы порадуете нас внуками? – задала мама самый животрепещущий вопрос.

– Месяцев через семь, – ляпнул я, и только потом подумал, что говорю.

– Э-м-м, – Ольвия будто не знала, что сказать. – П-поздравляю. Уже известно, кого ждете?

– Девочку, – заулыбалась Сани.

– Вот и хорошо, – одобрил Эндрю. – Внучка даже лучше.

Чем лучше, решил не уточнять. Зато ночью, когда мы разошлись по комнатам, Сани долго выговаривала мне, что кое-кто не умеет держать язык за зубами.

– И что? Они все равно узнают, – отвечал я.

– Я бы потом их как-то подготовила, – протестовала жена, сидя на кровати в ночной сорочке, пока я снимал рубашку и брюки.

– Как? Все равно уже сказали, не бурчи.

– Может, ты и прав, – признала жена. – Лучше пусть знают. У тебя на рубашке сколько пуговиц, двести?

– А? – Не сразу понял суть вопроса.

– Ты пытаешься ее расстегнуть уже минут десять.

– А ты меня отвлекаешь разговорами.

– Ах, так? – Сани соскользнула с кровати и мигом расстегнула оставшиеся две пуговицы. – Отвлекаю я его. Ну, все.

– Что, опять сбежишь? – поинтересовался я.

– Не дождешься. Ты теперь мой до конца своих дней, – пообещала жена.

– Не угрожай. – Я рассмеялся и подхватил ее на руки.

– Ну, пусти, – Сани попыталась вырваться больше для вида, а потом позволила опустить ее обратно на кровать. – Люблю тебя.

– Я тебя больше.

– Нет.

И, чтобы не спорил, поцеловала меня. Спорить перехотелось сразу. Зато захотелось обнять и не давать спать до рассвета, но… Сани сладко зевнула. Вообще, с того момента, как она забеременела, жена спала, как младенец. Она привычно устроилась в моих объятиях так, чтобы точно не смог выбраться, и опустила голову на плечо. Мое солнце.

– Ты понравился маме, – сонно сообщила она.

– А папе?

– А с папой мы еще об этом не говорили. Но, думаю, тоже понравился. Он же еще не спустил тебя с лестницы, как моего первого ухажера.

– Так у меня был шанс переломать все кости? – спросил у почти уснувшей жены.

– Был. Но мама сказала, что Роберт…

– Что – Роберт?

– А? – Сани открыла глаза. – Роберт предупредил их, что терпеть меня сможешь только ты.

Вот теперь я смеялся искренне. Удружил, приятель. Забавно складывается жизнь. И пусть я еще не решил, чего именно от нее хочу, но большую часть желаемого уже получил.

А по возвращению в Ирген меня ждал еще один сюрприз. Я как раз первый день, как вернулся к работе, когда в двери постучала секретарша и доложила:

– К вам начальник главного управления полиции Иргена Винсент Кейд.

Выпалила, как на духу. Эберт умел подбирать персонал.

– Просите, – кивнул девушке, и в кабинет шагнул господин Кейд.

– Здравствуйте, господин Колден, – кивнул он.

– Добрый день. Присаживайтесь. Чем обязан?

Мне и правда было интересно, что опять понадобилось от меня полиции.

– Дело крайне деликатное. – Кейд смотрел на меня с прищуром. – Но я не знаю, вправе ли делиться с вами подробностями. Поэтому поставлю вопрос ребром. Господин Колден, я знаю, что вы долгое время сотрудничали с моим наставником, господином Скайденом. И я немного переговорил с вашими коллегами по участку. Одним словом, мне нужна ваша профессиональная помощь.

– Если вы о теневом мире Иргена, то я отошел от дел.

Слышала бы его Сани.

– Но вы знаете его, как никто другой. Одним словом, как вы смотрите на то, чтобы занять должность внештатного консультанта главного управления? Это не официальная работа в полиции, если вас это смущает. Просто небольшие консультации по мере необходимости. Поймите, это не праздный интерес. Мы сейчас расследуем важное дело, и… Впрочем, я пока что не имею права об этом говорить. До тех пор, пока вы не дадите ответ, согласны или нет.

А обещал жене больше не вмешиваться в странные истории. Вспомнилось дело Цветочника. Сани, как только родит, сама потянется обратно. А сейчас…

– Я согласен, – кивнул Кейдену. – Давайте сюда ваше дело, взгляну, чем могу помочь.

Я думал, что не знаю, чего хочу от жизни? Кажется, жизнь снова решила за меня.