Часть 17

Сегодня с работы я возвращалась позднее обычного. Всему виной – дополнительная нагрузка, которую вдруг возложил на меня начальник.

Когда вышла на улицу, показалось, что на окраине города уже нет ни живой души. Но стоило мне только направиться к автобусной остановке, неподалеку послышался отзвук машинного движка. Значит, автотранспорт еще точно ходит.

С этими мыслями я вытащила из кармана телефон, но он, как назло, разрядился. Так что такси, если вдруг окажется, что общественным способом мне до дома не добраться, вызвать не получится.

И каково же было мое удивление, когда рядом остановилась машина, а следом раздался голос, который мне был весьма знаком:

– Катя! Вот это встреча! Мне кажется, это судьба, раз мы видимся второй раз за такой короткий период.

Говоря это, Глеб (а за рулем был именно он), вышел из машины и, улыбаясь, как сразу несколько Чеширских котов, подошел ко мне. Я его совершенно не опасалась, просто не было причин. Но, тем не менее, мне не понравилось ощущение, которое я испытывала, находясь рядом с ним.

– Тебя подвезти? – уточнил он спокойным, лишенным всяческих эмоций, голосом.

Я помотала головой.

– Нет, не нужно, спасибо. Но если дашь телефон, я вызову такси и буду тебе благодарна. А то мой мобильник сел.

Глеб сокрушенно покачал головой и тихо рассмеялся.

– Даже в этом мы с тобой совпадаем, – ответил он через время. – У тебя телефон сел, а я свой вообще дома забыл. Но давай я подожду с тобой автобус, – кивнул он на соответствующий указатель на остановке. – А то вдруг что случится… Сейчас времена неспокойные.

Сказав это, Глеб оперся бедром о капот и сложил руки на груди. Я почувствовала себя дурочкой. Меня предлагают довезти до дома, а я тут кочевряжусь, хотя выбор у меня не особо велик… Вернее, его нет вообще.

– Как дела у тебя в общем и целом? – спросил Глеб через время, когда я начала подумывать о том, чтобы согласиться на его предложение.

– Да вроде нормально. Я в процессе развода, как ты помнишь, – пожала плечами. – А у вас как с женой?

Я намеренно очерчивала границы, заговорив о его супруге. Разговоры о свингерстве, как надеялась, остались позади, и Глебу все стало понятно еще в последнюю нашу встречу. Но все же напомнить ему лишний раз о том, что он женат, а у меня в жизни скоро настанет конец моему браку с Басовым, стоило.

– У нас все отлично, – широко улыбнулся он. – Надеюсь, у вас с мужем тоже наладится.

Бросаться заверять его в том, что это невозможно, я не стала. Мы замолчали, продолжая ждать автобус. Причем, чем больше времени проходило, тем глупее я себя чувствовала.

И все же решилась.

– Ладно… докинь меня хотя бы до дома подруги, – попросила Глеба.

На что он просто кивнул и открыл для меня пассажирскую дверцу.

То, что происходит нечто странное, выяснилось довольно скоро. Я сначала забеспокоилась, когда Глеб свернул не туда, куда должен был, если бы направлялся по озвученному мною адресу. Но подумала, что это, наверно, связано с тем, что мы едем не по навигатору.

Затем он и вовсе поехал к окраине города, и я спросила:

– Ты уверен в том, что мы правильно выбрали путь?

Он пожал плечами и беззаботно ответил:

– Конечно. Путь правильный.

На лице Глеба появилось странное выражение. Мне оно категорически не понравилось. Он словно оцепенел, а взгляд его, которым он коротко и почти незаметно меня одарил, стал холодным, отстраненным.

Вот это я попала! И все из-за чертова Басова, у которого стерилизованный член никак в штанах удержаться не мог…

– Глеб, послушай. Ты куда-то не туда свернул… – проговорила я тихо.

Двоякость этой фразы была такой заметной, что в любой другой ситуации я бы даже улыбнулась. Но не сейчас.

– Мы едем туда, куда нужно, – холодно отрезал Глеб. – Таких, как ты, нужно перевоспитывать. Так что займусь этим на досуге.

Че-е-ерт! И что прикажете делать, когда я оказалась наедине с этим психом, в руках которого наши жизни? Не бросаться же на него с кулаками! Мы тогда угодим в кювет и поминай как звали…

Мы выехали на безлюдное шоссе и позади нас в боковом зеркальце я увидела одну-единственную машину. И больше никого… Если окажется, что этой самой машине нужно куда-то свернуть, то у меня и надежда на спасение иссякнет. Хотя, сомнительно рассчитывать на помощь от тех, кто даже не в курсе, что ты попал в беду.

– Каких-таких нужно перевоспитывать? – задала я вопрос, подозревая, что ничего разумного в ответ не услышу.

– Тех, кто не подчиняется мужу, – ответил Глеб. – Дашка у меня такая же… Была. Но я из нее быстро выбил дурь. А потом мы решили, что нам нужны новые эмоции. Новые отношения. Новая страсть. Но и расставаться не собирались. Нам было хорошо вместе. Она для меня идеальна – всегда сделает то, что скажу. Я тоже отвечаю всем ее запросам.

Он прибавил газу, и фары машины, едущей сзади, стали отдаляться. Но мне было на это, в сущности, плевать. Я понимала со всей отчетливостью, что в данный момент мой рост и физическая сила станут работать на меня.

Когда мы доберемся до места назначения, придется драться за свою жизнь…

– Зачем вам я? Мне не нужен Вадим, потому что я его не люблю. Он меня обманул.

В ответ на эти слова Глеб сильнее стиснул руль, и я поняла, что неверно выбрала направление беседы.

– Ты сделаешь так, как будет нужно мне. Сейчас доедем и покажу, что значит принадлежать такому мужчине, как я… – сипло пообещал мне Глеб. – А потом мы все вчетвером соберемся и обсудим, как долго и в каком формате станут существовать наши отношения.

Теперь он съехал с шоссе на сельскую дорогу и направился по ней в полнейшей темноте бог знает, куда. А я вцепилась в сидение, готовясь к тому, чтобы броситься на Глеба, когда он тормознет.

Накинусь, попытаюсь нанести ему как можно больше увечий, а потом… Потом выбегу и помчусь обратно к дороге. И буду надеяться на то, что меня подберет кто-то на попутке раньше, чем Глеб придет в себя и бросится следом.

Словно читая мысли, он нажал на газ, и нас стало трясти на ухабах еще сильнее.

Мне оставалось только ждать…