Часть 18

Когда Вадик возвращался домой, он твердо решил сегодня поговорить с Катей и предложить ей уехать. Продать квартиру, покинуть этот город, а может, даже страну. И начать жить заново где-то далеко-далеко.

У него уже выстроился красочный план, который он намеревался расписать жене в подробностях, однако когда подходил к подъезду, его окликнули:

– Вадим!

Он обернулся и увидел… кажется, Лермонтова. Или Пушкина. Один хрен.

Мужик этот был каким-то Катиным приятелем, и знал его Басов только по фоткам, которые просмотрел не так давно, когда жена заговорила о том, что им нужно пойти к врачу. Тогда же она и узнала про вазэктомию.

– У меня в последнее время не дом, а проходной двор, – процедил он, но Руслан на это замечание внимания не обратил.

– Я не могу дозвониться до Кати, – проговорил докторишка. – Выяснил ваш адрес и приехал. У нее все хорошо?

Басов сложил руки на груди. Сейчас он расскажет этому пройдохе, куда он может катиться со своими тревогами за его жену. Для этих целей у Катерины имеется совершенно конкретный человек. И это вовсе не поэт-медик.

– У нее все отлично. Ждет меня дома, приготовила борщ и пеньюар. Сначала поедим, потом трахнемся…

Чем больше он говорил, тем кислее становилась морда врача. Но ответить ему Руслан не успел, потому что Вадику позвонила Даша.

По правде говоря, отвечать на ее звонок совершенно не хотелось. Она и ее муж уже стали настолько отравляющим фактором в жизни Басова, что их хотелось оставить в прошлом и больше никогда не вспоминать.

И все же он подошел…

– Вадик… Мне нельзя было тебе этого говорить, но я понимаю, что иначе от Глеба не избавлюсь, – залепетала она тут же, когда услышала его голос. – Он поехал на работу к Кате… а потом повезет ее на нашу дачу за город. И… я не знаю, что он задумал, но это ничем хорошим не кончится!

У Вадима по затылку озноб прошел. Он пытался осознать, что ему сказала Дарья, и понял, что вот так сразу это сделать не выходит…

– Это было давно? – процедил он в трубку.

– Только что.

Басов сделал то, что вызвало у Руслана удивление, если не сказать, шок.

Без спроса подошел и сел в его машину. Лермонтову надо было отдать должное – он без слов прыгнул за руль и посмотрел на Вадима выжидательно.

– Скинь мне адрес вашей дачи. Мы попытаемся перехватить Катю на работе, но если ее там нет… Поедем к вам… – ответил он Даше и положил трубку.

Потом повернулся к Руслану, который так и продолжал испепелять его взглядом, и велел:

– Поехали. Быстро. Я скажу – куда.

Когда Лермонтов понял, что случилось нечто жуткое, а Вадим подтвердил его предположения, все перестало существовать.

Все, кроме страха за Катю, который превратил его в один сплошной нерв, к слову сказать, мыслящий и действующий совершенно трезво.

До Катиной работы они домчались за мгновения, по дороге получив от Даши адрес дачи, куда, скорее всего, этот сумасшедший увез ту, за которую было так отчаянно-жутко.

Он старался не думать об этом… не представлять, каково сейчас Катерине. Он вжимал педаль газа в пол, да с такой силой, что у него засаднило все мышцы.

– Вон тот дом! – проорал Басов, когда их промотыляло по сельской дороге несколько минут.

Они выехали к небольшому и неказистому строению, окруженному высоким забором. Смотрелось ограждение здесь весьма сюрреалистично, как будто именно на него у хозяев и ушли последние деньги. Но думать об этом Руслану было некогда.

Он тормознул у дома и выскочил из машины. Вадим не терял времени и выбежал следом. Вдвоем они оказались у запертой двери. Судя по второму автомобилю, припаркованному чуть в стороне, здесь были люди.

Катя и этот чертов Глеб.

И, возможно, прямо сейчас он делал с ней жуткие вещи…

– Нужно выбить дверь! – испуганно и громко прошептал Басов.

Два раза просить Лермонтова было не обязательно. Он отступил на пару шагов и со всей дури влетел в деревянную преграду. Она хрустнула, а вместе с ней такой же звук издало и плечо Руслана.

Боль в нем прострелила с такой силой, что Лермонтов лишь крепко стиснул зубы, чтобы не орать во весь голос. Он явно сломал руку, черт бы все подрал!

Но и об этом мыслить было некогда. Вадим и Руслан ворвались в дом, бросились врассыпную. Один – к лестнице на второй этаж, второй – в глубину дома…

Тихий стон Лермонтов услышал, когда скрип шагов Басова затих. Раздавался звук откуда-то справа, куда Руслан и помчался. Только бы успеть до момента, пока этот козел не успел ничего сделать Кате…

Как и кто его ударил по затылку, он не понял. Спасло лишь то, что нападавший чуть промазал, и приложился скорее по шее, чем туда, куда метил. Поэтому оглушить Руслана не вышло.

Лермонтов хоть и покачнулся, но на ногах устоял. А когда его попытались уронить на пол снова, развернулся и, превозмогая боль, вцепился мертвой хваткой в мощную фигуру Глеба…

– Вадим! – заорал он, что был сил. – Вадим, сюда!

Пока они боролись с Дашиным мужем, Лермонтов успел краем глаза зацепиться за фигурку Кати. Она лежала у стены прямо на дощатом полу, но, кажется, на первый взгляд была невредима.

Басов прибежал в тот момент, когда удача оказалась не на стороне Руслана. Он отступал, пока не снес бедром стол, на котором стояла керосиновая лампа. А когда увидел, что Вадик среагировал верно и, подхватив Катю, потащил ее прочь, понял, что она в безопасности.

Меж тем, по полу, весело заиграв на стенах отблесками, уже побежали язычки веселого пламени…