Глава 32

Теперь, когда путь был свободен, они двинулись дальше, по черным ходам для слуг, в сторону королевских покоев. Идти решили скрытно, а потому светящиеся шары вперед не пускали, чтобы противник как можно дольше не заметил вторжения. Впрочем, особого дискомфорта это никому из них не доставило. Все трое прекрасно видели в темноте. На этот раз во главе отряда шел Эрисхайм. Князь драконов чутко вслушивался в темноту, ловя малейшие звуки. Второй шла Юна. Она держала наготове парочку атакующих заклинаний. Какое бы зло ни ждало за очередным поворотом, принцесса Астерии встретит его по-королевски. Отряд замыкал Дхиррайм. Идя за принцессой, он не сводил с нее взгляда. Драконье сердце наполняла гордость за свою пару. За то, что она сумела объединить их магию и уничтожить порождение Тьмы. Ни один человеческий маг не способен подчинить силу дракона. Разве что побратим, прошедший ритуал единения душ. Но за многие тысячи лет драконы ни разу не заключали с людьми подобный союз. Юна – первая. Она его пара, его суженая и в то же время его побратим, если можно сказать так о девушке. Ритуал, которым их связал Эрисхайм, похож на тот, которым соединяются боевые драконьи двойки. Значит ли это, что они с Юной тоже… боевая драконья двойка? Он вспомнил, как удобно и естественно ощущался вес девушки на его могучей драконьей спине. Как нечто цельное – продолжение его самого. А теперь она смогла подчинить и применить его магию, не спрашивая разрешения. Так же, как поступают драконьи всадники, когда в бою нет времени на раздумья. Но Эрисхайм! Этот земляной червяк опять все испортил. Надо ведь было ему вмешаться! Не мог промолчать. Дхиррайм скрипнул зубами. Присутствие соперника злило дракона, но это был именно тот случай, когда враг твоего врага – твой лучший друг. А потому Огненный терпел и даже объединился со старым недругом ради принцессы. И все же он не собирался спускать ему с рук едкие шуточки. Внезапно Эрисхайм замер. Это произошло так неожиданно, что Юна ткнулась носом ему в спину и ойкнула. – Ты это почувствовал? – раздался у нее за спиной глухой голос Дхиррайма. Оглянувшись, она увидела, что Огненный тоже остановился. На его лице отпечаталось странное выражение, а зрачки вытянулись в узкие щели. – Да, – ответил Эрисхайм. Его голос прозвучал словно сквозь вату. Юна с дрожью ощутила, как тьма вокруг них сгущается, а потусторонний холод становится сильнее. Даже огонь на кончиках ее пальцев словно бы потускнел. – Что… происходит? – шепнула она. Кадык Дхиррайма дернулся. Каждая жила, каждый нерв мужчины превратился в натянутую тетиву. Взгляд столкнулся со взглядом князя. Тот чувствовал то же самое. Необъяснимый, беспричинный, всепоглощающий страх. Страх, играющий на звериных инстинктах. Подчиняющий и сковывающий их. Страх, которому невозможно сопротивляться. – Что-то… не так, – сказал Эрисхайм как можно спокойнее. – Не беспокойся, все под контролем. Из его рта вырвался пар. В проходе стало еще холоднее. Он солгал – поняла Юна. Потому что на самом деле так не думал. Она обхватила себя за плечи, пытаясь согреться. И улыбнулась, не желая, чтобы кто-то из спутников переживал за нее еще больше: – Да, тут все не так. Весь дворец. Но мы справимся. – Точно, – добавил хрипло Дхиррайм. – Мы не отступим. – Теперь уже нет. Все трое переглянулись. Сейчас, когда снаружи войска людей и драконов атаковали столицу, отвлекая врага на себя, им троим оставалось лишь идти к своей цели. Тревожное ощущение пропало. Так же внезапно, как и возникло. Мужчины почти синхронно выдохнули, а Юна едва не упала – настолько резко схлынуло напряжение. – Кажется, наш враг знает, что мы уже здесь, – пробормотал Эрисхайм. – Королева? – предположила принцесса. – Нет. Королева всего лишь слабая женщина, – хмуро вставил Дхиррайм. – Она точно на такое не способна, даже со всеми артефактами мира. Но тот, кто стоит за ней – обладает чудовищной силой. Вскоре ход закончился дверцей, спрятанной за гобеленом. Она легко поддалась, выпуская всю троицу в пышно украшенную галерею. Здесь на стенах висели картины в тяжелых рамах, между ними стояли изящные мраморные скульптуры, повсюду сверкали перламутр, драгоценные камни и позолота… Когда-то. Сейчас же на былом великолепии лежал отпечаток зла – неестественно плотная изморозь, ковром покрывающая пол, стены и потолок. Когда Юна ступила на этот пол из прохода, изморозь резко отхлынула, словно живая. Но через миг, когда девушка переступила на новое место, затянула ее следы. Казалось, странная поблескивающая субстанция, так похожая на обычный иней, не желает встречаться с принцессой. Впрочем, с драконами она тоже не желала встречаться, но следовала по пятам. Из галереи вели несколько скованных инеем высоких дверей. – Нужно определиться, куда идти, – мужчины переглянулись. – Найдем королеву – найдем и врага. Где она может быть? – В тронном зале, где же еще, – хмыкнул Дхиррайм. Теперь, когда они выбрались из пугающего прохода, он вернул себе самообладание и нарочитое легкомыслие, за которым скрывался проницательный ум. – Или в своих покоях, – вставила Юна. – Разделяться нельзя, – категорично заявил Эрисхайм. Принцесса кивнула. Им только этого сейчас не хватало. – Можно сначала проверить покои, – предложила она. – Я покажу дорогу. На том и порешили. Во дворце царила пугающая пустота. Ни единой души. Ни придворных, ни слуг, ни охраны. Только порой слышались странные подвывания. То ли это ветер гудел в дымоходах, то ли где-то волк сидел на цепи и взывал к своим братьям. Создавалось ощущение, что все живое отсюда исчезло. Но и Юна, и драконы чувствовали – этому ощущению верить нельзя. Все вокруг казалось неправильным, нереальным. С каждым шагом это впечатление усиливалось, как и тьма. Но выбора не было. Все трое шли дальше. Юна скользила взглядом по знакомым стенам – и не узнавала. Здесь все стало серым, враждебным, чужим. Если раньше дворец давил на нее своей роскошью, то сейчас – пугал безразличием. Это было хорошо ощутимое чувство – холодное и отталкивающее. Казалось, сам воздух им пропитался, а стены кричат: прочь отсюда, беги, ты здесь лишняя! Она почти слышала их голоса. Резкие и визгливые, высокие и низкие. Сотни, тысячи голосов. Казалось, кричал каждый предмет, на который падал взгляд принцессы. Все, что встречалось на пути, гнало ее прочь, хотело остановить, выдворить за стены дворца. Но она продолжала идти. Лишь сильнее сжимала зубы и кулаки. И лишь выше поднимался ее подбородок, заставляя держать спину прямо. Юна вела мужчин в покои королевы. Там, где коридоры резко сворачивали или были закрытые двери, один из драконов проверял безопасность. Он оценивал обстановку и, если можно было идти, молча кивал. Как на заказ, везде было пусто. Ни живой человек, ни темная тварь не встретились на пути. Но это лишь настораживало еще больше. Наконец впереди показалась нужная дверь. – Там, – хрипло сказала Юна. – Это личные покои королевы. Спальня, будуар, комнаты для фрейлин… – Ясно. Подождите здесь, – коротко отозвался Дхиррайм и исчез за дверью. В помещении, выполнявшем роль гостиной, царила кромешная тьма. И опять ни души. – Никого, – сказал Дхиррайм, раскрывая двери пошире. – Но стоит осмотреться. Юна и Эрисхайм вошли внутрь. – Сколько здесь комнат? – спросил Дхиррайм у принцессы. Она задумалась: – Не меньше двадцати. Нужно проверить их все. Они двинулись дальше, через анфиладу пышно убранных комнат, ведущих к королевской спальне – сердцу покоев. Но внезапно вернулось то пугающее ощущение, которое им уже довелось испытать. Нахлынуло резко, обдало потусторонним холодом, выбивая воздух из легких. Заставило пошатнуться даже драконов. А Юна и вовсе едва не упала. Чудом успела схватиться за колонну, мимо которой проходила. – Снова оно! – прохрипел Дхиррайм, мгновенно перетекая в боевую стойку. В его руках вспыхнул огненный меч. Эрисхайм почти синхронно повторил за ним. – Держись позади, – не глядя, бросил принцессе. Драконы двинулись дальше. – Стойте! – крикнула Юна, безотрывно глядя на дверь впереди. Высокую, двустворчатую, вырезанную из массива драгоценного амаранта, украшенную филигранной резьбой, инкрустированную слоновой костью и перламутром. Дверь в спальню королевы Эолы. Пламя в руках принцессы вспыхнуло с утроенной силой. – В чем дело? – теперь оба мужчины тоже напряженно смотрели на дверь. – Я не ощущаю там магии, – сдвинул брови Дхиррайм. – Только… холод и пустоту… – Но там что-то есть. В спальне. Последние слова девушка прошептала с трудом. Словно нечто не хотело, чтобы она это озвучила. Дхиррайм кивнул, подцепил витую ручку кончиком клинка и осторожно потянул. В щели между створками показалась непроглядная тьма. С первого взгляда она показалась обычной, ничем не примечательной тьмой. Но стоило приглядеться – и Юна отшатнулась. Как раз в тот момент, когда дверь распахнулась. Ее что-то с силой толкнуло изнутри, и навстречу незваным гостям вылетел темный сгусток. Упав, он распался на несколько тел. Существа, которых Юна прежде не видела, зашипели. У них были острые когти, которые вспахивали мраморный пол так же легко, как плуг – мягкую землю, черная кожа, безгубый рот, полный иглообразных зубов, мертвые провалы глаз и толстый змеиный хвост вместо ног. Эти черные, гладкие, блестящие хвосты свивались в кольца и били по полу. – Гидры! – рявкнул Дхиррайм. – Все назад! Но Юна уже увидела то, что они защищали. Огромный пульсирующий шар, под которым просела королевская кровать. Серый снаружи и черный внутри, опутанный странной сетью, похожей на кровеносные сосуды. Только по этим сосудам бежала не кровь. А чистая Тьма. – Щит! Быстро! Да ты спишь, что ли? – раздался свирепый рык. Юна дернулась и машинально вскинула руки. Огонь вырвался из ладоней, накрывая ее и драконов непробиваемым куполом. И лишь после этого принцесса осознала, что последние несколько секунд пребывала в глубоком трансе. Если бы не окрик Дхиррайма, прозвучавший над ухом, то кто знает, сколько еще она стояла бы так, в полном отупении, таращась на змеехвостых чудовищ. – Молодец! – едко хмыкнул Дхиррайм, глядя, как гидры бросаются на преграду. – Только так мы их не убьем. Выпусти нас, а сама оставайся под защитой. – Но это опасно! – Другого выхода нет, – пожал плечами Эрисхайм. – Мы справимся. – Но я могу их уничтожить, как перед этим церберов, – продолжила настаивать девушка. – Не можешь, – князь покачал головой. – Эти твари иного рода. Причинить им вред может только железо. Особое железо, пропитанное магией Земли. Он указал на свой меч. Только теперь Юна поняла, что клинок вовсе не каменный. Это был незнакомый ей серый металл: гладкий и тусклый, не отражающий свет. Но стоило Эрисхайму взмахнуть им – и вдоль клинка вспыхнули золотистые искорки, которые прежде она приняла за вкрапления слюды. – И огонь, – мрачно добавил Дхиррайм. – Драконий огонь. Юна глянула на одного, потом на другого. На лицах мужчин читалась решимость. – Хорошо, – выдохнула, соглашаясь. – Но вас всего двое, а их в пять раз больше. Я попробую их разделить. Идея, которая возникла в ее голове, требовала сноровки и ловкости в управлении щитом. Ведь он мог стать не только надежным куполом, но и непробиваемой стеной. Драконы кивнули, доверяясь ее решению. Через миг они уже были снаружи щита. А Юна, собрав все силы и знания, призвала свою магию.