Глава 14. Иллар

Я подскочил на кровати и в порыве негодования запустил в стену сгусток огня. Вспышка на миг ослепила, но было плевать. Я схватился за голову, с трудом перевел дыхание и поднял глаза на оставленный черный след. Вот только последствия выплеска магии заботили сейчас меньше всего.

Меня распирало от злости. Снова он вмешался! Вилайн очнулся в самый неподходящий момент и не дал в полной мере насладиться Эмилией.

— Убью, — озвучил свое желание и, поднявшись, пнул нечто звенящее.

По полу покатился опустошенный пузырек из-под зелья сна. Я пошатнулся, ощутив легкое головокружение из-за побочного эффекта, но лишь сжал зубы и, держась за стену, добрался до двери. По ладони прокатилась новая волна пламени. Я зарычал, с трудом усмиряя взбесившуюся магию, и рванул ручку на себя.

Ярость застилала глаза. От охватившей меня злобы я ничего, кроме кровавой пелены, перед собой не видел и просто шел, чтобы вырвать Эмилию из лап труса, предателя и негодяя. Все остальное не имело значение. Только она!

Но стоило миновать последний поворот, как я замер на месте. Увидел девушку в компании ее матери и словно только что очнулся.

— Нет, — в смятении шагнул назад и прижался спиной к стене, скрывшись от их глаз. — Не может быть.

Зверь не просыпался вот уже много лет. Последний раз он вышел из-под контроля, когда я нашел своих близких мертвыми в нашем родовом замке. Тот день запомнился разрывающей грудь болью и сосущей пустотой. Мой рев сливался с раскатами грома. А облака скрывали массивное тело дракона от людских глаз. Помню дождь, блики молний, мой гнев и жажду убивать.

Я проснулся через две недели голым где-то высоко в горах. Не знал, как я там оказался… Забыл, кто я. Потеряв память, несколько дней бесцельно скитался по округе в поисках пропитания, а потом встретил Хорса. Он тогда еще жил в отдалении от людей, занимался выращиванием редких растений и злоупотреблял запрещенными настоями, которые выталкивали разум из тела. Говорил, что только под их воздействием можно придумать нечто стоящее. Но его рецепты зелий были пугающими и по действию, и по побочным эффектам.

Однако он был единственным, кто протянул мне руку помощи. Так я стал жить с сумасшедшим экспериментатором. Впрочем, долго свою тайну мне сохранить не удалось — дэ Мьюви распознал во мне зверя и обманным путем посадил на цепь, словно сторожевого пса. Драконы в Оринсе вне закона. На нас объявлена охота и каждый двуногий обязан сообщить о местонахождении обнаруженного зверя. Так Хорс и собирался поступить.

Но слово за слово — и мы нашли общий язык. Он разглядел во мне не только монстра, но и хорошего собеседника. Потом мы помогли друг другу справиться со своими проблемами. Я научился самоконтролю. Он отказался от настоев и взялся за ум.

— Мама, все в порядке, — коснулся слуха голос Эмилии. — Я помогала профессору с расфасовкой новой партии трав.

— Дочка, я слышала странные звуки. Почему ты так долго не открывала? — шепотом спросила женщина. — И что с твоим внешним видом?

Совладав с эмоциями, я оттолкнулся от стены и направился к ним. В любой другой ситуации позволил бы разговору принять подходящий мне оборот. Чтобы вывести Вилайна на чистую воду. Чтобы по академии поползли слухи об очередной связи жены ищейки и принца. Чтобы месть свершилась! Но не после пробуждения зверя.

— Не знаете, где найти дэ Мьюви? — спросил я, приближаясь к ним.

Эмилия подобралась, попыталась пригладить взлохмаченные волосы, коснулась распухших губ. Ее мама добродушно улыбнулась. Мне же многих трудов стоило, чтобы отвести пристальный изучающий взгляд от девушки. Было ли у них с Вилайном что-то после моего пробуждения? Прикасался ли он к ней? Целовал ли? Что говорил, куда смотрел, позволил ли себе что-либо?.. Я едва не зарычал от понимания, что сам себя загнал в западню и уже ничего не мог с этим поделать.

— Он… — начала девушка и оглянулась на закрытую дверь лаборатории, — вышел! И мне тоже нужно идти. На завтра нужно подготовить доклад по истории магии и… еще много всего.

Эмилия часто заморгала и смущенно отвернулась, совершенно не умея врать. Она пролепетала мне что-то на прощание, взяла маму под руку и поспешила увести ее.

— Кто это? — раздался вопрос женщины.

— Так… — прозвенел напряженный голос Эми. — Никто.

Я оперся рукой о прохладную стену и, глядя на нее, полностью обратился в слух.

Никто?!

— Не хочешь рассказать, что на самом деле случилось в лаборатории?

— Ничего особенного, — с различимым волнением ответила Эмилия. — Понимаешь… Просто… — Она тяжело вздохнула и протараторила на одном дыхании: — Хорс дал скучное задание, и я решила поэкспериментировать, пока он отошел. Но произошло нечто странное — зелье сработало не так, как я ожидала. Когда ты постучала, я испугалась, что это профессор, и поспешила убрать следы своей неудачи. Только никому не рассказывай, хорошо?

— Дочка, это опасно. За эксперименты можно получить выговор в личном деле студента. Кто потом возьмет тебя на работу? Ох… Да тебя даже могут исключить из академии!

— Знаю… — последнее прозвучало на грани слышимости.

Я покачнул головой, больше не в силах различить продолжение разговора, и решительно направился к кабинету дэ Мьюви. Со стороны лаборатории доносилась глухая возня. Я догадывался, кто там находился. Неистово хотел ворваться к Вилайну, припечатать ублюдка парой сильных слов и предупредить, чтобы даже на пару ярдов не приближался к Эмилии. Однако это означало бы выдать себя. А я не мог. Пока не мог…

Вскоре приоткрылась дверь. В тот же миг я вошел в кабинет Хорса, избегая нашей с тер Орнандом встречи. Старый друг сидел за столом и вчитывался в тонкие строки новой книги по зельеварению. В такие моменты он был потерян для мира. Видимо, поэтому даже не услышал странных звуков за стеной и не попытался заглянуть в лабораторию, а потому не застал Эмилию и Вилайна в весьма пикантной ситуации.

Я оперся костяшками пальцев на стол и пару раз кашлянул, привлекая к себе внимание. Громко спросил:

— Разве кураторы с других отделений наказывают студентов с боевого факультета?

— А, Иллар. — Казалось, дэ Мьюви заметил меня только сейчас.

— Или тебя повысили? — скептически выгнул я бровь. — Тебе следовало отдать Вилайна его куратору и изложить суть нарушения. Может, забыл правила?

— Так и знал, — ухмыльнулся Хорс и отложил в сторону книгу. — Это был ты.

— О чем ты? — изобразил я удивление.

Он отодвинул стул и зашагал в лабораторию. Осмотрев пустое помещение с оставшимися на столе мешочками трав, маг хмыкнул и обернулся. Взял наполненный прозрачной жидкостью пузырек с пульверизатором. Прыснул содержимое перед собой и парой взмахов рукой развеял по помещению, защищая разговор от посторонних ушей.

— Месть не вернет родных, — вновь взялся друг за старое. — Иллар, если доведешь дело до конца, тебе все равно не станет легче.

Я сделал вид, что не понимаю, и он покачал головой. В голосе профессора появился укор:

— Я с самого начала был уверен, что на свадьбу дэ Ритэнов явился не принц, но до сих пор надеялся на твое благоразумие. Оказалось, что зря, — развел он руками.

— Значит, это была проверка, — догадался я. — Ты специально сегодня свел их? Хорс, ты хоть понимаешь?..

— Образовалась связь? — нетерпеливо перебил меня маг.

— Нет, — зло выдохнул я, не собираясь признаваться в своей слабости, однако тут же беспомощно добавил: — Да. И она меня сводит с ума.

— Вижу.

— Сегодня даже проснулся зверь, и захотелось убивать, — сжал я кулаки. — Впервые за…

Хорс неожиданно хмыкнул, глядя через мое плечо. Что-то привлекло внимание профессора настолько, что даже новость о проявившемся драконе отошла на второй план. Я обернулся, ожидая увидеть как минимум Вилайна в сопровождении королевских стражей, но в лаборатории кроме нас никого не было.

Дэ Мьюви обошел меня и, приблизившись к столу, схватил один из раскрытых мешочков. Поднес к носу и, втянув воздух, посмотрел на меня так, будто я принес ему яд.

— Гортензия горная, — озадаченно прошептал Хорс. Вытащил оттуда один из высушенных соцветий и покачал головой. — Я последний раз видел такой еще до отлова драконов.

Я нахмурился, понимая, что друг прав — исчезнувшие растения продаются на вес бриллиантов, и цена этого мешочка равнялась стоимости всей академии. Как минимум. Потому я засомневался в подлинности цветка:

— Разве она еще есть в природе?

— Нет, — убирая сокровище обратно, пораженно произнес Хорс. — Ты своим огнем уничтожил последние.

Маг вдруг оживился, проверил соседние мешочки, даже начал высыпать содержимое на стол, выискивая еще что-нибудь необычное. Вот только старания не принесли успеха. Лишь один очень редкий цветок!

— Скорее всего, его оставил кто-то из новеньких, — высказал я предположение. — Случайно забыл в лаборатории…

— Нет, — уверенно возразил друг. — Думаю, что дело в твоей первокурснице.

— Она не моя.

— Конечно, — усмехнулся он и понес редчайшее растение в свой тайник, где хранил все свои ценности. — Считаешь, я совсем оглох и не слышал, что здесь происходило? Прямо на этом столе. А, Иллар?

— Считаешь, нужно было оставить их наедине? — зарычал я, вновь ощутив прилив гнева. — Это ты виноват! Я больше месяца делал все возможное, чтобы они не смогли поговорить. Ты хоть представляешь, как сложно пробиться через защитные амулеты принца?

Хорс широко улыбнулся и закрыл тайник. Профессор редко бывал в хорошем расположении духа. Видимо, создавшаяся ситуация его сильно забавляла. Первое время после экзаменов дэ Мьюви ходил сам не свой, поскольку и сам не мог спать по ночам из-за постоянного переселения разума, но теперь заметно оживился.

— Девчонка, — произнес я, все-таки признав свое поражение. — Помоги с ней.

— Чем же? — резко повернулся ко мне маг, на миг напомнив того помешанного на экспериментах с зельями человека.

— Возьми под свое крыло.

— Я и так даю ей много дополнительных заданий.

— Нет, не то. Научи ее, Хорс. Глупышка не ощущает магию, не видит ловушек — приходится большинство из них деактивировать прямо перед ее носом. Она…

— А ты сам?

— Не могу, — отступил я, покачивая головой.

— Знаешь, что кроме нее у меня на плечах еще четыре первокурсника, которых приходится контролировать день и ночь. А еще ты, вселяющийся в принца, замечу, по собственному желанию. Так что занимайся девчонкой сам.

— Не могу, Хорс, — сказал на выдохе. — Мне к ней лучше не приближаться.

Уже по нашим коротким встречам я уловил влечение. И оно усиливалось с каждым днем. Меня неумолимо тянуло к ней. Хотелось быть рядом, оберегать и защищать… Видимо, я совсем обезумел сегодня, когда, заметив рядом с ней принца, не сдержался и вселился в него, чтобы потом очертя голову наброситься на девушку.

— Помнится, кто-то хвалился хорошим самоконтролем, — не унимался дэ Мьюви.

— Это другое.

— Не другое, Иллар, — вмиг стал серьезным маг. — Прости, я на самом деле не могу ей помочь. Сам знаешь, как выматывают ночные переселения. Мне о себе позаботиться бы, так еще другие первокурсники, которые попали под действие зелья. Я полдня бегаю по академии, успокаивая переселенцев и помогая им вернуться в свое тело.

— Так устрой исследовательское занятие на пару недель, — отмахнулся я. — Все будут под твоим надзором, да и сам отдохнешь.

— Слушай, хорошая идея.

Я тут же подобрался. Губы расплылись в улыбке.

— И что ты задумал? — понял мой настрой Хорс.