ГЛАВА 2

Хорошо, что не зажмурилась.

С меня станется.

- Это будет фиктивный брак, - быстро выдохнула я, не веря, что продолжаю говорить вслух.

Последние слова звучали кощунственно. Честное слово.

Но ничего... ничего...

- У нас может быть тихая церемония. Роспись, о которой...

Я икнула и резко замолчала, потому что передо мной на стол опустились две мужские руки. Слова застряли в горле, а моё внимание полностью сосредоточилось на широких ладонях и крепких пальцах этих рук.

Такое бывает с организмом. Когда сознание намеренно сублимирует, заставляя обращать внимание на что-то менее важное, смещая акценты.

Но на руки Клима я бы в любом случае обратила внимание. Такие пропустить нельзя. Длинные пальцы с большими, почти прямоугольными ногтями, аккуратно подстриженными. Сеточка вен, сейчас напряжённых и вздутых, проступающих под кожей куда отчётливее, чем в обычной жизни. Тёмные волоски, покрывающие тыльную сторону ладоней и пальцев.

Боже... Я зависла на его кистях. Широкие, сильные, напряжённые... Не было никаких сил отвести от них взгляд.

А ещё эти волоски, чёрт бы их побрал. Зачем я так сильно зацепилась за них?..

Или я подобным образом пряталась, приняв «позицию страуса»? Знала, что если посмотрю Арбатову в лицо, мне придёт конец?

Причём в прямом смысле.

Невольно соединила колени под столом. Хорошо всё-таки, что я села.

Мужская тень упала на меня. Сначала немного... Потом она начала поглощать меня сантиметр за сантиметром. Пришлось выпрямить спину и всё-таки посмотреть на мужчину.

Лучше бы я не делала этого.

Нет.

Не так.

Лучше бы я вообще выбросила из головы дурацкую идею со свиданкой. Какими доводами я руководствовалась, когда затевала всё это?

В ту секунду, когда наши взгляды встретились, меня пронзило насквозь. Чем - сразу и не скажешь.

До меня, кажется, только в это мгновение дошло, на что я подписалась...

Клим не скрывал своих эмоций. Смотрел на меня холодно, едва ли не уничтожающе. Он стоял против окна, закрывая плечами дневной свет, который угасал с каждой минутой.

Зима давно вступила в свои права. То, что день был коротким, а за стенами бушевала пурга, не играло мне на руку.

Или... играло?

С трудом сдержалась от искушения облизнуть пересохшие губы, хотя и увлажнила их помадой.

- Нет.

Не сказал, а резанул Клим.

Всего одно слово, произнесённое бесстрастным тоном, не подразумевающее никакого продолжения даже не начавшейся дискуссии.

Я, конечно, могла её начать. Меня даже подмывало. Спорить, приводить доводы.

Их было много, этих доводов.

Но стоило подумать, как я произношу их вслух, меня тут же кидало в дрожь.

Слаба я перед Арбатовым. Очень даже. Беззащитный детёныш, оказавшийся в клетке хищника. Вот кем я была сейчас.

Я адекватно оценивала свои возможности. Меня всю жизнь оберегали, не позволяли никаких косых взглядов в мою сторону. Естественно, я выросла тепличным цветком. Да и кто на моём месте не стал бы таким? Хорошо, что природа наделила меня не только отличными физическими данными, но ещё и мозгами. Низкий ей поклон за это.

Ещё я была не избалована. За это тоже можно сказать «спасибо». Во мне не было наглости, беспардонности. Я с уважением относилась к людям и требовала такого же отношения к себе.

После внезапной смерти отца мне пока ещё удавалось держать оборону. Но мне уже дали понять, что я слишком мелкая, чтобы с моим мнением считались. В какой-то степени я даже соглашалась с подобными заявлениями. Как бы мне ни хотелось думать, что могу быть значимой фигурой, пока это было не так.

Мне всего двадцать один год, и единственное, в чём я хорошо разбираюсь - так это в искусстве!

- Нет?

Я напомнила себе попугая. Зачем переспрашивать об очевидном?

- Нет, - ещё раз повторил Клим, не сводя с меня прожигающего взгляда и не мигая.

Открыла рот, чтобы ещё что-то ляпнуть. А я бы именно ляпнула, потому что ничего дельного в голову не приходило.

Но мне помешали.

Раздался короткий стук в дверь.

Уже позже я пойму, что это было что-то сверхнеобычное, не из реальности находившегося под стражей мужчины. Кто стучится к заключённым?..

Дверь открылась, и вошёл конвоир. Он толкал перед собой тележку. Несколько клошеров надёжно скрывали содержимое блюд. Я зачем-то встала и засуетилась.

- Что заказывали, Клим Васильевич.

- Спасибо.

- Расставить?..

- Не стоит. Я сам.

Конвоир вышел, даже не взглянув на меня. Я сглотнула.

Пока с нами в комнате был третий, мне было проще. Я не чувствовала себя такой уязвимой, что ли.

Я точно знала - мне не причинят вреда, хотя со стороны могло показаться иначе. Сама приехала... Добровольно осталась наедине с мужчиной. Клим мой визит вполне мог истолковать по-своему, и никто бы его не осудил.

- Не выгоняйте меня... Уже ночь.

Я сказала то, что должна была сказать.

Клим некоторое время молчал.

Тяжело дышал, кривя губы.

- Чёрт с тобой. Оставайся. И давай поедим, что ли.

Мне бы выдохнуть. И немного расслабиться. Но куда там!

Я могла, конечно, спросить, в чём дело. Почему Клим так напряжён.

Но ответ я знала.

Не маленькая.

Кровать одна. И нам придётся спать на ней вдвоём.

Он мужчина. У них в природе заложена потребность в сексе. А тут я - не самый худший представитель женского рода.

Мне так и не удалось узнать, когда к нему в последний раз привозили эскортниц. Может, вчера, а может, месяц назад.

Но почему-то думалось, что у Арбатова потребности нехилые. Что ему надо часто и много.

С деньгами в этом мире можно всё. И даже чуточку больше.

Зона, в которой он содержался, была особой. Для людей с привилегиями. Да-да, такие тоже есть, оказывается.

Ели мы молча.

На Клима я не смотрела. Мне казалось, что если посмотрю, и он поймает мой взгляд, то сразу же всё поймёт... Он же опытный, спец. Их учат понимать собеседника, считывать его. Те же техники НЛП применять.

Поэтому я должна сохранять внешнее спокойствие.

Что было самым неприятным, отчего вставал ком в горле и хотелось по-детски шмыгать носом, ещё и задрать его ладонью кверху - так это поведение Арбатова.

Непонятно, на что я рассчитывала.

На отголоски смутных воспоминаний из прошлого?.. Где я была нескладной любопытной девчонкой, вечно сующей свой нос, куда не требуется, а он - уже взрослым состоявшимся мужчиной? Уже тогда достаточно влиятельным. И чуть позже затеявшим опасную игру, которая и привела его туда, где мы сейчас находились.

Я честно думала, что будет иначе... Хотя бы короткая сдержанная улыбка, мягкий взгляд. Хоть какое-то снисхождение, чёрт побери!

Ничего подобного!

На меня часто смотрели. По-разному. Особенно в последние месяцы...

Ещё бы. Наследница многомиллионного состояния. Несмышлёная девчонка, которую все желали поиметь.

В прямом и переносном смысле.

Пока я находилась в Европе, всё было тихо.

Охрана, круглосуточное сопровождение.

Всё, как полагалось.

А сейчас...

Тут впору иронично усмехнуться.

Зона сейчас - вот что.

И суровый мужчина, не воспринимающий меня всерьёз.

Точнее, не воспринимающий меня никак.

На столе стоял чайник. Пузатый и красивый.

Но на него нельзя особо пристально смотреть. Нельзя и всё тут.

- За тобой машина приедет рано утром?

Я настолько погрузилась в свои невесёлые мысли, что вздрогнула, когда услышала вопрос, адресованный в мою сторону. Встрепенувшись, с готовностью ответила.

- Угу. Там метель, и ехать сейчас не вариант, - я отчаянно играла выбранную роль. - Правда.

Клим сдержанно кивнул и отложил вилку в сторону.

- Выйду на минутку. Позвоню.

Как я не закричала от радости и не вскинула руку с возгласом «Йееес!» - непонятно. Мысленно себя похвалила.

- Конечно.

А что я могла сказать?

Что мне жизненно необходимо, чтобы ты, Клим Арбатов, вышел, или, попросту говоря, свалил из комнаты и оставил меня на минутку одну?

Выдержка летела к чертям собачьим.

Лю-ба-ва.

У него.

Пусть и на зоне...

Но тут. Рядом.

Охренеть.

И как не поддастся искушению?

Она же девочка...

Идея оставлять Любаву на ночь - плохая. Он бы даже сказал - очень.

Клим изначально знал, что нельзя соглашаться на встречу с дочерью Алшерского.

Не здесь - точно. И не сейчас.

То, что их встреча - неизбежность, лишь вопрос времени - это был неоспоримый факт.

Но Клим предпочёл бы разговаривать в другом месте. Не в замкнутом пространстве комнаты для свиданок, где он, мягко говоря, представал не в лучшем свете.

В какой момент он смалодушничал и решил посмотреть на Любаву поближе? Ему говорили, что она стала невероятной красавицей. Да что говорили! Он видел фото и видео с ней. Его люди не зря ели свой хлеб.

Их встреча должна была состояться тремя часами ранее и продлиться не более десяти минут.

А таксист не должен был уезжать.

Кто его, мать вашу, отпустил? Чья голова завтра утром полетит с плеч?

Арбатов бесился не то чтобы от бессилия... Его больше раздражало, что он потерял возможность контролировать процесс. История с водителем была тому подтверждением.

Вроде бы и логично. Красивая молодая девушка приезжает на свиданку к голодному по женскому вниманию заключённому. Естественно, она останется на ночь, а то и на следующий день.

Таксист, вероятнее всего, был местным и отлично знал порядок.

А Любава?.. Она что?..

Реально рассчитывала провести у него ночь?

Бред...

Ни за что в жизни Клим не поверит, что дочь Алшерского прилетела за тысячу километров, чтобы лечь под заключённого.

Пусть и временного...

У хитрой девочки были свои мотивы.

И даже предложение.

Фиктивный. Мать его. Брак.

Шикарное предложение.

Если бы не несколько пунктов.

На которые он был категорически не согласен.

Любава не первая, кто приехал к нему за последний месяц. Начальник колонии уже откровенно стебался, что надо выделять отдельный кабинет для желающих встретиться с Климом Арбатовым. На предложение Клима побыстрее подписать УДО. начальник многозначительно промолчал. Значит, ещё не всё решилось.

Каждый день промедления стоил дорого. Клим терял драгоценное время, чувствовал себя зверем, запертым в клетке. Он допустил ошибку, за что и поплатился.

Хорошо, что продумал и такой вариант.

Поэтому

Мужчина упёрся рукой в стену. Эту дыру и ванной-то не назовёшь. Толчок, небольшой поддон и гигиенический душ - вот и весь антураж.

Как бы ни хотелось сорваться и плюнуть на последствия, надо думать рационально.

И ни в коем случае, ни при каких условиях не реагировать на Любаву.

Он вернулся в комнату и, не глядя на замершую в ожидании девушку, подошёл к двери По которой несколько раз ударил кулаком, Не прикладывая силы, но так, чтобы услышали.

Открыли её не сразу.

Тоже распоряжение Климу не надо было, чтобы под его дверью сидел конвоир.

- Ещё одну кровать организуй.

Надо отдать должное парню. На его лице не дрогнул ни один мускул. Арбатов усмехнулся. Ясен пень, и не с такими просьбами сталкивался.

- Минут тридцать. Может, сорок _

- Устроит. Жду.