ГЛАВА 9

Как я ни посылала мысленный импульс нянюшке, та осталась равнодушной к моим стенаниям и не составила нам компанию.

- Это точно чай? - прежде, чем она успела выйти, съязвил Клим.

Мою любимку не так-то просто было смутить.

- Угощайтесь, Клим Васильевич. Чай травяной, лично травку настаивала.

- То-то и оно. Теперь у меня точно есть повод для беспокойства, - хмыкнул он, снимая пальто.

Я внимательно наблюдала за действиями Арбатова. Встретить его в мастерской оказалось плохой идеей. Более чем. Стараясь не палиться, оглядела пространство вокруг. Вдруг я что-то где-то забыла, и Клим натолкнётся на свою глиняную копию. Зачем нам лишние проблемы? С насущными бы разобраться.

В мастерской имелся небольшой диванчик и почти декоративный столик. Клим на него переставил поднос и указал рукой на диван.

- Присоединяйся, Любава.

Кажется, у кого-то резко изменилось настроение. У меня же - нет.

Но к дивану я прошла. Даже села. Вспомнила, что являюсь, как-никак, хозяйкой дома, и разлила чай по чашкам.

- Тебе травяной не повредит? Никаких спазмов или сокращений не вызовет?

- Нет.

По этому вопросу я консультировалась. Да и няня имела медицинское образование и десятки раз перепроверяла назначенные мне витамины.

Диван и правда оказался ничтожно мал, когда на него рядом со мной опустился Клим. Если я сейчас снова вскочу как ошпаренная и сигану из комнаты, это будет треш.

Первая паническая волна схлынула. Я напомнила себе, что несколько месяцев назад именно я, а не какая-то другая девушка переступила порог комнаты свиданий и провернула нехилую авантюру.

Клим сел таким образом, чтобы видеть меня. Немного развалившись, показывая, что он, в отличие от меня, чувствует себя неплохо. Про хозяина положения я даже мысленно ничего говорить не буду.

- Тогда пей, Любава, и приходи уже в себя. А то сидишь ни живая, ни мёртвая. И ещё бегать по комнате от меня надумала.

- Ты меня намеренно пугал, - проворчала я.

Зря.

- Неужели? - Арбатов даже не думал скрывать иронии. - И чем же?

- Ты всё знаешь...

- Не-ет, Любава, нихера я не знаю. Лишь догадываюсь.

То, что он не стеснялся при мне нецензурно выражаться, тоже не прибавляло мне очков. Значит, уважения кот наплакал.

Я взяла чашку и сделала несколько глотков. Нам нужна пауза, пусть и небольшая.

И почему диван настолько маленький? Пошевелись активнее, смени позу - и коснёшься ногой или бедром соседа.

- Но намерен узнать. Абсолютно всё. И ты будешь хорошей девочкой, и всё мне расскажешь.

Хорошей девочкой-то я была. А вот рассказывать ничего не хотела.

Потому что...

Да много, почему!

Я сделала вид, что увлечена чаепитием. Сказали пить чай - вот и пью. По коже постоянно бегали мурашки. Волнами. За ними следовал холодок. Потом жар. Тело решило мне выдать все аспекты ощущений.

- Три месяца назад ты была смелее. О фиктивном браке говорила...

Арбатову, в отличие от меня, не молчалось. И вроде бы я его понимала... У него внутри кипело. Сто процентов.

В то, что ему хочется меня придушить, я тоже верила. Жил себе мужик, занимался делами. И тут явилась к нему непутёвая избалованная девица со своими нелепыми предложениями, а когда получила от ворот поворот с указанием на дверь, решила поиграть во взрослые игры.

- Говорила, да.

- А сейчас даже в глаза мне не смотришь. Предлагаю это исправить.

Кому-то точно не сиделось спокойно на месте. Я не успела сообразить, что последует за его словами. Меня смущала близость его бедра. Его самого. Я настолько сконцентрировалась на мелочах, на всех остальных нюансах и моментах, что упускала.

Чашку из моих рук ловко забрали. Я только ойкнула, интуитивно подалась за ней вперёд, и Клим воспользовался моей растерянностью. Сжал мой подбородок пальцами, разворачивая лицо и вынуждая посмотреть на себя.

Можно было, конечно, глаза закрыть, но это уже было бы откровенным перебором...

В его тёмно-голубых глазах по-прежнему бушевал ураган. Утихомиривать его он и не собирался. Оно и понятно. Я сильно сомневалась, что Арбатов гонял бы чаи с мужчиной, посмей тот его так подставить.

Его пальцы обжигали. Стоило ему коснуться меня, как легкий электрический разряд тока прошёлся по всему телу. Я похвалила себя - не дёрнулась и не выкинула снова чего-то позорного.

Всё-таки диван был ничтожно мал...

Его я ставила для себя одной. Гостей в мастерской никогда не жаловала, это была моя вотчина. Моя отдушина.

И его лицо... Оно тоже оказалось чересчур близко к моему.

- Фиктивный брак многое бы решил, - быстро выговорила я.

Где-то там, на задворках сознания, покоились заранее заготовленные слова. Целая речь с доводами, с логическими объяснениями. Я же не сидела три месяца без дела! Что-то - да делала. Думала.

- Неужели? Но фиктивного не получилось, да?

Он прищурился и едва заметно подался вперёд.

Ко мне.

Всем корпусом.

А мне подаваться назад было некуда - мешала спинка. Да и держал меня Клим крепко. Я заставила себя остаться на месте. Ничего он мне не сделает! Хотел бы - давно сделал.

- Клим, давай поговорим...

- А мы что сейчас делаем?

- Не знаю. Но я так не могу. Ты...

Его большой палец переместился, надавил на косточку на подбородке, почти рядом с нижней губой. На лице Клима застыло нечитабельное выражение, не сулившее мне ничего доброго.

Про таких людей, как он, говорят, что чем спокойнее они выглядят, тем опаснее.

Так и есть.

- Хорошо, Любава. Я облегчу тебе задачу и расскажу, как было дело.

- И как?

Мне очень хотелось услышать его версию. Посмотреть на происходящее его глазами!

Может, я ошибаюсь? Может, во мне говорят предрассудки и чужое мнение?

- Конечно, интереснее всего начать сначала. Отмотать последнюю пару лет и узнать, с кем ты близко общалась, с кем чаще всего разговаривала. Якобы вела разговоры по душам.

Его негромкий голос гипнотизировал. Теперь я начинала понимать, почему за Арбатовым закрепилась слава опасного человека.

Он очень быстро брал себя в руки, менялся на глазах. Пару минут назад в нём бушевали такие страсти, что едва стены не тряслись, а сейчас он нарочито спокойно удерживает меня пальцами за подбородок и разговаривает, как с нерадивым дитём.

Няня права, я - наивная душа. Я очень хочу верить в хэппи-энд и в то, что обманулась.

А малыша, что растёт под моим сердцем, я уже люблю. И о нём точно не жалею.

Если бы ещё Клим не подавлял так своим присутствием, разговор проходил бы легче. Я пыталась отмотать время назад, вспомнить, как вела себя с ним в комнате свиданий.

И не могла. Мозг выставил блокаду.

- Точнее, кто с тобой вёл такие разговоры. И я узнаю... Обязательно. Пара имён уже есть, Любава.

- Ты... о чём?

В последний момент удержалась от того, чтобы облизнуть нервно губы. Была такая дурацкая привычка.

Как оказалось, не зря сдержалась. Потому что Клим, не таясь, посмотрел на мой рот.

Мне же это не показалось?

Стоп... Стоп!

Ни о чём подобном мы не договаривались! Он же не собирается меня поцеловать?

Правда?

В этом случае я буду сопротивляться. Без преувеличения. Никаких прикосновений, никакого контакта. Был уже один... Хватит.

У меня до сих пор ненормальная реакция начиналась, когда я вспоминала ту ночь. Одну-единственную, которую я у него украла. И прикосновения его помнила. И его слова. Все-все, что он шептал в порыве страсти.

Только я не обольщалась. Его слова шли не от души. Он был под воздействием препарата. Окажись на моём месте другая, он бы шептал то же самое. И ласкал так же...

Помимо воли жар ухнул вниз живота, и я притихла, опасаясь выдать себя. Близость Клима смущала, нервировала. Надо было всё-таки сказать, что меня нет дома, или что я плохо себя чувствую, и перенести встречу.

А смысл?..

Лучше сразу расставить точки над «i», чем дальше жить в сомнениях.

Он склонился ещё ниже. Вроде бы не сделал никаких видимых движений, но почему-то его плечи оказались совсем рядом с моими. Ещё чуть-чуть, ещё немного - и он окажется на мне...

- О том, что есть некие люди... хм... назовём их нехорошими и очень алчными людьми, которые возвели тебя в слабую сторону. Решили с тобой поиграться. А ты и рада стараться, Любава. Правда?

Последний вопрос снова сорвал его на эмоции. Точно то, о чём он говорил, задевало его личное.

- Я всё равно не понимаю, - выдохнула я и, не в силах больше находиться под давлением близости его тела, перехватила мужскую кисть, силясь отвести её от своего подбородка.

Его много!

Слишком!

Запах.

Тело.

Этот взгляд...

Он сам.

Он меня словно в некий кокон погрузил, оплёл невидимой паутиной... И чем сильнее я барахталась в ней, тем крепче меня пеленало.

Проще было сдвинуть каменную стену, чем Арбатова. Руку его убрать мне тоже не удалось. Какого чёрта он творит? Можно подумать, что ему важно ко мне прикасаться, что он не может совладать с собой.

В такое поверилось бы, если бы передо мной сидел мальчишка, мой ровесник, у которого гормоны бушевали. О нет! Передо мной сидел профессионал, человек, много лет посвятивший тому, чтобы в совершенстве владеть не только телом, но и эмоциями.

Я ему не верила...

Наверное, моё неверие отразилось в глазах, потому что губы Клима недобро дёрнулись кверху.

- Понимаешь. Хватит играть в несмышлёныша. Я оценил твоё актёрское мастерство. Ты ловко обвела меня вокруг пальца. Я и мысли не мог допустить, что ты пустишься в аферу. И какую!

Рано я радовалась, что он взял ситуацию под контроль. Как бы не так! Его глаза снова полыхнули гневом. Мне так и не удалось отпихнуть его, отодвинуть хотя бы на полметра, а ещё лучше - встать и отойти самой.

Какого, спрашивается, я сидела, как тупенькая курица на насесте, и слушала, что мне вещают?! Нет, чтобы встать и обезопасить себя, найти более выгодную позицию для разговора, который можно было смело назвать переговорами! Вместо этого я развесила уши!

- Я предложила выход - твёрдо произнесла я, за что себя потом и похвалила.

Даже хорошо, что Клим словесно на меня нападал, я приходила в себя и начинала защищаться.

- Брак.

-Да.

- И что я ответил?

-Ты отказался.

- Пра-а-авильно... - протянул он, едва ли не опрокидывая меня навзничь.

Будь диван побольше, я бы точно лежала уже под Арбатовым.

- И ты решила меня переиграть. Шикарно просто, Любава. Вместо того, чтобы дождаться, пока я выйду, и обсудить сложившуюся ситуацию, ты пошла на манипуляцию. Решила, чёрт побери, без моего согласия от меня забеременеть! Ты хотя бы немного подумала своей головушкой о последствиях? О том, что творишь? А? Или тебе похер на других? Со мной-то понятно... А о ребёнке? О нём ты подумала? Или что? Решила выставить его живым щитом, на остальное плевать? Так, Любава?

Последние слова не просто больно ранили, они били наотмашь. Слушала их и мечтала провалиться сквозь землю, исчезнуть! Потому что каждое слово достигало цели, не щадило меня. Никогда в жизни я себя не чувствовала такой эгоистичной тварью. И какие бы цели я не преследовала, как бы ни защищалась, всегда на ситуацию можно посмотреть иначе. Другими глазами!

- Слезь с меня!.. - прошипела я, начиная отталкивать Арбатова сильнее.

- Я на тебя ещё не залазил! - рыкнул он, а потом негромко, намеренно многообещающе, точно зная, как звучат его слова, добавил: - По-настоящему...

В голове что-то взорвалось. Я пихнула мужчину ещё сильнее и убрала наконец-то его пальцы со своего лица. И уже почти праздновала маленькую победу, найдя путь к освобождению, почти встала с дивана, когда Арбатов молниеносно выставил руку вперёд, уперевшись ею в подлокотник, тем самым преградив мне путь.

- Ответь на вопрос, Любава.

Я приготовилась.

Честно.

И... проиграла.

- Ты всерьёз думаешь, что я собираюсь тебя убить?