Глава 21

Я общаюсь с близкими в мессенджерах. А еще у меня есть страничка в международной социальной сети. Правда, я давно не выкладывала там фотографий. Отец отбил последнюю тягу к публичности.

Хм, странно, у меня там уведомление. Может, реклама?..

«Здравствуй, Полина, я твой дядя».

Что?! Кажется, в одном из любимых мамой советских фильмов была подобная фраза с тетей. Читаю дальше.

«Меня зовут Владислав Викторович Кравцов. С твоим отцом, Виктором, мы родные братья. А если быть точным - мы двойняшки. Я появился на свет чуть позже него и всегда считался младшим».

Рада за него! Или нужно посочувствовать? Я понятия не имею. Просто в шоке продолжаю читать.

«С Витей у нас всегда были непростые отношения. В детстве мы страшно дрались, подростками ненавидели друг друга. Я тоже хорош - прекрасно учился и задирал нос. Виктор имел кучу друзей и был лидером. Только я ему не подчинялся».

Да уж, у папочки замашки властелина мира. Но что хочет от меня дядюшка?

«Тебе, скорее всего, не интересны эти мемуары (хохочущий смайлик). Перейду к сути. Я знаю, что брат не общался с тобой. Также в курсе, что несколько месяцев назад вы пересекались. Но он явно не рассказал тебе самое главное».

А вот это уже любопытно.

«Мы родом из старинной зажиточной семьи. Наш отец смог приумножить ее состояние в более современном мире. Он имел доступ за границу и создал там фонд. Распорядителем денег будет являться старший наследник рода, если у него есть дети. Виктору повезло сделать первый крик раньше. И он получил доступ к фонду в момент, когда родилась ты».

Ну ничего себе! Папочка, можно сказать, отцовский капитал за меня получил! А мы в это время думали - купить в этом месяце конфет или тетрадки…

«Он занимается благотворительностью и сам живет шикарно. Но все это до того времени, как у тебя появится ребенок. Сейчас ты старшая наследница в роду».

Я должна перевести дух. Да, у моего дедушки было своеобразное мышление. Богатые нередко имеют разные причуды. Но каков же Виктор! Он из кожи лез, чтоб я не спешила с материнством!

Сначала Павлика с Натальей запугал. Потом в наши отношения с Русом лез что есть силы! Он знал, что если Атаманов поставил цель получить наследника, он к ней придет. А после и права своих детей сможет отстоять по полной. Защитит меня. Да уж, такой зять со всех сторон невыгоден Кравцову!

Может быть, позора в прессе он тоже немного боялся. Но лишиться денег - куда больший страх.

Фу-ф, припадаю к бутылочке минералки, которую брала с собой.

«Я дам тебе координаты людей, которые осуществляют контроль за фондом. Мой папа выбрал страну, в которой все это возможно по закону. Не скрою, мне всегда было обидно считаться младшим. Но еще бог не послал мне детей. Так что моя сторона точно не может ни на что претендовать. Хотел бы, чтоб во главе фонда встали более порядочные люди. Ну и был бы не против встретиться и познакомиться с племянницей».

Ох… Мне пока сложно открыть душу дяде. Он еще пишет, что, когда я родилась, у их отца были проблемы на родине. Он засел за границей и не мог приезжать. Папа же показал документы на меня. Говорил, что моя мама очень негативно к нему настроена. Поэтому у него никаких фото.

Как бы ни было, по факту у него была дочь. А целью его отца была непрерывная жизнь рода. Планом же моего было - владеть деньгами и не передавать их никаким детям и внукам. Внебрачная и ничего не знающая дочь в этом плане очень удобна!

Я коротко отвечаю дяде - здороваюсь и говорю, что мне нужно все это переосмыслить. Да и перепроверить правдивость этого письма счастья.

- Всё в порядке, малыш? - дверь в спальню открывается, и я вижу встревоженное лицо Руса. - Ты давно не выходишь.

Ох, я и думать забыла про время!

- Руслан… Посмотри, что я прочла только что…

Супруг оказывается рядом, внимательно изучает сообщения дяди. Молчит. Только мимика показывает, что он не меньше удивлен.

- Хм… Полуостров за рубежом, где строго охраняется финансовая неприкосновенность. Даже мои люди не смогли пробить такую информацию. Я ничего не знал.

Кто-то мог бы подумать, Рус был в курсе и выбрал меня из-за тех денег. Захотел ребенка тоже поэтому. Но мне такое и в голову не пришло до его слов.

- Ты же не считаешь, что я был в курсе?

В любимых сумрачных глазах полная растерянность и страх. Как же сильно он боится меня потерять… Наклоняю голову вбок. Смотрю мягко.

- Не думаю, что мой дед допустил бы, чтоб деньги ушли в руки брачных аферистов. Надзиратели фонда точно не наивны. Но самое главное… Я чувствую твою искренность ко мне. Давай закроем этот вопрос раз и навсегда? Помоги лучше мне во всем разобраться…

Из груди Атаманова вырывается судорожный вздох. Прежде всего, муж прижимает меня к себе и несколько секунд просто молчит. Потом снова перечитывает слова дяди.

- Мы можем встретиться с Владиславом. Еще можем слетать и поговорить с администраторами фонда. Но всё это будет после твоих родов! Рисковать здоровьем я тебе ни за какие деньги мира не позволю!

- Но если Кравцов в курсе моей беременности, он может по полной залезть в фонд! - ахаю.

Губы Руслана сжимаются в нитку.

- Сначала здоровые роды и первые дни с малышами. А после… Может быть, нам удастся лишить твоего отца финансовой подпитки и окончательно разобраться с подставой на базе. Без денег никто не будет его прикрывать.

В глазах супруга азарт. Может, нам в будущем стоит открыть детективное агентство? Возьмем еще Троицкого в штат. Хотя, наверное, это слишком дорогостоящий специалист. Но возможно, он будет помогать нам по дружбе?..

- Ладно, я в принципе согласна с тобой. Скакать сейчас по миру – не лучшая идея.

Для меня тоже дети - самое важное. Но эмоции от новой инфы переполняют. Мой биопапа, наконец, получит по заслугам, я познакомлюсь с дядей и смогу сделать много хорошего для общества! Еле дожидаюсь вечернего созвона, чтобы рассказать обо всем маме.

Та, естественно, костерит Кравцова последними словами. Говорит, именно поэтому он так ухлестывал за ней. Хоть и не страшненькой внешне, но совершенно не такой нарядной, как девушки из его компании. Зато мама была наивной, не имела поддержки в своей семье. Ее было очень просто обвести вокруг пальца, а потом запугать.

Весь этот детектив отвлекает меня от страха перед родами покруче, чем любимое рисование.

Но день появления на свет детей неумолимо приближается. Я забываю обо всем - что фонд реален (это выяснил Рус), что дядя с надеждой ждет нашей встречи, и даже про свою тоску по родине.

Я думаю только о том, как все сделать правильно. И радуюсь, что рядом будет любимый супруг и хорошие специалисты. А роддом вообще больше похож на парк-отель.

Впрочем, в час икс весь этот комфорт становится настолько неважным! Внутри просыпается какой-то чисто звериный инстинкт - дать жизнь своим малышам. Хочется только скорее услышать их, приложить к груди. Ну и еще я совсем немного надеюсь, что Атаманов не свалится при всем этом в обморок.

Но Руслан остается Русланом даже в предродовой палате. А может быть и в нем просыпается заботливый папа-самец. Мужчина держит руку на пульсе во всем. Закидывает докторов вопросами. Я и не знала, что у него такой хороший английский!

И все это уверенно, спокойно. Может, и дрожит от волнения внутри себя, но ничего не показывает. Школа спецслужбы снова ему пригодилась.

До родов я читала споры - лучше ли рожать самой или с помощью операции. Но в момент рождения детей искренне не понимаю, как можно судить такие вещи? Главное, что в итоге мы встречаемся с самыми желанными гостями в нашей жизни.

- Не думал, что они будут такими маленькими…

Когда все уже позади, мы остаемся вдвоем в нашей палате. Детей пока забрали. А вот муж не собирается от меня уезжать. Он прилег у меня в ногах, поперек просторной кровати.

- Их двое, поэтому так. Придется наверстывать.

- Все будет в порядке.

Рус произносит свою излюбленную фразу. А мне как всегда очень хочется в нее поверить. Ведь один из сыновей родился совсем крохотным. Нам всем вместе придется провести какое-то время в стационаре. Хорошо, здесь возможно семейное размещение.

- Мне до сих пор не верится, что у нас все получилось. Это счастье… Оно было бы не таким, будь на твоем месте кто-то другой. Я уверена!

Не выдерживаю и всхлипываю. Меня всю переполняют совершенно непривычные эмоции.

- Я бы не подпустил к тебе никого другого.

Вот на этой фразе мои глаза распахиваются.

- Атаманов!

Руслан прячет хитрую улыбку.

- Нет, ну я бы предоставил тебе шанс сравнить и выбрать.

- Рус!

Он двигается ко мне, целует в плечо. Я зарываюсь пальцами в его волосы. Меня окончательно побеждает усталость. Глаза закрываются сами собой.

Утренний луч будит и заставляет вспомнить прошедший день. Мы стали родителями! Внутри сразу тревога - как я проспала настолько долго? Что с детьми?! Я резко поднимаюсь на постели.

В комнате одна колыбелька… Пальцы начинают крупно дрожать. Не умиляет даже то, что Руслан сидит возле сына и осторожно трогает своим пальцем его крошечные пальчики.

- Рус, где второй ребенок?!

Я срываюсь на хрип. Муж резко поворачивается. Встает на ноги и быстро подходит ко мне.

- Шш… Ну что ты, малышка?.. Ивану пока нужно побыть под наблюдением врачей. Но с ним все будет хорошо! Прогноз очень позитивный.

Фу, смаргиваю надуманный ужас. А супруг, похоже, пока я спала, назвал малышей. Имена мы придумали заранее - Иван и Илья. У мальчиков будет довольно сложное отчество, так что имена мы решили взять простые. Они созвучны и в то же время разные в уменьшительном варианте. Илюша и Ваня - ни мы, ни сами мелкие не будут путаться.

А пока я восстанавливала силы, наш папа распределил имена для мальчишек. Впрочем, я ничего не имею против.

- Я должна видеть Ванюшу! И Илью… Мне нужно встать!

Поднимаюсь, голова кружится.

- Так, давай-ка ты еще позавтракаешь для полного счастья! - Рус жмет кнопку вызова персонала.

Я ем, прикладываю Илью к груди. Потом мы идем навещать его братика. Его состояние и правда не критично. Но я все равно тревожусь. Наверное, это теперь будет моей привычной эмоцией. Часть моего сердца оторвалась и поделилась надвое между наследниками Атаманова.

Наш папа оказывается более спокойным родителем (Кто бы сомневался!). Пока я вживаюсь в роль матери, он тоже не сидит на месте и хлопочет насчет нашего комфортного проживания в клинике.

Оказывается, мы можем занять целый домик на территории. Это почти обычная аренда, но только при близком доступе к докторам. Слава богу, никому из мальчиков уже через несколько дней становится не нужна сложная аппаратура.

Но все равно первые недели мы заняты только ими! Морально и физически. Меня хватает максимум на общение с мамой. Даже для лучших подруг я пока недоступна.

Пара недель в клинике, мне кажется, проходит очень медленно. У меня то взрыв счастья от материнства, то почти паническая атака. Как сберечь малышей, как вырастить их по всем правилам?! В конце концов я в свободное время начинаю брать в руки планшет и рисовать. Иначе просто чокнусь!

Рус, конечно, со мной. Но меньше всего мне хочется, чтобы мое состояние передалось ему, и мы начали ругаться. В общем, за это время мне приходится нехило повзрослеть и стать, кажется, самой сильной.

Зато время до двух месяцев малышей, которое мы проводим уже дома, буквально пролетает. Ну как дома… Пока мы еще остаемся в Европе. Зато уже нет больничной атмосферы, к нам прилетает мама. По видеосвязи мы болтаем с друзьями в свободную минуту вечером.

- Платон так трогательно прикалывается над дочкой, - болтаем с Русом на диване после очередного звонка, - мм… Слушай! А может быть, попросим его быть нашим крестным?

Руслан косится на переносные люльки, которые мы расположили в стороне камина. Дети спят.

- А для кого? - поднимает он брови. - И какие крестные у нас будут еще?..

Я на самом деле давно придумала. Теперь задача - выдать это всё за общее решение! Хм, нет, я не манипулятор… Просто уж слишком приятная идея пришла мне в голову.

- Крестным Илюши может стать Платон. А крестным Вани - Макар. Крестных девушек мы просто поменяем местами!

- Что? - муж морщит лоб.

Я деловито вздыхаю.

- Ну Катю и Леру мы поменяем местами! Илью покрестят Платон и Лера, Ивана - Катя и Макар.

Рус ложится поудобнее, трет лоб.

- Начинаю понимать… А твоя подруга Олеся? Вы ведь дольше дружите, она не обидится?

Мотаю головой.

- Олеська заявила, чтобы я даже не предлагала ей быть крестной, пока она так же удачно, как я, не выйдет замуж! Примету там она какую-то вычитала…

Руслан щурится.

- Хорошо. Оставим ее для нашей дочки. Человек-то сразу видно, хороший. И умный! Оценила, как тебе повезло с мужем.

Ох… Моя подружка, сама не зная, угодила Атаманову. Впрочем, Олеся и правда нормальная девчонка. Со своими странностями, конечно.

А уже семейным друзьям мы тут же пишем предложение, и они приходят в полный восторг. Девочки в голос заявляют, что нам нужно смотреть в сторону возвращения на родину. Наша столица - прекрасный мегаполис для жизни. Там есть любой сервис, а к нему будет прилагаться общение с близкими.

Я, если честно, согласна… Не передать, как благодарна мужу за комфортные роды. Но пора вернуться домой! Тем более, чем стабильнее все у малых, тем больше я думаю об одном отложенном деле.

- Мы можем остаться здесь навсегда, - сразу после сообщения Кати говорит Руслан, - Троицкий посоветовал мне прекрасного управляющего по бизнесу. А на базе всем умело заправляет Петрович. Я смогу потянуть нашу жизнь здесь.

Двигаюсь к мужу и припадаю к его груди.

- Ты самый лучший! Но я бы хотела уехать. Да и тебе, вижу, здесь все-таки скучно.

Пассивный образ жизни Русу и правда не подходит. Так что он лишь вяло уговаривает меня хорошо подумать. А потом разворачивает целую кампанию по нашему переезду.

Во-первых, супруг считает, что мы не должны возвращаться в квартиру. Да, это наше уютное гнездышко с воспоминаниями! Но он и не будет его продавать. В будущем мы сможем удирать туда только вдвоем. Ну а пока нам нужен дом.

Пока решаем обойтись арендой, присмотримся к поселку. Выбираем место так, чтоб моя мама могла добраться до нас без адских пробок. Все же малышам будет нужна бабушка. А мне - опытный советчик.

Кроме поиска жилья Рус уделяет внимание охране. Наводит справки о моем отце… Тот затаился. Целиком и полностью отдает себя политике. Начал сразу несколько программ по благотворительности. Ну просто ангел во плоти!

Еще Атаманов сам связывается с моим дядей и назначает ему встречу.

А мы пока без суеты готовимся к отъезду. Мальчишки даже становятся спокойнее в эти дни. Как будто всем видом показывают - мы готовы и хотим путешествовать. Ох, если чертами лица эти двое больше похожи на меня, то характер там явно будет папин! Как и его брутальный темно-серый цвет глаз.

Перелет бизнес-классом эти двое тоже переносят нормально. Если это слово вообще применимо к жизни родителей грудных малышей.

***

- Как тебе детская?

Мы уже в новом доме. Здесь все светлое, свежее, и так много места.

- Хорошо, - осматриваюсь в голубой комнате, - пока мальчикам ничего особенно не надо. И наша спальня недалеко.

Если быть точным, эти комнаты вообще соединены. Тут же общий на две спальни санузел. Почти апартаменты класса люкс. Для меня же главное одно - все будет под рукой.

- Я видел нечто похожее в доме Филатовых.

- Да-да!

Обсуждаем бытовуху, как глубоко семейные люди. Да такие мы, впрочем, и есть. И неважно, насколько быстро у нас все закрутилось. И как все начиналось…

Но абсолютно скучной пока нашу жизнь назвать нельзя. Да, мы погружаемся в уход за малышами. Осваиваемся пусть в хорошем, но новом месте. Но одна из важных тем так и висит в воздухе. Пока одним из вечеров Руслан ее не поднимает.

Дети не спят, они вообще предпочитают активность - все в папочку. Так что мы разложили на своей кровати большой детский коврик и валяемся все вчетвером. Мы с Русом не на коврике, конечно. Говорили о погоде, о планах на неделю…

- Ты готова встретиться со своим дядей?

Нет, я не удивлена. Но все равно вопрос как будто застает врасплох. Перевожу дыхание.

- Да, но… - стараюсь лучше сформулировать. - Не думаю, что я смогу просто сидеть и пить с ним чай. Вернее, не знаю, смогу ли.

Руслан понимает мою корявую речь.

- Я тоже не собираюсь звать его на барбекю. Мы говорили с Троицким. Лучше всего назначить встречу в тихом ресторане. Ты, твой дядя, мы с адвокатом и представитель фонда из-за рубежа. Начнем с чисто делового общения. А дальше время покажет.

Быстро киваю. У меня пока нет основания воспринимать дядю в штыки. Он по сути не должен был со мной общаться, особенно учитывая их отношения с моим отцом. Плюс он нашел меня и рассказал важную инфу о фонде. Как минимум мне нужно спокойно с ним поговорить.

- Хорошо. Возьмешь на себя организацию встречи?

Рус улыбается и тянется ко мне губами.

- Конечно.

Отвечаю на поцелуй, и в итоге мы еле дожидаемся, когда малыши задремлют. Моя беременность протекала в целом спокойно, мы могли быть близки и занимались этим смакуя, подолгу. Тем более, было время вдали от всех. Сейчас мы каждый раз как будто совершаем спринтерский забег.

Не один, так другой сынишка завопит именно в этот момент.

Но мое счастье в браке все равно кажется безграничным. А вот какие чувства принесет знакомство с новой родней? Атаманов собирает всех в дорогом заведении уже через пять дней.

Он едет туда немного раньше с адвокатом. Представительницу фонда обещает привезти дядя. Я же пребываю с небольшим опозданием - провозилась, кормя сыновей. Дома с ними остается моя мама и наша новая помощница по хозяйству, мамина ровесница, Алла.

Высокий молодой администратор указывает мне на столик. Зал далеко не битком, но наше место самое уединенное. У дальней стены посередине.

Шагаю, от волнения разглядывая интерьер. Основной цвет зала золотисто-коричневый, согревающий. Никакой кричащей роскоши. В отделке состаренный рыжий кирпич и деревянные рейки. Столы тоже из натурального древесного массива. Стулья мягкие, перетянуты тканью со сложным, то ли восточным, то ли старорусским узором. Я бы нашла ресторан уютным, если бы сердце не скакало в груди.

- Не нужно было так беспокоиться… - слышу как женский голос бормочет с акцентом.

Вздыхаю, поднимаю глаза и могу увидеть всю компанию на ближайший час. Для начала здороваюсь.

- Добрый вечер.

- Полина! Здравствуй! - первый с волнением отвечает дядя.

Хм… Самое забавное, что мы очень похожи. Я находила сходство и с отцом. Но дядины черты лица мягче и женственнее, что ли. В итоге практически копируют мои. Со скидкой на пол и возраст, конечно.

- Здравствуйте, Полина, - вежливо улыбается загорела брюнетка лет сорока пяти.

- Привет, - как родной лыбится Троицкий.

Боже, я рада его видеть. А вот остальных… Руслан тем временем выходит из-за стола и усаживает меня на место, поддерживая спину. Хорошо он сообразил. Я могла полчаса стоять, как вкопанная.

- Мы уже сделали заказ, говорит Рус.

- Вы слишком побеспокоились! - качает головой дама.

А дядя решает взять ведущую роль в разговоре на себя.

- Полина, как ты знаешь, я твой родной дядя - Владислав. Со мной приехала одна из членов совета директоров фонда имени моего отца - Барбара Эден. Согласно традиции нашей семьи и учредительных документов фонда очень скоро ты должна его возглавить.

У меня закружилась голова. Неужели это все правда?! Но у меня никакого опыта.

- Я не знаю, смогу ли…

- Полина, - Барбара мягко меня перебивает, - управление такой структурой - непростая задача. Мы все это прекрасно понимаем. Поэтому фонд имеет совет директоров. Это опытные в сфере финансов и благотворительности люди. Они будут обеспечивать жизнедеятельность фонда.

Отличные новости.

- Но право принятия решений у Полины будет? - вмешивается адвокат.

Миловидная брюнетка кивает.

- Безусловно! Ее отец им обладал и… очень часто пользовался.

Кажется, в ее голосе просквозила горечь. Я не удивлена.

- Не собираюсь транжирить фонд в личных целях. А в остальном буду рада помощи.

Глаза Барбары загораются.

- Значит, вы готовы принять владение фондом?

Набираю кислород.

- Да, - чуть склоняю голову, - я, сама не подозревая, помогла своему отцу распоряжаться им. Но теперь все закончится.

Я совсем не чувствую себя внезапно разбогатевшей. Есть чувство радости, что не только на Русе будет лежать ответственность за содержание семьи, детей. Я уверена, этот мужчина не откажется от своих обязательств! И нам всего хватает! Но мало ли что… Морально мне будет спокойнее.

В то же время я хочу, чтобы фонд работал по назначению и деньги, которые я сама не заработала, шли на те цели, на которые их хотел потратить дедушка.

- Вот здесь программы, которые сейчас в нашей работе.

Барбара словно читает мои мысли и разворачивает ко мне большой планшет с сайтом.

Подросшие сироты… Дети, нуждающиеся в операциях на сердце… Одинокие медики-пенсионеры… Это лишь маленькая часть их направлений. У меня захватывает дух. И вдруг пронзает мысль.

- Я бы хотела добавить еще одну категорию, - все смотрят на меня, - мне хочется помочь творческим малышам из благополучных, но небогатых семей. Чтобы они могли заниматься рисованием, музыкой и другими видами искусства.

Во взгляде Барбары читается уважение.

- Да, мы слишком сконцентрированы на детях в горе. Они важны! Но стоит добавить позитива. Очень рада, что вы неравнодушны, Полина. Кстати, у нас был опыт работы с одной маленькой фигуристкой…

Мы утыкаемся в сайт и на время даже забываем о мужчинах. Они тем временем обсуждают формальности и риски. Атаманов должен быть уверен, что меня никаким образом не подставят. А Троицкий берется ему в этом деле помочь.

В итоге мы толком не замечаем, как пролетает обед. Внутри столько новых эмоций! Но кроме дел фонда осталось еще кое-что. Моя семейная история.

- Малыш, я буду ждать тебя снаружи. Мы пока посадим Барбару в такси. Вам с дядей нужно поговорить.

Да, Рус совершенно прав. Хоть я и скованна, но с желанием остаюсь на месте. Дядя тоже. Мы сидим напротив друг друга.

- Полина, я не знаю, как лучше сказать…

Я морщусь.

- Только не нужно извиняться, вы ничем мне не обязаны.

Владислав качает головой.

- Скажу честно, в молодости я даже не задумывался о дочке своего брата. Ну живет где-то малышка и живет. Это меня не касается. Сейчас понимаю, будь я другим, я бы вмешался уже тогда! Но бессмысленно рвать на себя волосы. Которых не осталось, - он горько усмехается.

Я тоже не сдерживаю улыбки.

- Нет идеальных людей. Сейчас вы сделали для меня многое. Спасибо.

Дядя снова чуть потряхивает головой.

- Для тебя, для общества, для своей семьи…

- Ты еще смеешь вякать о семье?!

Грубость летит в дядю не от меня. Мой рот сам собой раскрывается, когда я поворачиваю голову. Со стороны замаскированной служебной двери появляется фигура. До боли знакомая.

- Виктор? Ты всегда любил подкрадываться.

Дядю родственник не пугает. Чего не скажешь обо мне. Вскакиваю на ноги и хочу убежать.

- Поля, постой… - устало просит отец. - Сядь. Давайте все поговорим.

Мы в приличном заведении, вокруг люди и за дверями Рус. Но не только это оставляет меня на месте. Вскидываю голову.

- О чем ты хочешь говорить, «папочка»? Как чуть не сломал мне жизнь?! Больше ты не получишь семейные деньги! - во мне просыпается злость.

Кравцов внезапно хмыкает.

- Порода… Ты явно пошла не в мать, Полина. Не зря интуиция подсказывала, что от тебя можно ждать беды.

Я в исступлении плюхаюсь на место. Виктор отодвигает стул и тоже присаживается. Брат смотрит на него, плотно сомкнув губы. Заодно эти двое? Сейчас мне все равно.

- От меня беды?! Да ты чуть не посадил за решетку моего любимого человека! Ты запугивал моего жениха! Делал всё, чтоб у меня не появился ребенок!

- Я своими руками свел тебя с Атамановым… - впервые в голосе отца я слышу искреннее сожаление. - Что мне оставалось делать? Он бы не пошел со мной на сделку как этот твой Павлик.

- Зачем ты вмешивался в жизнь дочери, Виктор! Через нее ты пробрался к папиным деньгам. Ты должен был быть готов к тому, что род продолжится дальше! - вступает в наш диалог Владислав.

- Ничего я никому не должен! - Виктор окончательно взрывается. - Наш отец был полным кретином! Нормальные люди просто оформляют завещание, и их потомки не знают проблем. А этому хотелось жить вечно… Род! Сказал бы я… Девчонку я завел только ради этого, ты прав! И не собираюсь с ней делиться!

Меня трясет. Я предполагала, что у отца именно такие мысли. Но услышать их от него… Да еще таким злобным тоном.

- Я ухожу! - снова встаю на ноги.

Но от выражения лица «папы» замираю на месте.

- Да сядь ты уже и прижми задницу! - он продолжает, понизив голос. - Я предлагаю тебе сделку… Ты отказываешься вступить во владение фондом. За это получишь приличное ежемесячное пособие. Плюс я больше не трону твоего муженька. Подумай, ведь случай на базе был всего лишь репетицией… А еще лучше - бросай его! Будешь жить с детьми у океана в Штатах и ни в чем не нуждаться! Ты знаешь, я все могу!

Он признался. Я и так была уверена, но все же.

- Ты не можешь ей угрожать! Я сейчас же пойду в полицию и покажу им эту запись!

Оказывается, Владислав заснял все появление брата от и до.

- Это не доказательство! - вопит тот.

- Зато СМИ будет очень интересно! - не теряется двойняшка моего отца.

Ух, мои уши как будто закладывает ватой. Иду… Нет, практически бегу к выходу! И наудачу сразу врезаюсь в Руслана. Он стоял практически под дверью. Троицкий чуть вдалеке.

- Там Кравцов! - говорю в ужасе. - Тот, который мой отец.

Атаманов гладит меня по спине.

- Я знаю.

Отрываюсь, поднимаю на него удивленные глаза.

- Как?!

Руслан напряженно вздыхает.

- Мне доложили, что он приехал к черному входу. Я наблюдал отсюда… Вы должны были поговорить.

Хлопаю ресницами.

- Ты знал, что он будет предлагать мне сделку?

Руслан приподнимает уголки губ.

- Предполагал.

- А почему не остановил?..

- Я точно знал, ты не пойдешь на его условия. Может быть это доверие. У меня туго с определением чувств.

Прижимаюсь щекой к его груди.

- Извините, я далек от всех этих любовных тонкостей, - встревает в нашу идиллию чуть ироничный голос Троицкого, - но ваш дядюшка готов дать показания против вашего отца. Едем, нам есть, чем заняться.

Адвокат показывает нам спину в элегантном сером шерстяном пиджаке. Энергично, играя мышцами, идет к машине.

- Почему он не женат? - ляпаю я.

Муж обнимает меня крепче.

- Хм, просто не создан для брака.

- Где-то я подобное слышала!