Глава 12

– Леся, – Флора подошла с трудом, шатаясь, волоча ноги – от страха и потрясения собственное тело перестало её слушаться.

Но всё же дошла. На пол рядом не опустилась – рухнула без сил.

– Тише, – я обняла, придержала, хотя саму трясло, – всё хорошо будет, честно.

– Не будет, – слабо закачав головой, глухо опровергла травница.

И отстранилась, заставляя её отпустить. Заглянула в мои глаза – её собственные казались двумя кусочками зеркала. Блестящими, чуть дрожащими, я в них себя саму отчётливо видела.

– Что он сделал? – тут же напряглась я, всем сердцем, всей душой осознавая – ничего хорошего.

Взгляд Флоры из потерянно-обречённого стал виноватым, в уголках глаз заблестели слёзы, губы задрожали, но она всё же смогла выдавить:

– Мне очень жаль, Леся. Я не могла ему помешать. Пыталась, но куда мне? Он же целый повелитель демонов…

– Что он сделал? – голос дрогнул.

Я не дышала всё то время, пока Флора дрожащими, непослушными руками вытягивала заправленный край белой рубашки из серой юбки, расстёгивала пять нижних пуговиц, разводила в стороны ткань, открывая вид на собственный живот… Самого живота видно и не было!

– Эфемер! – я отшатнулась чисто машинально, не отдавая себе отчёта в собственных действиях.

Травница всхлипнула, уже не сдерживая слёз, и попыталась прикрыться. Подавшись вперёд, я перехватила её ладони, буквально заставила себя взять себя же в руки и вгляделась.

В том, что странные, не поддающиеся лично моему опознанию символы на коже девушки выжигали – сомнений не было. Раскрасневшаяся кожа, вздувшиеся алые края…

В символах был весь живот. Вглядевшись в каждый из двенадцати, с неприязнью поняла, что не узнаю ни одного. Даже примерно не представляю, что это такое и как снимается.

– Он что-то говорил, когда… когда… – попыталась закончить вопрос и просто не смогла, в горле стоял плотный ком, мешающий даже дышать.

– Да, – с дрожью и хрипом подтвердила заливающаяся слезами страха, боли и вины Флора, – что-то шептал… похоже на те слова, что иногда говорила ты, но я не разобрала ни одного.

Это и не удивительно, у моей соседки магии не было, лишь знания и понимание того, что с чем нужно смешать и где это найти, чтобы получилось лишённое магии, но совершенно волшебное снадобье, зелье, мазь, отвар…

– На пол ляг, – стараясь унять дрожь во всём теле, попросила спокойно.

Спокойствие далось не просто.

Флора спорить не стала, осторожно, морщась, устроилась на полу с ладонями на груди, чтобы мне не мешать.

А через проломы в стенах тем временем было прекрасно слышно рычание, удары, грохот, треск магии и гудение пламени, звон стали, какие-то грозные окрики… похоже, на помощь повелителю пришла его стража.

Справится ли Сагар? Их много, он один. Здесь вопрос уже не только в силе, демонов элементарно количественно больше.

Внутри заклубились сомнения. С одной стороны, требовалось как можно скорее узнать, во что по моей вине втянули Флору. С другой – если Сагар проиграет, демоны тут же за нас возьмутся.

– Подожди, я сейчас, – попросила бывшую соседку и, с трудом поднявшись на ослабшие ноги, побрела к одному из новообретённых окон.

Их тут теперь много было. Буквально везде. На чём потолок держался и почему не падал – не ясно.

Но я упрямо дошла, остановилась на самом краю, боязливо придерживаясь за стеночку, и окинула растерянным взглядом творящееся безумие.

Замок повелителя демонов оказался и не замком вовсе, а горой. Окружённой другими горами поменьше, на которые вид из «окон» открывался прекрасный. Поднимающееся далеко на горизонте солнце, окрасившее небо в нежно-розовый цвет, заснеженное лесное полотно кругом, а землю прорывали изнутри стремящиеся в небеса острые горы. Ближайшая от меня была справа, значительно ниже, за ней ещё одна, и налево…

И между горных вершин сражались, поливая всё вокруг алым и чёрным пламенем, два демона. Огромный, грозный, абсолютно чёрный и уступающий в размерах, но не в быстроте и ловкости красный.

Да… Сагар действительно был быстр, уворачивался от любого удара, атаковал в ответ, но.

Как я и опасалась, на стороне повелителя, пусть и не вмешиваясь в бой, находились демоны из его охраны. Они окружили дерущихся плотным кольцом, не спешили влезать, но неизменно наносили удары по Сагару со всех сторон. Он пытался уворачиваться и от них, наносил удары и по ним тоже, отправляя крылатых в неконтролируемое падение вниз, но нельзя вести успешный бой на два фронта, когда ты один.

Просто нельзя.

Сглотнув, оглянулась. Флора продолжала лежать на полу, только голову повернула и не сводила с меня напряжённого взгляда.

Я улыбнулась – вышло нервно и криво. И снова повернулась к демонам, напряжённо следя за развитием событий.

Развивались… не так стремительно, как хотелось бы. Говоря по правде, они вообще не развивались. Сагар, отбивая атаки повелителя и атакуя в ответ, умудрялся швырять заклинания в окружающих их демонов. Почти каждый раз попадал, сражённый крылатый падал в горные снега, но его место тут же занимал новый рогатый монстр.

Приближаться армия повелителя почему-то не спешила. Держались на приличном отдалении, но всё равно образовывали кольцо, не позволяя Сагару улететь. Хотя… он и не пытался.

Где-то в груди несколько раз кольнуло что-то такое… какое-то несоответствие. Подозрение. Но все мысли разлетелись испуганными пташками, едва в руках главного демона сверкнул меч. Большой, как и он сам, крепкий, закалённый многочисленными битвами… Сверкнул сначала снизу, словно из несуществующих ножен вытащенный, затем сверху – занесённый для удара, и!..

Пронзительный крик прорезал тишину морозного утра! Но это не помогло никак, не изменило ничего – пронзённый мечом Сагар камнем рухнул вниз!

Вслед за ним упала и я, но лишь на колени.

Как околдованная, в ужасе следила за пугающим падением правителя Донгрефа вниз… вот его тёмное тело затерялось в снежной толще… и ничего больше. Ни движения, ни огня, ни звука.

Не шевелилась и я, не дышала даже, только сердце бешено, болезненно о грудь изнутри ломилось. Оно из костяной клетки вырваться пыталось, оно туда стремилось, где среди снега демона видно не было…

– Ведьму схватить, но не убивать, – сухо, безразлично бросил повелитель демонов.

До заторможенного, потрясённого сознания его слова дошли не сразу. Медленно подняв голову, сквозь пелену слёз отчётливо разглядела летящих ко мне демонов… Но даже не шевельнулось.

Не было больше во мне понимания, как быть и что дальше делать. Я на Сагара надеялась, я ему доверяла, я его… у меня к нему душа больше прикипела, чем просто к помощнику. И теперь, когда его не стала, в моей голове что-то взорвалось, выпустив на волю сотни тысяч мыслей. И среди них не нашлось ни одной, за которую я могла бы ухватиться. На которую могла бы опереться. Которая подсказала бы мне, что делать.

Я так и стояла на коленях на краю обрыва, потеряно глядя на приближающихся со всех сторон демонов… когда внезапно ощутила это.

Всплеск магии внутри.

Не моей магии.

Мысли заметались в три раза быстрее, сердце тоже ускорилось, хотя казалось, что это физически невозможно, и дыхание, которого до этого не было, хрипло и рвано сорвалось с губ.

А моя правая ладонь, дрогнув, против моей на то воли вскинулась, кончиками расставленных пальцев указывая на уже почти подлетевших демонов.

Жар в груди, ослепившая вспышка! Глухой взрыв и пламя, ощутимо лизнувшее мою ладонь и сорвавшееся на рогатых, которые уже всего в метре от меня были!

Всё дальнейшее было похоже на дурной сон.

Неожиданно красно-зелёные языки огня обняли демонов, обжигая и калеча. Огонь! Демонов калечит! Тех, кто из огня создан!

А в моей голове на панике бьётся:

«При виде врага, под рёвом огня,

Сила моя – отныне твоя.

Силой делюсь, тебя не боюсь,

О жизни твоей я молюсь»!

Знала ли я, что за заклинание читаю? Разумеется, знала! И о том, что наши с Сагаром жизни магией ведьмовской связываю, тоже знала прекрасно! Да я без этой связи Эфемер бы смогла ему силу ведьм передать!

Но знала ли я, что истинно ведьминское заклинание и в обратную сторону работает? Что и тот, к кому ведьма себя привязала, тоже силу ей передавать способен? Знала? Да я о таком и помыслить не могла! Ни малейшей же мысли подобной не допускала, никогда их у меня в голове не проскальзывало!

А выходит, что очень даже может! Огонь вон, из руки вырывающийся, моим не был. Да и руку я не сама подняла.

Последнее заставило напрячься куда ощутимее. Это получается, он не только магию передавать, он и управлять мною как-то может?

Уже не с напряжением – с паникой самой настоящей подумала: а снять-то связывающее заклинание нельзя! Никак нельзя! Оно природное, чистое, древнее – из тех, которые каждая ведьма с детства ведает, но всего одна на сотню отыщется, у которой смелости и совести его использовать хватит. Такое не снимается!

Попытка сбросить не моё пламя с руки результата не дала – ладонь вообще не послушалась, даже не шевельнулась! Так и вытягивалась в сторону демонов, пока те, хрипя, рыча, крича и не имея возможности спастись, один за другим падали вниз, в спасительный или уже не очень снег.

Всё закончилось, когда рогатых в воздухе осталось лишь двое.

Повелитель и оказавшийся живым Сагар. Два грозных, наполненных силой и желанием победить демона, больше не сдерживающиеся. Больше не пользующихся поддержкой и помощью посторонних. Не использующие никакое постороннее оружие, лишь собственные тела и магию.

От силы в одно мгновение воспроизводимых заклинаний трещал сгустившийся воздух, плавился снег на горных вершинах, дрожали остатки стен.

С растущим ужасом я сумела распознать некоторые.

«Ариэсей» – сильнейшее боевое плетение, ценой его создания служит иссушение шести магов, а на воспроизведение уходит восемь с половиной минут.

Сагар сбросил его с ладони легко, как обычный световой пульсар. Словно он не требовал колоссального влияния магии. Словно не был способен сровнять с землей горы.

Без напряжения же повелитель удар и отбил, отшвырнув в сторону… Прогремел взрыв, от которого содрогнулась земля и раскололись небеса! Я не закричала лишь по одной причине – напряжённо следила за продолжающимся боем!

Демоны перекидывались мощнейшими, сильнейшими заклинаниями так, словно они были простыми камнями. Ударяли, отбивали, сменяли магию на кулаки.

Хруст, рёв, треск звучали тут и там.

Но два монстра оставались равны. Ни один из них не давал другому шанса на смертельный удар, ни намёка на этот шанс.

И едва осознание пришло ко мне, я поняла и ещё кое-что важное. Этот бой будет продолжаться бесконечно, потому что ни один из них не готов уступать, просто не может проиграть, когда на кону стоит без преувеличения – всё.

И раз силы демонов равны…

Значит, моему нужно ощутимое преимущество. И не магическое – у него и своей магии до жути, да только не помогает же.

Здесь другая магия нужна.

И я рванула ворот льняного платья, намереваясь отыскать связку своих оберегов и передать часть из них Сагару… и застыла, разместив ладонь у основания шеи.

Оберегов не было. Конечно, я же к богам взывала до того, как меня порталом унесло, все магические украшения остались в доме на берегу реки!

На несколько мгновений меня захватила паника. Застелила глаза пеленой, перекрыла дыхание, заставила замереть сердце. Что делать? Что?!

А уже через секунду решение нашлось само. И я, дрожа от страха, начала шептать заклинание, пристально глядя на Сагара и едва ли отдавая себе отчёт в собственных действиях.

Прелесть оберегов в том, что каждый из них запитан на что-то определённое. Удачу, здоровье, силу, ясность ума. Сама структура моих амулетов настроена на это.

Но можно и иначе. Точнее, нельзя, совсем нельзя дарить кому-то удачу или ловкость, или что угодно другое. Законом нельзя. Природой.

Дарить я и не стала – я передала. И не свои – повелителя.

Скорость. Ловкость. Сообразительность. Удачу. Всё забирала и в Сагара вкладывала, усиливая его собственные возможности.

Очень, очень плохое дело делаю. Неправильное. Нечестное. Нельзя так, просто нельзя, но… семью отнимать тоже нельзя. И силу у всех ведьм пытаться украсть тоже нельзя, мы от этого злыми становимся и отмахиваемся от всех моральных принципов.

Об одном я снова позабыла: колдовала сегодня уже, и много. Непозволительно много. Таких дел натворила, что и думать страшно, и выложилась на это всё до капли. Просто досуха.

Последнее, что видела, бессильно заваливаясь на бок – охватившее повелителя демонов пламя. Красно-зелёное.

* * *

– Тихо ты, не толпись, – пробурчал смутно знакомый, от рождения всем недовольный голос.

– А ты мне не указывай, – отозвался другой, хриплый, хмурый, знакомый мне уже не смутно – Вездефора я сразу опознала.

Тихий свист, два гулких удара и недовольное шипение в два голоса. Всё ясно, метла тоже здесь и старательно анчутку с вороном к порядку призывает как умеет – бьёт.

Зная эту мухоморку – она и меня спокойно побить может, если сочтёт, что некоторым уже вставать пора.

Быть битой желания не имелось, и так по ощущениям ни кусочка целого не имелось.

Так что я глаза осторожно и приоткрыла.

– О, очухалась! – тут же обрадовалась нечисть речная. – Мы думали, ты помёрла. Я предлагал закопать, так рогатые меня из дома твоего выставили и приближаться к тебе запретили. Хе-хе, молодёжь!

Захихикал анчутка мерзко, но очень довольно. А чего бы ему не быть довольным? Демоны запретили, а он всё равно прошёл. Повод для гордости, даже я согласна.

Попытка осторожно сесть закончилась подступившей к горлу тошнотой и болезненной пульсацией в висках.

И именно в этот момент открылась дверь. Я не видела, зажмурившись от боли, но слышала точно.

– Леся, – всего в одном слове смешались и облегчение, и тревога.

Через мгновение Сагар уже был рядом, осторожно помог сесть, придержал. А когда я шататься перестала, устало на него привалившись, и грохот в голове стих, мне протянули высокий стакан, наполненный чем-то прозрачным с розовым оттенком.

– Яд? – прохрипела ведьма неожиданно с надеждой, принимая протягиваемое.

– Не дождёшься, – мрачно отрезал демон.

А от моей весёлой компании тем временем и следа не осталось. Словно и не было никого.

– Пей, – Сагар стакан придерживал и мягко подталкивал, – лекарь сказал каждые два часа лекарство пить.

– Что это? – не смогла не спросить.

И первый глоток осторожно сделала. Прикрыв глаза, попыталась понять, из чего это сделано было, но всё, что ощутила – лёгкую бодрящую солоноватость.

– Что-то магическое, – максимально не информативно поведал демон.

Я не стала спорить, послушно выпила всё до капли, потому что пить и в самом деле очень хотелось, а раствор и правда бодрил и голову прояснял. Вернула стакан мужчине, позволила устроиться прямо на моей постели и устроить меня в своих объятьях… по правде говоря, на сопротивление просто сил не было. Ни на что не было.

Этим гад рогатый и воспользовался.

– Ты что натворила, безголовая? – начал сразу с главного.

Опровергая претензию, я откинулась затылком на его крепкое плечо.

– Хорошо, – покорно исправился, – головая. Ты что натворила?

Я бы, может, и ответила, но в его вопросе конкретики так и не появилось. Я просто не знала, каких именно ответов от меня требуют.

Вздохнув, выдала максимально сжато:

– Избавила тебя от смертельного проклятья, заложила жизнь богам и, кажется, устроила государственный переворот. – Приходилось прикладывать усилия, чётко выговаривая каждый звук. Язык был тяжёлым и не слушался. Говорить не хотелось вовсе. – Между прочим, ты в этом тоже участвовал.

– Леся, – натурально прорычал демон, но объятья его при этом оставались нежными и осторожными.

Так что мне даже страшно не стало. И волнительно не стало тоже. И вообще, мне было спокойно, хорошо, тепло… Глаза как-то сами собой закрылись, и пока Сагар продолжал что-то раздражённо, едва сдерживаясь, мне втолковывать, я взяла и бессовестно заснула.

Уже сквозь сон краем сознания почувствовала, как переворачиваюсь прямо в объятьях демона, устраиваюсь щекой на его груди, обнимаю его какое-то слишком уж твёрдое, просто-таки каменное тело. Впрочем, таковым оно оставалось совсем недолго. Скоро Сагар расслабился, осторожно пошевелился так, что теперь мы оба лежали, а не сидели – он на кровати, я на нём.

И так хорошо было. Просто хорошо.

* * *

– Сагар, – проник в сознание чей-то злой голос, – тебя весь Совет битый час ищет. Ты что здесь делаешь?

– Исчезни, – сонно велел демон подо мной.

И обнял крепче, без лишних слов говоря: не отпустит.

А я и не возражала же.

– Сагар, – не унимался загадочный мужчина, – нельзя захватить власть и исчезнуть!

Но у безрогого на этот счёт было иное мнение.

– Можно, – заверил с непробиваемой уверенностью в своей правоте. – Фезер, будь другом, сдохни сам.

– Совсем охренел?! – уже не пытаясь говорить тихо, взревел мужик так, что я подпрыгнула и попыталась сесть, но Сагар удержал, прижал к себе крепче и успокаивающе гладил ладонью по спине всё то время, пока его друг изволил гневаться. – Мы этой возможности семь лет ждали, брат! Не будь идиотом, подними задницу, иди и возглавь наш народ!

Страшно? Оказывается, до этого было даже не волнительно.

Сердце, замерев на мгновение, зашлось в ускоряющемся грохоте, а я не шевелилась… даже не дышала, проваливаясь в колючее нехорошее предчувствие и точно ощущая, как напрягся подо мной Сагар, как потяжелели его лежащие на моей спине руки, как его собственное сердце застучало сильнее и быстрее.

«Мы этой возможности семь лет ждали, брат!» – грохотало в голове.

«Иди и возглавь наш народ», – вторило ему, затихая.

Фезер, видимо, осознав, что сказал не того, больше кричать не стал, лишь мрачно сказал:

– Жду тебя на улице.

И вышел, тяжело ступая и грохнув дверью.

Мы остались. Лежали, не шевелясь, обнимались, слушая неровное биение сердец друг друга… и такое ощущение, что отдалялись с каждым мгновением всё дальше и дальше друг от друга. Словно земля между нами треснула, а трещина эта расползалась, образуя пропасть, унося нас всё дальше, отдаляя всё сильнее.

– И чего надумать успела? – негромко, ровно спросил Сагар и… одним этим вопросом, одним звучанием своего голоса заставил пропасть исчезнуть.

– Что ты меня в своих грязных целях использовал, – прошептала как есть, не тая.

Сердце, что билось прямо под ухом, ударило как-то особенно сильно.

Моё и вовсе стремилось вырваться и унестись, оказаться как можно дальше отсюда и не слышать ни слова.

Демон помолчал. Наверно, раздумывал, стоит ли меня переубеждать и может ли он ещё чего из нашего сотрудничества взять? Я тоже задумалась. Проклятье сняла… правда, собственной жизнью за него расплатилась, но это ладно, это не беда – в том, что в конечном итоге именно моя жизнь ценой всего будет, я не сомневалась ни мгновения с того самого момента, как эльфы в мой дом вошли. Так что с этим я смирилась, и даже легче, чем полагала. Что там ещё? В государственном перевороте поучаствовала вот. Объективно: без моей помощи Сагар бы не победил. Демоны бились на равных, наверно, это было одной из причин, почему Сагар и его дружки «этой возможности семь лет ждали». Не было преимущества. Никак победить бы не смогли.

Ну, а чего ещё с меня взять можно?

Спокойно, так, словно это не значило вообще ничего, я негромко проговорила:

– Если всю силу ведьм в себя вобрать, случится взрыв, который уничтожит всю Сферу Гефроя.

Тишина.

И напряжённое до такой степени, что, казалось, это напряжение можно руками потрогать:

– Мне сила ведьм не нужна.

Это радовало. Правда радовало, только глухо как-то, неощутимо.

– Тебя ждут, – проговорила едва слышно.

– Ждут, – глухо отозвался Сагар.

И остался лежать, продолжая обнимать меня двумя руки и позволяя покоиться на его груди.

А сердце тудух, тудух, тудух…

– Тебе нужно ещё поспать, – заметил мужчина.

– Угу, – согласилась, возражений никаких не было.

И не шевельнулась. Даже не попыталась. Вот и Сагар мог бы меня переложить, причём без усилий совсем, но тоже не попытался.

И лежим… я уже с трудом улыбку сдерживаю, демон меня ладонью по волосам нежно поглаживать принялся.

– Правда ждут, – сказал уже он сам, и по голосу слышно, что улыбается.

– Правда спать надо, – я улыбнулась шире.

И… мы лежать остались. Внутри пропасть разрасталась, края болью опаляя и мысли в чёрный омут затягивая, глаза от сдерживаемых слёз жгло, а я улыбалась и не шевелилась.

Потому что шевельнусь – и болезненное осознание обрушится так, что не вздохнуть. Все мысли к сказанному Фезером унесутся, а потом по событиям прыгать начнут, искать, подозревать…

И ведь начнут же в любом случае, но так невыносимо сильно хотелось продлить вот это ощущение тепла и спокойствия… потому что точно знаю: это в последний раз.

Потому что Сагар меня убедить в своей невиновности даже не попытался.