Глава 36

Дарья Проснулась оттого, что кто-то смотрел на меня. Если честно, я испугалась, потому что мне в грудь смотрел арбалет. И он был заряжен. Одно неловкое движение — и никакая магия жизни меня не спасёт. Усилием воли подавила в себе желание заорать и дёрнуться. Ещё вчера я бы не вспомнила имя того, кто сидел напротив меня. Но сейчас, в стрессовой ситуации, мозг работал совсем по-другому. — Равеш Тахар? — спросила я. — Госпожа целительница запомнила, как меня зовут. — Мужчина саркастически поклонился, опасно качнув арбалетом. Это был тот самый дракон, которому я помогла бежать. — Уберите арбалет, — попросила я, — он меня нервирует. — У вас железные нервы, леди. Я думал, вы закричите, и мне придётся прервать ваш крик. — И он снова качнул арбалетом. — Какие, однако, у вас жестокие методы. Что я вам сделала, что вы хотели меня убить? — Вопрос в том, что вы сделали не мне, а с моей невестой. — Тон Равеша стал жёстким. — Я её спасла, — ответила я спокойно. — Она отравилась. — И я назвала яд. — Я знаю этот яд, — мрачно произнёс Равеш. — От этого яда нет противоядия. — И тут же добавил: — А могу я взглянуть? Я слегка отодвинулась: — Прошу. Равеш подошёл с другой стороны, встал на колени и взял руку лежащей на кровати девушки. Приложил к ней губы. — Она действительно жива, — сказал он через некоторое время. — Как вам это удалось? — Я же всё-таки целитель, — сказала я, облегчённо вздохнув, потому что в этот момент стало понятно, что опасность быть застреленной из арбалета миновала. — Теперь я вам должен вдвойне, — произнёс мужчина. Я чуть было не сказала, что я вам всё прощаю. Но в какой-то момент подумала, что здесь, в этом мире, такие вещи нельзя прощать, и лучше иметь этого странного мужчину-дракона в должниках, чем быть должной ему. А он, видимо, ждал, что я откажусь. Но я сказала: — Хорошо, я принимаю ваш долг. И мне показалось — хотя я не могу утверждать этого точно, потому что всё же в комнате был полумрак, — что на его лице мелькнуло недовольство. «Ну ничего, переживёт, сам же предложил», — подумала я. — Она спит или вы погрузили её в этот свой целительский сон? — спросил он. — Спит. Организму нужно время, чтобы восстановиться после такого отравления. — Почему вы сидите с ней? — Я пока не знаю, удалось ли мне окончательно победить эту отраву, и эту ночь я буду следить за её состоянием. — А с кем ваш ребёнок? И мне этот вопрос крайне не понравился. — Мой ребёнок в надёжных руках, — ответила я холодно. И всё-таки спросила: — А вы с какой целью интересуетесь? Но мужчина мне не ответил, и это мне не понравилось ещё больше. Мужчина встал. — Я ухожу, но я буду приглядывать за ней. — Почему вы не поженились? — спросила я. — Мы не успели. — Он вдруг наклонился и, пристально глядя мне в глаза, произнёс: — Но я убью генерала, и мы поженимся с Ликарией. Смерть генерала в мои планы не входила. И, глядя на этого дракона, я подумала, что вот прямо сейчас я могу его отключить и сдать генералу. Но тогда генерал его убьёт, а этого я тоже не хотела. Каким бы ни был Равеш, он не заслуживал смерти. Как и никто другой. — А можно обойтись без убийств? — сказала я. И я уже увидела, что он хотел сказать «нет». Но потом он взглянул на меня и, видимо, что‑то понял. — Почему вы не хотите, чтобы я его убивал? — Я не могу вам сказать. — Это связано с вашим сыном? Я замолчала, а он продолжал смотреть. И я бы могла ему рассказать, но я не доверяла мужчине. Слишком явно читалась на его лице ненависть к генералу. И если он узнает, что Лиам — сын Лаэрта, то, мне показалось, он ни перед чем не остановится, чтобы уничтожить генерала. — Просто мне нужно время, — сказала я. — Хорошо, — сказал Равеш. — Я вам должен две жизни, поэтому обещаю, что, если генерал не женится на Ликарии, я не буду его убивать. Я выдохнула. — Я вас поняла, я попробую что-то сделать. А сейчас уходите: скоро придут её служанки. Он усмехнулся: — Эти толстые, ленивые девицы крепко спят. — Вы что, их усыпили? — Им это не требуется, они и сами отлично высыпаются, — снова со смешком ответил Равеш. — Всё равно уходите, — сказала я. Не успела моргнуть, как Равеш словно растворился в полумраке коридора, ведущего из покоев княжны в сторону комнаты служанок. Я посмотрела в окно. Рассвета ещё не было, значит, нужно было ещё пару часов подождать, последить за состоянием княжны, а потом можно будет разбудить служанок и пойти отдыхать самой. Днём обычно симптоматика не так остро выражена. К тому же пройдёт уже больше шести часов и станет ясно, нужно ли ещё экстренно чистить организм или положиться на мягкое очищение.*** Генерал Лаэрт «Ещё немного — и она меня сместит с поста генерала», — усмехнувшись, подумал генерал после того, как получил несколько распоряжений от Дарии. И что самое удивительное, он даже не стал возражать. Послушно выполнял её команды. И даже не возмутился, когда прозвучало: — Идите, генерал, устройте людей, и прошу вас уделить особое внимание моему сыну со служанкой, — сказала она. Так приказывать ему мог только император. И вот теперь ещё одна маленькая женщина, постепенно становившаяся чем-то важным в его странной жизни. У него было ощущение, что он долгие годы брёл по какому-то подземелью в поисках света. И вот сейчас он его нашёл. Стоило закрыть глаза — и перед ним представал её образ. Она держала ребёнка, и от неё исходил свет. И сейчас он грелся в лучах этого света. Она легко гасила вспышки ярости, которые возникали у него, и легко находила выход из сложных ситуаций просто одним словом или движением. Как сегодня. Князь Шеханира завёлся и говорил ужасные вещи, за половину которых в империи отправляли на эшафот. А она просто взяла и ткнула его пальцем в лоб. Как будто перед ней был не князь, а обычный лавочник. Или же ситуация с княжной. Она не стала никого спрашивать, ничего выяснять. Просто пошла и начала исцелять. Но что больше всего подкупало, так это то, что она действительно его не боялась. Но были моменты, которые его раздражали. Вот сегодня, стоя посреди недружественной толпы, он заметил, что мужчина из придворных князя буквально сверлил её взглядом. Это был признак будущей опасности, никто просто так не будет пристально смотреть столько времени. Но она почему-то не сказала ему об этом. То ли ещё не доверяет, то ли не придала значения, что это может быть опасно. А вот генерал знал, что просто так никто смотреть не будет. Его люди схватили этого человека. И то, что он сказал, потрясло генерала. Потому что если это было правдой, то генерал вполне мог поверить в чудо. Только вот как теперь это выяснить?