Глава 39

Генерал Лаэрт Он и сам не знал, что с ним происходит. И будь он уверен в том, что не подвергался никакому воздействию, он бы подумал, что его заколдовали. Кровь бурлила в венах, а проклятие практически не ощущалось. Да, она не ответила ему, но она обещала подумать. Вот только… Вот только был один тонкий момент, который во время разговора с ней показался ему несущественным. Но одно дело, когда он находился рядом с императором, и тот боялся его непредсказуемости и того, что ему плевать на собственную смерть, а другое дело, когда он в неделе пути. А если смотреть с точки зрения повиновения императору, то у него был чёткий приказ, который он не должен был проигнорировать. Он должен был жениться на дочери князя Шеханира. И генерал Лаэрт активировал артефакт прямой связи с императором. Когда он увидел лицо императора, то поразился, насколько тот плохо выглядит. — С вами всё в порядке, ваше императорское величество? — спросил он. Император закашлялся, но, видимо, активировал целительский амулет, потому что по его лицу прошла световая волна, и он снова стал тем, кого все привыкли видеть, — мужчиной средних лет с уверенным холодным лицом. — Но ты же связался со мной не для того, чтобы узнать, как я себя чувствую. Нет? Рассказывай, как в Шеханире. Добрался без проблем? — Почти, — сказал генерал. — Была пара небольших стычек. — Да, но мне доложили, что основной зачинщик сбежал. И не просто сбежал, а говорят, что при помощи какой-то целительницы, которую ты отобрал у барона Мирбаха. Что за целительница? Хорошенькая? — Обычная, — глухо ответил генерал, лихорадочно размышляя, кто из его офицеров такой разговорчивый и настолько шустрый, что так быстро всё докладывает во дворец. Параллельно он размышлял, каким образом доложить императору, что он не собирается жениться на княжне Шеханира. — И как она тебя лечит? — всё так же с пошлым подтекстом спросил император. — Ваше величество, я желал бы заключить брак, — неожиданно даже для себя самого выпалил генерал, которому стал крайне неприятен этот разговор, особенно в таком тоне, — но не с княжной Шеханира. Император нахмурился. — Лаэрт, ты в своём уме? Я тебя верно услышал? Ты отказываешься жениться на княжне Шеханира? Ты хоть понимаешь, что это будет означать? Генерал понимал, что Шеханир — единственное раздражающее место на карте, не завоёванное императором и не вошедшее в империю добровольно. И его брак гарантировал императору вхождение княжества в империю. И он знал, что сразу после его женитьбы князю Шеханира придётся умереть. Но Дария спутала все планы. — Постой. На ком же ты хочешь жениться? — Неожиданно на лице императора появилось изумлённое выражение, как будто ему в голову пришла мысль, в которую он никак не мог поверить. Генерал Лаэрт молчал. — Не может быть. Неужели на целительнице? — Император даже подался вперёд, будто пытаясь рассмотреть, что случилось с его генералом. — Если бы я не знал тебя, Лаэрт, я бы подумал, что тебя заколдовали. — Император замолчал и вдруг сказал: — Пришли ко мне целительницу, я посмотрю. — Нет, — сказал генерал. Лицо императора исказилось от гнева, и в голосе явно прозвучала угроза. — Я не ослышался? — Ваше величество, да, я хочу жениться на целительнице. И поэтому отказываюсь от брака с княжной Шеханира. Внезапно император расхохотался и продолжил уже совсем другим тоном: — Лаэрт, дружище, прежде чем давать согласие на твой брак, я хочу лично познакомиться с ней. Клянусь, ей ничего не угрожает, просто отправь её ко мне. — Я могу приехать вместе с ней. — Нет, Лаэрт. Ты должен быть в Шеханире. Ну же, твоей женщине ничего не будет грозить. Генерал хорошо знал императора. Доверять ему было нельзя. Он и сам был таким же. Хотя почему был? Он таким и оставался. И менялся только для неё. Для Дарии. — Нет, ваше императорское величество. Дария останется здесь. Лицо императора стало похоже на маску, застывшую в ярости. — Ты не оставляешь мне выбора, Лаэрт. У тебя есть три дня. Если через три дня этой женщины не будет в моём дворце, ты умрёшь. У меня достаточно генералов, которые исполнят мой приказ, чтобы Шеханир вошёл в состав империи. И словно император уже активировал действие клятвы, Лаэрт вдруг почувствовал, как что‑то остро кольнуло прямо в сердце, и оно на мгновение остановилось. Он сжал кулаки, не подавая виду, что что-то произошло. Император почти отключился, но вдруг артефакт замигал, вернув картинку: — Можешь использовать экстренный портал, — прозвучало от императора, прежде чем артефакт окончательно погас.*** Дарья Я стояла в небольшом коридоре покоев генерала и слушала скрипучий голос императора. Я никогда его не видела лично, но, судя по голосу, он мне представлялся высоким, жёлчным стариком. «Значит, намерения Лаэрта честны. Но он не сможет этого сделать, потому что император может сделать так, чтобы он умер». И я вспомнила, как мне рассказывали про кровную клятву, которую каждый генерал приносит императору. «Скорее всего, это она», — подумала я. А на самом деле я не собиралась подслушивать разговор с императором. Но я пришла дать Лаэрту ответ. Охрана меня пропустила, потому что у них было указание от генерала пропускать меня в любое время дня и суток. Я зашла, но, услышав, что генерал с кем-то разговаривает, застыла. И случайно узнала тайну. Я постучала. Лаэрт открыл дверь сам. Первое выражение лица, которое у него было, — удивление. Такое несвойственное чертам его лица выражение, но оно быстро сменилось, уступив место грустной радости. — Не ожидал. — Что-то случилось? — Случилось. Я должен... — Он замолчал, но потом продолжил: — Получается, мои планы и планы императора не совсем совпадают. — Простите, генерал, но я случайно услышала ваш разговор, и… Мы можем поехать к императору вместе. — Нет, — быстро сказал генерал. — Почему? — удивилась я. — Потому что вы не целительница, Дария. Потому что вы маг жизни. А император умирает. Что вы думаете, он сделает, узнав, что рядом есть маг жизни? А я сразу вспомнила, почему исчезли маги жизни. Потому что их заставляли делиться магией. Особенно женщин-магов. Потому что самый верный и эффективный способ — это соединение женщины и мужчины. — Я пойду один, — сказал генерал. — А он ничего вам не сделает? — спросила я. Пауза была короткой, но мне хватило, чтобы понять, что генерал мне солгал. — Конечно, нет, Дарья. Ничего он мне не сделает.