Глава 22

Так мы ехали несколько минут. Травянистый склон закончился, вдоль путей потянулись дома. Зуилас покачнулся и разжал руку. Мы покатились с высокой насыпи, и Зуилас по-прежнему прижимал меня к себе. Наше падение закончилось у велосипедной дорожки. Стальная хватка Зуиласа ослабла. Я встала на колени и прикоснулась к его руке – она была ледяной.

– Зуилас?!

Он взглянул на меня, приоткрыв глаза. Из уголка его рта текла струйка крови, глаза были черны как ночь. Все его тело было в ужасных кровавых ранах. Он был похож на актера из фильмов ужасов, а не на живое существо.

– Здесь ты в безопасности? – прохрипел он.

Я оторвала от него испуганный взгляд и осмотрелась. На вершине холма по дороге мчались машины. Вдали крошечные пешеходы под зонтами спешили по своим делам.

– Думаю, да.

Он испустил болезненный вздох. Алое сияние окутало его руки, и он скрылся в инферно. Оставшись одна, я опустилась на траву у кровавого пятна, коснулась места, где он только что лежал. Силы покинули меня, и я, дрожа, упала ничком.

Дура. Какая же я дура!

Мне хотелось закрыть глаза, но я не могла оторвать взгляда от окровавленной травы. Зуилас тяжело ранен. Если бы он был человеком, его раны были бы смертельными. Никаких гарантий, что он выживет. Да, он владеет исцеляющей магией, но сможет ли он ее использовать? Сможет ли исцелить себя? Или уже слишком поздно? В прошлый раз, когда его глаза так потемнели, он был при смерти.

Меня вновь охватила паника. Я вскочила и помчалась по склону.

Зуилас умирал. И только я могла ему помочь, но действовать нужно было как можно быстрее.

Я нетерпеливо топталась на месте, не в силах дождаться, когда таксист отдаст мне кредитную карту и квитанцию. Выхватив карточку у него из рук, я побежала к мотелю, не волнуясь о том, что он мог обо мне подумать – вся в грязи и темных пятнах от крови Зуиласа, я выглядела ужасно.

Потребовалось четверть часа, чтобы поймать такси и доехать до мотеля. Возможно, это слишком долго… Возможно, я опоздала… Но выбора не было.

Я нащупала в кармане плаща ключ-карту от нашего с Амалией номера, сунула в замок и толкнула дверь. В мрачной комнате было темно и пусто. Две кровати остались незаправленными, открытые сумки стояли на полу, в углу валялось то, что осталось от разобранного Зуиласом телевизора.

Захлопнув за собой дверь, я влетела в ванную комнату и на полную мощность включила душ. Ледяная вода брызнула в ванну. Цепочка с инферно запуталась под одеждой, я расстегнула плащ и торопливо сбросила его. Сжимая в руке металлическую подвеску, я сунула ее под струи. Вода потеплела, кулон становился все горячее.

– Зуилас, выходи. У меня есть то, что может тебе помочь.

Ничего не произошло. Нет. Я не могла опоздать.

Я сбросила кроссовки, положила телефон на полочку и шагнула в ванну. Кипяток пропитал носки, я вздрогнула, продолжая держать инферно под струей.

– Зуилас, пожалуйста, выходи!

Горячая вода текла по металлу, и он озарился алым сиянием. Магия не взвилась в воздух, как прежде, а словно пролилась вниз. Зуилас воплотился буквально у меня в руках, стоя ко мне спиной и лицом к душу. Вода моментально стала красной от крови.

Его ноги подкосились.

Я схватила его за плечи, но он был слишком тяжелым и потянул меня за собой. Я упала назад. Демон оказался в моих объятиях: его голова лежала у меня на плече, мои ноги обхватывали его тело. Вода смывала с него кровь, тут же становясь красной. Пар поднимался от кипятка, и там, где он смешивался с его кровью, обжигал меня.

Я с усилием приподняла его, чтобы вода не заливала лицо.

– Зуилас?!

На его щеке дернулся мускул, но глаза были закрыты:

– Горячо.

– Да, – прошептала я.

Он безвольно лежал, позволяя воде омывать его тело. Я осмотрела его, пытаясь определить, насколько опасны раны, но ничего не поняла. Пять проколов на животе, четыре глубоких пореза на плече, порезы поменьше на груди, почти разорвавшие ремни его портупеи. И это только внешние повреждения! Кто знает, насколько опасны внутренние? Но самое главное – как много крови!..

– Зуилас! – Я сглотнула комок в горле. – Ты выживешь?

– Так легко ты от меня не избавишься, – пробормотал он.

– Я и не пытаюсь избавиться от тебя. – Я всхлипнула под натиском вины и сожалений. – Прости меня!

Он взглянул на меня полуприкрытыми глазами цвета остывающих углей:

– Простить?

– Я думала, ты сможешь его победить! Я думала, тебе это не трудно! Если бы я знала… Я бы никогда не заставила тебя драться с ним!

– Не составит труда. – Он поморщился. – Ты такая zh’ūltis. Как ты не понимаешь?

– Чего не понимаю?

Он повел рукой, показывая на свои раны:

– С чего бы тебе думать, что я сильнее?

– Но… Но ты же сам говорил…

Он выпрямился и прислонился спиной к стене. Одна его нога свисала с края ванны. Он оперся головой о плитку и уставился на меня холодным взглядом.

– Тахеш – Dīnen Первого Дома. А я Dīnen Двенадцатого. Я самый слабый из них!

– Прости. Я должна была понять, что у тебя нет шансов против Тахеша.

– Нет шансов? Ты решила оскорбить меня еще сильнее, payilas? – В его темных глазах начали появляться проблески красного. – Я могу убить кого угодно. Любого из них. Я не стал бы Dīnen, если бы проигрывал. Я выжил потому, что никогда не проигрываю!

– Но ты только что проиграл! И едва выжил.

– Kanish! – Он оскалился, вскинул руку, схватил меня за волосы и дернул на себя. – Я проиграл из-за тебя! Ты заставила меня драться с ним, а я просто не мог победить!

Я дрожала от страха, боясь моргнуть. Он не делал мне больно – но хотел. Это было написано у него на лице. Его клыки легко могли пронзить мою нежную кожу. Ужас сковал меня ледяными когтями.

Он отпустил меня и откинулся назад. Потом погрузил лицо в воду и закрыл глаза. Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить колотящееся сердце, и сказала:

– Я ничего не поняла.

Он задвигался под горячим душем, чтобы омыть все тело. Вода уже не была такой кроваво-красной.

Я попыталась снова:

– Ты говорил, что никогда не проигрываешь, но тут же сказал, что не можешь победить Тахеша.

– Победить, – тихо проворчал он, – и не проиграть – разные вещи. Если ты проигрываешь, то умираешь.

Я медленно выдохнула.

– Так ты никогда не проигрывал. Как тебе это удалось?

– Если я не уверен, что смогу победить, я не сражаюсь. Я жду. Так я пережил других Dīnen.

– И чего ты ждешь?

– Dh’ērrenith. Это значит… уверенность в победе. – Он открыл глаза. Они снова стали ярко-алыми. – Я жду, когда они ослабеют, отвлекутся, станут одинокими и немощными. Я жду, пока они не забудут, что им следует меня опасаться. Я выжидаю подходящий момент для удара и нападаю сзади или сверху, откуда меня не видно. И убиваю. И никогда не проигрываю.

Я смотрела на него, чувствуя озноб, несмотря на горячий душ.

– Так было до тебя, – добавил он, усмехнувшись. – А теперь я проиграл.

– Прости, – уже в который раз прошептала я. – Я ошиблась.

Он не ответил.

Вздохнув, я вылезла из ванны. Вода капала с промокшей одежды. Я взяла полотенце и телефон и вышла, оставив Зуиласа греться под горячим душем.

Дрожа от холода после ванны, я отправила Амалии сообщение – написала, что вернулась в мотель и не смогу продолжить вместе с ними охоту на демона. Настороженно взглянув на дверь ванной комнаты, я сбросила мокрую одежду, вытерлась и переоделась в теплый свитер и штаны для йоги.

Я как раз надевала носки, когда Зуилас вышел из ванной. Капли воды блестели на его коже. Волосы прилипли к голове, и маленькие рожки выступали сильнее обычного. Он дернул пряжку перевязи, защищавшей правое плечо. Кожаный доспех подался, и он сбросил на пол щит, прикрывавший сердце.

Нервничая, я смотрела, как он расстегивает наручи и снимает рукава. Все это присоединилось к куче на полу. Раздевшись до пояса, он сел, скрестив ноги, на ковер посреди комнаты. Резаные и колотые раны сплошь покрывали его тело. Невероятно, но кровотечение остановилось. Он наполовину прикрыл глаза и, казалось, задумался.

Зуилас прижал руку к полу. Под кожей засветились багровые вены. Под ладонью вспыхнул магический круг, расписанный рунами. В комнате стало холодно. Слабый свет за окнами потускнел, и я видела лишь сияющий круг. Он разглядывал его, словно проверяя, все ли в порядке, потом лег рядом.

Он шевелил губами, почти беззвучно шепча заклинания на родном языке. Магия клубилась вокруг алых символов, окутывала его, перетекая в порезы и раны.

С последними словами заклинания магия вспыхнула и перетекла в него. Он выгнулся над полом, стиснув зубы от напряжения.

Когда последние всполохи магии погасли, магический круг исчез, а Зуилас рухнул на пол, тяжело дыша.

Не скрывая любопытства, я подобралась ближе. Раны исчезли, словно их никогда не было. Ни одного шрама не осталось! Тяжело дыша, Зуилас сел и потер правую руку, которую еще секунду назад покрывали глубокие порезы.

Я придвинулась еще ближе.

– Тебе все еще больно?

Он не ответил. Поднявшись на ноги, он покрутил плечами, наклонился и прижал ладони к полу. Я поразилась его гибкости. Он задержал растяжку на пару секунд, выпрямился и наклонился назад, сделал «мостик», снова прижав ладони к полу. Я удивилась еще сильнее.

Он легко оттолкнулся от пола и небрежно встал прямо, словно согнуть позвоночник в любую сторону было для него самым обычным занятием. Нахмурившись, он снова стал крутить плечами. Вода капала с него на пол.

Я обошла его и отправилась в ванную, выключила душ и взяла пару полотенец. Вернувшись в комнату, я расправила одно из них и накинула ему на плечи. Он подозрительно прищурился.

– Тебе стоит вытереться, – пробормотала я. – Чтобы не замерзнуть.

Отшвырнув полотенце, Зуилас отодвинулся. Он вел себя так, словно мое присутствие оскорбляло его. Наверное, он все еще не простил меня за то, что чуть не погиб по моей вине. Но я и не надеялась заслужить прощение так быстро.

– Если хочешь, можешь лечь, – предложила я, указав на кровать. – Если… если тебе здесь будет удобнее, чем в инферно.

Наклонившись, он отстегнул наколенники и стал рассматривать ссадины на ногах.

Я, как смогла, вытерла ковер и отнесла влажные полотенца в ванную. Когда я вернулась, Зуилас, голый по пояс, лежал на моей кровати. Его карамельная кожа резко выделялась на фоне бледно-голубого одеяла. Следовало признать – его тело было… красивым. Ровная, чистая кожа, словно покрытая автозагаром, крепкие мышцы. Он выглядел как модель с обложки журнала. И был бы идеален, если бы не багровый цвет глаз, рожки и шипастый хвост, который свисал с кровати и по-кошачьи подрагивал.

Зуилас что-то сердито пробурчал, выведя меня из ступора, и перевернулся на живот. Обернувшись, он искоса взглянул на меня. Я смутилась и поспешила вернуться к уборке.

Я развесила мокрую одежду в ванной, привела в порядок свой чемодан и собрала с пола вещи Зуиласа. Лежа на животе, он следил за каждым моим движением, не скрывая враждебности.

Я подняла его наруч. На нем был изображен круглый сигил с острыми лучами. Я тут же узнала его. Такой же символ был и на моем инферно. Я поднесла подвеску к глазам, чтобы убедиться. Да, символы были абсолютно одинаковыми.

– Что это? – спросила я Зуиласа, указывая на печать на его доспехе.

– Герб моего Дома. – Его Дом. Должно быть, это изображение появилось на инферно после того, как мы заключили контракт.

Он лежал на животе, положив голову на сплетенные руки. Борясь с желанием уползти и спрятаться в уголке, я положила его нарукавник на тумбочку и села на кровать рядом с ним.

Я набрала в легкие побольше воздуха и сказала:

– Зуилас… Как только Тахеш будет остановлен – другими магами, – я начну искать способ вернуть тебя домой.

– Почему не сейчас?

– Мы должны слиться с толпой. Сейчас все заняты охотой на Тахеша. До тех пор, пока его не поймают, любые мои действия привлекут к нам лишнее внимание.

Он холодно посмотрел на меня и отвернулся. Я опустила голову. Возможно, он всегда меня ненавидел, но я не понимала, почему его презрение так меня беспокоит.

Явно игнорируя меня, он помассировал правое плечо, чтобы размять мышцы. Не задумываясь, я прижала большой палец к мышце, которая шла вдоль его лопатки. Он подскочил и оскалился:

– Что ты делаешь?

– Прости! – вскрикнула я, отшатнувшись. – Я…я пыталась помочь…

Он сердито взглянул на меня и снова улегся на живот. Хвост стукнул по матрасу, выдавая его смятение.

– Уйди.

Я хотела встать, но замешкалась. Да, он исцелил раны, но его мышцы были напряжены, и ему все еще было больно. Сделав глубокий вдох, я оперлась коленом о кровать, прижала обе ладони к его спине и с силой провела большими пальцами вдоль позвоночника.

Он зашипел, как потревоженная змея:

– Убирайся!

– Моя мама часами просиживала над древними книгами, – решительно возразила я. – Я делала ей массаж несколько раз в неделю. Я в этом очень хороша.

Он огрызнулся и начал вставать, но в этот момент я нашла мышцу, которая его беспокоила – тугая полоса, тянувшаяся от шеи до лопатки – и прижала оба больших пальца к этому узлу. Он напрягся. Я надавила сильнее, вынудив его снова опуститься на кровать.

Повернув голову, он наблюдал, как я прорабатывала сведенную группу мышц. Он был в хорошей форме, так что мне не составляло труда находить напряженные участки. Я закончила разминать затекшее плечо и взялась за его спину. Он не двигался, наблюдая за мной с подозрением, словно я могла выхватить нож и вонзить ему под ребра. Возможно, он не считал это лишней предосторожностью – в конце концов, в контракте не сказано, что я не должна вредить ему.

Перебравшись на кровать, я взялась за его левое плечо. Я прощупывала напряженные мышцы, пытаясь как-то принять всю абсурдность ситуации. Делать массаж демону было даже более странно, чем кормить его печеньем. Тем более что мышцы его спины были такими фактурными, а кожа – гладкой и безупречной. Мне стало неуютно, и я заглянула ему в лицо.

Зуилас больше не следил за мной, а просто смотрел в стену отсутствующим взглядом. Он прикрыл глаза, лицо расслабилось, дыхание стало глубоким и ровным.

Приятно удивившись, я спрятала улыбку и продолжила. Руки устали, но боль в пальцах была ничем по сравнению с той болью, которую он испытал из-за меня. Я усердно прорабатывала его левое плечо. Когда мышцы наконец расслабились, я спустилась ниже и, не найдя больше никаких напряженных участков, мягко провела пальцами по его спине.

Зуилас лишь глубоко вздохнул. Он лежал с закрытыми глазами. Мои руки замерли, но он не пошевелился.

Он заснул?!

Я почувствовала странное удовлетворение. Демон заснул, пока я делала ему массаж. Если это не крошечный шаг к доверию, как еще это назвать?

Я удобнее устроилась на кровати. Дыхание Зуиласа стало глубоким и ровным, тело расслабилось. Я провела ладонью по его спине к затылку. Удивление на миг вытеснило дискомфорт. Он был так похож на человека и в то же время был совершенно другим.

Его кожа была прохладной, значит, он еще не совсем восстановился. Рассматривая его лицо, я запустила пальцы в его влажные волосы, почувствовав, как восхищение и нежность становятся более глубокими.

Мы связаны. Я спасла ему жизнь, а он спас меня. И хотя быть моим защитником его заставляла магия, он дрался не на жизнь, а на смерть. Никогда больше не стану злоупотреблять своей властью над ним. Мы вместе, а потому неважно – демон он или нет, он заслуживает такого же уважения и внимания, как любой, кто защищал бы меня.

Я молча смотрела на спящего демона, лежа рядом с ним в темной комнате.