3 - домашний

Когда ни у Олега, ни у Асо не осталось сил на продолжение чарующей ночи, дроу постарался уйти. Он аккуратно убрал со своей талии чужую руку, неловко поднялся с кровати на ноги, чуть поморщившись от боли. Дроу знал, что через час она должна исчезнуть, надо лишь немного потерпеть. Да и муж маловероятно, что сейчас же встанет, всё же целую ночь не спал. Значит, пару часов времени для сна можно выделить.

— И куда ты? — спросил Олег, заинтересованно наблюдая за супругом.

Человек здраво предполагал, что ответом станет или гигиеническая причина, или, что намного вероятнее, новая заморочка местного общества. Статистика не подвела.

— В свою комнату, Олег, — дроу с трудом выговорил имя мужа вместо привычного «господин».

— Чем тебя моё общество не устраивает? — спокойно вновь задал вопрос человек.

— Более, чем устраивает, господин, — быстро проговорил дроу.

Асо испугался, ведь он всё равно не раз прокручивал в голове события нынешнего утра. И всегда помнил, что его муж — человек. Тот, кого считают низшей расой. Он помнил это и боялся, что Олег заметит его эмоции. Чем можно поплатиться за презрение к старшему супругу, Асо было страшно представить. Дроу были изобретательны в пытках, люди... Они от них не отставали.

Но ведь пока всё так хорошо шло!

— Если устраивает, то куда рвёшься? — увидев чужой страх, более миролюбиво спросил человек. Лично он пугалом для своих супругов становиться не желал. Хотя ему автоматически выпала эта роль.

— Младшие мужья спят отдельно от старшего, господин. — Называть человека по имени дроу больше не решался.

— Тебе приятны мои прикосновения?

— Да, господин, — честно ответил Асо. После проведённой ночи прикосновения Истинного были и приятны, и желанны. Что стало неожиданностью для дроу.

— Тогда ложись обратно, я не привык спать в одиночестве.

Дроу тут же вновь устроился на кровати, прижавшись к чужому телу. Его голова оказалась на уровне груди человека, и, когда Олег вновь его обнял, Асо вздрогнул. Он слышал, как звонко и необычайно быстро стучит сердце супруга. Будто у животного, которое, ты знаешь, уйдёт из жизни раньше тебя.

Иногда дроу казалось, что чем быстрее дышит существо, чем быстрее его сердцебиение, тем меньше оно ходит по земле. Казалось, что всем отмерено определённое число ударов, и, когда счётчик достигает наивысшей отметки, существо умирает.

На один стук сердца дроу приходилось около шести-семи ударов сердца человека. Интересно, сколько ему осталось? Сто? Или меньше? Хотя летописи говорили, что срок жизни увеличивается у людей при вступлении в брак с долгоживущими. Но когда было это? Да и про другие миры тогда ещё даже не знали.

— Расслабься и спи, — приказал Олег, аккуратно целуя мужа в лоб.

Асо громко вздохнул, успокаиваясь, устроился поудобней в чужих руках и, действительно, быстро заснул. Уже минут через десять Олег слышал, как мерно и спокойно дышит его муж. Он хотел убрать руку, которая заболела от одного положения, но побоялся разбудить и так настороженного мужа. Пусть уж так.

Олег, что удивительно, спать не хотел совершенно. Будто и не было этого дня, будто не он просидел почти всю ночь за документами, изучая законы чужой страны, и будто не он всё утро провёл на зависть кроликам. Организм не требовал отдыха и готов был продолжить работу.

Олега это немного пугало. Ещё в студенческие годы он понял, что тело мстит. Мстит, если не в юности, то в зрелости. Проведённые в двадцать лет ночи без сна аукаются бессонницей в сорок, поэтому необходимо соблюдать определённый ритм. Только в этом мире организм отказывался подстраиваться под время природы. А насильно заставлять себя погрузиться в сон... Дело явно гиблое. Хорошо, если в такую ночь проспишь от силы час.

Человек немного повернул корпус, разминая застоявшиеся мышцы. Асо на это не среагировал, продолжая спать. Тогда Олег аккуратно убрал руку с тела дроу, тот опять оказался безучастен. Выучка воина, о которой подозревал Олег, оказалась то ли не столь хорошей, как о ней думал человек, то ли Олег не считался опасным фактором для дроу. Мужчине было приятней думать о втором варианте.

Он вытянул руку и встряхнул её, разгоняя по сосудам кровь. Когда чувствительность вернулась, он вновь приобнял мужа. Медленными движениями погладил по спине, спустившись к пояснице. Тело отвечало почти незаметными глазу движениями. А потом дроу сам обнял человека, закидывая ногу на чужое бедро и прижимаясь ещё плотнее. Дыхание было таким же спокойным, как в начале. Бессознательно?

Олег был рад и такому. Последующие два часа он рассматривал мужа, порой лаская. Ему казалось невероятным то, что происходило. Но в его руках действительно находился не человек. Необычный, странный, непредсказуемый и покорный. Кем Олег являлся для них, если всего одна фраза вгоняла мужей в дрожь? Мужчина не хотел видеть ни их страха, ни их боли. И только крепче обнял, когда будто почувствовав настроение Олега, напряглось тело дроу. И другим он не собирался давать такого права.

Человек. Существо, которое не может защитить, но при этом способно принести много неприятных минут. Олег не хотел оправдывать таких надежд. Он никогда не жил за чужой счёт и в новой жизни делать это не намеревался.

Этот мир играет по правилам силы и знатности. И если предположить, что второе благодаря замужеству имеется, то первому необходимо учиться. Сила здесь — холодное оружие и магия. Про последнее, точнее наличие магии в себе, человек ничего сказать не мог. А вот про оружие... Он занимался пять лет на сабле, но это было слишком давно, да и результатов он высоких не достиг. Но, видимо, жизнь имеет вид спирали, и ему вновь придётся учиться фехтовать.

Если предположить, что его мужья этим оружием владеют, то учителя на первое время есть. Но всё равно придётся искать более знающего педагога, который за давностью лет может моментально определить проблемы ученика. Да и сабля ли оружие Олега? Что подойдёт ему больше? Определённо, знающий человек не помешает. К дроу, с их отношением к людям, как-то идти не хотелось. Но а, может, и зря?

— Господин?

Асо проснулся и настороженно смотрел на супруга, будто чего-то от него ожидая. Олег не двигался, тогда дроу отстранился и сел на кровати.

— Господин, что вы желаете?

У дроу была лишь одна версия, почему старший супруг мог оставить в своей постели младшего — он хотел продолжения марафона, когда проснётся. Именно поэтому дроу вновь несмело потянулся к губам мужа, получая нежный ответ, но без вкуса былой страсти.

— Ничего, если хочешь, то можешь идти.

Асо встал, поклонился и взял в руки вещи, не одеваясь. Он опасался, что за лишнюю минуту в комнате супруга может получить наказание. Он разумом понял, что такого не случится, но выучка сама руководила поведением.

Эта ночь должна была изначально пройти совсем по-другому. Редко, чтобы младшие мужья в свою брачную ночь получали удовольствие. Но это произошло. И его доставил человек. Дроу после этого выставил бы мужа за дверь или вдоволь помучил. Чужая кровь действовала, как спусковой крючок, на старшего. Но человек, наоборот, ласкал и нежил. И не старался найти повода для наказания, не устанавливал правил, не относился, как к вещи, коей и является младший муж.

Асо вышел за дверь и быстро дошёл до своей комнаты. Открыв дверь, он увидел обеспокоенные взгляды братьев, которые внимательно осматривали его тело. На нём не было никаких отметин: ни царапин, ни синяков, ни разрезов. Да и выглядел первенец вполне хорошо.

— С тобой всё в порядке? — больше для проформы уточнил Бейи.

— Как видишь, — пожал плечами Асо, одеваясь.

Косу, которая растрепалась и выглядела достаточно жалко, пришлось вновь переплетать. Что получалось довольно худо у дроу, Ван тогда встал за спиной брата и сам уложил ему волосы.

— Спасибо.

Брат лишь молча кивнул и сел в кресло.

— Насчёт завтрака я распорядился. Кухня людей не так сильно отличается от нашей, как мы думали, только сорта мяса другие и некоторые приправы не используются, — стал рассказывать Бейи. — Повара я тоже нашёл, он в этом разбирается, так как уезжал с посольством к людям. Там с местной кулинарией и познакомился, в посольстве нередко бывали гости. Вся прислуга тоже предупреждена о смене хозяина, поэтому вчерашняя неразбериха повториться не должна. О замужестве я также отправил весточку главе рода.

— Ты написал, что наш муж — человек? — педантично уточнил Асо.

— Да.

— Значит, скандала не избежать, — вздохнул первенец. — Если быть откровенным, то господина было бы лучше в свет не выводить. Я не знаю, что от него ожидать. Для меня остаются загадками его истинные желания и помыслы. Не хотелось бы, чтобы от его слова все мы оказались под топором.

— Прятать старшего супруга? — насмешливо уточнил Бейи. — Может, его ещё и запереть?

— Да, это глупость. Возможно, я слишком привык отвечать за себя сам. Надо свыкнуться с мыслью, что теперь мы принадлежим старшему мужу. Ему решать, а не нам. Приглашение было выслано главой рода?

— Нет, но думаю, его стоит ждать с минуты на минуту. О нашем поступке уже должны были доложить.

— Такое ощущение, что мы не избавились от неприятностей, а влезли в них ещё больше. — Асо тяжело откинул голову. — Всё идёт наперекосяк после смерти старшего брата.

— Не вспоминай.

— Не вспоминаю, разве от этого что-то меняется?

— Ничего. — Согласился Бейи, а затем задал вопрос по волнующей теме. — Но всё же, как он в постели? Мне ведь к нему сегодня идти?

— Он не садист. Мне кажется, ему вообще не нравится причинять боль. Но это только моё мнение, и я бы не стал испытывать его терпение.

— Я сегодня к нему пойду, — тихо сказал Ван, прерывая разговор.

Оба старших брата тут же повернулись в сторону говорившего. Они уже привыкли к тому, что младший молчал с момента смерти их родственника. Иногда отвечал скупо на вопросы, говорил положенные по этикету фразы, но большую часть времени предпочитал проводить подальше от людей. И даже несколько раз сбегал от внимания братьев, хотя ближе никого у него не было.

— Зачем?

— Мне он нравится, — тихо ответил Ван.

— Господин? Почему?

— Рядом с ним спокойно и хорошо.

— Он ничего не умеет! — возмутился Бейи, но Ван в ответ вновь промолчал.

Вану было хорошо рядом со старшим. Он знал, что такой супруг — позор. Он не сможет обеспечить семью, не сможет защитить, но всё равно казалось, что лучшего мужа желать и не надо. Интуиция подсказывала, что всё наладится, а ждать чего-то чрезмерного от попаданца, который ещё и суток в их мире не провёл? Это глупо.

Дроу вышел в коридор и отправился в свою комнату. Ему надо было ещё закончить отчёт по расходам на кухню, но вначале следует переодеться и пригласить супруга на завтрак.

Каждый из братьев занимался чем-то своим в доме. Никто из них лично ничего не мыл, не готовил. Дроу были из знатной семьи, поэтому вели хозяйство. Асо выполнял роль управляющего всем имуществом их семьи. Он отвечал за счёт в банке, заключал новые контракты и выслушивал о положении дел из каждой области, принадлежащей им. Бейи проверял дела в этих же областях, самолично приезжая на указанную братом территорию. А Ван лишь занимался домом в столице. Он отвечал за повседневный быт, налоги, устройство гостей или проведение светских мероприятий. Порой и братья могли вмешаться, как сегодня Бейи распорядился насчёт нового повара. Но заключал договор с новым слугой и проверял его документы именно Ван.

В комнате было темно. Толстые шторы, занавешенные на ночь, не пропускали и лучика света. Впрочем, это ничуть не мешало Вану. Зрение дроу позволяло хорошо видеть как и при свете, так и почти в полнейшей темноте. Только яркие лучи солнца были порой болезненны для изначально жителей пещер.

Ван надел костюм, сшитый из положенных в таких случаях серой, чёрной и белой тканей. Рубашка, штаны и жилетка. Обычная повседневная одежда младшего супруга. Приспособлений для ношения оружия в нём не предполагалось. Да и странно было бы ходить со шпагой по дому, хотя были и такие умельцы. Ван посмотрел на себя в зеркало: обычный молодой дроу. Он никогда не находил в себе что-то особенное, тем более таких, как он, было трое в одном доме. Но сейчас почему-то хотелось чем-то выделяться. Он не мог объяснить этого желания и даже разозлился за него на себя.

Дроу вышел из комнаты и пошёл к покоям супруга. Постучавшись и дождавшись разрешения войти, он зашёл к супругу.

— Господин, завтрак уже готов. Вы предпочитаете есть у себя или спуститесь в столовую?

Олег, до этого момента изучавший основы здешнего менталитета, заинтересованно смотрел на мужа. Он был уверен, что перед ним стоит младший из братьев, хотя во внешности различий так и не смог найти.

— В столовой, — наконец ответил Олег.

— Как пожелаете, господин, — поклонился младший.

— Ван, ты бы не мог мне рассказать после завтрака о делах вашей семьи? О положении в обществе? Да и много ещё тем для разговора. И мне необходима сменная одежда, в одном костюме всю жизнь не проходишь.

— Я вызвал портного, господин. А про дела вам лучше поговорить с Асо.

Ван уже собирался открыть дверь, когда в неё постучали. Олег закатил глаза к потолку, ничего не говоря, подошёл к двери и открыл. Перед ним стоял первенец. Жестом показав помолчать и подождать, осмотрел петли. Хлипкими они не выглядели, да и дверь радовала толщиной.

— Вы можете снять её с петель?

— Да, господин, — ответил Ван и уже через миг при помощи магии выполнил поручение. Только он мог управлять силами внутри дома, ещё такая возможность была у старшего супруга, но в наличии магии у него сомневались все братья.

— Спасибо, — поблагодарил Олег. — Намёк понят?

— Простите, господин?

— Стучаться не обязательно, как и спрашивать разрешения войти.

— Да, господин. Простите за неудобства, — тихо сказал Асо. — И только что мы получили вестника, сказано, чтобы вечером вы были на праздничном ужине.

— Отказаться нельзя?

— Приглашает глава.

— Так отказаться нельзя?

— Нет, господин.

— Ладно. На какое время назначено?

— На восьмой час.

— Хо-ро-шо, — задумчиво проговорил Олег. — Ладно, сейчас в любом случае завтрак.