Глава 1

За неделю до событий Пролога

Иван

В душевой комнате, прилегающей к хозяйской спальне, зазывно лилась вода. Сатановский лениво усмехнулся. Может, ещё разок присоединиться к Танечке? Она этого точно хочет, да и сам Иван был бы не прочь повторить приятное занятие с приятной девушкой.

А Танечка была приятна во всех отношениях, хоть и старше Сатановского на семь лет. Такими мелочами Иван не заморачивался, наоборот, видел только одни плюсы в том, что партнерша его старше — опытная, без соплей и мозг не парит.

Хотя пыталась в самом начале. Собственно, это и есть ее работа. Но Сатановский быстро все объяснил, даже уговаривать не пришлось.

— Ванечка, ты придешь? — Таня высунулась из проема двери, томно улыбаясь.

— Разумеется! — Сатановский посмотрел на девушку и прошелся ленивым взглядом по ее влажным темным волосам, красиво спадающим на обнаженное плечо. — Жди, я сейчас.

Однако приятной встрече в душе не суждено было состояться: раздался требовательный звонок в дверь, а потом еще один. И еще.

Иван, чертыхнувшись, натянул домашние шорты (с футболкой заморачиваться не стал), и, не торопясь, пошел к двери.

Гостей он не ждал, да и не приходили они никогда, минуя домофон. Разве только… Иван хохотнул, покосился в сторону ванной, где плескалась Таня и, не раздумывая, открыл замок.

— Я так и понял, что ты. Проходи, — Сатановский пропустил в квартиру невысокого седовласого мужчину лет пятидесяти-пятидесяти пяти. — Какими судьбами? И что не позвонил заранее?

— Ты бы хоть оделся, Вань, — вздохнул нежданный гость и покачал головой. — А мне записываться надо, чтобы повидать своего единственного племянника?

— Не только племянника, но еще единственного родственника и наследника, Валер! Тебе налить чего?

Гость помотал головой, скинул дорогие кожаные туфли и прошел в гостиную, которая от спальни отделялась лишь матовыми стеклянными дверями.

— А ты не один? Я что не вовремя?

Вместо ответа, как по заказу, из ванной выпорхнула Таня в одном махровом полотенце. И тут же заверещала, как будто увидела свой конец. Хотя… так оно и было.

— Ва-валерий Васильевич! В-вы….?

Таня обхватила себя руками, бросила умоляющий взгляд на Сатановского — тот лишь задорно рассмеялся. Неловкая сцена забавляла Ивана, и он не собирался этого скрывать.

— Оденьтесь, пожалуйста, Татьяна Андреевна, — сухим официальным тоном произнес дядя Сатановского и, лишь когда девушка, пунцовая, как вареный рак, бегом скрылась в спальне, со вздохом спросил у племянника:

— Значит, вместо того, чтобы заниматься психотерапией и решать свои проблемы, ты затащил моего корпоративного психолога в постель?

— У меня нет проблем, Валер! — завелся с полоборота Сатановский. — А чем мне еще с бабой заниматься, как не…

— Помолчи! — гость поднял руку вверх, и Ваня в кои-то веки его послушался. Да и выглядел Валера уставшим. — Вот дурень, а!

Больше ничего говорить не стал, уселся мрачный на диван, Сатановский лениво зевнул, поняв, что легкий душ с Танечкой откладывается.

С Валерием Самиевым, старшим братом своей покойной матери, Иван не сказать чтобы хорошо ладил, хотя и был к нему искренне привязан. Но не завалить девчонку-мозгоправку, которую дядя насильно приставил к племяннику, Сатановский, конечно, не мог.

Татьяна появилась полностью одетой через минуты четыре, не больше, даже волосы успела собрать в пучок и нацепить очки на нос.

Самиев медленно встал и тяжелым, немигающим взглядом посмотрел на свою подчиненную.

— Вы обещали, Татьяна Андреевна, решить проблему, а не создать новую.

— Простите, Валерий Васильевич, такое больше никогда не повторится. Я все понимаю.

— Не повторится, да. В пятницу направьте в эйчар заявление. Две недели отрабатывать не нужно.

Танечка побелела, потом по ее нежному лицу пошли красные пятна, она опустила глаза и нервно кивнула. Лишь у выхода, перед тем как закрыть за собой дверь, девушка бросила пронзительный взгляд на Ивана. Ответа не дождалась.

— Надо было ее увольнять? Ну камон, Валер!

Сатановский сердито смотрел на родственника. Но тот легко выдержал взгляд.

— Она нарушила профессиональную этику. Пусть скажет спасибо, что я ее не уволил, а дал уйти!

— Нас слил кто-то? Не случайно же пришел?

Валера медленно расстегнул пуговицу на пиджаке и стянул галстук. И правда устало выглядит.

— Я о тебе пришел поговорить, Вань! И о твоих проблемах.

— У меня нет никаких проблем, я задолбался это повторять! Тебе диплом мой нужен? Ты из-за него так взвился?

— У тебя самый высокий айкью на всем твоем курсе, Иван. И ты единственный, кто не смог защитить диплом. Еще и со скандалом! Ты не контролируешь свою агрессию.

— А не хрен было этой моли гнать на меня, Валер!

— Это не моль, а декан МГУ. Ладно, что делать собираешься? Уже два месяца фигней страдаешь. А дальше что?

— Ничего. — Иван ответил без раздумий.

— Мы договаривались, что займешься делом после окончания.

— Ну так я типа не кончил пока. Диплома ж нет. Осенью в Грецию, на острова, потом на Майорку…

— Пойдешь курьером работать.

Легкая придурь разом слетела с нахальной морды недовыпускника МГУ.

— Куда?! На твою фабрику игрушек?!

— На твою фабрику игрушек, Ваня, — с готовностью поправил племянника дядя. — Это твой бизнес.

— Только наполовину, вторая половина твоя. И ты главный босс. На кой я там нужен?

— Вань, я не шучу. И урежу содержание.

— Снова-здорово! — Сатановский зевнул. Такой разговор у них с Валерой происходил раза по три за год, но Самиев никогда не лишал племянника денег. — Я вроде в наследство скоро вступлю. Так что хорош гнать, Валер.

— Не вступишь, Вань, — Самиев довольно хлопнул себя по коленке. — Я уже позаботился, и бабла привычного не увидишь, если не будешь делать, как я скажу.

Первым желанием Сатановского было послать Валеру теми самыми словами, за которые дядя ставил его в угол еще десять лет назад. Но все-таки сдержался — скорее из любопытства, чем из страха. Кого-кого, а Валеру он никогда не боялся.

— В завещании сказано: после завершения учебы.

— Так нечего было морду бить декану, Вань. Технически ты неуч, мой дорогой, диплома нет. Так что должность курьера в административном отделе тебя заждалась.

Сатановский мысленно чертыхнулся.

— А если нет? В натуре без бабла оставишь?

— Есть еще один вариант. Репетиторство.

— Серьезно? — Сатановский заржал как конь. — Валер, ты с дуба рухнул?

— У меня есть партнер, не может никак наладить отношения с дочкой от первого брака, девчонке уже девятнадцать, а развод родителям простить не может, — Самиев говорил серьезно, заставив Ивана стереть наглую ухмылку с небритой физиономии. — У нее мечта — попасть в Универсум, знаешь же эту игру?

— В няньки не нанимался, — Иван поморщился, с трудом вспоминая, что послал какую-то малолетку недели три назад и заблокировал настойчивую дуру в соцсети.

— Нужно просто помочь девочке сориентироваться в игре, она прошла уже отбор, — терпеливо объяснял Самиев, не обращая внимания на реакцию племянника. — Помоги ей и весной вступишь в наследство.

— Хоть симпатичная или уродина? — нехотя спросил Иван. В прошлом сезоне он дошел до самого финала Универсума, игра ему понравилась, но возвращаться в нее он не хотел. Что было, то прошло.

— Красивая, — сдержанно ответил Валера. — Но губу не раскатывай. Заниматься будешь с ней и ее подругой.

— У нее еще и подружка есть, — развеселился Сатановский. — Валер, да ты мои мысли читаешь.

— Уймись, Казанова. Ее подруга — Марфа Боголюбова. Помнишь ее?

Иван громко выругался, да так цветисто, что Самиев поморщился. Вернулась, значит, в Москву мартышка. Надо же, не побоялась.

Сатановский запустил пальцы в густые черные волосы, задумчиво почесал свой затылок и, повернувшись к родственнику, подарил тому свою самую нежную улыбку.

— Согласен!