Глава 20

Марфа

От удивленного возгласа сестры у меня кожа словно коркой ледяной покрывается.

Да как он посмел вообще здесь появиться?! Едва успеваю возмутиться, как слышу бас Сатановского:

— А я вообще не к тебе. Я к Марфе пришел.

Подрываюсь с дивана, чуть ноут с колен не уронила, хорошо Чистякова быстро его схватила.

— Боголюбова, стой! — шипит подруга. — Не руби с плеча!

Я останавливаюсь уже у двери комнаты:

— Смеешься?! Да кто его звал?! Еще и Лана здесь…

Больше сказать ничего не успеваю, потому что дверь в мою комнату резко распахивается, едва не задев меня, и на пороге появляется Сатана. А из-за его спины выглядывает моя старшая сестра. Сказать, что Лана в шоке — это ничего не сказать.

— Привет, мартышка! Ну что, готова к посвящению?

Сатановский без разрешения усаживается на диван, на котором только что я сидела, и вытягивает длинные ноги вперед. Комната небольшая — своими граблями он еще и проход загораживает.

— Я-то готова! Была! Пока тебя не принесло. Сатановский, тебя вообще кто-то звал? Тебе мало сегодня было? А вчера?

Иван поворачивает голову к Чистяковой, которая усиленно делает вид, что ее все это не касается.

— Что, не сказала подружке, что я приду? Молодец, правильно сделала.

Без спроса забирает у покрасневшей Надьки мой ноут и начинает в нем хозяйничать. На нас троих ноль внимания.

Пока я судорожно глотаю воздух в надежде не сорваться на крик, Лана мягко спрашивает:

— Я что-то не поняла. Ребята, вы что общаетесь?

На лице сестры застывает удивленная улыбка.

— Нет! — выдаю я на автомате.

— Да! — заглушает меня Сатановский. — Мы с твоей сестрой теперь большие друзья, Лана. Марфа не рассказывала, значит? Что, мартышка, не доверяешь старшей? Правильно делаешь.

— С чего это? — голос у Ланы уже не такой дружелюбный, она все еще в шоке. Вижу, что не понимает ничего. Лично я впервые наблюдаю, чтобы Сатана в присутствии Ланы смотрел на кого-то больше, чем на мою сестру. Вот и сейчас эта скотина похабно разглядывает меня с ног до головы. Я только по его похотливым глазам сообразила, что что-то не так!

Хотя, почему это не так?! Я дома и имею право ходить в чем угодно! В тонком топе и шортах тоже!

Из вредности не отвожу от него взгляда, хотя чувствую, как мне в спину смотрит Лана. А Сатана продолжает на меня пялиться и не отвечает на вопрос своей бывшей девушки.

Я даже не знаю, что чувствую сейчас, настолько все переплелось в душе, что единственное, на что меня хватает — это играть в “гляделки” с Сатановским.

— Слушайте, я все понимаю, конечно, но у нас две минуты до начала, — нервно произносит Чистякова и прячет от меня глаза. Ладно, тихушница, с тобой мы потом поговорим! Ради какой-то игры подругу продала Сатане!

— Уже минута, — подает голос Иван и хлопает ладонью по дивану рядом с собой. — Садись, мартышка. Сейчас все начинается!

— Мне кто-то может объяснить, что здесь происходит, черт возьми!

Я с удивлением уставилась на Лану — сестра стоит, не двигаясь, скрестив руки. Смотрела она не на меня, а на Сатановского. Как будто он ей что-то должен! Я так удивилась этой неожиданной мысли и вместо того, чтобы рассказать ей все, спросила:

— Лан, ты же говорила, что уже уходишь. Тебя Игнат ждет.

— Не страшно, у меня еще есть немного времени. Не знала, что вы подружились, — Лана присаживается на подлокотник дивана и заглядывает в ноут. — Что это? “Универсум”? Ты… Марфа, ты играешь?!

— Звучит так, будто твоя сестра в покер по ночам с мужиками режется или во взрослые игры на раздевание, — ржет Сатановский и кладет ладонь на подлокотник, на котором сидит сестра. Прямо ей за спину! Но Лана не отодвигается, она внимательно смотрит в монитор.

— Я слышала об этой игре, у нас многие пробовали на курсе, но я не впечатлилась особо. Зачем тебе это надо, Марф? И Ваня тут при чем?

Ее голос заглушает музыкальная заставка “Универсума”, а на экране появляется аватар игры, переливающийся разными цветами. Этакий символ бесконечной Вселенной. Несмотря на все безумие ситуации, я засмотрелась на монитор.

Затем на экране появился золотистый свиток, который стал медленно разворачиваться, и на нем начали проступать ники счастливчиков-участников.

Чистякова сидит на стуле рядом и уже держит в руках ноут, который притащила с собой.

— Дай сюда! — пытаюсь отобрать свой старенький мак у Сатаны, но он держит крепко. — Вань!

— Мне нравится, когда ты называешь меня по имени, но этого недостаточно, мартышка, — ухмыляется скотина. — Охотница? Серьезно? На кого охотимся, Боголюбова?

Сатановский откровенно издевается над моим ником, это хорошо еще, я не успела аватар поставить, вот Надьке за ее Чистюлю не достается. Все шишки мне, разумеется.

— Как у тебя вообще ноги дошли до моего дома? — не сдерживаюсь я при девчонках. — Кстати, следователь не уверен совсем, что это не ты…

— Тихо! — раздраженно перебивает меня Надя. — Хранители появились!

Вынужденно замолкаю, обещая Сатановскому в красках рассказать мой сегодняшний допрос. Он еще пожалеет, что сунулся сюда! Надо только Лану с Чистяковой выпроводить из дома.

Сестре как раз кто-то звонит, когда замогильно-торжественный голос хранителя начинает свой спич.

Лана убегает в другую комнату, а мы, как три загипнотизированных придурка, слушаем и смотрим, раскрыв рты. Ну, не три, конечно, а две восторженные дурочки.

— …в нынешнем сезоне нас всех ждут большие изменения. Впервые за всю историю “Универсума” у нас появляются наставники — финалисты прошлых сезонов, которые согласились познакомить новичков с игрой, направлять их в особых ситуациях, помогать со сложными заданиями…

— Ого! — выдыхает Надька. — Значит, ты можешь легально нам помогать?

Вот когда что-то в ее интересах, Чистякова быстро соображает.

— За тебя пахать не буду, губу закатай, — остужает ее Сатановский. — Сама вкалывать будешь. А я буду контролировать! И тебя, мартышка, — закидывает мне руку на плечо, — с особой тщательностью!

Кто б сомневался! Руку его сбросить с себя не успеваю – заходит Лана, и я вижу, как расширяются ее глаза. А если б она еще знала про вчерашние поцелуи… Сатановский на сестру не смотрит, мне кажется, демонстративно на нее не реагирует. И от этого неприятно становится, так что снимаю с себя его лапищу и отодвигаюсь подальше. Чувствую, что Лана глаз с меня не сводит — отвожу взгляд и пожимаю плечами. Как будто это я к нему лезу!

— Ого! Уже есть имена наставников, — пищит Надежда. — Да! Есть Шайтан! Это ты же?! Я, чур, у тебя, хорошо?! Все, заявку отправила! Марфа, а ты?

— Я подожду, когда список полным будет. Слышала, что хранитель сказал: еще три дня будут собирать желающих. И вообще эти помощники не обязательны, сама справлюсь!

— Марф, не тупи, — возмущается Чистякова. — Две головы лучше, чем одна.

— А я вообще не понимаю, зачем Марфе играть, — вклинивается Лана. — Ты только перевелась в новый вуз, и это тебе не твоя питерская богадельня. Родители вообще в курсе?

Сестра говорит мягко и, как всегда, доброжелательно, с заботой в голосе. Но мне от этого не легче совсем — да, родителям я не говорила, но ведь делаю это для того, чтобы они не платили за мою учебу! И сказала бы Лане сейчас, но не хочу раскрываться при Сатановском, поэтому позорно молчу.

— Я думаю, лучше хорошо делать одно дело, а не гнаться за двумя и оба провалить, — продолжает Лана, не обращая внимания на Надю, которая морщится, потому что не может разобрать слова хранителя. — Но это только мое мнение, решать, конечно же, Марфе.

— Первое задание через неделю, в девять вечера по Москве, — провозглашает Сатановский, который больше смотрит в мой монитор, чем я сама. — Забьемся у меня, адрес скину. Можете ни к чему не готовиться, все равно не угадаете. Главное, психи свои дома оставьте.

Он встает с дивана и, наконец, отдает мне мой ноут. Что? Уже все? Я думала…

— Мартышка, вечером наберу, и не смей игнорить, поняла меня? Пока в чате тусите, знакомьтесь со всеми. Все, на связи. Пока!

И выдав эту тираду, Сатана уже смотрит на свой мобильный, деловой какой, про нас тут же забывает. Я только и успеваю, что ринуться за ним, но Лана меня опережает.

— Я сама его выпровожу, не переживай!

Стою в дверях и наблюдаю, как Лана что-то говорит своему бывшему, пока тот натягивает на ноги кроссовки. Как жаль, что не слышно отсюда. На душе как-то погано — почему она его провожает, если он пришел ко мне.

— Марф, — дергает меня за рукав Надя, — мне тоже пора, хорошо? Не обижайся, что не сказала про него. А если б ты знала…

— Проехали, потом поговорим!

Чистякова торопится уйти, пока я такая добренькая. Да я не добрая, я смотрю на сестру, которая уже полчаса как должна была быть со своим Игнатом, а не со мной.

Едва за подругой захлопнулась дверь, Лана сказала:

— А теперь давай нормально поговорим, Марфа.