Глава 29

Иван

Мартышка исступленно стучит по клаве, хмурится, да так, что морщинка появляется между бровями. Сатановскому нравится наблюдать за Марфой, когда она на взводе. Интересно будет довести ее до предела, остановить на грани пропасти и посмотреть, что будет дальше.

Шайтан давно не испытывал такого азарта — сейчас все его прежние развлечения казались пресными, даже прошедшая ночь, на которую он возлагал столько надежд, не принесла ему необходимого и такого привычного адреналина.

К Марфе Сатановского влекло — и чем больше он с ней общался, тем сильнее. Думал о ней постоянно. И совсем не так, как планировал в самом начале, когда решил отомстить за прошлые обиды. Сейчас Боголюбова его интересовала сама по себе, без привязки к Лане, хотя, конечно, прижать мартышку к стенке и вытащить из нее всю правду, Иван по-прежнему желал.

Пока Марфа, сердясь на что-то, бойко печатала ответ на второе задание, Сатановский предавался воспоминаниям.

Первое впечатление о младшей сестре его любимой — несуразный тощий заморыш со злым взглядом исподлобья. Скажи ему пару лет назад, что он будет предаваться греховным мыслям о Марфе, дал бы по морде.

Игра с Марфой нравилась, приносила удовольствие, но терпением Сатановский никогда не отличался, по правде говоря, его у Ивана в помине никогда не было. Поэтому при всей прелести невинных развлечений с Боголюбовой, Иван решил их больше не смаковать, а переходить к главному, зачем, собственно, он и пришел сегодня к ней домой. Спасибо “Универсуму”, который, похоже, мог открыть любые двери!

Иван так увлекся своими мыслями, что едва не пропустил момент, когда Марфа закончила писать. А потом девушка его весьма удивила, усевшись рядом с ним на кровати. Мысли его читает, что ли?

— Вань. Я думаю, нам пора уже поговорить!

Нет! Не читает!

Разговоры с женщинами никогда не были сильной стороной Сатановского. Врать о вечной, единственной и неповторимой любви, которая изменила его раз и навсегда, привнесла смысл и свет в его никчемную жизнь, Иван никогда не любил. Такие слова он не говорил даже Лане, хотя она всегда особняком стояла в череде его похождений. Но как только девушка произносила фразу: “Нам пора поговорить”, Сатановский вставал и уходил. Ибо никакое удовольствие не стоило выноса мозга.

Вот и сейчас Иван ощутил легкое разочарование — разговоры с мартышкой ему были не нужны. Она должна была это понимать.

Решив не портить момент словами, Иван молча потянулся к девушке и, поймав пальцами край футболки, потянул ее вверх. От неожиданности Марфа открыла рот и, кажется, подавилась воздухом. Закашлялась и взвизгнула, когда мужская рука коснулась ее обнаженной кожи.

— Обалдел совсем! — она вскочила с кровати, вцепившись руками в свою футболку. — Скотина похотливая!

— Так сама ж хотела поговорить, а язык тела – он самый честный, мартышка. Иди сюда, хорош ломаться уже.

Сатановский лениво похлопал по покрывалу кровати, на которой лежал.

— Можешь орать сколько угодно, но против природы не попрешь. Ты тоже этого хочешь, так чего тянуть?

— Урод! Моральный урод! — выдохнула покрасневшая мартышка. — Убирайся к чертям, и чтобы больше тебя не видела!

Грудь девчонки поднималась и опускалась в такт ее гневной тирады, так что Сатановский залюбовался. Никакие слова Марфы не могли заставить Сатановского передумать — он всерьез вознамерился провести ближайший час с ней.

— Да ты сама чуть на меня не запрыгнула, когда я тебя поцеловал, мартышка. Чуть губу мне не откусила, а сейчас динамить? Я тебе кто?

С этими словами он нехотя встал с кровати, прикидывая, что пары поцелуев будет достаточно, чтобы унять Марфу. Да она плавилась у него в руках каждый раз, когда он ее касался.

— Не подходи, скотина!

Сатановский едва успел увернуться — прямиком в голову ему летела кружка, до этого мирно стоявшая на письменном столе Марфы.

— Тихо, тихо, уймись, мартышка. — Иван изумленно присел на краешек подлокотника кресла. — Что ж ты такая психованная? Совсем на Лану не похожа. С ней проблем не было…

— Вот и катись к Лане! Игнат тебе по шее наваляет. — Сатановский с удивлением заметил слезы на глазах девчонки. А чего она ждала? Разговора об отношениях?

Однако узнать из-за чего так на него вызверилась Марфа, Иван не успел. Ему позвонил Самиев и коротко, но безапелляционно велел подъехать к нему в офис.

— Что, совсем не терпит? — Сатановский не хотел сейчас оставлять мартышку. — Валер, давай завтра.

— Сейчас! — Самиев неожиданно рявкнул и нажал на отбой.