Глава 28

Марфа

Домой добираюсь к четырем — еще целый час перед вторым заданием в “Универсуме”. Спасибо Самиеву, он велел своему водителю меня подбросить до дома, а сам остался в ресторане ждать тех самых проходимцев, с которыми у него встреча.

Все-таки классный дядя у Сатаны и совсем не похож на своего племянника. А Ваня просто не ценит того, что у него есть Валерий Васильевич. Интересно только, почему Лана его всегда недолюбливала? Если не забуду, то спрошу у сестры.

Сатановскому решаю ничего не отвечать — в конце концов, он наставник целого гарема из девиц, а не мой персональный надсмотрщик! И никуда я не поеду, лучше дома устроюсь поудобнее, посерфю, может, познакомлюсь с кем-нибудь нормальным в игре.

Переодеваюсь в домашнюю футболку и шорты и усаживаюсь в кресло со своим маком.

Хорошо! И никто тебя в ванной не обливает водой и не лапает!

Шайтана на удивление нет в болталке, зато в онлайне сейчас 375 игроков, и я, не торопясь, начинаю внимательно читать чат и лазить в профили участников.

В принципе, “Универсум” — довольно продуманная игра, это только сначала мне показалось, что в ней ничего не понятно и слишком много всего. На мой взгляд, многовато графики, всяких гифок, эмодзи, попапов, персонажей-подсказчиков. Это не говоря уже о хранителях, их я насчитала не менее двадцати, плюс наставники. А еще здесь есть общины по интересам — их более тридцати. Самые многочисленные — айтишники, экономисты, юристы, рекламщики и маркетологи. Для моей специальности, понятное дело, никакой отдельно выделенной общины, нас вместе с рестораторами, ивентщиками и аниматорами засунули в “менеджеры гостеприимства”. Понятное дело — нас всего-то семнадцать человек. Хотя психологов всего пятнадцать зарегистрированных, среди них и моя Чистякова, а у них своя община.

Пока время есть, рассматриваю профили игроков из моей общины — ник Аляска с золотым булыжником на месте аватара, Отельер с лицом экс-президента США, Морская звезда с такой же аватаркой… М-да, не густо. В профилях информации о себе мало оставили, в общине чат какой-то совсем дохлый. Надо взбодрить.

Однако не успеваю даже поздороваться, потому что кто-то звонит в дверь. Первая мысль — полный игнор, потому что я никого не жду, и вообще через четверть часа уже задание придет.

А вторая — вдруг что-то важное случилось? Как вспомню про потоп, до сих пор передергивает!

— Кто? — спрашиваю, подходя к двери. Тишина. Повторяю снова. — Кто там?

— Твой мокрый ночной сон, мартышка, — доносится знакомый голос, от которого я подпрыгиваю на месте. — Признайся, что мечтаешь обо мне.

— Иди ты! — ласково произношу я. — Сатановский, ты, какого лешего, пришел?

— Дверь открывай, мартышка! Живо!

— А то что? — как же приятно быть смелой, когда перед тобой запертая стальная дверь!

— Будешь жалеть, что я тебя спас тогда от джигитов, мартышка! И с “Универсумом” расстанешься, не успеешь чихнуть. Я умею быть плохим.

— Умеешь? — фыркаю я. — Да ты только таким и бываешь. Еще и угрожаешь. Это низко, Сатановский, даже для тебя.

— Шантаж и угрозы — мой метод. Марфа, открывай, а то потом устанешь своим соседям объяснять, что я тут делал. И Лане тоже!

И не дожидаясь, пока я открою, он со всей дури долбанул по двери. Слышно, небось, на весь подъезд!

— Ты совсем того? — быстро впускаю скотину в коридор. — Вань, ну, ты офигел? Тебе мало скандалов с соседями, когда ты с Ланой встречался?! Тебя же до сих пор тут все помнят!

— Так и должно быть! — Сатановский возвышается надо мной черной высокой горой. На нем черные джинсы и черная майка, полностью открывающая накаченные бицепсы. На левой руке небольшая татуха набита в виде орла.

Рассматривает меня Сатана обстоятельно, от его взгляда мурашки по коже. Еще я и одета кое-как. А точнее — почти раздета.

— Ты чего пришел? Контролировать? Ты вообще к Чистяковой нанимался! — отхожу на пару шагов на всякий случай. Нет, я не боюсь Ваню. В том смысле, что ничего плохого он мне не сделает, максимум, в ванную снова засунет, но вот если начнет распускать руки, с этим уже сложнее.

— Чистякова твоя с температурой дома, пусть лечится. Я написал, чтобы в пять у меня была, ты забила. Что из этого следует? Будешь наказана, мартышка. Но не сейчас, а чуть позднее.

Он без приглашения проходит в мою комнату, бегу за ним, не успеваю даже поправить покрывало на кровати: Сатана занимает ее целиком, вытаскивает телефон, а потом еще рукой хлопает по подушке.

— Давай ко мне, мартышка!

— Твое счастье, что игра начинается, и мне некогда. Вань! Ты не у себя дома, ясно?! — усаживаюсь в кресло и беру в руки ноут. Сердце колотится, как после стометровки в школе — и все потому, что один очень хамский хам развалился на моей кровати. Лежит себе, руки под голову положил и смотрит на меня выжидательно.

— Не пойдешь ко мне, значит?

— Я уже пожалела, что впустила тебя, — бубню себе под нос. — Ну, орал бы в подъезде, как кот во время течки, может, кто полицию бы вызвал.

— Ну, как знаешь! — встает с кровати, подходит ко мне и наклоняется к лицу. От Сатановского пахнет терпким и таким обволакивающим запахом, что я теряюсь. И вместо того, чтобы оттолкнуть, врезать по небритой морде, терпеливо жду, когда он сделает то, зачем подошел.

Поцелует меня.

Черт! Я уже начинаю привыкать к его поцелуям и даже не возмущаюсь.

Мои губы послушно приоткрываются, когда он нежно касается их, играет с ними. Заставляет меня тянуться к нему, обвивая руками крепкую шею.

От Сатановского приятно пахнет. Опасностью и запретом, который я уже нарушила.

Поцелуй становится глубоким и таким тягуче-сладким, что в голове лишь одна мысль — пусть он никогда не закончится.

Но стоит мне только об этом подумать, как я слышу приветственный сингл “Универсума”.

— Игра началась, мартышка, — шепчет мне в губы Сатана. — Удачи!

Перед глазами все мелькает, я не могу сосредоточиться, а время летит — вот уже мерцающие на темном экране шары с заданиями. За триста или за пятьсот баллов?

Кошусь на Сатановского — он снова лежит на моей кровати и призывно улыбается. Скотина!

Закрываюсь от него ноутом и нажимаю на “пятьсот”.

“Твое задание носит практический характер, — появляется текст на экране. — Итак, ты работаешь в фешенебельном отеле, в котором часто останавливаются богатые и знаменитые персоны. Среди этих персон попадаются откровенные хамы, которые издеваются над персоналом, в грубой форме демонстрируют своё превосходство. Напиши памятку для сотрудников по общению с подобными клиентами так, чтобы твои советы помогли снять стресс и оказались действенными.”

Интуитивно чувствую, что от меня не хотят цитаты из учебников и методичек, как себя вести в таких случаях. Нужно что-то другое…

Я дважды перечитала задание, посмотрела на Сатану и представила эту скотину в “Мариотте”. Хоррор в чистом виде.

Спокойно, Марфа! Медитирую минут пять, стараясь не отвлекаться на гору тестостерона на моей кровати, а потом начинаю быстро печатать.

“Памятка по работе с клиентами, требовательность и богатство которых намного превосходят их воспитание.

1. Когда особо требовательный клиент (далее ОТК) называет вас бездарностью, земляным червем, медлительные идиотом, продолжайте спокойно смотреть в глаза дорогому гостю, не прекращая улыбаться ни на минуту.

2. Не перебивайте ОТК во время его (ее) монолога. Пусть он (она) выговорится и устанет. Время от времени кивайте головой в знак согласия с тем, что он говорит. Кроме того, такими кивками головы вы сделаете вид, что слушаете этот поток брани.

3. Как только вы увидели, что ОТК наконец замолчал (замолчала), сохраняя улыбку на лице, поблагодарите за конструктивную критику. И скажите: «Я вижу, с какой вовлеченностью вы обсуждаете мельчайшие детали гостиничного бизнеса. Вы наверняка прекрасно разбираетесь в нём. Мы рады, что вы поделились с нами своим мнением.

4. Помните, что доброжелательность и великодушие — это наша профессия”.

Ну, как-то так. Отправляю ответ и, не глядя больше на экран, закрываю ноут. Решение в голове зреет быстро, спасибо “Универсуму” и его заданию.

— Вань, — я подхожу к кровати и сажусь рядом. — Я думаю, нам пора уже поговорить!